VI "Моя судьба?"

Куроро После того как парни выбили дерьмо из админа, по очереди стали появляться девушки. И передо мной возникла она. Карие глаза, мраморного цвета кожа. Такая холодная и расчётливая. Я было подумал, что это и есть Руна, но она назвала совсем другое имя. Меня это слегка разочаровало, но я не терял надежды, что Руна будет похожа. Хоть внешность и не самая важная штука, но в Харуке есть что-то, что притягивает. Что-то тайное и непонятное. Такая милая, а в её глазах можно тонуть бесконечно. Она единственная из девочек, у кого такой тёмно-карий оттенок глаз. Я вспомнил, что сказал парень: «Когда увидите, то сразу поймёте». Но она — Харука, а не Руна. Появилась Руна. Мокрая. Видно, её мучали в воде, а может, просто квест завёл именно в воду. Но на меня она даже не взглянула, упала в обморок, что-то при этом прошептав Харуке. После я просто вернулся и сел, наблюдая, как Фейтан забирает её и уводит. Она молча повиновалась. Интересно, в постели она такая же послушная? Тут Пакунода решила проверить их воспоминания. Шира пережила поистине тяжёлые моменты. «Не стоит забирать у неё последнее, ради чего она ещё дышит. Да и уверен, Набунага проникся ею, узнав побольше», — думал я и вспоминал о Харуке. Я скучаю по ней. Какие-то две минуты перевернули весь мой мир. «Не понимаю, что со мной». — Что с ней делать? — спросила Мачи, подходя к Руне. Я встал и, не показывая виду, взял её на руки и отнёс в свободную комнату. Там было более-менее чисто и уютно. — Присмотри за ней, Кортопи, — тихо сказал я и вернулся к остальным. Когда Фейтан ушёл, моё сердце заколотилось сильнее. Я не знал, куда себя деть. Встав, я побрёл в сторону, куда отвели Харуку. Я переживал и волновался одновременно, но показать Фейтану этого не мог. Если они поистине судьбоносные, то я буду мешать ему. У Фейтана появится тот, к кому он не безразличен. Или он будет к ней относиться как к остальным? Я не заметил, как подошёл к двери. Я тихо открыл её. В комнате никого не было. Только звук воды в другой комнате. Легонько скользнув по постели, я ощутил приятный аромат. Фейтан пахнет кровью и сталью, и немного одеколоном, который он украл. Но я услышал ещё один запах — он такой тонкий и манящий. Я впился носом в подушку и представлял её. Её голое тело. «Интересно, какое оно? Такое же холодное? Мраморная кожа и этот сладковатый запах с чем-то свежим. Фейтан, везучий ты. Завидую. Хочу украсть». Последняя мысль привела меня в чувства. «Стоп, украсть у кого? У Фейтана? Ну нет, он же прибьёт меня. Он стоит под номером два не по силе, а потому что характер у него не для власти. Он хороший исполнитель, но если его вывести из себя — сомневаюсь, что кто-нибудь выживет... А к ней как он относится? Хочу увидеть и узнать». Дверь в комнату открылась. Я же молниеносно скользнул в другую и тихонько прикрыл её. Заглядывая в щель, я увидел её. Она стояла в полотенце, мокрая, манящая. Я видел всё, включая то, как двигаются мышцы при каждом действии. Девушка подошла к кровати, слегка огляделась и легла, прикрывая свою попку полотенцем. Недолго думая, она уснула. «Выдохлась, наверное. Интересно, я не вижу нити. Судя по запаху, что стоит в воздухе, между ними точно был половой акт. Но я не вижу нити». Улыбнувшись себе, я подумал: может, это ошибка, и она моя, а не Фейтана? Легонько пальцами скользнул по её ногам. Мягкая и нежная. Наклонившись, я услышал тот самый аромат — что-то пряно-сладкое, как шоколад с нотками цитрусов и свежести. Слегка