2. Первая вечеринка

      Первая часть свадеб всегда была самой длинной. Столы ломились от разных мясных закусок, овощных салатов и красивых рыбных нарезок. Через полчаса подали основное блюдо – мясо, тушеное с овощами. Официанты помогли разложить блюдо по тарелкам. В подобных мероприятиях больше всего я любила разнообразное меню.       Меньше я любила момент, когда давали слово бабушкам. Я люблю бабушку и её тосты, но проблема была в том, что на таких тоях было слишком много бабушек и дедушек. И именно они давали самые длинные и подробные тосты, во время которых нельзя было уходить из-за стола.       Для моей любимой бабушки поставили стульчик, чтобы она не устала, пока говорит. Своим полупрозрачным голосом она дала настолько душевный тост, что растрогала Нурсулу, и она пыталась успокоиться, а её подруга вытирала слезы салфетками, чтобы не испортить макияж. Сидевшая рядом Амалия тоже потянулась за салфетками, я придержала рукав её платья, чтобы тот не упал в соус. – Я надеюсь, что бабушка будет и на моей свадьбе, – Произнесла вдруг Амалия. – Не говори так, она ведь нам обещала, что будет еще долго жить, – Ответила я. – Знаешь ведь, что пока я не устроюсь в хорошую лабораторию, я не буду даже искать себе партнера. А это ещё лет пять. Конечно, я желаю бабушке долгих лет. Никто ведь не знает, что может случиться.       Я тяжело вздохнула, Амалия была права. Но не хотелось даже думать, что вскоре бабушки может не стать. И её слова хоть и были логичными, мне не хотелось, чтобы она говорила в негативном ключе.       После первых тостов начались конкурсы, на которые Нурсулу звала сначала своих подруг. Но вдруг начался очередной конкурс, на который меня позвали. Этого я не хотела бы особенно, потому что в конкурсе участвовал ещё и Мади. Я была готова почти ко всему, но «угадай мелодию» застал меня врасплох. Я плохо знала народные песни, и к своему стыду, ещё хуже я знала казахский.       Когда я не смогла продолжить «Той жыры», мелодию которой я прекрасно знала, что не могла сказать о словах, я была готова провалиться под землю. Я чувствовала, как весь зал неодобрительно смотрит на меня. Тогда микрофон из моих рук выхватил Мади и начал петь. И как оказалось, у него был приятный голос, а ещё он попадал в ноты. Мне хотелось в этот момент исчезнуть, а он довольно усмехнулся, когда пришлось вернуть микрофон мне.       После такого позора мне пришлось выйти проветриться. Как раз начался антракт, во время которого жених с невестой и друзьями вышли в центр зала и пустились танцевать. От громкой музыки разболелась голова, на улице было немного тише, и сильно прохладнее. Многие мужчины вышли проветриться и покурить. Видеть толпы мужчин на парковке было обыденностью, но вот увидеть среди них бабушку было уже странно.       Я подбежала ко своей бабушке. Дядя Асылжан, который стоял рядом с ней был рад меня видеть. Он сказал, что бабушка устала и просил, чтобы ее отвезли домой. Рядом не оказалось ни одного трезвого, чтобы её отвезти, так что рядом стоявший мужчина сказал, что его сын может это сделать. И он попросил позвать Мади, того самого дружка. Конечно, сыном этого на вид состоятельного человека должен был быть Мади. До дома было недалеко, поэтому он как раз успеет во время антракта.       Мне пришлось вернуться в душный и шумный зал, где был отключен свет и горела только светомузыка. Среди танцевавших Мади не было, пришлось искать его за столами, вдруг он говорил с кем-то. И, да, он разговаривал с Зере за их столом. Он что-то ей сказал, и она залилась смехом, да и сам он улыбался. И признаться честно, с этой улыбкой на лице выглядел он еще лучше. Пересилив себя, я подошла к этой парочке и попросила парня выйти. Пока мы спускались, я объясняла, что от него требуется.       Я думала он снова будет ехидничать, но он не стал. С бабушкой он был гораздо милее и обходительнее, чем со мной, но я ему все равно не могла доверять. Поэтому я поехала вместе с ними. Бабушка спросила, чья это была машина, Мади ответил, что его отца. – Ты с кем-то дружишь? – Нет, я один. – Может, познакомишься с Дайаной, она моя самая младшая внучка. – Мы уже с ней знакомы, да Дайан?       