Голос прошлого.

Перед началом чтения, прошу обратить внимание: отклонение от канона! Все действия здесь идут строго после второго сезона ‘’Отель Хазбин’’

Хорошего чтения! ;)

Так же, в главе присутствует частичная жестокость. Я предупреждаю вас заранее.

21 страница..

***

Холодное помещение выдохнуло мёртвым светом — лампы над головой мигнули, словно колебались, стоит ли вообще продолжать работать.

Эмили с грохотом рухнула на мраморный пол. Воздух выбило из лёгких, из горла вырвался сдавленный, жалкий звук боли. Металл звякнул — провода дёрнулись, тут же затягиваясь сильнее, выкручивая руки за спину. Запястья стали неистово болеть, будто их прижали к раскалённым клеммам.

сжавшись в жалкий комок, Серафим щурил глаза от слёз. Зрачки метались, не находя спасения, цепляясь за фигуру оверлорда, как загнанный зверёк за тень хищника.

Вокс вошёл, улыбаясь. Холодный мрамор под его каблуками отзывался сухим эхом. Он не спешил — наслаждался моментом. Дверь за его спиной захлопнулась с металлическим лязгом, и щелчок замка прозвучал почти издевательски громко.

— Ну вот, — его голос нарушил тишину, как рваные помехи на старом экране. — Только ты и я. Он сделал паузу. — Неужели ты не рада, Эмили?

Последнее слово сорвалось — голос исказился, превращаясь в интонацию Авеля. Слишком знакомую. Слишком живую. Следом — прерывистый, электрический смех.

Вокс медленно развернулся.

Экран его лица вспыхнул холодным синим светом, по стеклу побежали полосы статического шума. Улыбка растянулась — ровная, механическая, неправильная.

Провода дрогнули, будто уловили его настроение.

— А-АА! — крик Эмили заполнил всё помещение.

Тело выгнуло дугой. Запястья будто разорвали изнутри — жгучая боль пронзила до локтей. Крылья дёрнулись, инстинктивно пытаясь расправиться, но вместо свободы по ним прошёлся ток — короткий, злой, унизительный. Перья крыльев осыпались на пол.

— П-прекрати… — выдохнула она, задыхаясь. Голос дрожал, но в нём всё ещё теплилась упрямая, светлая нотка. — Ты… ты не имеешь права— — О-о, милая… — Вокс наклонил голову, изображение на экране исказилось, будто кто-то резко подкрутил контраст. — В Аду «права» — это устаревший формат. Никто больше не поддерживает.

Он сделал шаг.

Каблук с сухим щелчком остановился в сантиметрах от её ладони.

Провода тут же сжали Эмили сильнее.

Серафим зажмурилась, зубы скрипнули — она давилась собственным криком.

— Знаешь, что мне в тебе нравится? — продолжал он почти доверительно. — Ты всё ещё смотришь на мир так, будто он… радужный.

Экран погас вместо лица Вокса  вспыхнуло её отражение — искажённое, увеличенное. Бледное лицо. Заплаканные глаза. Дрожащие губы.

— Очнись, крошка, — Вокс усмехнулся. — Ты в Аду. Не в Раю.

Эмили резко вдохнула и заставила себя поднять взгляд.

— Даже здесь… — голос сорвался, но она не отвела глаз. — Даже здесь есть выбор. Ты просто боишься… что без жестокости тебя никто не будет слушать!

Она закашлялась, но продолжила:

— Но это не так… ты можешь быть добрым. Я верю в это.

Тишина.

На долю секунды.

А потом — резкий всплеск помех, будто кто-то ударил по динамикам.

— ХА.

Смех Вокса был металлическим, многослойным, будто транслировался сразу по десяткам каналов.

— О, Серафим… — протянул он. — Ты даже не представляешь, как проёбываешься.

Он развернулся и направился к панели управления. Стоило ему коснуться кнопки — помещение вспыхнуло синим и красным. Экранов стало больше. Камеры ожили. Каналы открывались один за другим.

— Как только я прикончу твоих друзей, — он насмешливо ухмыльнулся, намекая на армию Адама и ангелов в Аду, — я уничтожу и весь ваш Рай.

Эмили замерла. Зрачки сузились от ужаса.

— Ты… — она сглотнула. — Ты врёшь. Ты боишься одиночества. Без зрителей ты — никто.

Экран его лица погас.

Но лишь на миг.

А потом вспыхнул снова — ярко-красный, агрессивный, с рваными помехами.

— Никто? — Вокс медленно повернулся. — Ты правда хочешь обсудить рейтинги, солнышко?

Комнату наполнили глухие крики Эмили. Перья продолжали осыпаться на пол, смешиваясь с каплями золотой крови.

***

Лют резко сорвала с себя ранее оторванный лоскут рубашки, скрутив ткань в тугой жгут. Пальцы работали быстро, почти яростно. Девушка тут же перетянула талию — так сильно, что зубы сами сжались, а из горла вырвался сдавленный вдох. Лицо перекосило от боли, но она даже не позволила себе зашипеть.

Авель всё это время не сводил с неё взгляда, одновременно лихорадочно осматривая коридоры по сторонам. Полутень плясала по стенам, воздух был тяжёлым, гулким. Он обеими руками сжимал рукоять сабли так, что побелели пальцы. Под шлемом его выражение было тревожным, почти паническим — он ждал удара из любой тьмы.

С хрустом Лют оторвала край своей формы снизу и, не церемонясь, начала перевязывать обожжённую ладонь. Ткань тут же пропиталась кровью.

— Я, блять, говорила ему, — процедила она сквозь зубы, затягивая повязку. — Не втягивай. Не втягивай, нахуй. Узел дёрнулся, и она зло выдохнула. — Вот. Пожалуйста. Результат его ебучих трудов.

Авеля невольно пробило на короткую, нервную улыбку. Ругательства Лют всегда были такими… живыми. Хоть он и боялся её до дрожи, но любил — отчаянно, почти болезненно.

— Лют… может, потом будешь ругаться?.. — неуверенно выдавил он, оборачиваясь через плечо и вглядываясь в темноту, где мог скрываться Экзорцист.

Лют резко затянула узел на ладони и подняла на него взгляд.

Авеля словно окатили ледяной водой. Он мгновенно отвернулся, поджав нижнюю губу, чувствуя, как по спине пробегает холод.

— Молчу, молчу…

Шлем девушки ухмыльнулся. Почти хищно. Она выпрямилась, поднимаясь на ноги, делая шаг — другой, будто вбивая боль в тело, заставляя себя привыкнуть к ней.

— Ладно, — бросила она. — Авель. Где ты слышал крик?

Сделав пару шагов к мальчишке, Лют вытащила саблю из кобуры и сжала её одной рукой. Металл тихо звякнул — звук показался слишком громким в этом мёртвом пространстве.

Авель застыл. Сердце ударило сильнее. Он нахмурился, пытаясь восстановить в памяти направление звука.

— Я… ну… это вроде… — он замялся, резко опустив взгляд под ноги, словно ответ мог быть там, между трещин пола. — Крик был… глухой. Будто снизу. Мы же там ещё не проверяли, и если… —

Лют не дала ему договорить.

Она без слов схватила его за руку — жёстко, крепко — и расправила крылья. Перья задели стены, осыпая пыль.

— Значит, летим вниз.