отдалившись от девушки, я вошёл в ванную. Там стояли гель для душа и остальные вещи. «Когда он это притащил? Где украл? Ахахах, нет, я, конечно, знаю. Фейтан из тех, кто любит чистоту. Даже в детстве он всегда мылся чаще нас и всё время ругал, чтобы мы повторяли за ним. Особенно девушек. Мог даже подзатыльник отвесить, если сопротивлялись». Чуть приоткрыв дверь, я видел, как девушка во сне ворочается. «Наверное, он не входил в неё членом. Скорее всего, из-за этого у них нет нити. Я волнуюсь за неё. Я понимаю, что Фей не сделает больно — ему не нравится чувствовать боль. Он из тех, кто доставляет боль и причиняет её другим. Но связаны ли они узами? Чувствует ли он что-либо к её персоне?» Я стоял и гладил её бёдра и попку, открывая себе прекрасный вид. Опустился и поцеловал. Девушка лишь невольно что-то простонала, но не проснулась. Я лёг рядом и, открыв шеренгу к своему члену, взял и стал надрачивать. Одна рука нежно мяла мягкие места девушки, она же тихо сквозь сон и усталость стонала. Я набирал обороты второй рукой. Когда я был на пике, я прикоснулся носом к её волосам и, вдохнув, понял, что сейчас оболью её. Встав, я вошёл в ванную и медленно продолжил. Она спала, даже не подозревая об этом. Кончив, после того как замел все следы своего присутствия, вышел и на прощание поцеловал её в плечо. Закрыл дверь и удалился как можно быстрее, чтобы Фейтан ничего не заподозрил. И уже по лестнице я ругал себя: «Вот на что ты полез! А если он узнает, Харуке мало не покажется. Он ведь может просто мучить её по-разному». Я переживал, не понимая почему. Что такого я там обнаружил? Зачем так рисковать? Ладно я, но зачем так рисковать ею? «А если они и правда предназначены судьбой, то стоит ли мне... Ещё раз, я хочу коснуться её ещё раз». — Босс, она пришла в себя. Посмотрела её воспоминания, но ничего такого провокационного не нашла, — сказала Пакунода, подходя ко мне. — Я думал, Набунага отправил тебя смотреть за Широй, — удивился я. — Да, но они уже вернулись, — сказала она, смотря на меня в недоумении. — Босс, с тобой всё в порядке? — она хотела прикоснуться ко мне, но её отвлекла входящая смс. — Это Фейтан. Как всегда, краток, — сказал я, отмечая в голове, как Харуке придётся трудно с ним. — Надеюсь, она найдёт к нему подход. — И я отправил смс Фейтану. После я отправил Шизу к нему и передал, чтобы не затягивал с нитью. Присев на выступ, открыл книгу, пытаясь вспомнить каждое прикосновение. Прошло немало времени, прежде чем Шизуку принесла товар, завёрнутый в платочек. Украв способность, она добила Сову, и он исчез. Брожу вокруг товара, а найти себе место не могу. Голова закипела. Парни взволнованно просили расслабиться и идти к Руне. А после смс добила меня: «У нас нить». Я снова сел на выступ, пытаясь осознать, что Харука не принадлежит мне. Я стал думать, что сделать, чтобы остаться рядом хотя бы просто со стороны. План пришёл ко мне сам по себе. Аукцион, дочка Ностраде — и всё прошло как по маслу. Фей время от времени пропадал, исчезал, а после снова появлялся. Поздней ночью мы решили отметить, и я подошёл к Фейтану, чтобы позвать его. Он обернулся. — Мне надо посмотреть, как она там, Босс. Может, пусть сидят в одном месте, — прося или уточняя, сказал парень. Меня это обрадовало. «Он сам её приводит. Это хорошо. Тогда...» — Зовите их сюда, пусть тоже порадуются. Есть повод же. К тому же они скоро разойдутся на неопределённое время, — «напоследок хочу увидеть». — Понял, — коротко