Слащавый грех.

Перед началом чтения, прошу обратить внимание: отклонение от канона! Все действия здесь идут строго после второго сезона ‘’Отель Хазбин’’

Хорошего чтения! ;)

Так же, в главе присутствует жестокость. Я предупреждаю вас заранее.

***

Ад тонул в криках.

Воздух был пропитан страхом и запахом крови, когда Вэгги почти впечаталась в землю, плюя на осторожность.

Она поднялась с колен, сжимая в руках копьё до треска. Сердце забилось сильнее, когда взгляд упал на окна отеля.

Стёкол уже не было — лишь осколки блестели в свете красных фонарей.

Не теряя ни минуты, Вэгги собрала всю силу в кулак. Она резко толкнула двери Отеля, на секунду замерев от ужаса.

Куски грешников валялись по всему залу. В центре этого хаоса висел Бакстер. Словно тряпичная кукла, его душа раскачивалась от лёгкого ветра в помещении, который подняла Вэгги.

Ошмётки платья Ниффти тоже оказались под её ногами; дальше — клочья волос.

Вэгги поджала губы, чтобы не закричать от ужаса.

Глаза скользнули по разрушенному бару, следам когтей на стенах и каплям ангельской крови…

Чарли.

Где Чарли.

— ЧАРЛИ! — сорвалось с губ девушки, и она тут же рванулась вперёд, пинком разбрасывая осколки стекла. — ЧАРЛИ, ГДЕ ТЫ?! ЧАРЛИ!

Отчаянный крик павшего ангела услышали Экзорцисты, маячившие на втором этаже.

Девушки, держа в голове приказ Лют, мгновенно растворились в темноте, начиная выжидать Вэгги.

Вэгги медленно шагала вперёд, копьё дрожало в руках. Каждый её вдох отзывался болью в груди. Пол скрипел под ногами, словно предупреждая.

Инстинкты кричали — не одна.

Едва слышный шорох сверху заставил ее обратить внимание.

Вэгги вскинула голову, копьё направилось к балкону второго этажа.

— Покажитесь… — выдохнула она сквозь зубы. — Я знаю, что вы здесь.

Ответом стал свист воздуха.

Первый удар она отразила чудом — копьё встретилось с ангельским клинком, выбив искры. Вэгги отшатнулась, скользя по крови, но тут же встала, зарычав сквозь боль.

Из тьмы вышли силуэты. Обезображенные шлемы, холодные глаза, крылья, сложенные за спинами. Экзорцисты окружали её медленно, хищно, как стая.

— Где она… — голос Вэгги сорвался, но она не опустила оружие. — Где Чарли?! Одна из девушек наклонила голову, будто насмехаясь. — Слишком поздно, падшая, — одна из солдат захохотала лёгким, издевательским смехом.

Что-то внутри Вэгги оборвалось.

И в ту же секунду ярость вытеснила страх.

Первая Экзорцистка рванулась вперёд — слишком уверенно, слишком близко. Ошибка.

Вэгги шагнула навстречу и вогнала копьё снизу вверх, пробивая грудную клетку. Хруст ангельских костей утонул в булькающем крике. Лезвие вышло из спины, разрывая крылья, и Вэгги резко дёрнула оружие в сторону.

Тело разорвало пополам.

Чёрно-белые перья, залитые кровью, медленно осыпались на пол вместе с кусками плоти. Верхняя часть ещё дёргалась, рот открывался в немом вопле, пока голова не ударилась о стойку бара.

Вторая не успела отступить.

Вэгги метнулась к ней, врезаясь плечом, и они обе рухнули на пол. Экзорцистка замахнулась клинком, но Вэгги вонзила копьё ей в шею, прижав к полу. Лезвие провернулось. Раздался влажный треск.

Голова откинулась назад под невозможным углом.