Я кивнула, а бабушка начала хвалить Мади, так будто всю жизнь его знает, хотя она знала его еще меньше меня. Парень улыбался, но с бабушкой не спорил. Думаю, моя апа была не первой и не последней, кто вот так сватал ему своих внучек.       Когда мы доехали, он помог бабушке разуться и провел её до дивана в зале. Такому поведению я была приятно удивлена. У двери Мади спросил, поеду ли я обратно. Я давно не была на свадьбах, и мне хотелось бы быть среди своих родных, но оставить бабушку одну я не могла. Он снова обворожительно улыбнулся и сообщил, что после окончания планируется афтерпати. И почему-то, когда такой симпатичный парень предложил заехать за мной я, не раздумывая, согласилась. – Только, надень что-то более …– он осмотрел меня с ног до головы и после паузы продолжил, – интересное. Окей?       Я ему кивнула, и он уехал. У меня ушло несколько секунд, чтобы осознать, как у меня сильно горели щёки. За свои восемнадцать лет жизни меня впервые подвозил парень до дома, и я уже была вполне взволнована. Но он ещё и позвал меня на вечеринку, мою первую в жизни вечеринку, пусть и с незнакомцами. Но у меня была большая проблема. Мама точно никуда не отпустит, если узнает, что я собираюсь пойти с малознакомыми людьми в клуб.  А значит, после их возвращения, мне придется сбежать из дома. Но почему-то вместо волнения, я ощущала только приятное предвкушение.       С бабушкой мы сели пить чай, перед отъездом ей положили целый пакет саркыта, так что нам хватило этих сладостей, чтобы накрыть на стол. Бабушка всегда пила светлый чай с молоком, и любила она его горячим, поэтому каждый раз, когда она садилась за стол, нужно было заваривать свежий чай. Со словами, что теперь можно и самим попить чай, мы принялись уплетать десерты.       Еще больше чая она любила сплетни. Мы обсуждали с ней и личные истории, секреты моих теть, о которых ей рассказывали их дети и даже знаменитостей. И как же странно было слышать от милой семидесятилетней женщины о том, какой бывший муж Шакиры дурак, рас он потерял такую женщину. – Есть у тебя ухажеры? – Ни с того ни с сего спросила бабушка. – Нет. – Почему? Такая красавица, не может быть! – Ну вот. Не везёт мне. – А были? Может, любишь ты кого-то? – Нет. Ни разу. Да и зачем мне? Мне же только вот недавно исполнилось восемнадцать. – В восемнадцать мы познакомились с твоим дедом. Самое время для любви. Когда ещё у тебя будет на это время?       Я не ответила. Вспоминала только, как в школе у половины моих одноклассниц тоже не было никогда парней. Мне не казалось это чем-то странным. Но если так подумать, мои родители познакомились на втором курсе универа, и им было где-то по 19. – А этот мальчишка какой хороший! Присмотрись к нему, пока свободный надо его хомутать. – О боже! Он не из моей лиги. – Что это значит? Думаешь он лучше тебя? Я кивнула в ответ, из-за чего бабушка сильно нахмурилась и стукнула кесе о стол, чай чуть не пролился на белую скатерть. – Никогда не говори так о себе! Если не ты, кто тебя похвалит? Все только и пытаются у себя найти какие-то недостатки, что даже не замечают проблем у других. Так что он даже не заметит, что ты там напридумывала о себе. – Но я же не такая красивая, как он. – Это кто тебе так сказал? Ты у меня самая красивая девочка на свете. – Вы так говорите только потому, что я ваша внучка. – Да, и ты вылитая моя копия. Вон, на фото посмотри. Такая была в молодости куколка. И ты моя куколка.       За моей спиной в зале висел портрет бабушки. Она всегда любила вешать по дому фотографии, и тети договорились на ее день рождения подарить ей цветные версии любимых фото бабушки в молодости. На комоде стояли фото разных годов, какие-то уже цветные, какие-то все еще черно-белые: фото детей, семьи целиком, парные фото с дедушкой.       Вечерами, когда никого дома не было, она рассматривала фото в альбомах. Но сейчас у нее появился новый телефон и теперь она могла смотреть фото своих внуков и правнуков на нем. От таких нежных слов и сладкой бабушкиной улыбки на сердце стало легче. Апа положила свою теплую ладонь на мою, и мы посидели так до того момента, как бабушка не устала сидеть. Я отвела ее в комнату и побежала в свою. Из чемодана я достала свое короткое черное платье, нашла кеды и из сумки Амалии вытащила нюдовый блеск для губ. И успела я это сделать вовремя, Амалия написала, что они с мамой и тетей (без уточнения, с которой именно) на такси едут домой.              