прошептал Фей и скрылся в темноте. — Эй, тогда сейчас приведу Асами, раз такое дело, — сказал Финкс. — Я с тобой, вдруг ей помощь понадобится, — произнёс Шал. Все как-то зашевелилось, стало более живым. Даже девчонки что-то обсуждали. Набунага пришёл с Широй. Она ничуть не изменилась — такой же взгляд, такая же походка. Финкс и Асами, что уже была одета в другую одежду — на ней были джинсы и обтягивающая футболка. Девушка шла, опираясь на Финкса. «Почему он её просто не понесёт? Она же лёгкая. Не хочет показывать нам свою заботливую сторону». Но как бы он ни показывал свою холодную сторону, в его взгляде читалась тревога за девушку. И за вечер он не один раз к ней подошёл. Я замер. Из темноты шли они. Фей шёл впереди, Харука шла сзади. Медленно он подвёл её к остальным девушкам и что-то шепнул ей в ухо, касаясь его. Она поёрзала, но сразу ответила, не меняя лица. «Как же она... Блин, я совсем забыл про Руну». Я встал и, уже проходя, увидел, как Боноленов и Кортопи ведут девушку. Она шла, опустив голову вниз. Молча, даже головы не подняла, смотрела в пол. Пройдя мимо меня, ребята довели её к остальным. Харука же хотела подойти, но Фей взял её за руку, что-то шепча ей, и он посмотрел на меня. Я пожал плечами и понял, что смотреть больше не могу, хотя наблюдать за ними было очень весело. Пошёл к своему уже привычному месту. Руна сидела молча. К ней подошла Шира, они что-то говорили, и Руна начала плакать. А у меня закололо в грудной клетке. Что-то острое и больное ломало и пронизывало меня насквозь. Девушки стали успокаивать её, и после нескольких разговоров туда снова втиснулся Фей. Он просто сидел рядом и наблюдал. — Может, мы поговорим о своих секретах? Не хочешь уйти? — спросила Шира. — Не хочу, — коротко сказал он, а после, присаживаясь рядом, облокотился на Харуку, положив голову. Они сидели спина к спине. Я только сейчас увидел, что она сидела на куртке Фейтана. «Видимо, зря переживал». — Эй, Фейтан, они же девочки. Оставь их уже, иди к нам, нам есть что обсудить, — сказал Финкс. После пришла Пакунода и раздала всем плед. Как только Харука накрылась, он снова что-то ей сказал, она согласилась, и он ушёл к остальным. «Что они там, секреты какие-то рассказывают? Или он ей угрожал? Блин...» — Фейтан, подойди ко мне, — сказал я. Тот, не доходя до парней, оказался возле меня. Он присел на корточки и, смотря мне в глаза снизу вверх, приподнял брови. — Тебе жарко? — начал я. — Да, я выпил много, — ответил он, не отводя взгляд. — Босс, ты приходил в мою комнату? — спросил он. — Нет, не так. Заходил ли ты в мою комнату, пока меня не было? — вопрос стоял иначе. «Я знаю, что это был ты». Значит, он всё понял. — Да, это был я, — сказал я и увидел, как его глаза блеснули злостью. Он встал и сел возле меня. — Она мылась или уже спа... — не давая ему договорить. — Она была в душе, а после я ушёл, — сказал я. — Зачем ты заходил? — спросил он, смотря вперёд. — А как ты думаешь? — вопрос на вопрос. Парень перевёл взгляд с девушки на меня, и по мне прошелся холодок. — Босс, это моя девочка. Моя маленькая хрупкая девочка, — уточнил он. — За неё я любого на молекулы разберу, — продолжил он. — Я понимаю. Что поделать, ничего не могу. Не хочу идти против Паука, но и сделать с собой ничего не могу, — сказал я, сверля взглядом Руну. Она вообще боялась смотреть на меня и при любом раскладе отводила взгляд. — Как насчёт неё? — спросил он, смотря уже на мою девушку. — А что с ней? Она меня даже видеть не