Вэгги не остановилась. Она выдернула копьё и ударила снова — в живот, затем выше, разрывая тело, пока движения не стали пустыми. Кровь — яркая, почти светящаяся — растеклась под её коленями, смешиваясь с осколками стекла.

Тишина длилась долю секунды.

А потом — боль.

Что-то врезалось в спину, и мир взорвался белым светом. Вэгги вскрикнула, когда солдатские перчатки обвили её руки и крылья, с силой вдавливая в пол.

— Лови её! — сорвался голос из темноты.

Вэгги попыталась подняться — и не успела.

Ангельское копьё вошло в живот сбоку, глубоко, без промаха. Воздух выбило из лёгких. Она захрипела, чувствуя, как лезвие разрывает плоть, как что-то тёплое и липкое заливает пальцы.

Экзорцистка навалилась сверху, вдавливая оружие ещё глубже, но не добивая.

— Живи, — прошипела она сквозь маску. — Ты должна это пережить.

Вэгги застонала, тело содрогалось в конвульсиях. Копьё выпало из её рук, свет погас. Крылья беспомощно дёрнулись, оставляя кровавые разводы на полу.

Экзорцист медленно отошёл, тяжело дыша и злобно хрипя от усталости.

Со второго этажа послышались шаги — словно кто-то тащил за собой что-то тяжёлое.

Вэгги инстинктивно повернула голову к лестнице, наблюдая, как Лют начала спускаться вниз, победно волоча Чарли за волосы.

Принцесса Ада была покалечена. Руки плотно скованы ангельской цепью, от которой на коже уже наливались тёмные синяки.

— Я предупреждала тебя, серая мразота, — холодно произнесла Лют, окончательно спустившись и сильнее сжав волосы Чарли.

Принцесса сдавленно провыла, зажмурив глаза от выступивших слёз.

— Это… ЭТО НЕВОЗМОЖНО! У НАС БЫЛА ДОГОВОРЁННОСТЬ! Ты не можешь тронуть— — У меня есть священное право, — перебила Лют. — Весь ваш адский сброд уничтожил барьер Рая. Вы правда думали, что Серафим это так оставит? НЕТ!

Она дёрнула Чарли ближе, опуская на неё взгляд.

— Ваша вина в том, что ты, Чарли…

Лют резко швырнула девушку вниз — прямо на битое стекло. Принцесса болезненно промычала.

— …не в силах остановить собственный народ. Какая из тебя принцесса, Шарлотта? Мамочка от тебя и съебалась — ведь позор семьи проще скрыть, чем жить с ним рядом.

Как же она ликовала внутри.

Вэгги лишь скалила зубы, пытаясь подняться на ноги, но ранение в боку оказалось сильнее.

— Ты… ты не заслуживаешь звания ангела, Лют. Ты чудовище… — прохрипела Вэгги, сжимая рукоять копья. — Это моя обязанность. Я солдат. Меня создали, чтобы уничтожать таких, как они. И ты тоже была создана для этого, тупая ты манда.

Лют зашагала к ней.

Тем временем её солдат настиг Чарли, вновь схватив девушку за волосы и поставив на колени.

— Если бы ты не стала предателем, ты сейчас стояла бы наравне со мной.

Сапоги Лют остановились у самого лица Вэгги. Пальцы сжали её щёки, впиваясь ногтями.

— Ты сама выбрала свой путь. Так прими же его достойно.

Шлем безумно растянулся в улыбке. Лют повернула голову к Экзорцисту — тот сразу понял намёк.

Девушка резко ударила Чарли по щеке, заставляя принцессу открыть глаза.

Усталый взгляд дочери Люцифера скользнул от Лют к Вэгги. Зрачки медленно сужались, когда Лют со скрежетом металла вытащила саблю из ножен, наводя лезвие на голову её подруги.

— Нет… НЕТ, НЕТ, НЕТ! ПРОШУ, УМОЛЯЮ!

Жалобные мольбы эхом разнеслись по залу, когда Лют радостно расхохоталась.