Спустя полчаса, когда тети сели пить чай, я осталась в комнате с сестрой. Она была проницательной, даже слишком и по одному взгляду на меня и подготовленное на кровати платье, она все поняла. – Дайан, давай ты не будешь этого делать. Там ничего интересного не будет, только алкоголь и парни. – Я уже согласилась. И я всегда хотела попробовать, если не понравится я просто вызову такси и поеду домой. – В клубах правда ничего такого классного нет. А если ты перепьёшь, то завтра будешь болеть. Ты же никогда не пила, давай ты не будешь. Тем более, что ты никого из них не знаешь. – Тогда давай поедем вместе. Пожалуйста. М? Я хлопала глазками, зная, что это всегда работает на Амалие. – Ладно, только потому что ты упертая, и я боюсь за твою безопасность. Только мы там будем до двух, максимум. – Но сейчас уже двенадцать! – Дэй, я не королева вечеринок. Плюс я уже очень устала. – Such a party pooper!       Амалия пожала плечами, и сама решила подумать, что надеть. Ещё через пятнадцать минут мы сказали маме, что ложимся спать, но вместо этого выбрались через окно. У ворот уже стояла черный Шевроле, на котором нас с бабушкой подвозил Мади. Он сидел за рулем, почему-то я была уверена, что мы будем ехать только втроем. Но в машине было только одно свободное место. – Я думал ты не поедешь, Амала. – Амалия. И да, я не могу пустить свою сестренку одну в клуб. – Одну? – Переспросила Данеля, одна из подруг Нурсулу. – Простите ребята, но я, честно, не доверяю вам. Мади закатил глаза. – Дайана, садись мне колени, и поехали, – предложил единственный парень.       Он тоже был таким симпатичным, что я чуть не засмотрелась на него, прежде чем сесть на его колени. Голова упиралась в потолок, но зато я сидела на коленях красавчика. Я была совсем не против. В дороге мы с ним познакомились. Его звали Арсен, он был бывшим одноклассником жениха и на его коленях было не удобно сидеть, они были твердые и узкие. Мади оставил машину на парковке жилищного комплекса, где он жил с родителями. Клуб был через улицу.       В клубе, правда, было очень шумно и многолюдно. На баре мы встретились с молодоженами, пившими на брудершафт, недалеко были другие их друзья. Малики и Зере не было видно. Пока я оглядывалась и привыкала к подобной обстановке, моего плеча коснулся Арсен и с ангельской улыбкой предложил заказать мне напиток, чтобы расслабиться. Я, не раздумывая, согласилась и начала разглядывать меню. Амалия с лицом недовольной матери предупредила его, что до этого я не пила. Арсен заказал нам пина коладу и мохито. – Пиво гораздо лучше этих сладких коктейлей, – попробовав свой мохито, пожаловалась Амалия. Наверное, она очень устала, потому что перешла на английский. – Зато смотри какая красота! Я была в восторге. В пина коладе почти не чувствовался горький вкус алкоголя. – Не забывай закусывать, а то улетишь сразу, – Мади протянул мне чипсы.  – Я снова тут. Как вам свадьба? У вас там в Лондоне такого нет, – подсел к нам жених Алан. – Все было отлично. Но в Лондоне нас ни разу не звали на свадьбы. Мы же только второе поколение мигрантов. – Я думал у вас там есть родня. – Отец тоже из Алматы. Так что нет. – Тогда почему вы не говорите на казахском? – спросил Мади. – Для тебя это так проблематично? – Странно видеть двух казашек, которые между собой говорят на английском. Не хочу задеть. Сори. Мади будто виновато поднял ладони вверх.       Только в этот момент я поняла, что иногда я даже не замечаю, когда Амалия переходит на английский и я по инерции отвечаю ей так же на английском. – Дэй, возьми свой напиток и пойдем потанцуем, – Намеренно сказала Амалия на английском. Я закинула пару чипсин в рот и последовала за сестрой. – Ему невероятно повезло, что я не в настроении ругаться. – Он ведь ничего такого не сделал. – Но он такой выскочка. Обещай, что не будешь с ним связываться. – Конечно, мне тоже он не нравится. – И поэтому ты так сладко ему улыбалась?       Я пожала плечами. Музыка быстро сняла с меня напряжение, и вот мы вместе с Мэл двигались под ритм. Так я не заметила, как мое тело стало будто перышком, которое парило между людьми. Я быстро забыла о том, что буквально несколько минут сестра была готова устроить ссору.  