хочет. Идти против воли, насиловать... С любой другой это бы сработало, а как тут? — сказал я, рассуждая вслух. — И поэтому ты переключился на Хару? — спросил Фей. — Нет, она мне сразу понравилась, и я до последнего верил, что она не для тебя, — замечая нить, ответил я. Он молча встал и, замечая что-то, оказался позади Харуки. Она посмотрела вверх. Фей опустился и что-то ей прошептал. Они явно о чём-то говорят. Диалог между ними длился довольно долго, и всё это время я смотрел на них. «Они милые и общаются неплохо. Не то что мы с Руной. Она явно боится меня, и я это чувствую — её страх расплывается по мне каждый раз, когда я смотрю на неё». Таким же рывком Фейтан оказался возле меня. — Я спросил про тебя, — ответил он, смотря на Харуку. Та смотрела на нас, и я снова тонул в её карих глазах. — Что? Что ты спросил? — ответил я. — Ты ей тоже не нравишься, — сказал Фей, выдыхая комок воздуха. — Ру... Руне? Я тоже не нравлюсь? — я вообще опешил. Это последнее, о чём я думал. — Да. Харука спросила у неё. Помнишь, когда я первый раз посмотрел в твою сторону? Тогда я и попросил об этом. Она удивилась, но всё-таки согласилась. Не перечит мне, ихихих, — расмеявшись, он присел. — Она довольно дерзкая и бывает капризничает. Но есть средство, которое её подчиняет мне, — продолжил он. — Запугиваешь её или морально давишь? — ждал ответа первого варианта. — Ебу. Целую. Особенно в анал. После него — как шёлковая, — ответил он мне. — Ты довольно искренен сегодня, — говоря это, я представлял картины. — Я тебе когда-то врал? — спросил он. — Я всегда говорил правду, особенно тебе. И ей я тоже не вру. После нашего с ней секса она уснула, а я стал шататься по комнате и заметил кое-что. Я сразу понял, что это ты приходил. Меня это взбесило, и я невольно сломал кое-что. От этого проснулась Харука, и я стал допытывать её. Сначала ласкал, целовал, шептал всякое на ухо, а потом выебал в попу. И теперь — как шёлковая. А то спорила со мной, ещё ругалась: «Ты не в себе», — говорила. Я знаю, что не в себе, ихихих, — говоря всё это ошеломлённому мне. — Но я это к тому, что секс помогает. Он помогает регулировать отношения. Харука поначалу вообще с чего-то решила, что я её убью. Но она мне в начале понравилась, просто я этого не показываю, как ты, — говорил он это всё, смотря на меня. Его глаза были на удивление живые, а взгляд — озадаченный чем-то. — Для чего ты рассказал такие подробности? — спросил я. — Ты хочешь, чтобы я тоже её трахнул в попку? — Если ты про Руну, то да, — это был как совет. — Возможно, он работает только на Харуке. Точнее, так работает только у нас с ней. Она горячая и вспыльчивая и часто дерзила мне. Но после пары движений подчиняется и... ихихх, ну, в общем, ты понял, — сказал он. — То есть есть вероятность, что на Руну это повлияет, — спросил я. — Когда Харука появилась, меня раздирало от любопытства. И ей тоже было интересно. Страшно, да, но интересно. И именно этот интерес привёл к тому, что мы сейчас имеем, — говорил он, сводя ноги вместе. — То есть если у вас друг к другу не приязнь, то это не из-за тебя. Пока Руна не захочет тебя узнать лучше, ты так и будешь чувствовать то, что чувствует она по отношению к тебе. Понял? «Все чувства связаны». А после секса, особенно хорошего секса, эти чувства обостряются до пика, — говоря это, он встал и пошёл за пивом, оставляя меня одного со своими мыслями. — А, кстати, — мне сейчас Харука сказала. Моя девочка действительно умна. Бугагага, я