Pt. 4

— О, кто это у нас? — едко протянула блондинка, делая шаг вперёд. Ее голос был полон приторной фальши. — Владик, неужели ты настолько отчаялся, что тебе приходится репетировать с... — она окинула Варю презрительным взглядом с головы до ног, — с Ветровой? Кика и Настасья рядом с ней хихикнули, очевидно, наслаждаясь моментом.   Варя почувствовала, как внутри всё закипает. Вот оно. То, чего она так боялась. Публичное унижение, да ещё и в присутствии Влада и её друзей. Она стиснула зубы, стараясь не выдать своего гнева. Влад, казалось, был застигнут врасплох. Его лицо, до этого оживлённое, застыло. Он не ожидал такого прямого столкновения. — Любава, это не твоё дело. Мы готовимся к балу, — спокойно, но с оттенком раздражения произнёс он. — О, конечно-конечно! К балу! — Любава игриво закатила глаза. — Ну да, я вижу, как вы "готовитесь". Наверное, учите песню "Кому-то не хватает мужского внимания"? — Любава, отвали, — вмешалась Алёна, которая подошла ближе с Сашей и Машей. — Они репетируют. Что с того? — О, Рыжова, опять ты! — Любава скрестила руки на груди. — Вы стоите друг друга, ведь абсолютно очевидно, как она... — она снова указала на Варю, — вешается на Влада. Он же такой наивный, все к нему липнут. Варя не выдержала. Краска прилила к её щекам. — Фильтруй хоть немного, Любава! Мы просто репетируем! А ты, если тебе так не хватает внимания Влада, можешь прийти на бал и убедиться в этом сама. — О, я обязательно приду, — сладко протянула блондинка. — И посмотрю, как ты будешь позориться. Владик, я думала, у тебя вкус получше.   Иронично, как Варя думала то же самое, только о Владе. Как же сильно она заблуждалась.   Последняя фраза блондинки была адресована Владу напрямую, с явной попыткой уколоть его. Варя почувствовала, как её кулаки сжимаются. Ей так хотелось врезать этой... Барби, но она сдержалась. Взгляд её метнулся к Владу, пытаясь понять его реакцию.   Брюнет сделал глубокий вдох. Его спокойствие, которое он так долго держал, не могло быть вечным. Да, он часто флиртовал с ней, но это вовсе не значило, что она могла себя так вести с его...партнершей? Он посмотрел на Любаву, затем на Варю, которая стояла, бледная от злости, но не произносила ни слова. — Любава, — произнёс Влад голосом, полным холодной стали, — если ты не прекратишь свои глупые выходки, я заставлю тебя прекратить. Не люблю, когда оскорбляют моих партнёров. Особенно тех, кто действительно талантлив.   Эти слова были как пощёчина для Любавы. Она остолбенела, не ожидая такой резкости от Влада. Варя, в свою очередь, была потрясена. Он вступился за неё. Он назвал её талантливой. Неожиданный жест поддержки, который в её сознании совершенно не вязался с прежним образом Князева.   Любава, побледнев от гнева, что её план унижения провалился, лишь фыркнула. — Угу, конечно, Владик! Она тебе просто запудрила мозги! — девушка фыркнула, — Что же... Удачной "репетиции"! — она резко развернулась и поспешно удалилась, уводя за собой ошарашенных Кику и Настасью. Наступила тишина. Варя всё ещё чувствовала себя напряженной, но в то же время внутри разливалось тепло от слов Влада. Он защитил её. — Спасибо, — тихо сказала Варя, посмотрев на него.   Парень пожал плечами. — Не за что. Она просто... хочет внимания, наверное. Да и пофигу , если честно. Тебе далеко идти домой? Я провожу тебя. — Не стоит... — Ещё как стоит, — он покосился на неё, — мы с Сашей всё-таки джентльмены, хоть по началу и не было видно. — Почему же, — Варя хмыкнула, обращая внимание на Абрикосова, который шутил о чем-то с Алёной, — по Саше было видно сразу. — Ну конечно, — цокнул Князев скорее саркастично, чем обиженно, — в любом случае, я провожу.   