Восставший из преисподней.

Перед началом чтения, прошу обратить внимание: отклонение от канона! Все действия здесь идут строго после 4 серии второго сезона ‘’Отель Хазбин’’

Имеется тесное сплетение с пятой серией. Хорошего чтения! ;)

***

Две недели прошли быстро.

Обстановка Ада была напряжённой.

Заводы стали выпускать в продажу аналоги копий ангельского оружия, тем самым давая грешникам некую защиту.

Демоны ходили и протестовали против Рая, устраивая целые митинги на улицах преисподней, которые активно поддерживались.

Чарли ходила вместе с Вэгги, оббивая все пороги, пытаясь остановить весь этот ужас. Она умоляла Кармиллу отменить все сделки с Воксом, но та лишь отмахнулась рукой.

— Я не стану ничего останавливать. Пойми, наш народ в большой опасности. Рай может напасть, когда захочет, мы должны быть готовы к отражению атаки, — разводя руками, отвечала демонесса, оборачиваясь к принцессе спиной. — Мисс Кармилла, умоляю! Вы должны меня понять. Мы только нашли способ помириться с Раем! Мы не должны этого потерять… — подходя ближе, сердце принцессы начинало стучать сильнее. — Чарли, прекрати это. Ты обязана защищать свой народ. Но вместо этого ты пытаешься помешать нам изготавливать средство защиты. Всё кончено. Прими это.

Демонесса махнула волосами, тут же уходя прочь и закрывая за собой двери. Чарли обречённо скатилась на колени, начиная сильно дрожать от страха неизвестности. Вэгги, нахмурившись, присела к своей девушке, забирая принцессу в объятия.

— Чарли… — тихий и мягкий голос сразу же окликнул златовласую девушку, пытаясь хоть как-то привлечь её внимание.

Но Чарли растерянно смотрела в пол, пока её зрачки бешено метались из стороны в сторону. Ей было тяжело принять это. Целые годы она пыталась помочь грешникам, пыталась найти способ мира — и все её старания ушли впустую…

Вэгги тут же силой подняла Чарли на ноги, хватая девушку за плечи. — Чарли, нам нужно уходить. Мы должны быть готовы к атаке Рая, Кармилла права. — Но… я… — Ты сделала всё, что могла. Я горжусь тобой, как и все остальные ребята. Но сейчас нужно обезопасить отель. Что скажешь? — рука павшего ангела нежно приподняла голову Чарли за подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза. — Да… ты права. Как всегда права…

***

Вечер в Аду был весьма весёлым. Возгласов грешников уже было не так слышно, как раньше, и на улицах становилось пустовато.

Отель всё так же продолжал дышать и жить своей жизнью.

Морнингстар сидела на диване, задумчиво смотря в пол, пока Энджел, в очередной раз, тискал пухлого наггетса.

Хаск дремал за барной стойкой, а Ниффти тыкала острой шпилькой очередных тараканов. И вроде всё как всегда, но лишь Вэгги ходила кругами по залу, ощущая внутреннюю тревогу.

— Я ничего не понимаю. Куда пропал Аластор? Почему в такой важный момент его нет здесь?! — отчаянно произнесла Чарли, падая спиной на диван. — Да забей хуй на этого олешонка. Ясен хуй, что сбежал, — закатив глаза, Энджел вставил свои ненужные три копейки в диалог. В какой-то момент Вэгги устало вздохнула, устремив шаг к выходу из отеля, мимолётно кинув что-то в духе: — Мне надо подышать свежим воздухом. Вэгги тут же покинула отель, начиная блуждать вокруг здания, обходя также ранее оставленные после истребления ямы. — Чёртов Рай. Всё идёт не так, как мы планировали… — Вэгги опустила голову, пытаясь сообразить, что делать дальше.

В какой-то момент ей захотелось взглянуть на тело Адама, которое должно было лежать в одной из таких ям. После того как Лют покинула Ад, они скинули все тела в одну большую яму, дабы не оставлять трупы на глазах народа.

