Правда, которую нельзя знать.

Перед началом чтения, прошу обратить внимание: отклонение от канона! Все действия здесь идут строго после второго сезона ‘’Отель Хазбин’’

Хорошего чтения! ;)

***

Прошло ещё две недели с тех пор, как всё затихло.

Рай и задышал свободнее, чем ранее: экзорцисты могли передвигаться по городу спокойно, за исключением шлемов. Их было решено снимать при мирных жителях, надевая лишь в особых случаях.

Авель начинал активно посещать заседания, смотря, как Адам ведёт переговоры. Наконец-то для него был создан полный образ отца, которого он никогда ранее не видел. Каждые минуты, проведённые в компании Адама, становились для мальчика чем-то поучительным, включая присутствие и самого Лейтенанта.

Очередное заседание подходило к концу, когда Адам выходил из зала, поправляя свой шлем.

Следом за ним вышел и сам Авель, засмотревшись на своего отца.

— Пап, можно вопрос? — слегка дёрнув Адама за рукав, Авель задрал голову вверх. — Валяй, — безразлично сказал Адам. — Почему ты не снимаешь шлем? Мы же, ну, не в аду… Адам промолчал, несколько секунд смотря куда-то в сторону. — Мне и так нравится. Она просто ахуенна! — толкнул он локтем сына в бок, начиная шагать вперёд. — Если вы выглядите как уродцы в шлемах, не значит, что и я такой же!

Авель закатил глаза, поплетясь следом за Адамом.

Они направлялись в сторону покоев Лют, дабы увидеть лейтенанта уже без гипса. Сегодня был последний день её больничного, а это значит, что она уже может посещать заседания, тренировки и просто ходить свободно.

Лют в это время уже вернулась с медицинского блока, который находился в посольстве Райского парламента. Она устало села на пуфик, который стоял в прихожей. Живот больше не болел, а вот ходить было непривычно.

Лют сняла обычные резиновые шлёпанцы, в которых она обычно ходила дома во время больничного, меняя их на привычные сапоги с высоким каблуком.

— Так-то лучше, — выдохнула девушка, вставая с места. — Пора бы вспомнить, как ходить на них.

Она прошлась по коридору, делая неуверенные шаги. Спустя несколько минут пытки ног она всё же начинала привыкать снова.

Лют прошла на кухню, смотря на оставленную грязную посуду: — Свиньи, — выругалась девушка, взявшись за губку для мытья посуды. Лют уже собиралась открыть кран, когда услышала знакомый голос из коридора: — Лют! Ты дома? Девушка тяжело вздохнула, даже не оборачиваясь. — Нет! В дверном проёме появился Адам, следом за ним — Авель. — О, значит, живая, — довольно протянул мужчина, заходя на кухню. Авель выглянул из-за его плеча: — Лют! — Привет, мелкий. — Я не мелкий! — Конечно-конечно. Авель недовольно нахмурился, но тут же заметил сапоги на ногах девушки. — Ты уже без гипса? Лют опустила взгляд на свою ногу. — Как видишь? — А ты уже можешь нормально ходить? — воодушевлённо спросил ангел. — Почти. Адам медленно оглядел её с ног до головы. — «Почти»? — Да. — То есть ты опять полезешь на каблуки? — Я уже на них, сэр. Адам тяжело вздохнул. — Замечательно, — сказал Адам, проходя к столу. — Две недели провалялась и первым делом решила себе ноги сломать заново!? — Я не дурочка, справлюсь. — Ты говорила это и тогда, когда полезла одна в ад, идиотка!

Лют замолчала.

Авель перевёл взгляд с одного на другого.

— Пап, не начинай… — Я вообще молчу. — Ты буквально разговариваешь! — Это не считается, спиногрыз! Лют тихо хмыкнула, продолжая мыть посуду: — Между прочим, я уже могу нормально ходить. — Угу, — мимолётно вкинул Адам. — И тренироваться. — Нет. — Да. — Нет. — Адам! — Лют.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.