Пара двинулась дальше, оставив за спиной Алену с Машей и удивленного Сашу. Варя помахала девочкам и они отправились домой. Инцидент с Любавой хоть и оставил неприятный осадок, но, как ни странно, еще больше сблизил Варю и Влада, показав шатенке, что за маской высокомерия у него скрывается неожиданная, но очень приятная человеческая черта.   После стычки с Любавой, Варя и Влад пошли молча, каждый переваривая произошедшее. Варя была благодарна ему за то, что отстоял её перед этой блондинистой выдрой. Хотя она бы и сама справилась. Но всё равно девушке было приятно. Он, казалось, был немного смущен своей собственной реакцией, но виду не подавал.   Когда они подошли к дому Вари, на улице уже совсем стемнело. Из окон дома лился тёплый свет, создавая уютную картину. Варя остановилась у калитки. — Спасибо, что проводил, — сказала она, чувствуя себя немного неловко. — Не за что, — ответил Влад. — Да и мне в ту же сторону, почти.   В этот момент дверь дома распахнулась, и на пороге появилась Людмила. Увидев дочь не одну, она широко улыбнулась. — Варечка, это ты? Ой, а это кто с тобой? Проходите, не стойте на холоде!   Людмила, приветливо жестом пригласила Влада войти. Варя, почувствовав, как её сердце ёкнуло, представила брюнета. — Мам, это Влад Князев, мой партнёр на выступлении. — Влад! Как приятно познакомиться! Проходи, пожалуйста, не стесняйся. Мы как раз чай пьём.   Влад, хоть и немного застигнутый врасплох таким гостеприимством, вежливо кивнул. — Спасибо, очень приятно.   Они вошли в прихожую. Из кухни доносились голоса. Варя почувствовала, как её ладони слегка вспотели. Сейчас произойдёт "смотр".   Первым из кухни вышел Виктор, увидев незнакомого парня рядом с дочерью, он нахмурился. Его взгляд был оценивающим и настороженным.       Затем появилась бабушка, которая, заметив Влада, прищурилась, словно пытаясь разглядеть в нём нечто подозрительное. — Добрый вечер, — вежливо произнёс Влад, пытаясь улыбнуться.   Виктор лишь сухо кивнул, не произнося ни слова. Бабушка бросила на него взгляд из-под очков, полный недоверия. — Молодой человек, — произнесла она, — а вы к нам по делу или так, просто зашли?   Влад неловко переступил с ноги на ногу. Его уверенность, которая только что была так очевидна на улице, пошатнулась. Он, кажется, понял, что его здесь не очень-то жалуют. — Я... я проводил Варю до дома после репетиции, — ответил он, чувствуя, как краснеет. Людмила, заметив напряжение, поспешила вмешаться. — Мама, Витя, ну что вы так на человека набросились? Это же варин партнёр по концерту.   Варя, увидев неловкость Влада, не могла сдержать тихого смешка. Она вдруг почувствовала себя намного свободнее. Ему тоже бывает некомфортно. — Кажется, меня здесь не очень-то жалуют у тебя дома, — пробормотал Влад, понизив голос, чтобы его услышала только Варя.   Варя, уже не скрывая улыбки, покачала головой. — Нет, всё нормально. Они просто... присматриваются. Потом она повернулась к родителям. — Пап, мам, бабуль, Влад очень приятный молодой человек, и он талантливый музыкант. Мы отлично ладим на репетициях, и он мне помогает с песней.   Её слова, произнесённые с искренней убеждённостью, произвели небольшой эффект. Виктор чуть расслабил плечи, а бабушка перестала буравить Влада взглядом, хотя и не выглядела полностью убеждённой. Людмила же, наоборот, обрадовалась. — Вот видишь! А то вы сразу, — она укоризненно посмотрела на мужа и маму. — Ну что же, Влад, может, зайдёшь на чай?   Влад, взглянув на напряжённые лица Виктора и бабушки, вежливо отказался. — Спасибо большое за приглашение, Людмила, но мне всё-таки пора. Дома ждут. Варя поняла его. Обстановка была слишком натянутой. — Хорошо, тогда увидимся завтра на репетиции? — Да, конечно, — кивнул Влад.   