Смех Лют резал слух хуже клинка.

— Слышишь её? — Лют наклонилась к Вэгги. — Вот так звучит отчаяние. Чистое. Настоящее. — НЕ СМЕЙ! — голос сорвался на хрип. — УБЕЙ МЕНЯ! СЛЫШИШЬ?! МЕНЯ!

Но Лют не слушала.

Экзорцистка, которая держала Чарли, устала от воплей, тут же оголив клинок во второй руке.

Лезвие скользнуло по плечу Чарли, вспарывая плоть до кости. Кровь брызнула на стекло и перчатки Экзорциста. Принцесса вскрикнула, выгибаясь от боли.

— Ты же помнишь… — прошептала Лют с наслаждением, — что я хотела убить тебя на глазах твоей подружки.

Лют замерла на мгновение, словно прислушиваясь — не к мольбам, не к крикам, а к чему-то внутри себя.

Затем медленно выпрямилась.

Сабля сменила направление.

Вэгги успела лишь вдохнуть — рвано, болезненно. Глаза расширились, когда лезвие опустилось не сразу, а скользнуло по боку, расширяя уже существующую рану. Плоть разошлась с влажным звуком. Кровь хлынула горячей волной.

Она закричала.

Тело дёргалось, судороги сотрясали крылья, перья осыпались, липли к полу.

— Смотри, Шарлотта, — холодно сказала Лют, не отрывая взгляда от Вэгги. — Я всегда держу свои слова.

Сабля вошла под рёбра.

Лют провернула лезвие, ломая кости, разрывая лёгкое. Крик захлебнулся — вместо него вырвался хрип, пузырящийся кровью. Изо рта Вэгги потекла золотая струя, капая на стекло под ней.

Она закашлялась. Каждый вдох был пыткой.

Глаза метались — и нашли Чарли.

— Ч… Чар… — губы дрожали, слова тонули в крови.

Лют резко рванула саблю вверх.

Грудная клетка треснула. Тело выгнулось дугой, затем обмякло.

Копьё выскользнуло из пальцев.

Глаза ещё были открыты. В них отражались красные фонари, битое стекло… и Чарли.

Последний выдох вырвался тихим свистом.

Зрачки расширились.

И больше не сузились.

Тишина накрыла зал.

Лют медленно вытащила саблю, стряхнула кровь одним резким движением и посмотрела на тело у своих ног.

Казалось бы, она убила ее, она победила. Но ей было мало. 

Лют, безумно скорчив довольное лицо, хватает Вэгги за волосы, поднимая тело на уровень своей талии. 

Хватило секунды что бы лезвие сабли вонзилось в шею девушки, и с хрустом костей отделить голову от тела.

Чарли закричала.

Не просто крик — рёв, полный боли, ужаса и чего-то ломающегося внутри. Цепи впились в кожу, но она не чувствовала этого. Взгляд был прикован к неподвижному телу, к сломанным крыльям, к застывшему лицу, которое осталось на голове Вэгги.

Лют медленно развернулась к Чарли, впиваясь пальцами в мокрые от золотой крови волосы. Вся форма солдата была пропитана этими пятнами, о чем она и не жалела.

— ВЭГГИ… — голос сорвался, превратившись в всхлип. — ВЭГГИ, НЕТ…

Лют отпнула тело к стене, победно стискивая зубы от улыбки.

— Запомни, принцесса, — Лют указала саблей на мёртвое тело Вэгги. — Это — твоя вина. Око за око.

Лют кинула отрубленную голову Вэгги ближе к Чарли, пока та дрожала от шока.

Экзорцистка так же грубо швырнула Чарли на пол, отходя к Лейтенанту.

Обе фигуры ангелов лишь насмешливо улыбались, когда обе девушки расправили свои чёрные крылья, готовясь оставить за собой всё, что произошло.

Чарли сжалась в комок, смотря зареванными глазами на Вэгги.