Она оттолкнулась от пола мощным толчком, крылья рассекли воздух. Авель едва успел последовать её примеру. В груди перехватило дыхание, когда они сорвались вниз, скользя между этажами.

Оба лихорадочно бегали глазами по пролётам, по теням, по тёмным углам, ожидая увидеть кровь, движение — или смерть.

И каждый следующий уровень становился всё тише. Всё опаснее.

А вот внизу за штабом солдаты стояли как обычно.  Они лишь изредка менялись позициями, докладывая Адаму о том что происходит.

— Эу, вы, профурсетки небесные, — протянул он, не повышая голоса, но так, что все сразу напряглись. — Где мелкая? Ну, эта… младшая Серафим?

Экзорцисты почти синхронно обернулись к дверям штаба.

Пальцы уже поднялись, чтобы указать. Но там было пусто. 

Тишина повисла липкой, неприятной плёнкой.

Только ветер где-то свистнул сквозь выбитые проёмы.

Они забыли.

Забыли, что она ушла внутрь — под предлогом Авеля и Лют.

Взгляды заметались. Кто-то сглотнул. Кто-то отступил на полшага.

Наконец, одна — самая смелая или самая глупая — вышла вперёд, выпрямив спину.

— Сэр! Эмили ушла внутрь штаба. Она сказала, что… что пойдёт помогать Авелю.

Адам медленно повернул голову.

Пауза затянулась.

— Помогать? — переспросил он тихо.

А потом терпение лопнуло.

— ЧЕ ЗА ХУЙНЮ ТЫ МНЕ НЕСЁШЬ, А?! — рявкнул он, делая шаг вперёд. — Авель сейчас с Лют! Он от неё и на шаг не отойдёт, потому что СМЕЛОСТИ у него, блядь, как у цыплёнка!

Он сложил руки на груди, прожигая толпу взглядом.

— То есть… — голос стал ледяным. — Вы. Проебали. СЕСТРУ ГРЁБАННОЙ СЭРЫ?!

Экзорцисты сжались.

Кто-то попятился. Кто-то опустил глаза.

Крики на улице были слышны и в штабе, но лишь эхом, и то практически не разбирая слов. Но этого хватило что бы Лют и Авель прислушались к знакомому тону голоса.

Приземляясь на самый первый этаж разрушенного штаба, Лют, потерев лоб, лишь тяжело вздохнула. — прекрасно. Он видимо тоже в курсе. - процедила девушка сквозь зубы.

Лейтенант тут же стала обходить этаж, пристально смотря в стороны.руки сжимали саблю, а походка девушки отзывалась болью в животе, напоминая что она достаточно серьезно ранена. 

Авель, складывая крылья за спиной, лишь скорчил губы под шлемом, сомкнув ладони вместе, начиная как птичка шагать за Лют. — что делать будем?.. если Эмили.. а если.. - зрачки мальчонки сужались, от мыслей что Эмили возможно уже не дышит.  Лют моментально обернулась, хватая его за одно плечо. Потянув к себе, она лишь холодно окинула его взглядом.  — замолчи. Если ты будешь думать о том что мы все тут сдохнем, то можешь бежать к Адаму под юбку, понял? - Она слегка стала трясти его из стороны в сторону, дабы привести пацаненка в чувства.  — здесь тебе не Рай, и пора бы уже запомнить это. Хочешь что бы мы выжили? Тогда веди себя достойно.

Авель растерянно посмотрел на ее лицо, пока руки неистово дрожали. 

Он сделал  глубокий вдох, закрыв глаза.

Рука ангела легла сверху на тыльную часть руки Лейтенанта, и когда глаза медленно открылись, уверенно кивнул.

— ты права. Тогда не теряем времени. - Авель тут же дернулся в сторону, взяв на себя один из правых коридоров, оставляя Лют на вторую сторону. Экзорцист довольно ухмыльнулась, ощущая то, как сильно гордится парнем. Лют тут же сняла свой шлем, тяжело вздыхая от нехватки воздуха.

***

Авель бежал по коридорам пулей, заглядывая попутно в помещения, где были выбиты двери. Солдаты уже были здесь ранее, обчистив все что было. 

Но сейчас Авель был за мотивирован. Он запомнил слова Лют, которые помогали ему двигаться дальше, не теряя надежды на спасение.

—Эмили? Эмили где ты! - прокричал Авель, заходя в очередную комнатушку.

По всему помещению стоял ужасный холод и запах крови. Битое стекло слабо отсвечивало свет, что падал из коридора.

Поморщив нос, Авель сделал еще пару шагов, оглядывая помещение повторно. —Эмили, если ты здесь, то выходи.. я переживаю за тебя!  Отчаянно пытался докричаться до девчонки Авель.

А вот за ним в это время активно следила камера, которую почти удалось сломать ранее солдатам. 

Вокс заливался задорным смехом, наблюдая как Авель бегает в поисках своей подружки.

— вот умора! Что скажешь? - бросил он через плечо ангелу.

Эмили устало подняла голову.

Ее руки были обмотаны кучей проводов что так сильно сжимали запястья. 

Ноги так же были связаны, не давая даже малейшего движения телу.

Глаза девочки уставились на Авеля, который так сильно звал ее.

По щекам Серафима побежали слезы, которые она уже не в силах была удержать.

—Авель.. - всхлип раздался тихо, но этого хватило Воксу что бы снова расхохотаться от вкуса скорой победы. — ну ну ну, Серафим, не надо плакать. У меня нет здесь сахарной ваты и прочей хуйни что бы тебя заткнуть, - развернулся мужчина, начиная шагать в ее сторону. — разве что.. я могу позвать твоего дружка сюда. Что скажешь? — протянул Вокс с фальшивой, сладкой интонацией телеведущего перед рекламной паузой.

Он остановился в шаге от неё. Экран его лица слегка наклонился, изображение «поплыло», будто он рассматривал Эмили под новым углом камеры. По стеклу пробежала тонкая линия трещины — откуда-то вниз, — и из-за неё его улыбка выглядела ещё более кривой.

Эмили дёрнулась, насколько позволяли провода. Металл впился в кожу, ток снова прошёлся по телу, заставив её вскрикнуть и выгнуться дугой.

— Не… — она задышала часто, рвано. — Не трогай его. Пожалуйста. Я… я сделаю всё, что ты хочешь.

Вокс застыл всего на секунду, будто пытаясь обработать слова Серафима.

А потом вновь расхохотался — громко, резко, так, что смех отразился от стен, умноженный эхо динамиков.

— О-о-о, — протянул он, хлопнув в ладони. — Вот ЭТО я люблю. Рейтинги растут, когда герой начинает торговаться.

Он резко наклонился, почти в лицо ей, экран мигнул и выдал крупный план её глаз — заплаканных, расширенных от ужаса — прямо на стену напротив. Картинка дрожала, словно транслировалась в прямом эфире.

— Только проблема, солнышко, — прошипел он, — ты уже делаешь всё, что я хочу. Даже не зная об этом.

Эмили сузила зрачки глаз, когда Вокс развернулся. Она поняла что сейчас - Авель попадется в ту же ловушку что и она.

— НЕТ! НЕТ НЕТ НЕТ! ПОЖАЛУЙС- 

Она завизжала от боли. Шею сдавили оголенные провода, что сильно царапали шею. Все что ей оставалось - смотреть как Вокс настраивает небольшую панель управления системы, выводя звук из кабинета в один из коридоров первых этажей штаба.