Он поклонился Людмиле, сухо попрощался с Виктором и бабушкой, которые лишь что-то невнятно пробормотали в ответ, и вышел обратно на улицу. Варя проследовала за ним.   Они остались стоять наедине возле её калитки. Снаружи было по-осеннему прохладно, и над головой мерцали первые звезды. — Спасибо за... лестные слова, Колючка. — сказал Влад, улыбнувшись, а затем будто вдохнул полной грудью.   Ветрова посмотрела на эту картину и захихикала. Она точно видела, насколько сильно её родственники напрягли Князева. "Поделом тебе за мою отбитую пятую точку" — подумала она. — Ты чего? — Уморительно было смотреть, как ты пытаешься не забиться в угол от моей семьи. — Они хотели меня съесть... — он сглотнул, от чего Варя начала смеяться в голос, — нет, ну правда! Особенно твоя бабушка! Суровая женщина, наверное... — Ой, хе-хе, — Варя вытирала выступившую от смеха слезу, — она хорошая, поверь. Просто они тебя проверяли на прочность.   Брюнет одобрительно кивнул, улыбаясь Ветровой. Варя посмотрела ему прямо в глаза. — И, кстати, что ещё за "лестные слова"? В этом нет никакой лести, Влад. Ты действительно талантливый, и мне действительно интересно с тобой работать. И... ты начал раскрываться мне с другой стороны. Ты не совсем такой, каким я тебя себе представляла.   Эти слова застали Влада врасплох. Он отвёл взгляд, переступая с ноги на ногу, не зная, что ответить. Варя впервые видела его таким растерянным. Это было даже... мило. — Ну, что ж... тогда, до завтра, Колючка, — произнёс он наконец, собираясь с мыслями. — До завтра, Князев, — ответила Варя, наблюдая, как он поворачивается и быстро идёт по улице, постепенно растворяясь в темноте.   Варя зашла в дом, чувствуя приятное тепло внутри. Она была полна решимости поговорить с семьёй, чтобы в следующий раз они встречали Князева не так "дружелюбно".   "В следующий раз?" — удивилась своим же мыслям Варя, — "А он будет что-ли?" Задумчиво почесывая голову, шатенка отправилась в ванную. Она не могла понять, что же она испытывает к брюнету, и так ли он её бесит на самом деле?..   А Влад, по дороге домой, постоянно думал о ней. О её смехе, когда он говорил о том, что его не жалуют. О её искреннем взгляде, когда она назвала его талантливым. "Не такой, каким я тебя себе представляла," — эти слова почему-то засели у него в голове, заставляя его самого задуматься о том, каким он на самом деле себя показывает другим. И впервые за долгое время он почувствовал, что ему хочется показать ей себя настоящего.   Дни сменялись днями, репетиции становились всё более плодотворными. Инструментальная композиция, начавшаяся с простой мелодии Вари, под руководством Влада превратилась в нечто значительно более сложное и глубокое.   Князев, казалось, полностью погрузился в процесс, и его талант раскрывался в каждом новом аккорде, в каждом предложенном им пассаже. Варя, поначалу настороженная, не могла не признать его профессионализм и тонкое чувство музыки. Она видела, как он способен уловить настроение, усилить его, придать форму.   Однажды, во время репетиции в актовом зале, они отрабатывали особенно сложный, синхронный переход. Брюнет, склонившись над своей гитарой, объяснял Варе тонкости ритма. — Вот здесь, — он наклонился чуть ближе, его голос стал тише, почти шептал у её уха, — тебе нужно начать на долю секунды раньше, чтобы наш звук слился, а не наслаивался. Попробуй почувствовать импульс, не жди меня.   Варя кивнула, сосредоточенно глядя на его пальцы, скользящие по струнам, а затем на свои. От его близости по коже пробежали мурашки, но она списала это на нервное напряжение и полное погружение в музыку. Её цель была одна: сыграть идеально.   