Глава 9. Над чужим горем не смеются.

Ровно в шесть вечера. Она и Рома сидели за письменным столом и чинили пейджер. В его рту была сигарета. На столе длинный зелёный лук, помидор нарезанный в тарелке, который лежал по совместительству с лучком, и жгучий перец с огурцом. Он был в домашних штанах и майке. На столе была пепельница, паяльник и отвертка.       – ты точно разбираешься?       – не смеши меня, родная. Я отдался этому делу с класса восьмого и торчу в гараже папашки очень долгое время. Ты, лучше подай мне паяльник, перед этим  прихватку надень. А то скажешь, что чинили вместе, а отлупят вместе. А я, тебя в обиду не дам, Маргаритка. – он подмигнул и взял лупу со стола.       – как меня только не называли.. Вот держи. – она передала аккуратно ему в руку паяльник и смотрела над происходящим.       – едрит Мадрид. Да у тебя цыганёнок пизденек спëр детальку. Передатчик. Без него он будет плохо работать. Пошли на чердак посмотрим. Или боишься?       – да я сто раз там была, у бабушки.       – хотя, надо вынуть из гаража две коробки, поискать там, а потом в коробках на чердаке, потом на балкон. Короче здесь посиди, телевизор посмотри. У мамки завалялись индийские фильмы, быть может — смотришь?       – мне даже страшно говорить какие нравятся.       – американские нибось? – кричал он с чердака.       – да! Ну там знаешь, другие ещё есть! Я ещё следствия вели смотрела! Правда потом из под одеялась хрен выходила!       – дурашка значит! А я вот, на эту фигню наткнулся, тип, аниме какое то, там команда вольтрона была.       – да к, я тоже видела его! И Сейлор Мун тоже! И Евангелион в оригинале!       – прям на ихнем языке? – принося коробки в комнату, он внимательно слушал.       Листая каналы. Первый попался официальный, российский канал, в котором содержались новости и события всей России. Рома сидел рядом, сидел обстановку. А на экране был огромный пожар, обстрел и крики и вызове пожарников и кареты скорой помощи с реанимацией. Это был большой домы Марг. Или похожий?       – чего смотришь? Не твой дом, значит не смотри. Не хватало мне ещё твоих слез. Еле развеселились. – доставая предметы из гарнитур и механизмов, он сдувал скопления пыли.       – Ром.. Это.. Это мой дом! Это мой дом! Он говорит! Папа, папа! – она побежала к телефону Ромы, позвонила на него и ей ответил он — отец Маргарет.       – Доченька, я сделал всё, что мог, я люблю тебя, пожалуйста, слушайся во всём мою сестру с её мужем. Они были тебе крестными родителями. А теперь вторыми.       – Пап, нет! Что мать его происходит? Объясни! Пап, я не хочу тебя терять! Пожалуйста скажи!       – наш дом под обстре.. – из трубки послышались короткие гудки, и еле слышные выстрелы. Она сжала рукой ладонь и еле встала. С трясущимися коленками направилась к кухне. Налила из графина водички и принялась глотать как ненормальная. Каждому глотку мешал ком во рту.       – Маргарит, всё в порядке? Ты в порядке?       – мне страшно.. Папа был под обстрелом. А я ничего не сделала! Что я за дочь никудышная!? Включи обратно телевизор, мне нужно досмотреть. Это прямая съёмка.       Она со слезами увидела, как на видео выкатывают отца в комету скорой помощи. В дом врываются органы милиции и берут подкрепление. По телевизору спустя пять минуть, сообщили: «Он скончался»       – я так не могу.. – она надела свои валенки и поспешила к выходу, побежала домой. А за ней мигом бежал Пятифанов.       – Маргарита! Постой! Погоди! Не беги! Мне жаль. Но подумай о себе.       В этот момент хотелось вывернуть голову на все 360°. Голова не варила. А ноги подкашивались, путались в пространстве спотыкаясь на ровном месте. Слезы бились ручьём. Руки дрожали и обесилившись, она упала на снежную тропинку по которой шла. Она потеряв сознание, не могла совладать ни с поведением, ни с интонации, ни с координацией.       – Марг, Маргарита, ты жива? Блять, Марг! – он взял её на руки и положил в кровать. Накрыл пледом чтобы та спокойно и тепло приходила в себя.       А тем временем, он наливал в тазик воду. Воду отключили, поэтому Ромка набрал снега в тазик и залил кипяток, получив тёплую воду. На бортик вертикали кровати он положил носки. А на тумбочку чай с сахаром.       Сидя за пейджером и новостями на фоне, он скурпулезно выполнял задачу. Но улыбка быстро спала, после того, как он понял, что Марг без родителей. – не люди, а суки. А во всём виновата его дочь. Тфу блин. – пейджер был починен, а паяльник выключен из разряда. Подойдя к комнате, он увидел, как спит Марг. Он из интереса нащупал пульс. Он был, но сама она выглядела устало. – он жив? Как моя сестра? Скажи что он жив. – тремя его за плечо, рука также дрожала, а сердце вырывалось из груди. – Маргарит.. Сестра я не знаю.. А она у тебя есть?! – старшая. – отец умер. Марг, мне жаль. Всем жаль. У тебя мать в Канаде? Слушай, а отправляйся к ней. Тебя ждёт светлое будущее. – ты кретин? Во первых я к ней ни ногой! Во вторых я её ненавижу. Она бросила моего папу и свалила с хахалем хоккеистом за границу! Я как должна ей в лицо глядеть? Обойдётся! – хорошо.. Сестре сколько? – 22-23. – пф, хоть и старше нас двоих, но малявка как и мы. Погодь. Я здесь весь посёлок знаю, а половина из него мои кенты. Попрошу у них необходимое. И сбежим туда, куда тебе взбредёт. Как тебе Питер? – далеко. Сейчас не про столицу речь и не про город. Я доверю тебе, большую тайну. Но если ты хоть где то жто расскажешь, кроме бяшки. Я тебя ударю, честное слово! – глаза её перестали поблескивать от слез. – у отца набилось дохера врагов. Они то и убили его. Ты понимаешь, что будете, если мы победим в то место, где меня поджидают?! Мне придётся отсиживать за отца в деревне с плим заработком. – спокойно! Даже если хотят, я в обиду не дам. А если и ранят хоть как нибудь. Бить и таранить буду я. Ты доверяешь мне? – Да, доверяю.