Холодная панель щёлкнула.

Вокс медленно выпрямился, вытянув провод из гнезда, и экран его лица на секунду погас — будто он задержал дыхание перед выходом в эфир. Потом по стеклу побежали мягкие, почти ласковые помехи. Голос, который прозвучал следом, не принадлежал ему.

— Авель?.. — тихо, испуганно, с дрожащей, узнаваемой интонацией. Эмили широко распахнула глаза. — Н-нет… — губы беззвучно задрожали. — Пожалуйста… не надо…

Вокс повернул голову к ней, изображение на экране застыло в фальшивой, сочувственной улыбке. Он приложил палец к месту, где у живых был бы рот.

— Тс-с-с, — прошептал он уже своим голосом, шипящим, как фон от старого телевизора. — Тише, Серафим. 

Он нажал ещё одну кнопку.

Голос Эмили снова разнёсся по нижним коридорам штаба — чистый, светлый, до боли настоящий.

— Авель… ты слышишь меня?! - с нотками страха протараторил голос. — я забрела куда то, и нашла здесь громкоговоритель! но Вокса здесь нет.. и это пугает меня.. - голос затихал, от чего Авель явно поведется на эту уловку. — я нахожусь возле запасного выхода номер три! Пожалуйста, найди меня! - И по щелчку кнопки объявление было завершено.

Эмили дёрнулась всем телом. Провода в ответ впились сильнее, будто радовались её панике. Из горла вырвался сдавленный, сорванный звук — не крик, а его обломок.

— монстр… — прошептала она, захлёбываясь слезами. — ты монстр!  — Конечно, — довольно отозвался Вокс, не отрывая взгляда от камер. — потому что мы в Аду, милая! Добро пожаловать! 

Под громкий хохот Вокса, Эмили опустила голову. 

Она в момент осознала всю значимость истреблений, которую осуждала всем сердцем. Она наконец поняла от чего ее защищала сестра, и для чего Лют так яростно топила за нанесения удара аду.

***

Авель резко остановился посреди коридора,  когда услышал небольшую мелодию из динамиков, которую обычно включали перед вещанием чего-то важного.

— Авель… ты слышишь меня?! -

Голос Эмили..Он вздрогнул так, будто кто-то ударил его током.

— …Эмили?.. — выдохнул он, срываясь на шаг вперёд.

Голос был её. Без искажений. Без боли. Такой, каким он слышал его в Раю — мягкий, светлый, живой.

— Эмили! — он сорвался с места, сердце забилось где-то в горле. — Я здесь! Где ты?! — я нахожусь возле запасного выхода номер три! Пожалуйста, найди меня! -

Авель тут же сорвался с места, начиная без разбора мчаться по штабу, врезаясь во все углы коридора.

Он бежал по указанию голоса, не замечая ни выбитых дверей, ни мигающих ламп. 

Бежал он так пока не заметил большие металические двери, а сверху над ними и табличка :

Запасной выход №3.

Он замедлил бег, начиная оглядываться по сторонам.

Эмили сказала что она находится где то здесь, а значит точно услышит его.

—Эмили! Где ты? Я уже возле двери, не бойся! - глазами он пытался найти ее.

Но в ответ тишина. Авель ощутил легкий страх который усиливался с каждой секундой. А что если с ней что то случилось? Успеет ли он ей помочь??

А потом — резкий, металлический скрежет.

Прямо за его спиной часть стены распахнулась, будто раздвинулась декорация. Маскировочная дверь ушла внутрь с сухим щелчком.

Он не успел обернуться.

Провода выстрелили из темноты, как живые. Обвили руки, грудь, шею. Сабля с грохотом упала на пол.

 Авель тут же задергался. Сердце ангела забилось в бешеном темпе, пока осознание  происходящего приходило очень медленно.

— Что за.. - единственное, что выпалил Авель.

Авеля буквально сдёрнуло с места, тело ударилось о край проёма, крылья беспомощно зацепились за стену, перья посыпались на пол. Он судорожно пытался вырваться, но провода только сильнее сжимали его, пуская по телу болезненные разряды.

—ЭМИЛИ! — заорал он, уже утаскиваемый внутрь. — ЭМИЛИ БЕГИ, ЭТО ЛОВУШК-

Не успев докричать, дверь хлопнула, встав на свое место будто бы ничего не произошло. 

***

В кабинете, куда затащили Авеля, было темно — липко, удушающе, как внутри гроба.

Ровно до того момента, пока свет не вспыхнул.

Авеля швырнули на пол. Он покатился по холодному мрамору, кожа содралась о гладкую поверхность, а затем тело с глухим хрясь впечаталось в стену. Из груди вырвался сдавленный, рваный стон. Провода на теле дернулись, впиваясь глубже, не давая даже свернуться от боли.

— АВЕЛЬ!!!- прокричала Эмили. Она дернулась к нему, но тут же застыла, словно её пригвоздили к месту. Перед глазами — он, судорожно пытающийся подняться, пальцы скользят по полу, тело не слушается. Провода тянули, рвали, не отпускали.

Экран Вокса вспыхнул праздничными цветами, будто он только что получил главный приз.

— О-о-о, — протянул он с наслаждением, разводя руками. — Люблю, когда гости приходят по приглашению. Будь как дома, дорогой!

Авеля снова швырнуло — теперь ближе, почти к ногам Эмили. Он застонал, захлебываясь воздухом, голова дернулась, и их взгляды встретились.

— Прости… — выдохнула Эмили сквозь слёзы, голос дрожал. — Я… я не хотела… — Трогательно, — Вокс шагнул между ними, отсекая любой контакт. — Просто умилительно. — А теперь, детишки, — прошипел он, — шоу действительно начинается.

***

Адам, в это время, пытался открыть чертову панель на машине.

Солдаты кружились вокруг, всячески поддерживая своего командира. 

Адам, снова вдарив по машине, начал уже ругаться. —ДА КАКОГО ТЫ, - очередной удар по корпусу машины раздался глухим и металическим звуком. — НЕ ОТКРЫВАЕШЬСЯ БЛЯДОТА! 

Удар за ударом. Кулак болел, но злость жгла сильнее. Солдаты вокруг нервно переглядывались, вжимались друг в друга, вздрагивая от каждого рыка.

Сквозь толпу протиснулась девушка, задыхаясь. —Сэр! - прокричала солдатка. — мы.. мы не нашли.. Эмили.. - голос затих. 

Попалась она под горячую руку.

Нет, Адам не станет бить девушек, особенно своих подчиненных. Разве что может сильно вломить пощечину, да и то редко. 

Адам резко обернулся. Лицо пылало, дыхание тяжёлое, крылья нервно дрогнули.

— Вы хоть понимаете, что с вами сделают, курицы? — процедил он, с трудом удерживая ярость. А потом сорвался: — ПРОЕБАТЬ СЕСТРУ СЕРАФИМА В АДУ! — ВАС ЖЕ РАССТРЕЛЯЮТ! И СТРАПОН В ОЧКО ЗАСУНУТ — В ЛУЧШЕМ СЛУЧАЕ!

Кричать он не прекращал до тех пор, пока земля не стала дрожать. Экзорцисты один за другим начинали падать с ног, попутно поднимая глаза на машину, которая начала вибрировать и издавать скрежет. Она была запущена, чем и несла опасность.