— Они сейчас опять начнут… — тихо прошептал Авель. — Я всё слышу, — одновременно сказали Лют и Адам. Авель поднял руки. — Молчу. Адам наконец отвернулся от девушки, замечая грязную посуду. — Ты что, решила после больницы ещё и уборкой заниматься? — Нет. Я решила не жить в свинарнике. — А, понятно. Он подошёл к раковине и взял полотенце: — Давай сюда. Сначала она промолчала, медленно повернув голову к мужчине. — Что? — удивлённо спросила девушка. — Посуду. — Я сама. — У тебя нога ещё не восстановилась. — Я могу помыть несколько тарел— — А я могу помыть их быстрее, дай, заебала! — Ты даже нормально тарелки держать не умеешь! — Не выёбывайся! Авель прыснул. — Пап, это вообще это… — не решился продолжать ангел, увидев, как отец медленно повернул к нему голову. — Ты хочешь жить? — …Хочу… Лют не выдержала и рассмеялась. — Господи, какие же вы идиоты… — А ты нас за это и любишь, — довольно заявил Адам. — К сожалению. — Попизди мне тут, сисястая!

Авель улыбнулся, присев на край стола.

Несколько минут на кухне царила удивительно спокойная атмосфера. Адам мыл посуду вместо девушки, а Лют вытирала уже чистые тарелки, пока Авель наблюдал за ними, время от времени вставляя свои комментарии.

— Кстати, — начал Адам, подавая чистую тарелку Лют. — Что? — Завтра тебя на заседание позвали. Сказали, что-то с экзорцистами, опять мозг ебать будут. — А если я не хочу? — язвительно сказала девушка, немного ухмыляясь. — Тогда я тебя понесу. Лют медленно подняла бровь. — Попробуй, мистер Дикмастер. — Ха, ты думаешь, мне слабо? Зря ты так… — самоуверенно заявил Адам. Лют поставила тарелку на стол, решив отложить шутки в сторону. — А что вообще на заседании? — Будем обсуждать дальнейшую судьбу экзорцистов. Нахуя, я не знаю, но…

Улыбка на лице Лют исчезла.

— В каком смысле? — После последних событий многие хотят изменить правила. Часть ангелов считает, что экзорцисты больше нахуй не нужны. Лют нахмурилась. — И что ты думаешь? — Думаю, что без них Рай подохнет сразу же, — вытирая руки об свой балахон, Адам и сам изменился в лице. — А Сэра? — Как хуй в рот взяла. Молчит.

Лют несколько секунд смотрела на него.

— Она снова будет против меня? — холодно спросила она. Адам усмехнулся. — Скорее всего. Лют устало опустила голову, сжав руку в кулак: — Заебись. — Но теперь ты пойдёшь со мной, чтоб снова хуйни не наделала. — Я сама могу за себя постоять, — Лют посмотрела на него с лёгким недовольством. — Я знаю. Он подошёл ближе и слегка поправил воротник её формы. — Поэтому и беру тебя с собой, поняла? Авель, наблюдая за ними, улыбнулся: — Вы ведёте себя как муж и жена!

Наступила тишина.

Лют медленно повернула голову к мальчику.

Адам застыл.

— Что? Авель пожал плечами, немного растерявшись. — Ну а что? Вы постоянно спорите, живёте вместе, заботитесь друг о друге… — Авель, — медленно произнёс Адам. — Что? — Иди отсюда. — Почему?? — Просто иди. — Пап— — ИДИ!

Авель рассмеялся и быстро выбежал из кухни, пока Лют закрыла рот рукой, пытаясь не засмеяться.

— Чего ржёшь? — Ничего. — Я всё вижу. — Конечно, муж мой.

Адам замер.

Лют тоже поняла, что сказала.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.

— Ты сейчас специально? — А тебя это так волнует, сэр? Адам медленно ухмыльнулся. — Ну всё, Лют. — Что? — Теперь ты договорилась. — С чем? — С последствиями. — Адам, даже не—

Мужчина резко подхватил её на руки.

Лют осторожно обняла его за шею, удерживая его двумя руками.