Сил не осталось даже на ненависть.

Только пустота — давящая, оглушающая. Только чувство, будто из неё вырвали опору, сердце, сам смысл существования — и оставили жить с этим.

— Теперь ты поняла, зачем мне надо было отомстить, верно? — бросила Лют через плечо, глядя, как Чарли беспомощно лежит на полу. — Ощути себя на моём месте, Шарлотта. — Ты грешна! Грешна, грешна, грешна! — голоса уже не было. Она сорвала его ещё тогда, когда Вэгги была жива. — Потоп бед смоет грехи, — Лют подняла голову в сторону окна, глядя прямо на купол Рая. — Под силой тяжести — моей мести.

С этими словами лейтенант тут же взмахнула крыльями, оторвавшись от пола, и вылетела в разбитое панорамное окно. Солдат последовал её примеру, вылетев за Лют, как послушная собака.

***

Лют делала виражи в воздухе, ощущая, как тело ликует от победы. Она наконец освободилась от той ненависти и злобы, осуществив правосудие. Она кружилась в облаках Ада, складывая крылья и падая вниз, чувствуя абсолютную свободу.

Внизу другие солдаты послушно зачищали дома Пентаграмм-Сити, уничтожив практически всё население.

Они всё ещё искали то, что дало мощный заряд по барьеру Рая.

Адам дошёл до здания Тройки ВИ, недоверчиво осматривая постройку. — И чё, они, типа, тут прятаться собрались? Подписав, блядь, буквально: «Штаб ВИ»? Ну и долбоёбы, — с усмешкой проговорил мужчина, стряхнув с себя ошмётки крови.

Солдатки рядом тоже осматривали здание, обходя его по кругу. Ничего примечательного на первый взгляд обнаружено не было.

— Слишком тихо, — одна из них нахмурилась, коснувшись оружия. — Для штаба. Адам фыркнул, сплюнув на землю. — Вечно вам мерещится хуйня. Если б тут было что-то серьёзное — уже бы вылезло.

В этот момент воздух над улицей дрогнул. Едва заметно — как рябь на воде, — но Лют, парящая высоко над городом, почувствовала это мгновенно. Крылья дёрнулись сами собой, сердце неприятно сжалось.

Она резко выровнялась в воздухе, взгляд впился в здание Тройки.

Что-то там было. Не живое — и не мёртвое. Глухое, давящее, будто сам Ад на секунду затаил дыхание.

Внизу одна из солдаток остановилась. — Командир… — начала она, но договорить не успела.

По фасаду здания прошла трещина — прямо в бетоне. Из неё вырвался холодный, белёсый свет, режущий глаза, чуждый всему, что здесь существовало.

Улыбка Адама медленно сползла с лица. — …Окей, — протянул он. — Беру свои слова назад.

Асфальт под солдатами начал раскалываться, разнося вибрацию по земле. Здания в округе тоже начали трястись.

Из-под земли наконец-то выехала на подъёмном кране огромная машина.

У неё был белый корпус, на котором красовался логотип Вокса. Сверху возвышалась металлическая острая катушка, направленная вверх — очевидно, именно она и давала тот самый заряд.

Адам тут же прикрыл крыльями нескольких солдат, сжимая в руке гриф гитары. — Это чё за фокусы цыганские, а?!

Когда машина полностью заняла место на улице, солдаты медленно начали подходить ближе, разглядывая внушительные размеры этого оружия.

Катушка тихо загудела — звук был неприятный, высокий, режущий слух, словно кто-то водил ножом по стеклу. Белый корпус начал светиться изнутри, по нему побежали линии, складываясь в пульсирующий узор.

— Не нравится мне это… — пробормотала одна из солдаток, делая шаг назад. — И мне тоже, — все солдаты в недоумении обернулись на знакомый голос.

Лют стояла позади девушек, пробираясь через толпу к Адаму и расталкивая солдат в стороны.