Адам прекратил ор, 

Крылья распахнулись, он шагнул вперёд, закрывая солдат собой.

— НАЗАД! — НАЗАД, Я СКАЗАЛ!

Солдаты с ужасом и непонимание таращились на машину, которая искрилась и начинала светится.

Теперь стало и понятно Адаму - Вокс вернул себе доступ к сети. Времени стало гораздо меньше.

Из за туч показались знакомые фигуры девушек, что так сильно разгоняли облака. 

Экзорцисты стали спускаться одной за другой вниз, падая возле армии.

Все перепачканные кровью, озлобленные и крайне довольные. Увидев командира, они опешили от страха неизвестности.

Приказ убить как можно больше постояльцев ебучего Отеля была от Лют. Если Адам узнает об этом - влетит сильно.

Девушки переглянулись и толкнули вперёд главную.

Та споткнулась о чьё-то крыло, выругалась сквозь зубы и всё же вышла. Сапоги хлюпнули по грязи и крови. Она вытянулась по стойке «смирно», но дрожь выдавала её полностью.

— Сэр… — начала она и тут же осеклась. Адам медленно повернул голову. Не крылья — взгляд ударил первым. Холодный, злой, как нож под рёбра. — Где Эми..стопе,- оглядывая их с ног до головы, он задался вполне логичным вопросом. —а где вы были. 

Это было хуже чем любой допрос. Солдаты вокруг инстинктивно отступили на шаг. Машина за спиной взвизгнула, будто вторя напряжению, из-под корпуса вырвался пучок искр.

— Мы… — она сглотнула. — Приказ был от Лют. Очистка Отеля. Максимальные потери среди постояльцев… и—

Адам не дал договорить.

Он шагнул вперёд и схватил её за нагрудник, приподнимая над землёй, будто та весила не больше тряпичной куклы. Крылья распахнулись с резким хлопком, подняв волну пыли и крови.

— ТЫ. — процедил он, почти шепча. — ПОЛУЧИЛА. ПРИКАЗ. — Я НЕ ДАВАЛ ПРИКАЗА УБИВАТЬ ВСЁ, ЧТО ДЫШИТ. — Сэр!

Адам тут же швырнул ее на землю, ударив солдата в солнечное сплетение. Она проехалась по земле, оставляя кровавый след.

Воздух вышибло из легких разом. Девушка закашлялась, захрипела, ноги поджимались к телу.

— ДУМАЛИ?! — голос Адама сорвался в рёв. — В АДУ ДУМАТЬ ЗАПРЕЩЕНО БЕЗ МОЕГО РАЗРЕШЕНИЯ!

Остальные экзорцистки отступили, но оружие всё равно держали наготове. Улыбки сползли, довольство сменилось страхом.

— КАКОГО ХУЯ ЭТОГО Я НЕ ЗНАЛ?!  ПОЧЕМУ ВЫ, ВЫ! - тыча пальцем в группу солдат, что вернулись не так давно, Адам лишь сильнее злился. — ПОДЧИНИЛИСЬ ЛЮТ. 

Экзорцистка, шатаясь, поднялась. Не глядя ему в глаза, она протянула карту двумя пальцами.

— Сэр… — хрипло. — Мы нашли карту от штаба Ви. — Она открывает двери в комнаты персонала. Мы… решили, что она будет важна вам. Мужчина выхватил карту, скалив зубы.  — единственное что от тебя можно было добиться. - процедил Адам. Он развернулся на здание, оглядывая его разом.  Если ключ карта в его руках, значит он может найти служебные двери, которые явно будут полезны.

***

А вот у Лют дела были ничуть не лучше.

Живот скручивало так, будто под рёбрами кто-то методично проворачивал лезвие. Каждый шаг отдавался вспышкой боли — острой, слепящей. Кровь уже давно пропитала ткань формы, засохла комками, липла к коже при каждом движении.

— Эмили… — голос сорвался. — Где ты, маленькая… сс…

Ругательство так и не вырвалось. Лют захлебнулась вдохом и резко упёрлась плечом в стену.

Золотистая рука вцепилась в обои — когти прошлись по узору, разрывая дорогую ткань, оставляя уродливые царапины. Она тяжело дышала, лоб вспотел, зрение на секунду поплыло.

Вокс здесь.

Мысль была единственным, что удерживало её на ногах.

Где-то в этих коридорах. Где-то рядом.

И за всем этим наблюдал Вокс.

Он уже удобно развалился на небольшом диванчике перед экранами, словно в театральной ложе. Нога закинута на ногу, пальцы лениво отбивают ритм по подлокотнику. На экранах — Лют. Согнутая, истекающая золотом, но всё ещё идущая.

Улыбка грешника медленно расползалась по экрану его лица.

Позади него, в полумраке, Эмили и Авель дёргались, сдавленно мыча. Провода обвивали их тела, впивались в запястья, грудь, крылья Эмили — туго, жестоко, не оставляя ни шанса вырваться

— Посмотрите на неё, друзья мои святые! — Вокс развёл руки, будто представляя номер. — Живой пример упрямства. Он хмыкнул. — Да она же еле стоит на ногах. Боже… какая же упёртая сука.

Смех вырвался резко, с металлическим отзвуком. Для Эмили и Авеля он звучал как скрежет по костям.

Авель смотрел в экран, не моргая. Лют оттолкнулась от стены и, пошатываясь, двинулась дальше по коридору — и Авелю на секунду показалось, что она совсем рядом. Плечом к плечу. Как раньше.

Он сжал губы, резко дёрнул руками.

Провода тут же ответили — сжались сильнее, впиваясь в кожу, до боли, до онемения пальцев.

— почему ты не можешь быть милосерднее.. - полутоном сказал парнишка, начиная сводить брови к носу. — ты бы мог уничтожить нас в один момент. Почему ты все еще не сделал этого?! Эмили медленно перевела на него взгляд. Глаза мутные, будто она не сразу поняла смысл слов. — Что ты… несёшь?.. — прошептала она. Вокс медленно поднялся с дивана, разворачиваясь лицом к ребятам. — потому что это скучно. Камон!

Экран Вокса вспыхнул резким белым шумом, и он хлопнул в ладони, будто подводя итог шутке. В тот же миг провода дёрнулись, как змеи, реагируя на его настроение.

Авеля резко дёрнуло вверх — тело повисло в воздухе, ноги беспомощно заскребли по мрамору. Из горла вырвался сдавленный крик, когда ток прошёлся по позвоночнику, выгибая его дугой.

— АУЧ! — он зажмурился, зубы стиснулись до скрипа. — Видишь ли, — Вокс неспешно прошёлся перед ними, — смерть — это финал. Он пожал плечами. — А финалы смотрят один раз. Он остановился напротив Эмили. — А вот отчаяние… страх… надежда, которая медленно гниёт изнутри, — это искусство.

Эмили так же дёрнуло вперёд. Провода впились в плечи, в спину. Она вскрикнула. Крылья судорожно распахнулись — и тут же были прижаты обратно с хрустом, словно их ломали. Несколько перьев сорвались и медленно опустились на пол, пачкаясь золотом.

— Хватит! — сорвалась она, голос хрипел. — Если тебе нужен кто-то… возьми меня! Отпусти их! Авель распахнул глаза. — Эмили, нет! — он шатнулся вперед, но его тут же швырнуло о стену. — Не слушай его! — О-о-о, — Вокс довольно наклонил голову, — классика жанра. Самопожертвование. Экран приблизился к лицу Эмили, выводя её искажённое отражение на стену. — Только вот проблема… — протянул он. — Ты уже сделала всё, чтобы ЗАГУБИТЬ своих друзей.