— А ты всё так и лежишь там, паску…

Каково же было удивление Вэгги — не обнаружить в яме Адама.

Вместо тела там была лишь высохшая лужа ангельской крови. Вэгги ужаснулась, начиная бить тревогу. Был шанс того, что Адам вернулся в воплощении самого демона и теперь разгуливает здесь, среди остальных грешников.

— Либо он здесь, либо… Вэгги медленно подняла голову вверх, застыв от собственного осознания.

Тогда Ниффти вонзила в его спину клинок, от которого Адам лишь серьёзно пострадал. Он не умер, а медленно восстанавливал себя. Чтобы убить ангела, необходимо использовать их копьё, чего сделать у Вэгги не хватило ума. Бывший солдат приходила в отчаяние, понимая, что их ждёт, если Адам всё же жив.

***

Вечер в Раю тоже был не из сладких.

Рай успел хорошо подтянуть за эти две недели армию, которую держали наготове. Экзорцисты дежурили возле ворот вместе с Апостолом Петром, тщательно следя за пространством снизу.

Солдаты были буквально везде: в парках, в торговых центрах, на окраинах Рая, а больше всего — в парламенте.

Обстановка сильно пугала жителей Рая. Ангелы со страхом перебирались из дома в дом, опасаясь атаки Ада, которую можно было ожидать в любой момент.

От всей суеты Сэра строго-настрого запретила Эмили и Авелю покидать парламент, разве что под руководством Лют или же святого Петра — которого отпускали только в сопровождении пары-тройки экзорцистов.

Сама Лют от всех новостей кипела как лава. Она каждый день уходила из посольства на дежурства, проводя также масштабные рейды улиц на наличие грешной души. Авель часто беспокоился за неё, ведь она приходила очень поздно или вовсе не появлялась. К счастью, Авель был не один: Эмили уже вторую неделю подряд ночевала с ним в одних покоях, что располагались ближе всех к кабинету Сэры, тем самым обеспечивая безопасность ангелов.

А вот сама Сэра тщательно наблюдала за Лют, которая вела себя достаточно странно в последнее время. Девушка буквально руководила Авелем как захочет — и ведь делала всё по уму, от чего Серафим не мог предъявить ей за её проделки.

Помимо этого, она засиживалась в кабинете допоздна, ища последние надежды на примирение с Адом. По крайней мере, Чарли точно не хотела войны, но и сдержать поток народа она не могла — перестав отвечать даже на сигналы Рая.

Очередной день был наполнен страхом. На улицах уже не было жителей, которые ранее приветливо улыбались всем в ответ. Вместо них небольшими группами летали экзорцисты. На их шлемах были искажённые жуткие гримасы, а рога закручены в разные стороны. — Жуткая картина… — с дрожью в голосе произнесла Эмили, смотря в окно. Они были на достаточно высоком этаже, поэтому вид простирался практически на весь Рай, что только усиливало страх девочки. Авель осторожно подошёл ближе, выглядывая следом за Эмили. — Да уж… Я бы никогда не думал, что всё будет так плохо. Авель присел возле девчонки, начиная поглаживать её по спине, пытаясь хоть как-то успокоить. — Я просто не понимаю… почему? Почему всё обернулось так, словно… ох, я так боюсь, Авель… — Эмили взглянула ему в глаза. — Я боюсь за Лют… она, конечно, особа та ещё, но я ведь люблю её, и Сэра её любит, и ты тоже… Что с ней будет? Авель и сам начал накручивать себя на плохие мысли. Но перед девушкой нужно держаться достойно. Он лишь отмахнулся рукой, закрыв девчонку тёплыми крыльями. — Пфф! Эмили, Лют была правой рукой моего отца! Да она в одиночку справится с каждым грешником, вот увидишь! Он слегка пощекотал нос девочки, отвлекая её. Эмили рассмеялась, крепко обняв Авеля в ответ, позволяя себе думать о хорошем.

А вот обстановка в кабинете Серафима была далека от тёплой.