— АДАМ! — Я же уже не Адам, а муж? Разве нет? — ПРЕКРАТИ! — Волшебное слово?? — ПОСТАВЬ МЕНЯ НА ПОЛ, ИДИОТ! Из коридора послышался громкий смех Авеля: — Я ЖЕ ГОВОРИЛ! — АВЕЕЕЕЛЬ! — одновременно крикнули Лют и Адам.

Авель смеялся, а за ним следом смех подхватил и сам мужчина, крепко держа на руках своего лейтенанта.

Лют впервые ощутила, как сильно бьётся её сердце, когда его тёплые руки так легко держат её над полом.

Она подняла глаза на шлем мужчины, который корчился от смеха, смотря в сторону сына. Они о чём-то говорили, но Лют уже не слышала что. Она просто замерла, касаясь руками его шеи и плеча, пока Адам стал немного даже покачиваться с ней, будто бы танцуя медленный танец.

Дыхание стало тише, и её щёки наполнились румянцем.

Адам продолжал тихо смеяться, даже не замечая, что Лют уже перестала сопротивляться.

— Чего затихла? — наконец спросил он, переведя взгляд на девушку.

Лют моргнула, будто только сейчас вернулась в реальность.

— А? Что? — смущённо спросила Лют, смотря потерянными глазами на Адама.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Адам уже не смеялся.

Его взгляд задержался на лице девушки, а затем медленно опустился на её руки, всё ещё лежавшие у него на плечах.

— Ну-ну, пиздаболка. Тогда чего такая красная? — Мне жарко… — От меня? Лют прищурилась. — Не льсти себе, сэр. — Поздно.

Мужчина довольно ухмыльнулся.

Лют хотела что-то ответить, но вместо этого только сильнее сжала пальцы на его плече.

— Ты можешь меня уже поставить? — Могу. — Тогда поставь. — Ммм… не! Не хочу. Девушка несколько секунд смотрела на него, после чего тихо фыркнула. — Идиот. — Твой идиот.

Лют снова замолчала.

На этот раз она не нашла, что ответить, да и Адам тоже словно понял, что сказал что-то лишнее. Он отвёл взгляд, кашлянув в кулак.

— Короче… — пробормотал мужчина. — Завтра заседание. — Ты уже говорил. — Я просто напоминаю, зануда!

Он наконец осторожно поставил её на пол, придерживая за талию, чтобы она не потеряла равновесие.

Лют встала на обе ноги, но почти сразу слегка качнулась, и Адам моментально перехватил её.

— Осторожно. — Всё нормально! — Я вижу.

Он не убрал руки с её талии, и Лют тоже не отстранилась.

Между ними оставалось всего несколько сантиметров, когда они оба затаили дыхание, словно желая повторить поцелуй снова.

Из коридора снова донёсся голос Авеля: — Пааа! Адам закрыл глаза. — Что ещё?!

Авель забежал к ним, моментально остановившись. Он засмущался, но лишь на пару секунд.

Улыбка мальчика доросла до ушей, ехидно захохотав:

— ТИЛИ-ТИЛИ-ТЕСТО, ЖЕНИХ И НЕВЕСТА!! Адам отпустил Лют, развернувшись к сыну, раздражённо расправив крылья. — Я ТЕБЕ ЩАС ТАКОЕ ТЕСТО НА УШИ НАТЯНУ! Авель тут же развернулся и со всех ног бросился обратно в коридор. — АВЕЛЬ! — рявкнул Адам, делая шаг следом. — НЕ ДОГОНИШЬ! — Я ТЕБЯ ДОГОНЮ, МЕЛКИЙ!

Послышался топот ног, после чего по коридору пронеслись сразу два ангела.

Лют закрыла рот ладонью, пытаясь сдержать смех, который всё же вышел из неё.

— Два ребёнка… — успокаиваясь от смеха, шёпотом сказала Лют.

Она ещё несколько секунд стояла посреди кухни, после чего осторожно коснулась пальцами губ. Она до сих пор чувствовала его руки на своей талии, немного заставив её снова засмущаться.