везучий! — и он ушёл в сторону ящиков. Я опешил. Секс. Он сейчас рассказал про секс с ней. Да, многие подробности он утаил, но чтобы Фей так говорил... Хотя это была больше подсказка или же намёк: «Отвали от моей Харуки». Я улыбнулся. Встал и пошёл в сторону девушек. За Харукой сидел Фей спиной к спине, он что-то тихо шептал ей на ухо, она так же тихо отвечала. Пришли Набунага, Пакунода, Финкс и я. Руна встала и хотела уйти. Я схватил её за запястье. Девушке стало некомфортно, и я услышал: — Отпусти её, пожалуйста, — сказала Харука, смотря мне в глаза. Фей одной рукой гладил её по голове, что-то шепча. Я снова тонул в её глазах и отпустил Руну. Она подбежала к Асами и спряталась за спиной. Мои были в шоке от такого действия. После подошла Мачи и Кортопи, они что-то сказали девушке, та же кивнула и пошла за ними. — Дерзкая, — вспомнив слова Фейтана, проговорил я, утопая в этих карих глазах. И я чувствовал, как внизу живота у меня вскипает и полыхает. Что-то шепнул опять Фейтан ей на ухо. Они встали и ушли. Я, недолго думая, пошёл за ними. Я хотел эти глаза. Я их желал, видеть их, смотреть. Они поднялись на этаж выше и направились в мои покои. После того как они остановились, Харука открыла дверь, и оба вошли. Фей заметил меня и подождал с открытой дверью. Мы зашли. Мачи, увидев нас, взяв Кортопи, скрылась во тьме. Фейтан подошёл и присел рядом с девушками. Я же стоял у прохода. Оказалось, Харука принесла выпивку и еду Руне. — Тебе надо поесть. Почему Мачи жалуется на тебя? — требовательно сказала кареглазая. Руна робко молчала. — Мне тебя покормить? — сказала она, изменив тон. — Ммм, как интересно. У вас такие, значит, отношения, — проговорил Фей, расплываясь в улыбке. — Какие? — спросила Руна. Я впервые услышал её голос. По мне пробежали мурашки, которые отдались во всех конечностях. — Доверительные, — вставая, сказал Фей и посмотрел на меня. Я использовал «Дзэцу», поэтому малышки и не замечали меня. Девушки молчали, ожидая от меня какого-то ответа. — Я пришёл в свои покои, а вы тут столовую устроили. Нет, я бы понял, если бы что-то другое, — усмехнувшись и представляя под собой Харуку, сказал я. — Хмм, хорошее предложение, — сказал Фей. — Мне важно, что ты мне ответишь? — Плохое предложение. Мне оно не нравится, — сказала девушка, недолго думая. Руна молча ела, заливаясь краской и запивая всё пивом. Чуть погодя на Руну стали действовать градусы, и она обняла Харуку и Фейтана. — Ну вот, я же сказала, она напьётся. Че теперь делать? — проговорила Хару. Я тихо подошёл и сел со стороны Фейтана, ближе к Руне. Большая попа, тонкая талия и большая грудь, тонкие кисти, бледная кожа, пьяный хмельной взгляд. Фейтан намекал, что оставит нас. Он не говорил вслух, но по его глазам всё было ясно. И я, недолго думая, отдернул девушку на себя. — Может, меня будешь обнимать? — сказал я, поворачивая её и целуя в губы. «Не того я хотел, ну да ладно». Она, как зверь, сняла с меня одежду и кончиком языка покатилась к шее. «Они не... не такие, как кажется», — вспомнил я Финкса. В этот момент Фейтан уложил Харуку под себя и обжигал её тело поцелуями. Девушка пыталась вывернуться из-под моего друга. — Не хулигань, малыш. Ты забыла, какой я, когда в бешенстве? Напомнить, что было часов шесть назад? — смотря в эти бездонные глаза, говорил Фейтан. — Слушайся папочку, и всё будет хорошо, — шипел он ей в ухо, и девушка будто под заклинанием подчинилась ему. «Ну, удивляться не стоит, он умеет», — подумалось мне, пока