Сэра стояла спиной к Лют, стиснув глаза и держась из последних сил, чтобы не сорваться на девушку.

— Сэра! Услышь же ты наконец! Мы в опасности, нельзя ждать — нужно действовать, слышишь?! — снимая шлем, кричала Лют. Её дыхание было сбито, а сердце колотилось от ожидания ответа. — Ад — угроза. Мы не можем продолжать маячить на улицах, это неправильно! Жители начинают сходить с ума. Ты же знаешь, что я права! Сэра обернулась к Лют и сильно хлопнула кулаком по столу. — ПРЕКРАТИ! — вырвалось из уст Серафима. Лют лишь сильнее нахмурилась, снова приходя в лёгкое бешенство. — Ты хоть понимаешь, что это будет значить? Начало войны! А Раю такая репутация не нужна, ясно? — Ах, ты за репутацию беспокоишься? — перебила Лют. — А как же Эмили? Как ты ей в глаза смотришь? Она сидит вторую неделю запертая здесь! Трясётся от каждого шороха, даже боится наших солдат! И тебе серьёзно важнее РЕПУТАЦИЯ? Лют резко махнула рукой. Со стола полетело всё: записи, листы, кружки — всё разбилось в дребезги. Её голос становился злее, от чего Серафим виновато опустила голову, начиная стыдиться. — ДА ТЫ СЕБЯ УСЛЫШЬ, СЭРА! РАЙ В ОПАСНОСТИ! Я не могу смотреть на Авеля, на Петра и на напуганный народ! Я не могу ждать и бездарно мучить своих солдат! Сэра медленно подняла голову, всё ещё сохраняя хмурое выражение лица. — Ты забыла, где находишься, с кем разговариваешь… — Но я не забыла про человечность, госпожа Серафим. Так лучше? Тебе нравится быть величественным ангелом, пока твой народ страдает? Адам был прав — вы просто закрываете глаза на всё. — Адам не был самым святым из нас, Лют! Его поведение, манера… Это не образ истинного ангела. Зрачки солдата сузились, злость кипела с новой силой. Её руки вцепились в стол, когти процарапывали металл, издавая неприятный скрежет. — Он БЫЛ человечнее, чем ты, Сэра. Он знал, на что способны те, кого ТЫ пытаешься защищать ценой собственного народа. Я знаю, кого ты покрываешь — Чарли, да? Именно из-за этого ты не отдаёшь разрешение начать атаку. Ты боишься. Боишься, что я начну налёт именно на них. Сэра выдавила сердитый оскал, скатываясь в стадию гнева. — А ты думала, я не узнаю? Да по тебе же видно, что ты удумала! Я не хочу, чтобы ты вредила невинным людям, Лют! Лют с грохотом швырнула стул в стену и медленно пошла к Серафиму, заставляя высшего ангела ощутить страх. Безумные глаза смотрели прямо в душу. — Они убили Адама. ОНИ УБИЛИ ЕГО! И ОНИ СМЕЯЛИСЬ МНЕ В ЛИЦО! ТЫ ЭТОГО ТОЖЕ НЕ ЗНАЛА?! Да я же… я же всё это время ПЫТАЛАСЬ донести до тебя суть! Лют схватилась руками за волосы, пытаясь выместить хотя бы часть накопленного безумия. — А что мне говорили в ответ? «Неважно. Это не важно.» У нас же была новая забота — СЭР ПЕНТИУС, никому ненужный кусок говна из преисподни! И теперь вы, уважаемый Серафим, говорите, что они невинны? Сэра наконец увидела глубокую боль и обиду в глазах Лют. Серафим на секунду сжалилась, чувствуя себя отвратительно. Она отвернулась от девушки, глядя тревожными глазами на ужас за окнами. Но Лют продолжила. — Отдайте приказ. Этого требует не я — а наш народ. Вы не должны думать про них, Сэра. Они — не ваш народ. А мы — ваш. Лют почувствовала, что Сэра начинает сдавать позиции. — Ты ведь знаешь, что месть — это грех, Лют. Зачем тебе это… одумайся… Сэра обернулась. По её щекам едва заметно катились слёзы. — Значит, это будет мой сладкий грех. И мне не стыдно его понести. Я паду смертью храбрых, а не слабых, как вы. Лют снова натянула шлем, искажая лицо жуткой гримасой. — Я хочу, чтобы мой народ был в безопасности, Сэра, а не в беде. Высший ангел покорно опустил голову, скрывая лицо длинными волосами. — Отдаю приказ начать наступление. Голос стал тихим. В кабинете повисло мёртвое молчание. Серафим стремительно роняла слёзы, осознавая, что ничего уже не будет как прежде. Неизвестно, что произойдёт с Чарли, которая так наивно верила в добро. Что будет с Лют, что рвётся в бой. И главное — что станет с Раем… — Так точно, — улыбка на шлеме поползла выше, отражая всё зло и возмездие. Лют тут же вытащила с лязгом саблю, расправляя крылья. — Мы, возможно, уже не увидимся, — неожиданно проговорила она, от чего Сэра обречённо подняла на неё взгляд. — И я не хочу вести за собой Авеля. Выполни мою единственную просьбу: — не дай ему уйти следом за мной и Адамом. Серафим ничего не ответила, лишь с болью в сердце наблюдая, как Лют взмахнула крыльями и вылетела из кабинета, оставив Высшего ангела в одиночестве.