Глаза Серафима заметались. Слёзы, едва заметные, всё же сорвались и покатились вниз. Губы дрожали.

Он был прав.

Её вера. Её попытки спасти. Её желание помочь — всё это не сработало. Она сама привела их сюда.

Авель сочувственно взглянул на личико своей подруги, понимая что даже он здесь беспомощен.

Только вот Вокс отвлекся от экранов.

Лют в это время пропала с поле зрения камеры, начиная идти вдоль твой самой стены, куда ранее затащили Эмили и Авеля.

—Авель! Где тебя, блять, носит! - прокричала Лют. Глаза опустились на пол, замечая капли золотой крови. На вид они были свежими, что ее и смутило. Солдаты покинули штаб достаточно давно, и кровь бы уже засохла. 

Солдат тут же стала оглядывать стену, дергая все декоративные двери. Первые две не поддавались, а вот третья была крайне странной.

Лют дергала ручку двери, слушая характерные щелчки замка.

— Потайной проход?.. — девушка вскинула взгляд вверх, и зрачки расширились, уловив знакомый датчик счёта карт.

На долю секунды в ней вспыхнуло неверие. А затем —

— НУ КОНЕЧНО!

Безумная, победная улыбка озарило её лицо. Лют рванулась к двери и с размаху врезалась в неё плечом. Глухой металлический удар отозвался болью в кости — и ничем больше.

Ещё один удар.

И ещё.

Дверь даже не дрогнула.

Лют зашипела от злости, отступила на шаг и, стиснув зубы, заставила себя остановиться. Дыхание сбивалось, кровь шумела в ушах. Взгляд скользнул по датчику — и тогда она заметила это.

Едва уловимую вспышку. Микроскопический огонёк. Объектив.

В голове пронеслась абсолютно безумная мысль.

— …Чёрт с тобой, — выдохнула она.

Рука вытянула саблю из чехла, которая тут же навела острый конец на самый объектив камеры. 

Резким движением руки она вонзила оружие в сканер, от чего тот заискрился, начиная затухать.

Дверь издала щелчок, а сама поддалась вперед, открываясь перед девушкой.

Лют победно заулыбалась. Она шагнула вперёд, сжимая саблю в обожжённой руке, дыхание рвалось, но улыбка была звериной.

— Попался, сукин ты сын, — процедила она сквозь зубы.

Перед Лют открылся вид на лестницы и кабины лифта. Это было служебное помещение, которое прятало в себе потайные комнаты и проходы меж ними.

Найти здесь Вокса казалось невозможным..

Думать о плохом не хотелось, да и даже допускать мысли тоже, но губы предательски приоткрылись. —Эмили? Авель?! Где вы! - прокричала Лют, слушая в ответ лишь эхо и затем тишину… Она не сдалась, делая каждый шаг с болью, которую терпела.  — СУКА ДА КТО НИБУДЬ ИЗ ВАС! - отчаянно вновь кричала экзорцистка.

Смех Вокса затих, когда панель управления за спиной издала знакомый звук.

Обычно он воспроизводился когда система безопасности служебных помещений была нарушена, от чего мужчине стало дурно.

Экран его лица на долю секунды погас, словно система не успела обработать сигнал. Помехи поползли вверх, синие, неровные. Улыбка исчезла.

— …Вот дерьмо, — вырвалось у него почти шёпотом. Провода, удерживающие Эмили и Авеля, дёрнулись следом за Воксом, который дернулся к панели, но он даже не посмотрел на них. Всё внимание было приковано к экранам.

Авель впервые улыбнулся, понимая что Лют наконец На верном пути. Но так же быстро отступила. Она совсем одна, да еще и с раной! А что если она не справится?

Взглянув вновь на Эмили, которая беззвучно рыдала от своей тупости, он решил действовать.

—именно этого тебе и надо боятся, Вокс. - ухудшая состояние Вокса проговорил Авель. — ты, может и победил, но явно не увидишь своей победы. Лют убьет тебя, придурок! - с издевкой и сладостью выдавал Авель.

Вокс медленно, почти лениво повернулся к Авелю.

Экран его лица дрогнул, пошёл мелкой рябью, будто сигнал вот-вот сорвётся. Он окинул ангела взглядом — жадным, оценивающим, липким. В глазах появился страх быть не просто убитым, а униженным и потерянным. 

—Тебя никто не вспомнит! Ты.. ты просто будешь забытым психом, которого с позором сотрут! - впивался голос в самое сознание. — заткнись. ЗАТКНИСЬ! - замахиваясь прокричал Вокс. . . но удар так и не состоялся.

Со свистом воздуха в его руку врезалась сабля Лют.

Лезвие вскрыло ладонь, прошлось по плоти, и Вокс взвыл — не криком, а искажённым цифровым визгом. Он отшатнулся, прижимая раненую руку другой, кровь стекала по пальцам, капая на пол чёрными, дымящимися каплями.

Экзорцистка нашла их по голосу.

Авель — по собственной воле или нет — привёл её сюда. А двери… двери для Лют никогда не были препятствием.

— ЛЮТ! — закричал Авель, и его лицо расплылось в безумно счастливой, почти истеричной улыбке.

Лют дышала тяжело, резко, будто пробежала через ад. Глаза горели чистой, животной ненавистью. Но вместо того чтобы броситься на Вокса, она рванула к Эмили.

Провода рвались из рук с хрустом и треском. Искры били ей в лицо, прожигали кожу, оставляли чёрные отметины и запах палёного металла. Она даже не дёрнулась — боль была ничем по сравнению с паникой внутри.

Как только последний кабель был выдран с корнем, Эмили сорвалась вниз.

Руки сомкнулись вокруг ангела в последний момент, рывок отдался болью в плечах, но она удержала её.

—Держу. - с легкой улыбкой протараторила Лют. Эмили тут же крепко обняла девушку, радостно завопив от восхищения. —ЛЮТ! ТЫ ЗДЕСЬ ТЫ ЗДЕСЬ ТЫ ЗДЕСЬ!— кричала девчонка. Солдат плавно опустил на ноги ангела, потрепав ее по голове. Времени на цацки не было. Эмили тут же кинулась к Авелю, начиная распутывать провода.

Сама же девушка вытащила саблю из стены, которая вонзилась туда после попадания в руку демона.

Она развернулась на Вокса, который встряхивал кровь от больной руки.

— Хреново ныкаешься, — усмехнулась Лют, принимая боевую стойку.

Она закрыла собой Эмили и Авеля, расправляя крылья, полностью перекрывая обзор сзади.

— А я смотрю, вы, ангелы, все такие суки, — зубастая ухмылка растянулась по экрану Вокса. За его спиной ожили провода, поднимая его над полом, как марионетку. — Ничего. Я сначала отберу у Рая тебя. Думаю, они не сильно расстроятся.

Провода взвились, как змеи. В следующее мгновение её ноги скрутило, и мощный рывок швырнул её в стену. Удар выбил воздух из лёгких, спина вспыхнула болью. Она стиснула зубы, не позволив себе закричать.

Авель тем временем вырвался окончательно. Он схватил Эмили, закрыл её собой, вжал в угол. Сердце колотилось так, что заглушало всё остальное. Он смотрел, сжав челюсти.

