Часть 11 Интересное знакомство или Падший Ангел с нашего двора.

Pov. Лена. Я стояла во дворе с огромной сумкой и глухо материлась. Нет, вот как так может поступить родная мать, скажите мне пожалуйста?! После того, как я добилась ареста отца, она словно с цепи сорвалась. Никакие доводы о том, что так должно было быть, что это правильно, на нее не действовали. Сначала я искренне не понимала ее реакции. -- Мама, как ты можешь защищать его, -- удивлённо спросила я, -- он же убил твоего сына?Ты ведь родила Макса, растила его, а потом эта тварь... Мать развернулась от стола, по которому стучала ножом в бессильной ярости, и заорала так, что у меня чуть инфаркт не случился. -- Тварью был Макс твой, а не Алёшенька! Муж мой -- чистый и непорочный человек, практически святой, заразу из этого мира убрал, братик твой разлюбименький был геем поганым и нечего его жалеть! Он с Радиком связался, парнем из соседнего подъезда, Леша сам их застал в старом гараже, развратом они там занимались. Что теперь скажешь, шлюха ты распоследняя? Сказать мне было нечего. Но не от того, что стало стыдно за брата, вовсе нет: чувство гадливости к матери накатило волной. Как это возможно так ненавидеть собственного сына? Ты ж его под сердцем носила, мразь! Спорить с сумасшедшей фанатичкой не было сил, оставаться в ее доме тоже. Я молча покидала в сумку свои вещи и отправилась куда глаза глядят. Лучше сдохнуть на улице, чем жить с этой... Уже во дворе до меня дошло, что дело плохо. Черт, и что мне теперь делать, куда идти? Денег нет, друзья живут с родителями, и не придут в восторг от моего появления; можно, конечно, пойти к Вике, она не откажется приютить меня на пару недель, а то и месяцев, но вот ее отец... С ним у меня очень сложные и неоднозначные отношения: я ему откровенно нравлюсь и мне некомфортно от одной мысли о том, что я окажусь с ним под одной крышей. Боюсь, если я все же пойду к подруге, то моя девственность окажется в опасности, а сейчас этого допустить никак нельзя. Пророк нравится мне все больше и больше, и я с удовольствием помогу ему, чем смогу, мы свершим ритуал, и Викин батяня в эту схему не вписывается никак, а потому, сорри. Денег -- кот наплакал, естественно... Можно попробовать переночевать у бабки Марфы, одинокий старушки, живущей в сторожке в глубине двора, но у нее в комнатенке грязно так, что можно и вшей подхватить, а бриться налысо мне не с руки, Ардек точно такого креатива не оценит. Темнеет сейчас рано, ртуть в дворовом градусника давно рухнула в обморок от подступающего мороза -- мда уж, ситуация просто блеск... Сидеть на скамейке долго не получится, переночевать тем более, даже если попытаюсь укрыться в беседке, утром в ней, на радость матери, найдут мой обледенелый труп. Ну уж нет, не доставлю я ей такой радости. --Ты что здесь делаешь на ночь глядя? -- раздался сзади удивленный мужской голос, и я резко развернулась. Интересно, кто ж это не боится ходить впотьмах по нашему далеко не самому благополучному району? Когда я получила ответ на свой вопрос, охренела окончательно. Ириска? Что, блядь, он здесь делает один, и почему обращается ко мне, как к доброй знакомой? Ну да, мы соседи, но никогда не здоровались даже, все же статус наш слишком разнится: моя семья считалась приличной, а он всегда был один, про его семью я вообще сказать ничего не могу. Это было так странно, а ведь правда: он меня старше лет, может, на пять, не больше, помню я его с детства, в школе вместе учились, а вот его родителей я не видела никогда, но ведь ребенок его возраста не мог жить один! Да, конечно, в стране разруха и перестройка, но все же, все же... Ладно, это все лирика, а вот чего он хочет от меня? Не хотелось бы стать жертвой изнасилования под окнами материнской квартиры, вдруг ещё возбудится, а отец-то в тюрьме... Ох, что то из меня черный юмор попер. --Ты что из дома ушла, -- догадался Ириска, увидев мою сумку, -- с ума сошла что ль? Ночью, на мороз, да небось, ещё и без денег? Идти-то хоть есть куда? --Есть, -- в отчаянии закрыв глаза, соврала я, -- сейчас хахаль мой приедет и подхватит. Надоела маман, пилит и пилит, а я взрослая уже, сама знаю как мне жить. Ты иди куда шел, и спасибо тебе за заботу... -- Слушай, а ты ведь врешь, -- неожиданно заявил Ириска. -- Никакого хахаля у тебя нет и в помине, уж я бы знал. Городок у нас крохотный, и про Ленку-недотрогу известно всем. Слушай, ты ж ещё и в куртке летней! Так, пошли ко