Лют тихо выдохнула и отвернулась к раковине. — Вот же идиот…

***

На следующий день Райский парламент выглядел совершенно иначе.

Коридоры были заполнены ангелами, представителями различных подразделений и несколькими старшими серафимами. Все обсуждали одно и то же.

Экзорцисты.

Лют стояла возле двери зала заседаний, скрестив руки на груди. На ней снова была привычная форма, сапоги с каблуками и уже знакомая ей маска, висевшая сбоку на ремне.

Она нервно постукивала пальцами по локтю, когда услышала знакомый голос:

— Нервничаешь? Лют подняла взгляд. Адам стоял рядом, прислонившись плечом к стене. — Нет… — Ты врёшь, деточка. — Не твоё дело. — Значит, ты напиздела, да? Лют закатила глаза, тяжело вздыхая: — А ты чего такой спокойный? — Я всегда спокойный. — Ты вчера чуть не убил собственного сына за одну фразу. — Он заслужил, — отмахнулся мужчина. — Ну-ну. — Ещё слово — и пойдёшь на заседание одна. — Что? Ты же обещал меня защищать! — Я передумал. — Предатель… — нервно процедила Лют.

Адам тихо рассмеялся.

Но веселье быстро исчезло, когда двери зала открылись.

— Входите, — произнёс один из ангелов. Адам выпрямился. — Ну что, лейтенант. Пойдём защищать твою любимую профессию. Она глубоко вдохнула. — Пойдём.

Они вошли внутрь.

За длинным столом уже сидели Сэра, несколько старших ангелов и представители других подразделений.

Авель находился немного дальше, рядом с Эмили. Он сразу заметил отца и Лют и широко улыбнулся. — Пап!

Адам поднял руку в приветствии, тут же поднося палец к шлему, где был нос, показав жестом о тишине.

Сэра же смотрела исключительно на Лют.

Её взгляд был холодным.

Лют заметила это и слегка прищурилась.

Адам, стоявший рядом, тоже это заметил, но ничего не сказал, просто сделал небольшой шаг вперёд, становясь чуть ближе к Лют, они присели.

Заседание началось.

— Мы собрались здесь для обсуждения дальнейшей судьбы экзорцистов, — произнёс один из старших ангелов. — Последние события показали, что нынешняя система больше не может продолжать существовать в прежнем виде.

По залу прошёл тихий ропот.

Лют сжала пальцы.

— Предлагается полностью расформировать действующий корпус экзорцистов. — Что?! — тут же резко поднял голову Адам. — Адам, — спокойно предупредила Сэра. — Нет, Сэра. Я хочу услышать, чем они думали, когда это высрали! Один из ангелов нахмурился. — Мы считаем, что существование армии, предназначенной исключительно для уничтожения грешников, больше не соответствует нынешней политике Рая. — Да-да, умники. А кто будет защищать Рай? — Существуют другие силы. Адам усмехнулся. — Которые в душе не ебут, как воевать. — Это оскорбление, — выпалил один из высших ангелов. — Это очевидные факты.

Лют молчала.

Но затем подняла голову.

— А что будет с нами?

Все взгляды обратились к ней.

— Что? — С экзорцистами, — повторила Лют. — Если вы расформируете корпус, что будет с теми, кого вы сами создали?

В зале повисла тишина.

Сэра впервые отвела взгляд.

Лют заметила это.

— Я правильно понимаю, — продолжила она, — что после того, как мы десятилетиями защищали этот город, нас просто отправят куда-нибудь подальше?

Никто не ответил.

— Вот именно это я и хотел услышать. - Адам медленно сжал кулак. — Вы создали их. Вы приказали им убивать. Вы отправляли их в Ад, прекрасно понимая, что половина может не вернуться. А теперь, когда вам стало неудобно от того, что они делают то, для чего экзорцисты и были созданы, вы решили послать их нахуй? Как некультурно. Один из старших ангелов холодно ответил: — Мы не выбрасываем эти души. — А что тогда? — Мы предлагаем вам мирную жизнь. Адам рассмеялся. Но смех был совсем не весёлым. — Мирную?