Сердце мальчишки колотилось, видя как Лют отчаянно пыталась защищать их.

Набираясь сил, Лют тут же резанула провода саблей, вскакивая на ноги вновь.

— ты слишком глупа. Тебе не победить меня, ангелок. - прохрипел Вокс, веря в свое величие. —это ненадолго. - огрызнулась Лют.  Девушка расправила крылья, и мгновенно влетела с ног по роже Вокса, опрокинув его с ног. 

Солдат своим ударом по экрану каблуками разбила стекло, от чего мужчина завопил от боли, а само изображение на мониторе начало дергаться в помехах.

Сама Лют тоже упала, но тут же залезла сверху на демона, смотря на разбитый экран монитора. — даже защитное стекло не поставил, дурень. - победно проговорила девушка.

Лют занесла саблю вверх, готовившись ударить. Лезвие дрогнуло в воздухе, отражая рваные помехи, что плескались по разбитому экрану Вокса.

Из треснувшего стекла вырвался искажённый крик — не голос, а визг динамиков, захлёбывающийся белым шумом. Провода вокруг задёргались, будто в агонии, несколько из них хлестнули по полу, оставляя прожжённые следы.

— СЛЕЗЬ С МЕНЯ, ТУПАЯ СУКА! — рёв вырвался сразу из всех динамиков в комнате.

Один из кабелей резко взмыл и обвился вокруг её запястья, дёрнув в сторону. 

Лют отлетела к стене, ударившись затылком об угол, от чего ее будто оглушило.

Она корчилась от боли, сжимала руками волосы, и жмурила глаза.

Авель же сильно напугался, падая к Лют на колени. Ангел стал трясти ее в стороны, пытаясь привести в чувства. —ЛЮТ! ты в порядке?? Лют? ЛЮТ!

Эмили тряслась от страха, вжимаясь в холодную стену, глядя, как Вокс медленно поднимается на ноги, опираясь на собственные провода, словно на костыли. Кабели скрипели и натягивались, металл жалобно стонал.

Он судорожно вцепился в своё «лицо», проводя пальцами по растрескавшемуся экрану, будто пытаясь на ощупь убедиться, что всё ещё существует. Хриплое, рваное дыхание постепенно стихало — и именно это пугало сильнее всего.

— ЕБУЧИЕ АНГЕЛЫ! — взревел Вокс, мотнув головой. — Я СОТРУ С ЛИЦА ЗЕМЛИ ВАШ ЕБУЧИЙ РАЙ! НАХУЙ ВАС!

Крик был настолько оглушающим, что воздух задрожал. Именно он заставил Лют распахнуть глаза и силой воли вытащить себя обратно в реальность.

Она застонала и начала подниматься. Ноги подкашивались, перед глазами плыло. Авель тут же оказался рядом, подхватил её под руку, не давая упасть.

— …ты больной, — процедила Лют сквозь зубы.

Она, пошатываясь, начала отступать вместе с Авелем туда, где, сжавшись в комок, стояла Эмили.

— Ты не заслуживаешь и жизни в аду, скотина.

Лют снова встала спиной к ним, расправляя плечи, закрывая их собой. Защита младшего Серафима и сына Адама была превыше всего.

Из живота сочилась кровь. Она пропитывала бинты, капала на пол, оставляя тёмные, липкие пятна. Тело горело, мышцы дрожали от усталости. Глаза слезились — не от слабости, от боли и ярости. Хотелось просто упасть… и больше никогда не вставать.

Вокс расхохотался. Грубо, надсадно, отступая к панели управления. Он слепо щурился, дёргал экран, цеплялся за кабели, словно за нервы собственного тела.

— Наивная… НАИВНАЯ СУКА! — зашипел он, вертя в руках пучок проводов. — Ты же знаешь, солдатик… твоя жизнь НИХУЯ не стоит для них!

Слова ударили точно в грудь.

Правда была отвратительной. Гнилой. И слишком знакомой.

За спиной раздался дрожащий шёпот — Эмили молилась. Слова срывались, путались, но она продолжала. Авель прижал её к себе, закрыл собой и тоже начал повторять молитву, с отчаянной, детской верой, обращаясь к Всевышнему.

И она уже не слышала Вокса, не слышала Эмили и Авеля сзади, а лишь застыла в ужасе.

Мир погас.

Flashback.

Лют на миг очутилась в темном ночном лесу. В руках она сжимала вместо сабли Автомат, и смотрела ровно в колючие кусты. 

Молитва за спиной уже была не от Эмили и Авеля, а от ее.. Матери.

— «Отче наш, Иже еси на небесех…» — сбивчиво шепчет женщина, сжимая в объятиях младшую дочь.

Сама же Лют судорожно обернулась, смотря ровно на женщину средних лет, и свою младшую сестру.

Девчонка в руках матери истошно сжималась и тряслась, попутно взглянув на сестру.

Глаза девочки были такими же медовыми, как и у Авеля. 

— умоляю.. «. . .» спаси.. спаси нас!- она промолвила настоящее имя Лют, которое, она уже никогда не вспомнит и не услышит. Но для Экзорцистки была ясна суть.

End Flashback.

Если смотреть на это со стороны, то Лют растерянно глядела на Авеля и Эмили, которые сжалась в комок, искренне веря в силы молитвы.

Лют моргнула лишь раз, и все видение тут же пропало, отправляя ее в суровую реальность.

Лют медленно повернула голову к Воксу и сжала рукоять сабли так сильно, что пальцы побелели.

Время было бесценным.

Её задача — защитить семью, которую она не защитила при жизни.

Она никогда не узнает, удалось ли тогда вывести родных в безопасное место. Никогда не узнает, гордились ли бы они ею. Никогда не увидит кем они стали, и скорее всего снова навсегда забудет об этом.

Но если она не смогла тогда — значит, сделает это сейчас.

Вокс в это время успел очухаться от трещин на морде, восстанавливая все кабели для лучшего функционала экрана.

Он в спешке подсоединял каждый проводок к щитку, тяжело и сбито дыша.

Лют резко поддела ногой один из проводов и поймала его рукой, рванув на себя.

Вокс дернулся назад, неожиданно вскрикнув: — Че это за нах!? - пошатнулся мужчина, обернувшись назад.

Он заметил как глаза девушки сияют янтарным цветом в легком занавесе темноты, при этом наполняясь решительностью и гневом одновременно.

— Может быть, ты и прав, — медленно сказала Лют, шагая вперёд. — Моя жизнь нихуя не стоит для Рая.

Авель поднял голову, услышав цоканье сапог.

— Но определённо стоит для них, — она бросила взгляд через плечо и слабо, почти нежно улыбнулась парнишке. — И если им угрожает опасность… я отдам её без колебаний.  За Рай. За победу. И против таких, как ты, — она резко развернулась к Воксу. — Грязных сосунков, которые нихуя не добились даже в команде.

Слова Лют заставили мужчину задуматься. Она настолько сильно задела его Эго, что Вокс даже смутился.

Экран его лица дёрнулся, будто система запнулась на перегрузке. Помехи вспухли, разорвались, сменились резким, кислотно-красным свечением.

— …Что ты сказала? — голос стал ниже, хриплый, без привычной издёвки. — Повтори.

