Ловушка в аэропорту

Решение Димы превратить их войну в публичное реалити-шоу было рискованным, но единственно верным. Экстренный выпуск, в котором они в деталях, с видеодоказательствами, рассказали о диверсии на элеваторе, произвел эффект разорвавшейся бомбы. История вышла на новый виток. Теперь за их безопасностью следила не только нанятая охрана, но и многомиллионная армия их подписчиков. «ГрандИнвестСтрой» и их покровители затаились. Они не ожидали такого хода. Любое прямое нападение теперь грозило им не просто скандалом, а народным бунтом. Но это не означало, что они сдались. Они просто сменили тактику, перейдя к более тонким и изощренным методам. Наступило относительное затишье. Команда LIGA, под пристальным вниманием службы безопасности, продолжала работать. Они сняли несколько выпусков «Души заброшенных мест» в Подмосковье, провели пару локальных съемок для «Гостбастера». Все проходило гладко. Казалось, враг отступил. Через месяц после инцидента на элеваторе у них была запланирована большая выездная съемка в Таиланде. Это должен был быть совместный проект «Гостбастера» и «Души». Дима с ребятами собирался исследовать знаменитый «заброшенный небоскреб» в Бангкоке, а Аня — рассказать историю старых, покинутых храмов на севере страны. Подготовка шла полным ходом. Билеты были куплены, отели забронированы, оборудование тщательно проверено и упаковано. За два дня до вылета вся команда собралась в студии на финальный инструктаж. — Все по плану, — докладывал начальник службы безопасности. — Маршрут согласован, в Таиланде нас встречает местное охранное агентство. Риски минимальны. Но Дима все равно чувствовал смутную тревогу. — Слишком все гладко, — сказал он Никите, когда они остались одни. — Они не могли просто так сдаться. В день вылета вся команда собралась в аэропорту Шереметьево. Они смеялись, шутили, предвкушая интересную поездку. Прошли регистрацию, сдали багаж. Все шло идеально. Проблемы начались на паспортном контроле. — Дмитрий Масленников? — строгим голосом спросила девушка-пограничник, изучая его паспорт. — Пройдите, пожалуйста, со мной. Диму отвели в отдельную комнату. Через несколько минут туда же пригласили и остальных членов команды: Эмиля, Никиту, Лешу, Стаса, Даню, Артема, Алю. И Аню. — В чем дело? — спросил Дима у офицера в форме, который сидел за столом. — У нас имеется информация о том, что вы и ваша группа можете быть причастны к незаконной деятельности, — монотонным голосом ответил тот, не поднимая глаз от бумаг. — До выяснения обстоятельств вы не можете покинуть территорию Российской Федерации. — Какой незаконной деятельности? — взорвался Эмиль. — Это какая-то ошибка! — Никакой ошибки, — отрезал офицер. — Нам поступил сигнал. Мы обязаны его проверить. Они провели в этой душной, безликой комнате несколько часов. Их допрашивали по одному. Задавали одни и те же абсурдные вопросы. Было очевидно, что это — фарс. Что их просто тянут время, не давая вылететь. Посадка на их рейс давно закончилась. Самолет улетел. — Что теперь? — спросила Аня, когда их, наконец, отпустили, не предъявив никаких обвинений, но и не извинившись. — А теперь мы едем в студию, — сказал Дима, его лицо было мрачным. — И начинаем нашу собственную игру. Вернувшись в студию, они первым делом связались с Игорем, их юристом. — Это классическая «подстава», — сказал он. — Они использовали свои связи в силовых структурах, чтобы вас остановить. Доказать что-либо будет почти невозможно. — И что нам делать? — спросил Дима. — Сидеть и ждать, пока они закроют нам выезд во все страны мира? В этот момент в разговор вмешалась Аня. — Нет, — сказала она. — Мы полетим. — Куда? — не понял Эмиль. — Нас же не выпускают. — Нас не выпускают из страны. Но это не значит, что мы не можем летать внутри нее. Она подошла к большой карте России, которая висела у них на стене. — У нас был план Б. На случай, если Таиланд сорвется. Помнишь, Дим? — она посмотрела на него. — Алтай. Дима кивнул. Они действительно обсуждали этот вариант. Заброшенные штольни, старые шаманские капища, загадочные петроглифы. — Они думают, что загнали нас в угол, — продолжила Аня. — Что мы будем сидеть в Москве и ждать у моря погоды. А мы сделаем ход, которого они не ждут. Мы прямо сейчас покупаем билеты на Алтай. Вылетаем сегодня ночью. Не из Шереметьево, а из Домодедово. И никому ни слова. — Это гениально! — воскликнул Эмиль. — Они будут уверены, что мы сидим здесь и плачем, а мы в это время будем снимать крутейший контент! — Но это опасно, — возразил Никита. — Они могут узнать. — А мы сделаем так, чтобы не узнали, — сказала Аня. — Мы объявим в соцсетях, что берем вынужденную паузу в съемках. А сами улетим под другими именами. Игорь, это возможно? — Возможно, — кивнул юрист. — Сложно, но возможно. План был дерзким, почти безумным. Но он был их единственным шансом переиграть своих врагов. Этой же ночью, оставив в Москве небольшую группу прикрытия, которая должна была создавать видимость их присутствия в городе, основная часть команды, сменив имидж и документы, вылетела на Алтай. Алтай встретил их пронзительной, звенящей тишиной и воздухом, от которого с непривычки кружилась голова. Горы, укутанные в облака, казались древними великанами, спящими вечным