Он посмотрел на Лют.

Та молчала, но по её лицу было видно, насколько сильно её задели эти слова, хотя только избранные ангелы знали, что Лют была вовсе не той душой, которую все принимали за робота.

Адам снова повернулся к залу. — Вы правда думаете, что после всего, через что они прошли, они просто снимут форму и пойдут жить как обычные граждане? Сэра наконец заговорила: — Адам… — Нет, Сэра. Мужчина посмотрел прямо на неё. — На этот раз, сука, ты меня послушаешь.

Серафим замолчала.

Лют впервые увидела, как Адам говорит с ней не как подчинённый.

А как равный.

— Эти души — не оружие, которое можно достать из шкафа, когда нужно, а потом убрать обратно, — продолжил он. — Они часть Рая. Вы, блять, понимаете, что делаете?! ОНИ — МОИ СОЗДАНИЯ. В них нет ничего человеческого, нет чувств и нет эмоций, которые есть у других жителей! Они другие, они убийцы!

Лют в этот момент дёрнулась, словно её укололи. Она медленно посмотрела на Адама, перебирая в голове его последние слова.

Нет чувств. Нет эмоций. Ничего человеческого…

Но почему она не подходит под это?

В голове всплывали её видения о тёмном лесу и знакомом голосе. Но это было всё обрывками, от чего её и сильно трясло.

Она пыталась вспомнить что-то, что так сильно рвалось на свободу всё это время.

Голос Сэры заставил её прервать раздумья.

— Экзорцисты могут быть свободны от службы. Это больше ни к чему. Какой толк от их присутствия в жизни Рая? Бесконечно тренировать их? — А какой толк от их отсутствия? — добавила Лют.

Она медленно поднялась с места, облокачиваясь руками на стол, гордо поднимая голову.

— Наши экзорцисты — герои, Серафим. Они — те, кто защищал Рай, неся большие потери. Вы хотите отплатить им, забрав их работу? Сэра раздражённо прикрыла глаза, прикоснувшись кончиками пальцев к своим вискам: — Не с тобой это обсуждать, Лют.

Но Лют тут же с неприятным скрежетом поцарапала стеклянный стол.

— Потому что вы понимаете, что снова правда на нашей стороне! Вы мудра и осознаёте, что наши слова имеют большое значение, просто не хотите этого признавать! Сэра медленно опустила руки, убирая их от висков. — Следи за словами, Лют. — А что? Опять ударите ме— — Серафим, она права… — неуверенно сказал Авель, заставив весь зал обернуться на него. Ангел встал со своего места, сделав серьёзное лицо. — Мой отец создавал эти души по приказу. Их задача была уничтожать грешные души, которые переполняли население Ада, и— — Сядь, Авель, — холодно перебила Сэра. — …И вы не можете просто так убрать их, — договорил мальчишка, ощущая на себе сотни взглядов, в том числе отца и Лют. Эмили смотрела на Авеля с широко раскрытыми глазами. — Авель… — тихо прошептала она. Мальчик глубоко вдохнул. — Вы сами сказали, что они созданы для защиты Рая. Вы сами отправляли их в Ад. Вы сами учили их сражаться. И теперь, когда война закончилась, вы хотите просто сказать им: «Спасибо, больше вы нам не нужны»? Один из старших ангелов нахмурился. — Мальчик, ты слишком молод, чтоб— — Мне достаточно лет, чтобы понимать, когда с кем-то поступают несправедливо!

В зале стало совсем тихо.

Авель сам удивился собственным словам, но отступать уже не собирался.

— Я видел, как они сражаются. Я видел, как они возвращаются после зачисток. Я видел, сколько их не возвращается вообще. И если вы сейчас просто заберёте у них всё, ради чего они существовали…

Он замолчал, подбирая слова.

— …то чем они тогда будут?

Лют медленно выпрямилась.

Её взгляд не отрывался от Авеля, ощущая, как внутри всё сжалось.

Не от обиды.

Не от злости.

От странного чувства, которое она никак не могла объяснить.