Провода за его спиной вздыбились, словно щетина у взбешённого зверя. Несколько из них ударили по полу, выбивая искры. Панели на стенах начали мигать, одна за другой, переходя в аварийный режим.

Она предупреждала о том, что заметила резкие и быстрые движения в потайном проходе 6, издавая неприятный писк. 

Но Воксу было не до этого.

— Ты всё слышал, — глухо сказала она. — Ты — ничто без своих пешек. Её крылья распахнулись шире, перекрывая свет. Она шагнула вперёд — и боль в животе полоснула так, что перед глазами вспыхнули чёрные точки. Кровь тёплой струйкой скользнула по боку. Она стиснула зубы, не позволив себе ни звука. — А я — даже без Рая — всё ещё солдат.

Вокс скорчил губы, бешено выпучивая глаза. Он Зарычал, как сломанный механизм.

— СОЛДАТ?! — рёв ударил по ушам, динамики захлебнулись. — ТЫ?! Он дёрнул рукой — и потолок вздрогнул. Провода сорвались вниз, как бичи.

Лют едва успела закрыться крылом. Удар пришёлся по перьям — их вырвало с небольшими ошметками мяса. Она отлетела на несколько метров, тяжело приземлившись на одно колено. Пол под ней треснул.

— ЛЮТ! — закричал Эмили. Ангел инстинктивно потянулся к ней, но Авель вцепился в неё, удерживая. —ЭМИЛИ! НЕТ! - потянув на себя Серафима, Авель с ужасом уставился на экзорциста. Лют подняла голову. Из уголка губ стекала золотая кровь. — Назад, — коротко бросила она, не глядя. — Оба.

Вокс уже шёл на неё. величественно и яростно. Экран его лица был весь в трещинах, изображение дёргалось, периодически пропадая вовсе. Изнутри слышался визг перегрева.

— Я СТРОИЛ ЭТОТ АД, — прошипел он. — Я ДАЛ ЕМУ ГОЛОС. Я — ЭФИР! Он резко вскинул руку.

Провода обвились вокруг Лют мгновенно — как змеи. Впились в плечи, в талию, в перебитое крыло. Металл врезался в плоть, заскрежетал о кость.

Ток ударил сразу. Без предупреждения.

Мир вспыхнул белым — выжженным, пустым.

Лют выгнулась дугой, зубы клацнули, воздух вышибло из лёгких. По телу прошла судорога, крыло дёрнулось и бессильно повисло.

— т… ты… — прошептала она сквозь хрип, сквозь боль, которая рвала изнутри. — ты ни… ни на что… не способен…

Авель сорвался с места.

— НЕТ! — он  отпустил Эмили, немного толкнув девчонку назад, а сам дернулся вперёд. — АВЕЛЬ, СТОЙ! — закричала она, захлёбываясь слезами.

Парнишка схватил упавшую саблю Лют обеими руками. Лезвие было тяжёлым, неудобным, но он не думал — он просто бежал.

— ОСТАВЬ ЕЁ! — заорал он, срывая голос в хрип. — СЛЫШИШЬ МЕНЯ?! ОСТАВЬ!

Вокс обернулся слишком поздно.

Сабля врезалась в пучок кабелей у него за спиной. Не чисто — неровно, криво, но с силой, вложенной в отчаяние.

Искры рванули фонтаном. Сухой треск, визг металла. Несколько экранов мигнули и погасли. Провода ослабли, задергались.

Лют рухнула на пол, тяжело, всем телом. Закашлялась, жадно хватая воздух, пальцы судорожно впились в плитку.

— …ты… — Вокс повернулся к Авелю. Экран его лица треснул ещё сильнее, по изображению побежали помехи. — МАЛЕНЬКИЙ. УБЛЮДОК. Авель вытащил саблю, отходя назад. — ну давай. Давай! Ударь меня! - Брови сошлись, глаза сузились до безумной точки. Слёзы катились по щекам — он стирал их рукавом, размазывая грязь и кровь.

Вокс купился.

Он развернулся полностью, провода потащили его вперёд, тело покачивалось, словно на виселице. Он ковылял, раскачиваясь, и начинал хрипло, захлёбывающе смеяться.

— КАКАЯ МИЛОТА! — смех эхом разнёсся по коридорам. — САМО ДИТЕ АДАМА ЗАСТУПАЕТСЯ ЗА НИКЧЕМНОГО ЭКЗОРЦИСТА!

Снова хохот — рваный, мерзкий.

— Я ВСЕГДА, БЛЯТЬ, ЗНАЛ. АНГЕЛЫ — МУСОР. ВЫ НЕ ЗНАЕТЕ ЦЕНУ ЖИЗНИ, НЕ ПОЗНАЛИ СИЛУ ГРЕ—

Глухой удар оборвал речь.

Эмили ударила его со всей силы.

Осколок железа врезался в голову Вокса. Экран вспыхнул рябью. Мужчина пошатнулся, провода задергались, удерживая его на весу.

— АХ ТЫ Ж БЛЯТЬ! — рявкнул он, разворачиваясь к ней.

В тот же миг Авель рванулся вперёд.

Сабля прошла по мотку кабелей с мерзким, сухим хрустом — как по жилам. Провода лопнули разом. Искры хлынули, прожгли воздух, ударили в потолок.

— ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ, МЕЛКИЙ УБЛЮ— Фраза оборвалась.

Вокс рухнул вниз всей массой, гулко, тяжело, и неуклюже. Экран его лица вспыхнул белым шумом и погас. Тело демона ударилось о мрамор так, что по полу пошли трещины.

На секунду — абсолютная тишина.

Затем экран зажёгся снова. Красный. Дёрганый. Половина изображения пропала, вторая плясала помехами.

— …ты… — голос стал сиплым, лишённым прежней самоуверенности. — ты думаешь, ЭТО меня остановит?..

Вокс дёрнулся, пытаясь подняться. Провода, ещё живые, зашевелились, поползли к нему, как черви к падали.

— АВЕЛЬ, НАЗАД! — сорвалась Эмили.

Но было поздно.

Вокс резко рванул рукой — и один из кабелей, как хлыст, ударил Авеля в грудь. Его отбросило к стене, воздух вышибло из лёгких. Он сполз вниз, захрипев, сабля со звоном упала рядом.

— АВЕЛЬ!! — Эмили бросилась к нему, падая на колени. — Ты жив?! Ты слышишь меня?! — …ды… — он судорожно вдохнул, моргнул. — дышу… вроде…

Вокс засмеялся. Смех был рваным, захлёбывающимся, словно динамики тонули в воде.

— Трогательно… — он опёрся рукой на стену, сбито дыша. —Вы правда решили, что трое жалких ангелов могут меня—

Глухой удар.

Вокс дёрнулся, когда в его бок врезался каблук.

Вокс уперся спиной в стену, ошеломленно взглянув прямо.

Лют.

Она поднималась с болью и трудом. Одно крыло висело, перья были вырваны, залитые золотом. Кровь текла по животу, капала на пол, но она стояла.

— сможем, сукин ты сын. СМОЖЕМ.

Лют схватила его за края монитора, начиная тянуть на себя. Вокс тут же шагнул вперед, начиная царапать ее ладони пытаясь отцепить ее пальцы от своей головы.

—ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ?! ОТПУСТИ. ОТПУСТИ МЕНЯ! - слова переплетались от помех и хрипа, пока Лют  жмурилась и корчила губы.