***

Это была последняя ее ночь в спокойствии.

Лют аккуратно открыла двери в покои Авеля и Эмили, осторожно заходя внутрь. Оба ангела сладко спали на большой кровати, так и не дождавшись самой Лют. — все еще такие же дети, - шепотом произнесла девушка. Тело тихо подкралось к кровати, пока руки накрывали ангелов одеялом. Глаза Лют держали строгость, однако сердце волнительно стучало. Ей нужно будет покинуть утром Рай вновь, отправившись на очередное, но уже внеплановое истребление, откуда она, возможно, уже не вернется. Лют осторожно наклонилась вперед, слегка коснувшись губами лба Авеля, имитируя небольшой поцелуй. Взгляд упал на Эмили. Она конечно иногда очень раздражала, но все же тоже любимая девочка. Пальцы солдата нежно провели по щеке девочки, от чего та немного заулыбалась во сне, тут же перевернулись на другую сторону. Она идет сражаться с нечестью не ради себя, а ради них. Ради возмездия за смерть Адама. Лют понимала что месть не принесет ей облегчение. Оно лишь сильнее заставит открытую рану выть и чесаться, ведь то что ей нужно, уже не вернуть.

По крайней мере так думал солдат.

***

Утро было так приветливое как ранее.

Площадь райского парламента уже была усыпана солдатами. Все экзорцисты что тренировались это время стояли в строю, покорно готовив копья и прочее оружие к бою.

Лют ходила вокруг да около девушек, проверяя каждого солдата на готовность дать отпор аду.

Авель же сидел с Эмили в покоях Сэры, ничего толком не осознавая. Эмили спокойно спала на небольшом надувном матрасе, который Авель очень долго надувал для нее. Сам же Серафим находился у окна, и смотря ровно на Лют, ощущая некую гордость за солдата. В какой то момент, Авель неожиданно подошел к окну.