мне, переночуешь в тепле, а с утра решим как поступить. Чего? Он серьезно думает, что я к первому попавшемуся гопнику домой потащусь? Ну, нифига ж самооценка у парня! -- Ну да, я гопник, -- словно прочитав мои мысли, хмыкнул Ириска, -- и чё с того? Тебе настолько жить надоело, что моя квартира для ночёвки не подходит? Да успокойся ты, приставать не буду, мне с Пророком тёрки зачем? Я аж подскочила, что?! Мне не послышалось?! Он сейчас Пророка упомянул?! -- Может пойдем уже в тепло, -- вздохнул парень и, деликатненько отобрав у меня сумку, крепко подхватил под локоток, -- не знаю как ты, но я уже подмерзать начинаю, чувствую себя как брикет мороженого, забытый в морозилке. Если честно, он был прав, я тоже ног не чувствовала, да и упоминание Пророка почему-то успокаивало... Если парень знает, кто такой Ардек, то вредить мне не станет, мало кому захочется связываться с таким. Решив, что жизнь дороже, я мысленно махнула рукой на благоразумие и коротко согласилась. -- Веди. Только тут до меня дошло, что я не только родителей Ириски ни разу не видела, но и адреса его не знаю. Вот что сосед точно, во дворе виделись каждый день, а где конкретно живёт понятия не имею. Ох, и странно же все это... Ириска, слава богам, издеваться над переменчивостью моего мнения не стал, молча привел к последнему подъезду и пинком открыл дверь, не утруждая себя нажатием кнопочек на кодовом замке. Бедные соседи, а они им так гордились, говорили установили специально, чтоб гопники разные в подъезд не ломились... Мы поднялись на самый верх и Ириска открыл левую дверь на площадке, ого, у него трёхкомнатная? Ну, ничего себе, прям, завидный жених... В квартире, которую, к слову, Ириска даже не закрывал, было темно и прохладно, но по сравнению с температурой во дворе прям тропики. Парень быстренько запихал меня на кухню и включил чайник. Ну, надо же, это где ж оно чудо такое раздобыл, я такие только в кино видела, даже у Вики такого нет! Впрочем, у него и кофе был дорогой, не пыль из банки со слоном, и конфеты дорогие, с ликером... В то, что передо мной на старенькой табуретке сейчас сидит простой гопарь, верилось все меньше и меньше. -- Слушай, чего ты меня так разглядываешь, как Мону Лизу в Лувре, -- возмутился парень, -- ешь лучше, давай, конфеты! Или может чего посерьёзнее, чем кофеек хочешь? Могу яичницу поджарить с колбасой и где-то у меня ещё были круассаны, шоколадные... -- Слушай, -- не выдержала я, -- ты кто такой, блядь? Знаешь Пророка, живёшь один в трёхкомнатной и ешь круассаны спокойно... Да у нас во дворе большинство о такой диковине и не слышали! -- Ну, так ты ж в курсе дела, -- хмыкнул Ириска и реально вытащил из шкафчика круассаны. Нет, он точно не так прост, как кажется! Да эти пирожные даже для Викиного отца дорогое удовольствие, их покупали только раз в год, на день рождения дочери и, когда Вика принесла их в класс, то мы делили их линейкой, по штучке на троих, а у Ириски огромный пакет восхитительно пахнущих крохотных круассанчиков, и он небрежно высыпал их в простую эмалированную чашку, как будто это были сухари, которые он сам насушил, ну, ничего себе, размах. Я аккуратно взяла один, потом второй... Пироженки просто таяли во рту, удовольствие просто захлестнуло меня с головой, но любопытство было сильнее. -- Кто. Ты. Такой? -- Отчеканила я, глядя в его глаза. -- Раз уж ты упомянул Пророка, то уж, будь добр, просвети меня, откуда такой, как ты, вообще мог о нем узнать? Навряд ли Ардек на стрелки Темнорецкого района с Полтавскими ездит. Ириска громко заржал и снял замызганую шапку петушок, которую носил круглый год, даже в школе, помнится, в ней сидел, на него все учителя дружно орали, но поделать с ним ничего не смогли. На его плечи упали густые черные кудри, блестящие в луче света как черный бриллиант. Ё-моё, охренеть просто, вот это шевелюра! Да даже мои волосы, кажется, короче! И после этого он и дальше будет косить под гопоту обыкновенную? Да это же просто смешно! Ириска или, черт знает, как его теперь называть, быстрыми, отточенными движениями собрал кудри в небрежный пучок и с облегчением выдохнул. -- Ой, ты б знала, как тяжело прятать такую красоту, -- вздохнул он, -- а обрезать шевелюру права не имею: по контракту должен ходить так аж до 2026 года. Совет прически Ангелов утверждает раз в 50 лет, ну и придумали они в 1976 такую вот красоту. -- Ты Ангел? Серьезно? -- Ну, с некоторых пор, падший, но да, Ангел, -- хмыкнул