Истинное зеркало

Ночь в Хогвартсе всегда казалась живой, но в эту — замок будто затаил дыхание. Коридоры погрузились в туман, плотный и вязкий, словно сама тьма текла по каменным плитам. Факелы вспыхивали и гасли, портреты прятали лица, а издалека доносился тихий звон — будто кто-то играл на стеклянных струнах. — У меня ощущение, что мы идём прямо в пасть, — пробормотал Рон, — и даже без десерта. — Тише, — прошептала Гермиона. — Если туман реагирует на страх, не дай ему повода. — Поздно, — мрачно ответил он. Гарри шёл первым, держа палочку, и каждый шаг отдавался в груди тяжёлым эхом. Впереди — старая лестница, ведущая в Запретный коридор, давно закрытый для учеников. По словам Эдгара, именно там когда-то хранилось Зеркало Эреба. Эдгар двигался бесшумно, словно тень. — Оно здесь, — сказал он тихо. — Я чувствую. Они вошли в зал, где воздух был ледяным. В центре — стояло зеркало, высокое, покрытое сетью трещин. Серебряная рама переливалась мертвенным светом, и казалось, что изнутри что-то шепчет. Гарри сделал шаг ближе — и замер. В отражении он увидел не себя, а мальчика в слизеринской мантии. Мальчик был мёртвенно бледен, глаза — полные ужаса. — Это... я, — тихо произнёс Эдгар. — Что? — Гермиона отпрянула. — Как это возможно? Эдгар провёл рукой по зеркалу, и поверхность дрогнула, как вода. — Когда я учился в Дурмстранге, мы нашли этот артефакт. Я заглянул в него… и часть меня осталась внутри. То, что вы видите, — это моя тень. Она питалась страхами других. Гарри почувствовал, как воздух сгущается. Из трещин зеркала вырвался свет — и из него вышли фигуры: расплывчатые, безликие, но с глазами, сияющими мрачным серебром. — Оно впитало страхи всех, кто смотрел в него, — сказала Гермиона, отступая. — Оно живёт за их счёт! — Нет, — прошептал Эдгар. — Оно живёт за мой. Туман поднялся, завихрился, и зеркало заговорило — низким голосом, в котором слышались сотни других: «Каждый страх — отражение. Каждый герой — тень. Покажи мне своё лицо, Гарри Поттер…» Гарри почувствовал, как его мысли распадаются. Перед ним возник образ — тьма, похожая на него самого, но с глазами, как у змеи. Тень протянула руку из зеркала. — Ты не победишь, — прошептала она. — Ты всегда был мной. Эдгар шагнул вперёд, встав между Гарри и зеркалом. — Нет. Он — не ты. Он — тот, кто помнит свет. Он поднял палочку, и вокруг него вспыхнули древние руны. Зеркало завопило. Свет ослепил всех. Туман начал разрываться, но вместе с ним трескалась и земля под ногами. Гермиона закричала: — Эдгар, нет! Ты погибнешь! Он улыбнулся. — Возможно. Но, может, так я наконец стану целым. И шагнул в зеркало. Раздался глухой удар. Серебро вспыхнуло и рассыпалось прахом. Туман исчез. Гарри стоял на коленях, чувствуя пустоту, где ещё мгновение назад стоял Эдгар. В отражении пола он увидел собственное лицо — усталое, но живое. И в глубине этого отражения на секунду мелькнула знакомая улыбка. Когда они вернулись в башню, рассвет уже окрашивал небо. — Он спас всех нас, — тихо сказала Гермиона. — Да, — ответил Гарри. — Но иногда цена спасения — самому исчезнуть из зеркала.