Руна не спустилась языком к члену. Она села и, как кошка, стала тереться о ткань. Я выдохнул. Я не ожидал и даже не предполагал что-то подобное. Я хотел предложить Фейтану поменяться, но не думал, что это будет так. Пока я размышлял о том, как мне повезло, эта кошка расстегнула замочек, и через пару движений в её руках был мой член. Сосёт она знатно, даже без тени стеснения, что тут её подруга. Она заглатывала как можно дальше, прибавляя темп. Пока я смотрел, как сосёт Руна, Фейтан раздел Харуку, оголив её, и, достав свой ствол (несмотря на рост и вес, в члене он ничуть не уступает, а в умении трахаться — тем более. Когда надо было допросить девушку, Фей включал кнут и пряник, и обычно он с Шалом или со мной крутил девочек. Если девка была хороша, нас было трое; если так себе — двое; а если она вообще ни о чём — БДСМ в помощь), поставил её раком так, что девушка киской оказалась под моими руками. Один кивок Фея — и я понял, что он хотел. Я обмочил слюной пальцы и провёл ими по киске. Мягкая и упругая одновременно, она сразу стала выделять смазку, и я ввёл два пальца сразу. Девушка застонала с членом во рту. Фей стянул с Руны штаны и сделал также. Девочка от удовольствия закатила глаза. — Мм, тебе нравится, как Фейтан тебя ласкает? — сказал я, беря её за волосы. «Угу», «Ещё, я хочу ещё!» — алкоголь полностью отключил здравый смысл, и она просто на инстинктах просила. — Босс, я хочу видеть, как моя сосёт кому-то ещё, если ты не против, — скомандовал Фей и вышел изо рта девушки. Та стала стонать в голос от моих пальцев. Фейтан, грубо взяв её за шею, приблизил. — У тебя будет сегодня тест-драйв. Поняла? Мы будем меняться вами, а после выебем в два члена. Руна, ты же хочешь этого? — хищно спросил он. «Уг... гу... да», — приглушённо говорила та, что обсасывала мои яйца. Фей помассировал её клитор, а после вошёл. Девчонка стоном выгнулась. — Бугагага, — произнёс Фейтан. — Ну что ж, тогда... — я вышел изо рта девушки и поднёс к Харуке. На секунду она замерла. — Ихих, я вижу, как тебе нравится. Не скрывай этого. Мне нравится всё, особенно твоя раскрепощённость, — говорил он Харуке в рот. Она стонала громко. Таких приятных стонов я не слышал. Волнение росло. Я продолжал, увеличивая темп, а после скомандовал: — Как насчёт она, моя милая? — взяв Харуку за волосы, приблизив к себе, медленно вышел из киски, потёрся членом о попу, а после вошёл туда. Она сжалась и выдохнула с меня стон. Фейтан, видя это всё, хихикнул, вдалбливая Руну в матрас. Она просила: «Ещё, жёстче, мне нравится, продолжай. Бл... Харука, как тебе повезло», — стоном вышло с неё. Я был в шоке. Я даже не думал, что они такие. Фей будто прочитал мысли и просто кивнул. Я же ускорил темп, и девчонка выгнулась и опрокинула назад голову. Я увидел бездну. После стал усыпать её поцелуями. Она держала руку Фейтана и стонала мне в рот. Я вышел из неё и отпустил. — Давай в неё, ей явно мало, — показал я на Руну. Фей вышел, пока я сажал Руну на себя, и она стала сразу плавно двигаться. Фейтан поцеловал Харуку, а после: «Тебе ждёт босс». Я сразу понял, что про куни. Шлёпнув Руну. Харука польностью села мне на лицо. Я вообще был не против, понимая, что потом минетом та не отделается. Фейтан обошёл и стал массировать попку Руны, а после вошёл. Харука, садясь на меня, завела руки в мои волосы. «Сладкая, ты не отвертишься от меня», — смеясь своим мыслям, я был на пике. Руна стонала и целовала Харуке грудь. После этого затряслась и кончила