сном. Здесь, за тысячи километров от московской суеты и интриг, мир казался другим. Чистым, суровым и настоящим. Они разбили лагерь у подножия горы, недалеко от входа в заброшенные штольни, которые и были их главной целью. Место было диким, труднодоступным. Связи здесь почти не было, что в их ситуации было скорее плюсом, чем минусом. Аня с восторгом впитывала эту атмосферу. Она бродила по окрестностям, снимая завораживающие пейзажи, записывала шум горной реки, шорох ветра в кедрах. Для «Души заброшенных мест» это была настоящая находка. Здесь, среди первозданной природы, следы человеческого присутствия — старые, полуразрушенные постройки горняков, ржавые рельсы узкоколейки — выглядели особенно пронзительно. Дима и ребята готовились к спуску в штольни. Это было опасно. Старые крепи прогнили, возможны были обвалы и скопления газа. Они тщательно проверяли оборудование, страховочные системы, газоанализаторы. — Никакого геройства, — инструктировал Дима. — Идем медленно, страхуем друг друга. При малейшем подозрении на опасность — возвращаемся. Спуск прошел успешно. Они отсняли потрясающий материал. Мрачные, уходящие вглубь горы тоннели, остатки старых механизмов, надписи на стенах, оставленные горняками полвека назад. Это был настоящий «Гостбастер» — атмосферный, пугающий, захватывающий. Но самое интересное ждало их наверху. Вечером, сидя у костра, Аня разговорилась с местным проводником, алтайцем по имени Алтай (да, его действительно так звали). Он рассказал ей легенду о «Черной горе», которая находилась неподалеку. По преданию, там живет дух, который охраняет древние сокровища шаманов. И тот, кто потревожит его покой, будет проклят. — Мы должны туда пойти, — сказала Аня, ее глаза горели. — Не ради сокровищ. Ради истории. Дима сначала был против. Легенды легендами, но горы ошибок не прощают. — Это может быть опасно, Ань. Там нет троп, осыпи. — Мы будем осторожны, — настаивала она. — Пожалуйста, Дим. Это же «Душа»! Душа этих гор! И они пошли. Восхождение было трудным. Крутые склоны, скользкие камни. Но вид, который открылся им с вершины, стоил всех усилий. Бескрайнее море гор, уходящее за горизонт, и небо, которое, казалось, можно было потрогать рукой. На вершине они нашли странное сооружение из камней, похожее на алтарь. А рядом — старые, выбитые на скале петроглифы. Аня снимала, боясь дышать. Это было прикосновение к вечности. Они провели на Алтае неделю. Неделю без интернета, без новостей, без страха. Они были просто людьми, затерянными в огромном мире. И это было прекрасно. Но пришло время возвращаться. Они летели обратно в Москву с чувством победителей. Они не только перехитрили своих врагов, но и сделали отличный материал. В аэропорту их встречали. Но не полиция, как в прошлый раз. Их встречала Лия. Она стояла у выхода из зоны прилета, в темных очках и строгом плаще. Увидев их, она едва заметно кивнула и жестом показала следовать за ней. Они сели в ее машину. — Вы сумасшедшие, — сказала она, когда они отъехали от аэропорта. — Вас искали по всей стране. — Кто искал? — спросил Дима. — Все. И ваши «друзья» из «ГрандИнвеста», и их покровители в погонах. Они взбесились, когда поняли, что вы их обманули. Она передала Диме папку с документами. — Но пока вы лазали по горам, мы тут тоже не сидели сложа руки. Дима открыл папку. Внутри были копии финансовых документов, схемы офшоров, переписка. — Что это? — Это компромат на тех, кто пытался вас остановить. На тех, кто отдал приказ задержать вас в Шереметьево. Я нашла человека, который работал в их службе безопасности. Он много чего знал. И он согласился поделиться информацией. За определенную плату, конечно. Это была бомба. Документы доказывали прямую связь между застройщиком и коррумпированными чиновниками в силовых структурах. — Что ты хочешь за это? — спросил Дима, глядя на Лию. — Ничего, — ответила она. — Считайте это моим вкладом в общее дело. И… извинением за прошлое. Они опубликовали расследование через два дня. Эффект был подобен цунами. Имена, факты, документы. Скандал вышел на самый высокий уровень. Начались служебные проверки, увольнения, уголовные дела. «ГрандИнвестСтрой» был разгромлен. Их покровители, спасая свои шкуры, отреклись от них. Это была не просто победа. Это был триумф. Вечером, сидя в своей квартире, Аня и Дима смотрели новости по телевизору. — Мы сделали это, — прошептала Аня, прижимаясь к нему. — Мы сделали это, — повторил он. Внезапно Аня почувствовала легкое недомогание. Голова закружилась, к горлу подкатила тошнота. — Ты в порядке? — встревожился Дима. — Да, — улыбнулась она. — Просто устала. Столько эмоций. Но на следующее утро тошнота повторилась. И через день. Аня сделала тест. Две полоски. Она не поверила своим глазам. После всего, что они пережили? После стрессов, перелетов, гор? Она пошла к врачу. — Поздравляю, — сказала та. — Шесть недель. И, судя по всему, все протекает идеально. Аня вышла из клиники, смеясь и плача одновременно. Она позвонила Диме. — Дим, ты сидишь? — Да, а что? — У нас будет ребенок. И на этот раз… на этот раз все будет хорошо. Я знаю. И он тоже знал. Он чувствовал это. Их новая жизнь, их настоящая, большая, счастливая жизнь только начиналась. И никакие враги, никакие бури уже не могли ей помешать.