—Сэра, что то слу.. Авель сначала замер, пытаясь понять что происходит. — Сэра.. на нас напали?.. голос ангела задрожал, начиная падать в некую панику, от чего Серафим тут же крепко прижал к себе мальчишку одной рукой. —Нет, Вовсе нет, - голос Сэры пытался успокоить Авеля, только вот это не получилось. — Почему Лют среди них. Что происходит, почему я ничего не знаю? — ангел впервые начинал ощущать некую злобу, сводя брови вместе. —почему я как глава экзорцистов ничего не знаю! Сэра, расскажи что это все значит?! Серафим печально поднял глаза на Авеля, издавая тяжелый вздох. — Наша Лют проявляет героизм, Авель. Ты еще слишком мал что бы участвовать там, и - Не успела Сэра договорить, как мальчишка тут же оттолкнулся от ее рук. — я знаю как вести бой. Я пойду за ней, я не - рука Высшего ангела тут же схватила его запястье, не особо сильно сжав. —нет. Ты не пойдешь. Лют попросила меня не отпускать тебя. Авель тут же стал дергать руку, пытаясь отцепить хватку Серафима. — я не останусь здесь! Пусти меня, сейчас же! Отчаянно стал кричать ангел. Сэра лишь зажмурила глаза, стараясь не поддаваться на жалобный голос Авеля, который так сильно пытался бороться с ней. От всего шума проснулась Эмили, сонно потирая глаза. — почему вы так кричите… что случилось? - Наивный голос девочки так и разрывал душу. Перед глазами ангела предстала картина : Серафим крепко держал Авеля за руку, пока тот брыкался и всячески вырывался. Глаза мальчишки намокали быстро, а сердце начинало стучать в бешеном ритме. — ОТПУСТИ! ОТПУСТИ МЕНЯ К НЕЙ! - с этими криками, Авель наконец то вырвался из хватки Серафима, тут же ринувшись к двери.

Авель силой толкнул тяжелые двери, тут же исчезая за ними, оставляя за собой лишь пустой взгляд высшего Ангела.

Эмили, перепуганная не на шутку, встала с матраса, подходя к Сэре ближе.

Девчонка без лишних слов крепко обняла ангела, прижимаясь сильнее.

***

Тем временем Лют уже закрепила ангельское копье на своей спине. На церемонию прощания с экзорцистами пришел и святой Петр, который грустно смотрел на девушку. Ему впервые было страшно не только за рай, но и за саму Лют.

Прежде чем открыть ворота, Апостол Петр подошел к Лют ближе, встретившись с ней взглядом.

—Лют… ты это, прости если чем то задел, - немного стыдливо произнес ангел, опуская голову вниз. Холодный взгляд девушки тут же сменился на более теплый. Лют осторожно толкнула мальчонку крылом к себе ближе, обняв одной рукой. —и ты меня прости, если была с тобой груба. Иногда ты просто не выносим, без обид. Оба ангела вяло улыбнулись, словно ощущая сердцем плохой исход этой войны. Лют отпустила парнишку, зазывая отряд встать строем. —Дамы! Всем приготовится, сейчас будем заходить в самые дебри ада. Петр послушно занял свое место, постепенно открывая портал спереди Лют. И вроде бы все кончено, сейчас отряд обрушится градом на Ад, где будут вершить правосудие. где Лют сможет наконец увидеть посмертные гримасы тех, кто когда то заставили умирать ее любовь. —ЛЮТ! - рванный крик эхом прошелся по всей площади, заставляя всю армию оборачиваться на двери парламента. Лют будто бы боялась смотреть назад. Голова медленно начала оборачиваться, а следом и тело.

Авель стоял у дверей, весь уставший после бега, и зареванный до ужаса.

—Нет…- Тихо процедила Лют.

Ангел бы вот вот кинулся в догонку, однако Руки Сэры захватили мальчика в не совсем приятные объятия. Серафим устремил взгляд на Лют, сделав небольшой кивок.

Беловолосая девушка сделала ответный жест головой, развернувшись к порталу.

—Леди… Ваш час веселья настал.

Лязг сабли прозвучал как гром среди ясного неба. Лют махнула острым концом оружия в сторону портала, тем самым отдавая приказ начать нападение. Крики экзорцистов сразу заполнили площадь, и каждый друг за другом исчезал в портале, пока Лют стояла в стороне, печально глядя на Авеля.

—ПОЖАЛУЙСТА, НЕ УХОДИ, ЛЮТ! Крик ангела эхом раздавался на всю площадь, пока Лют хмурила глаза, стараясь не слушать мальчика. Она медленно открыла их снова, последний раз подарив Авелю свою улыбку. —Петр, не дай ему попасть в портал. — слушаюсь, - покорно кивнул ангел, с досадой взглянув на своего друга, который вырывался из хватки Серафима.