Гордость. Именно за то, что кто-то наконец сказал вслух то, что она сама не могла сформулировать.

И в этот момент один из старших ангелов тяжело вздохнул. — Хорошо. Все повернули головы к нему. — Возможно, полное расформирование действительно является слишком радикальной мерой. Адам усмехнулся. — Наконец-то хоть кто-то здесь использует голову! Старший ангел тем временем продолжал: — Есть ещё один вопрос. Он посмотрел на документы. — Во время последнего нападения были зафиксированы значительные отклонения в поведении одного из экзорцистов.

Лют замерла.

Адам тоже.

— Какого именно? — спросил мужчина. Ангел поднял глаза. — Лейтенанта Лют.

В помещении стало совершенно тихо.

Лют медленно подняла голову. — Что именно вы хотите сказать? — Нам известно, что во время нападения вы действовали не по прямому приказу Серафима Сэры. — Да. — И убили одну из бывших экзорцистов, имя которой: Вэгги.

По залу прошёл едва слышный шёпот.

Лют сжала зубы.

— Она напала на Адама... — Это не оправдывает нарушение приказа. — Для меня оправдывает. Сэра резко посмотрела на неё. — Лют. — Что? — холодно спросила девушка. — Я сказала правду. — Ты должна была подчиниться. — А я должна была стерпеть, как убивают человека, который создал меня?

Адам резко поднял голову, и Сэра замолчала.

Лют сама не ожидала от себя этих слов.

Но теперь уже остановиться было невозможно.

— Я не знаю, почему я такая, какая есть, — продолжила она. — Не знаю, почему помню вещи, которых не должна помнить. Не знаю, почему мне снятся места, которых я никогда не видела… Она опустила взгляд на собственные руки. — Но я знаю одно. Лют медленно подняла глаза. — Я не машина.

Адам застыл.

Авель перестал улыбаться, а Эмили смотрела на Лют с удивлением.

Даже Сэра впервые не нашла, что ответить.

Лют продолжила:

— Если я действительно просто оружие, как вы говорите… почему мне больно?

Тишина.

— Почему я боюсь потерять людей?- Она посмотрела на Адама. — Почему мне не всё равно?

Адам медленно опустил взгляд.

Его пальцы сжались в кулак.

— И почему я, чёрт возьми, должна чувствовать себя виноватой за то, что кто-то мне дорог? — она развела руками в стороны. — Вам всем, всем до единого было плевать на его смерть! Сэра тихо произнесла: — Лют… — Нет! Девушка покачала головой. — Вы сами сказали, что мы ничего не чувствуем. Так почему же тогда вы так боитесь того, что мы начали чувствовать? Старший ангел медленно отложил документы, несколько секунд смотря на Лют. — Это действительно необычно. Адам резко усмехнулся. — Необычно? Да она живее половины этого зала!

Несколько ангелов недовольно посмотрели на него.

— Я не закончил, — продолжил мужчина. — Если Лют действительно демонстрирует признаки самостоятельного эмоционального развития, это необходимо изучить. — …Изучить? — не веря своим ушам, переспросила Лют. — Да. — Как подопытную? Адам тут же расправил крылья, закрыв одним из них Лют. — Даже не думайте, сука. Старший ангел поднял ладонь: — Никто не собирается причинять ей вред. — Вы только что сказали, что хотите её изучать, вы смеётесь!? — Адам. — Нет. Я уже один раз создал их по вашему приказу. Второй раз превращать… — замолчал Адам, понимая, что Лют не является полностью его творением. — Похуй. Я не позволю превращать Лют в подопытную.

Лют посмотрела на него.

И вдруг почувствовала странное тепло где-то внутри, от чего та едва заметно улыбнулась.

Авель, наблюдавший за ними, тихо наклонился к Эмили. — Я же говорил, между ними что-то есть! Эмили прошептала: — Тихо!!! — Но я же прав? — Авель!! — Всё-всё… Тем временем старший ангел вновь заговорил: — Тогда предлагаю компромисс. Адам скрестил руки на груди, заправив крылья назад, открывая обзор на лейтенанта. — Слушаю. — Корпус Экзорцистов не расформировывается.