Он прибил ее к стене, в панике мотая головой. Но Лют, не сдаваясь, закинула правую ногу на его талию, подошвой начиная отталкиваться от тела мужчины, облегчая себе работу.

Эмили и Авель уставились на них, задерживая дыхание. —Я БОЮСЬ! - вскрикнула Эмили. Прошло всего пара секунд когда Серафим зажмурила глаза, а Авель уткнул ее носом в свое плечо.

Лют рванулась вперёд и с хриплым, звериным выдохом пнула тело мужчины.

Раздался сухой, металлический хруст — будто ломали арматуру. Голова Вокса оторвалась от тела, искры вспыхнули фонтаном, полоснув воздух ослепляющим светом. Его крик вырвался резким, нечеловеческим визгом, заполнил помещение — и оборвался так внезапно, словно кто-то вырвал провод из розетки.

Экран за его спиной мигнул, дернулся — и погас.

Тело Вокса рухнуло на пол тяжёлым, пустым мешком.

Тишина накрыла помещение, как бетонная плита.

Не та тишина, что приносит покой — а та, от которой звенит в ушах и сводит челюсть. Искры всё ещё сыпались с потолка, догорая на полу, провода судорожно дёргались, будто отрубленные нервы, не желающие умирать. Где-то впереди система издала захлёбывающийся, жалкий писк — и замолчала.

Голова Вокса, прокатившись, ударилась о пол рядом с телом и замерла с глухим, влажным грохотом.

Лют стояла над ним.

Грудь ходила рывками, дыхание рвалось наружу с болью, словно лёгкие были набиты битым стеклом. Пальцы дрожали, плечи подрагивали от адреналина и отката.

Она сделала шаг.

Потом ещё один.

И в тот же миг её колени подкосились.

— Лют! — одновременно вырвалось у Эмили и Авеля.

Экзорцистка рухнула на колени рядом с телом Вокса. Ладонь с размаху упёрлась в пол — под ней тут же размазалась золотая кровь, густая, липкая. Второй рукой она инстинктивно потянулась к животу — и тут же зашипела, скривившись от боли.

— Чёрт… — выдохнула она сквозь стиснутые зубы. — Слишком… больно…

Эмили сорвалась с места первой. Она буквально упала рядом, цепляясь за Лют, крылья дрожали, перья были сбиты, перепачканы копотью и её собственной кровью.

— Лют, нет, нет, нет… — голос сорвался на хрип. — Пожалуйста, держись… ты же… ты же…

Слова рассыпались, не находя формы. Осталась только паника.

Авель подбежал следом, прихрамывая, опустился на колено и осторожно подхватил Лют под плечи. Его руки дрожали не меньше её.

— Не двигайся, — быстро, сбивчиво проговорил он. — Слышишь? Не двигайся. Сейчас… сейчас что-нибудь придумаем. Мы—

Лют попыталась вдохнуть глубже.

И тут же закашлялась.

Золотая кровь выступила на губах, стекла по подбородку.

— Лют, держись! — сорвался Авель на крик. — Держись, умоляю… мы же выиграли! Мы победили!

Он вместе с Эмили рывком поднял девушку на ноги. Лют повело, мир поплыл, но она устояла — только плечо дёрнулось, когда она зацепилась за них.

Её взгляд медленно скользнул к погасшему телу Вокса.

— Не думаю… — глухо произнесла она, прикрывая глаза.

В ту же секунду её зрачки расширились.

— Наверху стоит машина. — Голос стал резче. — Если Вокс успел поставить отсчёт до её выстрела, то…

Осознание ударило, как выстрел в упор.

— Чёрт. — Она резко вдохнула. — Машина. Она ещё не уничтожена.

Лют сжала зубы, собирая остатки сил в кулак, и начала помогать им поднять себя. Когда она наконец встала на ноги, то сразу упёрлась ладонью в стену, оставляя на металле кровавый след, и коротким жестом показала, что дальше пойдёт сама.

— Нужно найти Адама, — хрипло сказала она, вытирая кровь с губ тыльной стороной ладони. — Без его помощи мы не остановим эту блядскую шайтан-машину.

Она буквально вытолкала Авеля и Эмили из кабинета, не давая им задерживаться ни на секунду.

***

А вот наверху штаба тишины не было вовсе.

Экзорцисты носились по служебным коридорам, как по разорённому улью. Карты сотрудников щёлкали в замках одна за другой — клац, клац, клац — двери распахивались с грохотом, иногда просто вырываясь с петель. Панели управления выламывали грубо, без малейшего разбора: ногами, кулаками. Искры били фонтанами, прожигая воздух и лица.

Кто-то орал команды до срыва голоса, кто-то в бешенстве крошил консоли, кто-то уже выдёргивал кабели, рвал их руками, обрывая системы одну за другой, будто жилы.

И в этом аду метался Адам.

Он врывался в комнаты, сметал всё на пути, искал — судорожно, яростно, почти безумно. — ЛЮТ! АВЕЛЬ?! — его голос гремел по коридорам, отражаясь от стен. Очередная дверь слетела с петель. Адам с разворота врезал гитарой в стену — хруст, глубокий порез остался в бетоне, как шрам. — ДА ГДЕ ВАС, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, НОСИТ?!

Он резко остановился, упёрся руками в узкий столик. Пальцы сжались так, что костяшки побелели, ногти впились в дерево, оставляя рваные борозды. Стол жалобно скрипнул.

Мысли метались, сталкивались, рвали изнутри. Лют. Авель. Где? Живы ли?

— …ещё и Эмили проебали… — выдохнул он с глухой, злой досадой, почти рыча.

В этот момент двери распахнулись.

Экзорцист буквально влетела внутрь, спотыкаясь, едва не падая на колени. Она вцепилась руками в дверную раму, пытаясь перевести дыхание. — СЭР! — выкрикнула она, голос дрожал от спешки и страха.

Адам медленно выпрямился.

Повернул голову.

Этот медленный, тяжёлый жест был страшнее крика.

— …мы нашли… — девушка сглотнула, заставляя себя продолжить. — Нашли главный кабинет Вокса. Но… есть проблема. — Говори.

Голос стал тише. И именно поэтому — опаснее.

Экзорцист выпрямилась, пальцы нервно дёрнулись. — Мы не можем остановить запуск машины без ДНК Вокса. Никак. Но… — она торопливо подняла взгляд, — можно попробовать уничтожить её. С помощью сил Серафимов.

На секунду всё вокруг будто замерло.

Адам задумался.

Если он в одиночку стёр дирижабль Пентиуса — превратил его в пылающий мусор — значит, и постройку Вокса можно стереть с лица реальности.

Но не одному.

Здесь понадобится больше. Намного больше.

Медленно, почти лениво, он расправил плечи. Улыбка под шлемом поползла вверх — хищная, злая. — Неужели… — он усмехнулся, резко разворачиваясь к девушке, — вы всё-таки способны выдавать ахуенные идеи. Он шагнул ближе, от него веяло давлением и яростью. — Зовите Серафимов. Сейчас же. — Есть! — экзорцист кивнула слишком быстро и тут же сорвалась с места.

Она исчезла в коридорах штаба, по пути выкрикивая приказы и утаскивая за собой нескольких солдат — для страховки.

А хаос наверху лишь набирал обороты.

Как отреагирует Сэра на поступок сестры? Не ясно. Но точно было известно одно - сегодня решится вся судьба Ада.