на меня. Откинув в сторону Руну, хищной улыбкой Фейтан сказал: — Теперь твоя очередь, малыш, — и, взяв её за руку, помог усадить на мой член попкой. — Ах... ха... ха, — стонала она. — Тише, тише, сейчас будет приятно. Ты же хочешь меня? Она в ответ кивнула, и Фей вошёл в киску, массируя клитор. Харука зарычала от удовольствия, доставляя нам невероятные впечатления. Дальше я уже не особо осознавал, что делал. Лишь инстинкт, похабщина и её сладкие стоны ублажали наши уши. Трахали то спереди, то сзади. Когда Фейтан положил её ко мне лицом, шепнул и сказал: «Соси ему, как ты это делаешь для меня, и папочка тебя наградит». Она без тени сомнения оставила на мне мокрую дорожку, а после взяла в рот. Я смотрел, как она старательно делает каждое движение. — Руна, мы ещё не закончили, — и он посадил на себя, шлёпая и кусая. Руна вся извивалась, бёдра её двигались в разных направлениях. — Босс, выеби её до конвульсий. Я дожму твою, если ты не против, — спросил он, указывая на то, как Харука заглатывает член по самые гланды. И я трахал её, наращивая темп — и в попу, и в киску сначала раком, потом миссионерской. Усыпал её поцелуями, оставлял засосы. Я только этого и хотел. Массировал клитор. Она кончала, тряслась, а я продолжал ей пользоваться, как будто это было в последний раз в моей жизни. Руне повезло меньше, ведь с ней был Фейтан. Каждые пять минут — оргазмы. Она дрожала, но просила его ещё. Фейтан и не думал останавливаться. Сдавив Харуке горло, от нехватки воздуха она выгнулась, и я спросил: — Куда ты хочешь, чтобы я кончил? — то, что я услышал, меня слегка шокировало. — В рот. Ах... хаа... хочу в рот, — ноюще просила она, облизывая сухие губы. Ну, разве я мог отказать? Я вышел, и она сразу повернулась, а я щалил ей в ротик. Тяжело дыша. После нескольких толчков Фейтан, рыча, кончил Руне в анал. Шлёпнув её по попе, он вышел и присел возле Харуки. По-отцовски поправил волосы, а после сказал: — Тебе понравилось? Лучше, если да. Следующего раза не будет. Это был последний раз, когда тебя кто-то трахал помимо меня. Прими это как факт того, что ты теперь моя, — нежно целуя в лоб, сказал он. — Ладно, Босс, пойдём мы к себе. Если что-то надо — напиши мне или позвони, — продолжил он, одевая себя и Харуку. Дальше они скрылись в темноте, а я остался один с Руной, которая уже дрыхла от упадка сил. Я был на пике, но после осознал, что происходит. Пусть и таким диким способом, но Фей помог осознать две вещи. Первое: Руна действительно моя. Не то чтобы я её любил — во мне вообще такого слова нет. Но я понял, что не собираюсь её никому отдавать. Эта маленькая шлюшка теперь моя. Второе: Харука пиздатая во всех смыслах. Даже в постели, даже после такого она не потеряла своего лица, лишь увеличила увлечение. Ведь взгляд Фейтана стал просто ужасающим — с намёком, что это было первым и последним разом, когда он ей изменил или позволил изменить ему. Это напугало и насторожило, но так же предупредило: не стоит трогать то, что принадлежит дракону. И именно это задело — почему я должен своё кому-то отдавать? Руна — моя, и это никем не изменится. Завтра надо будет допросить того Купидона или кто он там. Я обнял своего зайчика. Она что-то бормотала во сне и улыбалась. — Вот так бы сразу, а то вздумала бояться меня.Завтра будешь давать в Задницу мне и будешь сосать, поняла? Надо отучить тебя давать другим свою попку или узкую киску, — поцеловал её в макушку, понимая, что завтра будет насыщенный день с самого утра.