— ЛЮТ?! ТЫ КАКОГО ХРЕНА ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ?! — недовольный голос Адама оглушил даже некоторых солдат. — Я выполняю свои обязанности, — наконец оказавшись рядом, протараторила Лют. — Как же ты заебала со своим характером. — Ты сам меня создал, идиот.

Лют тут же почти коснулась их кончиками шлемов, прищурив глаза. Но отвлекаться было нельзя.

— Сэр, лейтенант, сейчас не лучшее время для выяснения отношений… — виновато произнесла девушка рядом, глядя на огромную машину неподалёку от армии.

Адам и Лют невольно посмотрели на неё, собирая мысли в кучу.

— Если эта машина уничтожила барьер, то где её источник силы… — прошипела Лют, начиная идти к пушке, снова расталкивая солдат. Но Адам схватил её за руку, со всей силы сжав запястье. — Ты совсем ебанца навернула? Куда ты прёшь, придурочная?! А если она рванёт — ты сдохнешь!

Лют недовольно скорчила моську, пока её прижимали к себе, как куклу. Адам с презрением осматривал машину, ища хоть какую-то зацепку.

На устройстве была небольшая панель, напоминающая дверцу. Возможно, именно она и была предназначена для открытия машины.

Один солдат подошёл ближе, начиная трогать металл. — Сэр, нужно попробовать открыть эту дверцу!

Но здание рядом засияло сначала голубым, а затем красным.

Все мониторы в городе включились, и на экранах появился Вокс.

Демон был перепуган до ужаса. Куча солдат стояла прямо перед его штабом — и самое худшее, Адам был жив. Но показать слабость врагам было хуёвой идеей.

Он натянул зубастую улыбку, разводя руки в стороны. — Какие гости! Здравствуйте, дорогие наши святые друзья, — с иронией протараторил Вокс, сдерживая смех. — Я так полагаю, вы уже заметили мой шедевр техники, — самодовольно опустив голову, продолжил он. — Я знаю, он неотразим.

Лют зашипела. Желание найти эту жестяную банку на ножках и врезать ей по самое сердце было почти невыносимым.

Адам сжал Лют в подобии объятий покрепче, глядя на экран с тем же недовольством.

— …я думал, Серафим будет благосклонна к вам и вашему народу, — голос Вокса чуть дрогнул, но он тут же перекрыл это мерзким смешком. — Но, видимо, небеса нынче экономят на милосердии.

Экран мигнул. Лицо Вокса приблизилось, пиксели слегка поплыли, будто он намеренно нарушал сигнал, играя на нервах. Глаза — расширенные, блестящие — бегали по солдатам, по крыльям, по гитаре в руках Адама. Он боялся. И ему это… нравилось.

— Ты, — Адам поднял гриф гитары и ткнул им прямо в экран, — охуел, телевизор. Думаешь, если спрятался за железкой, мы тебя не достанем? Вокс рассмеялся. Резко. Нервно. Смех захлебнулся на полуслове, превратившись в треск помех. — О-о, поверь, достанете, — прошипел он, наклоняясь ближе к камере. — Вопрос только — что от вас останется после этого.

Катушка на машине завыла громче. Воздух вокруг неё начал искривляться, словно от жара. Одна из солдаток вскрикнула, схватившись за голову — кровь тонкой струйкой потекла из уха.

— Сэр! — заорали сзади. — Сигнал бьёт по нервам! Лют дёрнулась в хватке Адама, скаля зубы. — Он тянет время. Ублюдок наслаждается. — Конечно наслаждаюсь, — будто услышав её, Вокс резко выпрямился. — Вы знаете, как долго я мечтал об этом моменте? Когда вы — не сверху. Когда вы стоите в грязи, в крови и пялитесь на мою работу, как тупые туристы. Лют тут же вырвалась из хватки. Она обернулась на Адама, начиная нервно трястись. — Нам нужно найти его. Вероятнее всего, кабели ведут в штаб, а значит, он где-то там. Лют снова развернулась, глядя на огромную постройку. — И сделать это нужно как можно скорее.