В зале раздались удивлённые голоса.

— Мы перестроим решение. Лют облегчённо выдохнула, дополнив: — Ну всё, — тихо сказала девушка. — Что «всё»? — непонимающе ответил мужчина. — Теперь у тебя официально будет гарем. — Очень смешно, сучка. Серафим тем временем поднялась из-за стола. — Решение принято. Дело будет пересмотрено.

В зале постепенно началось оживление.

Кто-то переговаривался между собой, обсуждая решение, кто-то недовольно качал головой, а некоторые присутствующие экзорцисты выглядели явно довольными.

Но только лишь Адам перевёл глаза на Сэру, явно выражая недовольство.

Серафим поняла это выражение лица. Высшие ангелы зацепились за поведение Лют, что было крайне ожидаемо.

— Можешь идти, — мимолётно бросил он. — Я догоню.

Лют послушно кивнула, наконец покинув своё место.

Она отошла к Авелю и Эмили, гордо взъерошив мальчишке волосы за его слова, сказанные в их поддержку.

Зал опустел за пару минут.

Адам молча закрыл дверь и несколько секунд стоял спиной к ней.

Сэра даже не подняла головы.

— Ты всё слышала. — Да. — И что теперь? Сэра положила последний лист на стол. — Ничего. Адам нахмурился. — «Ничего»? — Именно. Он подошёл ближе, снимая с головы шлем. — Сэра, они уже начали задавать вопросы! Серафим медленно поднялась из-за стола и подошла к окну. — Лют всю свою жизнь считала себя экзорцистом. Для неё это не просто должность. Это единственное объяснение того, почему она существует. — Я знаю. — Если мы скажем ей, что она когда-то была обычной душой…

Сэра замолчала.

Адам закончил за неё: — Она начнёт задавать вопросы… — мужчина сжал челюсть, держа в руках шлем. — И самое главное — почему я превратил её. Сэра посмотрела на него через плечо. — Ты сделал это, потому что думал, что ничего не изменится. — Я был уверен! Адам усмехнулся без всякой радости. — Она была одной из самых буйных душ, которых я видел. Дерзкая, агрессивная, постоянно лезла туда, куда не просили. Я подумал: «Отлично. Из неё получится прекрасный экзорцист!» — И ты ошибся. Адам опустил голову, тяжело вздыхая: — Очень сильно… Сэра медленно вернулась к столу. — После превращения она должна была стать такой же, как остальные, но… — сделала паузу Сэра, смотря на мужчину внизу. — Она сохранила характер. Реакции. Привязанность. Страх. Гнев. Даже чувство юмора. — И способность любить, — добавил Адам. Сэра внимательно посмотрела на него. — Ты понимаешь, насколько это опасно? — Для неё? — Для всех. Адам резко поднял голову, немного оскалившись: — Не начинай. — Я не обвиняю её. — Звучит именно так, блять! — Я говорю о том, что она отличается от остальных. Несколько секунд они молчали, и затем Сэра тихо добавила: — И Вэгги тоже была другой…

Адам медленно посмотрел на неё.

— Сука… Не говори о ней, блять. Прошу тебя. — Я не собиралась. — Вот и замечательно. Неловкая тишина повисла над ангелами, и Серафим лишь тяжко сказала: — Мы будем молчать. Адам, твоя задача: не дать ей узнать правду. Делай что угодно, но не допусти этого. Хорошо?

Адам молчал.

Он опустил глаза на шлем, несколько секунд обдумывая слова Сэры.

— Как скажешь, — с тяжестью на сердце ответил мужчина, расправляя крылья.

Мужчина надел шлем назад, подняв голову на Сэру. Медленно кивнув в знак договора, Адам вылетел из зала, хлопая дверью.

Сэра осталась одна.

Она посмотрела на пустое место, где несколько минут назад стояла Лют.

— Прости, девочка… Её голос был едва слышен. — Но иногда правда — это не то, что спасает.

Но удастся ли им скрыть это?

Кто знает…