Они снова начали. Влад, играя свою партию, краем глаза наблюдал за Варей. Её брови были чуть сведены, нижняя губа прикушена – верный признак максимальной концентрации. Когда она, следуя его совету, идеально вплела свой фрагмент в его мелодию, Влад невольно улыбнулся и сам себя поймал на этом. Его взгляд задержался на её лице, на том, как тень от ресниц ложится на щёку, на прядке волос, выбившейся из пучка. — Отлично! — выдохнул он, когда они закончили. — Вот это то, что нужно. Слышишь? Звучит идеально.   Варя, всё ещё в режиме максимальной сосредоточенности, лишь слегка покраснела от похвалы. — Да, мне кажется, это оно. Надо будет ещё пару раз пройти, чтобы закрепить. А потом попробуем финальную часть?   Влад с легким разочарованием отвёл взгляд. Она принимала его искреннее восхищение как чисто рабочую оценку. И почему его это так задевало? Брюнет не хотел себе в этом признаваться, но, кажется, ответ был более, чем очевиден.   Князев видел, как она стремится к совершенству, и это ему нравилось, но ему также хотелось, чтобы она заметила нечто большее.   Через несколько минут Варя, увлеченная новым куплетом, слишком резко повела рукой и уронила медиатор. Он с легким стуком упал под стул. — Чёрт! — пробормотала она, опускаясь, чтобы достать его.   Влад был быстрее. Брюнет согнулся, почти коснувшись её головы своей, и поднял медиатор. Когда он протянул его Варе, их пальцы на мгновение соприкоснулись. Влад задержал свою руку, его взгляд, сосредоточенный и необузданный, скользнул по её лицу. — Аккуратнее, Колючка, — прошептал он, и в его голосе прозвучал голод по её вниманию.   Варя, будто бы не обращая внимания на тепло его пальцев или же тембр голоса, лишь кивнула. Она взяла медиатор, её мозг уже обрабатывал следующий аккорд. — Ой, спасибо. Я просто так увлеклась, что совсем всё из рук валится.   Влад почувствовал легкий укол разочарования. Шатенка была полностью поглощена музыкой, предстоящим балом, необходимостью быть идеальной. Все её мысли были о песне, о том, чтобы справиться. Юноша думал, что ей просто не было дела до его взглядов и интонаций.   Он наблюдал, как она снова взяла медиатор и начала оттачивать тот же пассаж, который только что показался идеальным. Её спина была прямой, плечи чуть напряжены. "Какая же она... целеустремленная," — подумал Влад, чувствуя, как его симпатия к этой упрямой, сосредоточенной девушке растёт с каждым днём. Она была как та самая колючка – вроде бы отталкивала, но при ближайшем рассмотрении оказывалась невероятно стойкой и даже красивой.   Он понял, что крепко влип, когда красным текстом в подсознании возникла мысль погладить Варю по волосам. Затем сказать что-то ещё, может быть, пригласить куда-нибудь. Он сдался. "О, да ты влюбился, идиот" — кричал ему голос внутри.   Но он понимал – шатенка просто не услышит. Ветрова была так глубоко в своей музыке, в своём мире, что, вероятно, даже не думала о нем. Хотя вот он, перед ней!   От досадного осознания, парень случайно задел струну с нажимом, и она лопнула у него в руке. — Ах ты ж, блять! — шикнул Князев, потирая палец, который нехило хлестнула струна.   Ветрова мгновенно отвлеклась от игры, кинув взгляд на окровавленный палец Князева. Она вмиг переменилась в настроении. — Как ты так? — Пустяки, забей, — среагировал парень, наблюдая за обеспокоенным лицом шатенки. — Да какие пустяки! — Варя грозно насупилась, откладывая гитару, — пальцы — главный инструмент гитариста. К тому же, я знаю как это больно.   Ветрова спрыгнула со сцены, выуживая из своего рюкзака синюю упаковку с пластырем. Затем жестом указала парню присесть до её уровня, и тот молча повиновался.   Князев сам с себя охриневал, ведь такой покорности в нём не вызывала ещё ни одна женщина.   