Адам лишь злобно хмыкнул, посмотрев на создание Вокса рядом. Времени не было.

— ДАМЫ! ЗАЧИЩАЙТЕ ШТАБ! БЫСТРО, БЫСТРО, БЫСТРО! — командный крик Адама тут же зарядил солдат энергией.

Экзорцисты мигом ринулись в двери и окна постройки, разбивая и вынося всё, что было можно. Лют тоже была в их числе, схватив Адама за руку.

Первый этаж захлебнулся криками демонов, которых даже не успели эвакуировать. Один из них попытался выстрелить — Лют врезалась ему коленом в грудь, ломая рёбра, и без паузы свернула шею, даже не глядя.

— КАБЕЛИ! — рявкнула она. — ИЩИТЕ КАБЕЛИ!

Внутри штаб был адом из технологий: провода, экраны, серверные стойки, мигающие голограммы. Всё дрожало — от перегрузки, от паники, от присутствия экзорцистов.

Экзорцисты разбегались кто куда, выламывая двери. Им даже доставляло радость видеть, как грешники утопают в собственных криках и крови.

Лют и Адам, остановившись посреди зала, осматривали потолок и стены, пытаясь найти главный кабель, связующий остальные мониторы.

***

Солдаты в Раю успешно отбивали атаку демонов. Они взмывали в воздух и рассекали души, словно для них это была лишь игра.

Все улицы были завалены расчленёнными телами грешников, которые начинали рассыпаться от лучей восходящего солнца.

Серафим находилась в безопасном месте — уже в своём кабинете. Она наблюдала за солдатами в окно, сжимая руки на груди. В голове всё ещё крутились мысли о неверном выборе. Рай не должен быть столь жестоким и агрессивным. И здесь она не имела права винить экзорцистов — лишь себя. Она собственноручно приняла это решение в тишине, вдали от всех, и теперь несла за него наказание.

Авель тем временем барабанил в двери, приказывая выпустить его. Он не терял надежды на освобождение, чтобы отправиться на помощь к своим родителям.

— ОТКРОЙТЕ! ВЫ ДОЛЖНЫ МЕНЯ ПОНЯТЬ! — кричал ангел, пока солдаты за дверью уже устали слушать крики сынишки Адама.

Эмили не знала, как помочь Авелю. Он никак не хотел успокоиться. Она пыталась отвлечь его настольными играми, но даже Пётр не мог помочь, хоть и являлся лучшим другом ангела.

— Послушай, — снова начал Пётр, медленно подходя к Авелю. — Они не откроют. Ты же знаешь. Авель сделал ещё три удара в дверь и окончательно выдохся. Он тяжело вздохнул, сползая спиной по стене вниз. — Знаю, — прошипел он, закрывая лицо руками. Пётр медленно присел рядом, положив руку ему на плечо. — Успокойся… Но руку тут же скинули. — НЕ МОГУ Я УСПОКОИТЬСЯ! ТЫ… ДА ТЫ НЕ ВИДЕЛ, СКОЛЬКО ИХ ТАМ! Авеля трясло — от злобы, от страха и от осознания, что он ничего не может сделать. — Да я же… я же с ума сойду! — он шмыгнул носом, представляя худший исход. — Я думал… думал, что она никогда не умрёт… — Она не умрёт, Авель! Не умрёт! — Эмили подключилась к разговору, тут же опускаясь перед ним на колени и нежно беря его за руки.

Пётр поднялся, размышляя, как выбраться из этого «безопасного» подвала. Солдаты точно не отпустят их просто так. Но что, если попробовать обман?

Он тихо постучал в дверь и начал говорить неуверенно, но достаточно серьёзным голосом: — Можете, пожалуйста, выпустить нас на пару минут? Нам нужно увидеть Серафима… Тут… тут… Эмили дёрнула Петра за крыло, указывая на себя. — Тут Эмили плохо!