Лют развернулась, тут же заходя в портал, который сразу же захлопнулся, оставляя за спиной жалобный крик и плачь Авеля.

Такой трогательный момент прервал голос.. Адама.

—слушай, мелочь, у меня от твоих визгов даже голова разболелась. Че орешь как потерпевший?

Мужчина не успел буквально за секунду до того, как Лют скрылась за пространством портала. Адам был таким же как и прежде: этот шлем, который прятал его прекрасное лицо, безобразный и бесформенный балахон, а главное новенький нимб, что гордо возвышался над головой мужчины.

Адам появился не чудом божьими, а вылез из портала Эдемских островов, где он и очнулся после своей некой смерти вновь.

Авель, Петр и Серафим заткнули рты в ту же секунду, ошарашено смотря на ЖИВОГО мать твою Адама!

Оказалось, Адам и вправду выжил.

Он распался на кучу маленьких осколков ангельской пыли, появляясь снова в эдемских краях, буквально получив вторую жизнь. Ранение оставалось на нем как новый шрам, который прятал этот идиотский балахон.

Все слова Лют, галлюцинации, были лишь способом вернуть Адама к жизни.

ведь девушка единственная каждый раз думала о нем, тем самым прокладывая путь к восстановлению души. И самое главное, тот самый последний сон Лют был его видением. Он сам воссоздал его, что бы увидеться со своим лейтенантом вновь, ощущая скорое возвращение.

—ну, че застыли, Думаете я сам обниматься полезу? Хуй дождетесь. Пётр моргнул несколько раз, будто проверяя, не обманывают ли его глаза. Серафим даже не шелохнулся — лишь сильнее сжал Авеля, который застыл, как статуя, не в силах понять, что видит. Адам же, стоя в проёме портала Эдема, чуть наклонил голову, будто наслаждаясь моментом, когда все наконец осознали: он вернулся. — Охренеть… — тихо выдохнул Петр, прикрыв рот ладонью. — Это… это не иллюзия? Адам раздражённо цокнул. — Иллюзия — это твоя петушиная прическа, Петь. А я — самый что ни на есть - живучий из живых,

Он шагнул вперёд, будто и сам не был уверен в себе. Однако держал позицию такого же самоуверенного ангела как и ранее.

— Чего вылупились? Думали, я так позорно подохну? Хуй там плавал! А я взял и воскрес. Рай, мать его, прекрасен!

Авель наконец моргнул. Затем — снова.

Губы дрогнули.

— П..Пап?.. — голос вышел шёпотом, хриплым и неверящим. — Да, мелкий, это я, — мужчина коротко кивнул. — самый, сука, настоящий.

Авель вырвался из рук Сэры так резко, что та едва удержалась на ногах.

Мальчишка метнулся к Адаму, но остановился за шаг до него — будто боялся, что тот исчезнет, если дотронуться.

Адам приподнял руку, собираясь отпустить очередную колкую фразу… но рука зависла в воздухе. Он впервые замолчал.

Его взгляд смягчился под шлемом — едва заметно, на долю секунды, но для Авеля этого было достаточно.

— Ты… жив… — наконец выдавил ангел. — Ну, как видишь, — фыркнул Адам. — Хотя после того крика у меня мозги обратно в пыль превратятся.

Но Авель уже не слушал. Он бросился к нему вперёд, обхватывая мужчину руками.

Адам издал удивлённый звук — что-то среднее между «эй» и «какого чёрта» — но, к всеобщему шоку, не оттолкнул.

Его рука медленно, и неловко легла Авелю на спину.

— Ну всё, всё, хватит… — пробормотал он. — Я не умер, расслабься, ребенок. Петр, прикрыв глаза, прошептал: — Лют… если бы ты только знала… Серафим тихо выдохнула, чувствуя, как ком подступает к горлу.

Но следующая мысль обрушилась на всех разом.

Лют.