Он опустился на пол, чувствуя себя глупо, но одновременно с этим... странно легко. Его палец ныл, но это было ничто по сравнению с бурей, что бушевала внутри. Шатенка опустилась на одно колено прямо перед ним, склонившись над его рукой. Ее пряди снова выбились из пучка, упав на ее щеку. Влад замер, задержав дыхание. Он впервые видел ее так близко, не в пылу ссоры или отстраненно, а вот так – заботливо.   Девушка осторожно взяла его руку, ее пальцы были прохладными и немного шершавыми от струн. Влад почувствовал, как по его телу пробегает электрический разряд. Ему захотелось придвинуться ближе, почувствовать это прикосновение дольше.   Варя хмурилась, внимательно рассматривая порез. Ее взгляд был таким серьезным, словно она оценивала тяжелую травму. — Тут кровь уже запеклась, но лучше обработать, — пробормотала она, скорее себе, чем ему. — Не заразишься. Ветрова аккуратно развернула пластырь, затем с легким нажимом прижала его к порезу. Влад смотрел на ее лицо. На тонкие брови, изогнутые в легком недовольстве, на сосредоточенный взгляд ее аметистых глаз. Аметистовых, чёрт возьми! Он вообще не знал, что такие существуют.   И пахло от неё чем-то свежим – то ли цитрусом, то ли цветочным ароматом. Эта близость была почти невыносима.     "Идиот, идиот, ты точно влюбился!" — снова закричал голос в его голове, и на этот раз Влад не смог с ним спорить. Он был абсолютно прав.   Варя подняла на него взгляд, когда пластырь был наклеен. В ее глазах было легкое беспокойство и что-то, что Влад не мог прочитать. Ей, кажется, было неловко от их близости. Или это ему казалось? — Вот, — сказала она, слегка отстраняясь. — Готово. Ее голос был немного тише обычного. Шатенка не убрала руку сразу, и их ладони случайно соприкоснулись. Легкое касание, которое заставило сердце Влада пропустить удар. Он захотел схватить её за руку и переплести их пальцы, а лучше сразу же жадно прижать к себе девушку за тонкую талию. Но в действительности лишь смог сжать руку в кулак. — Спасибо, — произнес он, и этот простое слово далось ему с трудом. Ему хотелось сказать нечто большее. Рассказать ей, как его пробивает дрожь от ее прикосновения, как он вдруг начал замечать каждую ее черточку, каждое движение. Но слова застряли комом в горле.   Варя кивнула, отводя взгляд, и быстро поднялась на ноги, пытаясь вернуться к своей гитаре. — Не за что. Главное, впредь будь аккуратнее, Князев. А то без пальцев далеко не уедешь, — сказала она, и в ее голосе снова появилась легкая насмешка, но Влад уловил в ней и нотки чего-то явно недосказанного.   Он поднялся вслед за ней, чувствуя, как его сердце продолжает бешено стучать. Князев взглянул на гитару с лопнувшей струной, затем на свой палец с синим пластырем. Затем хмыкнул. — А как же, у кошечки боли, у собачки боли, а у Влада не боли? Ритуал не окончен. — сказал он, пытаясь снизить градус собственного напряжения.   Варя обернулась и нахмурилась. — Может мне ещё тебе пальчик поцеловать?   "А можешь меня?" — уже не отрицая свои мысли, подумал Князев, в упор глядя на шатенку. И у него чуть не вырвалось это вслух. — А может и да...   Ветрова ошарашенно уставилась на юношу. Она явно не понимала, что происходит. — Слушай, тебе точно струна не по лбу прилетела? — Как видишь, нет, — улыбнулся он и с лёгким ехидством добавил, — так что, жалеть меня будешь?   Варя закатила глаза и убрала гитару в чехол. — Пожалуй, на сегодня хватит. А то ты почти лишился пальца, а заодно и здравого смысла.   Она собрала все вещи и поспешно вышла из зала. Брюнет не препятствовал. Да и зачем же? Возможно, ей было не очень ловко в компании с ним после того, что парень осознал. Князев не был уверен ни в чём, кроме одного. Он знал точно — ему безумно нравится его Колючка.