Солдаты недоверчиво переглянулись. Но с сестрой Серафима шутить не решились. Одна из девушек распахнула тяжёлые двери, отступая в сторону и освобождая проход.

Эмили тут же сделала крайне несчастное лицо, будто вот-вот умрёт на месте. Пётр, не теряя времени, схватил Авеля и Эмили под руки и потащил их вверх по лестнице, волоча за собой двух ангелов.

— Сработало! — радостно прошептал он, оборачиваясь. — Пётр, ты настоящий герой! — восхищённо произнёс Авель, пока Эмили тихо захихикала. Когда они поднялись наверх, в окнах мелькали солдаты, играющие в футбол головой одного из демонов. Эмили скривилась и тут же отвернулась, будто её вот-вот стошнит. — Мне сейчас и правда станет плохо… фу! Авель, щурясь, сжал ладонь в кулак. — Мне нужно туда.

Было ли ему страшно? Очень. Но страх перекрывало желание помочь, защитить семью и Рай.

Эмили эти слова пугали, но она понимала его чувства. Она бы и сама бросилась следом, если бы не Серафим рядом. — Ты уверен? Там опасно… — тихо сказала она, коснувшись его руки. — Уверен… — выдохнул ангел. — Но мне снова нужна ваша помощь.

В голове у него уже созрел план.

— Эмили, ты должна отвлечь Сэру. Скажи, что тебе стало дурно внизу, или что ты хочешь есть — да что угодно. Главное, чтобы она не смотрела в окна. — Принято! — с лёгкой улыбкой ответила Эмили, и в её глазах вспыхнул огонёк. — Пётр, мне нужно хоть какое-нибудь оружие. Сабля, копьё, кинжал — да всё что угодно.

Пётр на секунду замер. Весёлое выражение лица исчезло, будто его стёрли лезвием. Он оглядел коридор, где по белоснежному мрамору уже тянулись тёмные разводы — кровь, которую не успели смыть.

— Ты понимаешь, что просишь? — тихо, почти зло выдохнул он. — Понимаю, — Авель поднял взгляд. Красные от слёз глаза больше не дрожали. — И всё равно прошу.

Пётр стиснул зубы, резко развернулся и потащил их в сторону оружейной галереи. Каждый шаг отдавался гулом — где-то сверху раздавался хохот солдат, треск костей и крики демонов, обрывающиеся на полуслове.

Дверь в оружейную была приоткрыта. Внутри — стойки с копьями, ангельские сабли. Но помимо них, там была копия Гитары Адама, которая планировалась пойти на улучшение.  — Возьми, — Пётр сорвал со стены эту же гитару.

Авель молча принял оружие. Рука дрогнула лишь раз — когда он сжал в руках гриф. Струны будто отозвались, тонко звякнув.

— Спасибо, — коротко сказал он. — Если я… — Даже не начинай, — резко перебил Пётр, с силой схватив его за плечо. — Ты вернёшься. Слышишь? Ты не имеешь права умереть там. Авель ничего не ответил, лишь коротки кивнул. Эмили тем временем почти влетела в кабинет Серафима. — СЭРА! — она захлопнула за собой дверь и тут же согнулась пополам, прижимая ладонь ко рту. — Мне… мне плохо… там внизу… кровь… они… Серафим вздрогнула и тут же метнулась к сестре, подхватывая её под руки. — Эмили, смотри на меня. Дыши. Не смотри в окна, слышишь? — она почти приказала, хотя сама изо всех сил старалась не повернуть голову. — Мне кажется, меня сейчас вырвет… — Эмили всхлипнула, специально громко, надрывно, цепляясь за её рукава. — Я… я не могу… этот рай… он страшный… Серафим побледнела. Слова вонзились глубже любого клинка. — Я знаю, — прошептала она. — Это моя вина. Всё это — моя.