он. -- Но Совету плевать, и от того, что они меня сюда отправили, Ангелом я быть не перестал, а потому вынужден таскаться в подобном виде. Офигеть, знакомствами я, конечно, обзавелась более чем нетривиальными, демоны, Пророк, а теперь ещё и падший Ангел. Интересно, а что ж надо сотворить, чтоб тебя с небес на землю скинули? Ох, с этими Ангелами надо быть поосторожнее. Очевидно, Ириска умел читать мысли, и не имел желания скрывать свою историю, потому что просто пригласил меня в комнату, молча, взмахом руки. Когда мы пришли в гостиную, я увидела огромный портрет на стене. Красивый черноволосый парень примерно моего возраста. Даже нет, не красивый, прекрасный. Лицо его поражало белизной кожи и огромными синими глазами неземной красоты, а черты лица были более совершенными, чем у Делона, честное слово. Ох, и откуда ж такие берутся. К сожалению черная траурная рамка обрамляющая портрет без слов говорила: он мертв. -- Это кто? -- с трудом вспомнив как дышать, спросила я. Нет, Пророк конечно очень и очень красивый мужчина, но этот парень... -- Мой брат, -- спокойно пояснил Ириска, -- его зовут Костя. Впрочем, все звали его Кай, как в Снежной Королеве. Я обожал его больше жизни, даже после смерти не оставил, наблюдал за ним с небес, он всегда меня радовал, был хорошим мальчиком, даже в эти сложные времена не ступил на кривую дорожку, учился, в физмат поступил, на бюджет, а потом... Ему исполнилось восемнадцать и родители сняли для него и его друзей загородный клуб, людьми они были не бедными, могли себе позволить. К сожалению, случился пожар. Костя и шестеро его друзей задохнулись дымом в помещении, где отмечали день рождения, там дверь заклинило. Их не успели спасти. Я часто думаю, что если бы был там, возможно, все было бы по другому. Но я не следил за ним в тот день, спешил на свидание, а потом долго винил себя в том, что все так случилось. После смерти младшего родители долго не прожили, ушли на тот свет, только они попали в Рай, что, кстати, странно, потому что папенька мой был бизнесмен, а вот Кай оказался в Аду. -- Но почему? Ты ведь сказал, что он был хорошим! -- Он родился вне брака, -- печально произнес Ириска и щелчком пальцев зажёг свечу. -- И потому в рай ему дорога была закрыта. Ну, а я... Я отомстил всем, кто убил моего брата и его друзей. -- Убил? В смысле, убил? -- Лен, ну ты вот вроде не маленькая, к чему такие глупые вопросы? Естественно, это было убийство, сами по себе у нас клубы пока не горят, ну, или по крайней мере, это точно был не тот случай. Кая и его друзей хладнокровно убили, а я расправился и с убийцами, и с заказчиками, а потом пошел и во всем признался. Ну, и вот теперь живу здесь. Знаешь, мне не повезло, могли бы отцы-воспитатели и в Ад отправить, там я хоть был бы рядом с братом, но нет. Я, к счастью, в Реале не пропал, приноровился уже, видишь. -- А почему ж ты банду соорудил? -- возмутилась я. -- Ты ж Ангел, нашел, блин, чем на жизнь зарабатывать! -- Время сейчас такое, -- вздохнул Ириска, -- а какое время, такие и Ангелы, знаешь. Что ж поделать, мне жить надо было, ну, и исходя из обстоятельств... Но мы так, по мелочи шерудим, мокрухи на нас нет, не хочу я, чтоб мои парни кровью руки пачкали. Хватит того, что я грешник великий. -- Может, и грешник, -- запальчиво сказала я, -- но ты сильнее меня. Я вот отца убить не смогла, только и хватило духу, что ментов на него натравить. А надо было убить, блядь. -- Не переживай, он уже мертв, -- спокойно сказал Ириска. -- И гореть ему в Аду, за все его прегрешения. -- Мертв? Но как? Когда он успел, что случилось? -- Ох, малышка, сколько же вопросов в минуту ты можешь задать? Отвечаю по порядку, умер он ещё три дня назад, вам не сообщили ещё пока просто. Умер не хорошо: сокамерники его оказались пацанами правильными и разобрались с ним по местным законам, очень в тюрьме не любят тех, кто обижает детей. Ладно, с тобой общаться конечно классно, но думаю, что правильнее будет сейчас позвонить Пророку, он у нас мужчина специфический, как бы не приревновал, прости меня Господи. Я признала его правоту и нащупала в кармане кристалл. Действительно лучше Пророку узнать о том, в какой ситуации я оказалась. Уж не знаю, что там насчёт ревности, а вот помощь мне точно понадобится: не могу же я остаться у Ириски жить. И черт, как только пообщаюсь с Пророком, надо все таки узнать, как зовут нашего Ангела, если честно, Ириска ему совсем не подходит.