И она отвернулась от окон окончательно, обнимая сестру.

В этот момент. Авель окончательно начал бежать.

Коридоры сменялись один за другим, воздух становился тяжелее, пропитывался гарью и чем-то сладковато-гнилым. На выходе его едва не сбил с ног солдат, волочащий за крыло ещё живого демона.

— С дороги! — рявкнули ему в лицо.

Авель отшатнулся — и тут же увидел поле боя.

Рай был неузнаваем.

Белые улицы были завалены телами. Крылья, оторванные, растоптанные. Солдаты смеялись, добивая тех, кто ещё шевелился. Один из экзорцистов вогнал копьё в грудь демона и провернул его, слушая, как тот хрипит.

Авель дрогнул от страха. Его стали посещать сомнения насчет своего же решения. 

Но как учила его Лют - слабым Пизда.

Его золотистые крылья расправились, и ноги оттолкнулись от земли. 

Ветер ударил в лицо, вырвал дыхание, оглушил. Внизу остался бой — крики, металл, хруст костей. Здесь, выше, было почти тихо. Только хлопки крыльев и странный, тянущий звук — будто сам воздух стонал.

Один из грешников вынырнул из дыма, как сорвавшийся обломок. Почерневшая душа, искажённая, с рваными крыльями, которые били воздух слишком быстро, слишком резко. Лицо — не совсем человеческое, но перекошенное яростью.

Он видел всё: искажённый рот, тёмные прожилки в свете души, ненависть, сгустившуюся до плотности удара. Руки сами сжали гриф гитары. Крылья поймали поток.

Сейчас.

Грешник ударил первым — выброс энергии, грубый, прямой. Авель нырнул вниз, ушёл под удар, провернулся в воздухе и вышел сбоку. Всё случилось за долю секунды.

Он попал.

Гитара вошла в светящуюся грудь грешника с сухим, неправильным звуком, будто ломали стекло, набитое пеплом. Удар был чистый, точный, на скорости.

Душа дёрнулась, захрипела — звук распался прямо в воздухе, пока тело обмякло и уже падало вниз.

Экзорцисты стали ликовать Авелю, тем самым поощряя его решение с каждым разом.  — Дави их! — орал кто-то снизу. — Рви! Покажи, как надо!

Он врезался в скопление демонов. 

Первый удар гитары снёс голову — та отлетела, ударилась о колонну и раскололась, забрызгав мрамор чёрной жижей. Второго он разрубил пополам, даже не глядя, — тело ещё пару секунд дёргалось, прежде чем рухнуть.

Взмах гитары — и крыло демона отсечено, тот падает, визжит, царапая камень когтями. Второй взмах — уже ломает позвоночник, хруст слышен даже сквозь гул боя.

Авель впервые делал то, что презирал и боялся. Он никогда бы не стал так смело идти в бой, если бы не любовь к своей семье. 

Мальчишка, найдя минутку для отдыха, тут же натянул на голову шлем, становившись копией Адама, но при этом воспитанный частично Лют. 

Эмили тем временем уже сидела на мягком диване, пока Серафим металась туда сюда, дабы улучишь состояние сестры. 

Младший ангел посмотрел в окно, нервно кусая губы. Она заметила как мимо пронесся.. Авель! Точно он! Гитара отца взмахивала так быстро, что едва ли было заметно ее очертание. 

Эмили спокойно выдохнула, понимая что все идет хорошо.

А вот Петру досталось похуже.

Солдаты заметили что он вернулся без Авеля. Допрашивать мальчонку было бесполезно, ничего не скажет. 

А сам Петр думал лишь о том, как бы Авель безопасно добрался до Лют..

Но никто из этой троицы и в помине не знал - что Лют давно уже умотала в ад, хорошенько отыгравшись на Чарли и Вэгги. 

Что же ожидает Авеля за воротами, когда рядом не окажется Лют?