В голове была только эта громкая музыка, а тело было продолжением битов, следовало за ними.       Через полчаса Амалия пошла за пивом, а я попросила еще одну пина коладу. Возле стойки мы снова встретились с нашими знакомыми. В этот раз это были Арсен и Данеля. Они спокойно что-то обсуждали, я спросила могу ли я к ним присоединиться. – Я как раз хотела у тебя кое-что спросить.       По Данеле было заметно, что она не была трезвой. Она глупо улыбалась и очень медленно говорила. – Да, конечно, что хотела узнать? – У тебя паспорт английский? – Да. Я родилась, когда у родителей был вид на жительство. – Вы много где были? – Да. С родителями были в Испании, Франции, Чехии. – Круто. А мне не одобрили визу. Вы не можете прислать мне приглашение или что-то такое, чтобы в следующем году я могла поехать в Лондон? – Дан мечтает увидеть Биг Бен. Еще, наверное, с тех пор, как увидела его в учебнике по английскому, – уточнил Арсен. – Я никогда еще никого не звала. Надо узнать, как это делается. – А вообще, расскажи о себе. Что планируешь делать? – У меня перерыв от учебы. Пока не знаю, что буду делать дальше. – Вообще тебе, наверное, легче думать о поступлении. Ты же закончила школу в Лондоне.       Данеля надула губы и медленно моргала. – Ну я закончила ещё не так хорошо, чтобы совсем не переживать. – Я думал ты отличница, – Вмешался Мади.       Он появился так внезапно, что я чуть не свалилась со своего высокого стула. Арсен подставил за мою спину руку, чтобы поймать, но мне удалось удержать равновесие. – Путаешь меня с Амалией. – А. Вот как. Я даже особо не думала, куда поступать. Главное было получить диплом. – Я тоже, – Сказал Арсен. – Ой не верь ему. Он учится в меде. Арсен кивал головой. – Мед? Я не была в курсе сокращения. – Медицинский. - Вау. Это очень здорово.  И сколько еще лет осталось? – Три года, – И после небольшой паузы он добавил, - Потом еще интернатура два года, и резидентура тоже где-то три года. – Он типичный сын маминой подруги. Красавчик, еще и в меде учится, – Дружественно стукнула кулачком по плечу Арсена Данеля. – Да… – Вдруг вырвалось у меня.       Я чувствовала, как в моей голове была абсолютная пустота. И почему-то это было так приятно. Я соскочила со своего места, когда услышала, что началась моя любимая песня. Арсен улыбался. – Пойдемте!       Я потащила Арсена за собой в толпу. Там мы танцевали втроем, к нам подошла Амалия. Чуть позже я заметила Мади, танцующего с прекрасной незнакомкой. Ненадолго я застыла, но как только поймала себя на этой мысли, продолжила танцевать. Арсен не отходил от меня. Его черные волосы по плечи были растрепаны, глаза прикрыты, он был в потоке. Я прыгала, подняв руки вверх. Амалия покачивалась из стороны в сторону. В этот момент на земле не было человека счастливее меня: моя кузина вышла замуж, бабушка выздоровела, во мне два коктейля, меня окружают красивые парни, звучала еще одна моя любимая песня.       Несколько раз пришлось вытереть пот со лба. Я чувствовала себя лучше всех, но это чувство быстро пропало, когда я почувствовала, что сзади подошел парень и касался меня за бедра. Не зная, что делать, я замерла. Рядом не было Амалии и знакомых. Сердце колотилось бешено в груди, но я не могла сдвинуться или скинуть его ладони с моих ляжек. Я заметила приближение Мади, я надеялась, что он заметит меня. В горле будто стоял ком, и я не могла закричать. Я ненавидела свое тело в этот момент, оно не могла хоть как-то проявить свою неприязнь. – Руки убрал. Она здесь со мной. Мади притянул меня к себе, взяв за руку. – Твоя девушка ша*ава, рас дает себя лапать незнакомцам, – Насмехался этот извращенец. – За языком следи, мал! - дав парню пощечину крикнула Амалия.       Она схватила меня за руку, и мы ушли. За нами пошли Данеля и Нурсулу. Когда мы оказались на свежем воздухе я ощутила, как ком пропал из горла. – Почему не убрала его руки?!       Это был первый раз, когда я видела Амалию настолько разъяренной. Она медленно выдыхала, чтобы успокоиться. – Я не могла. – Мы на него пожаловались. Его только предупредили. Говорят - не могут за такое выгнать, - Сказала вышедшая на крыльцо Данеля. – Да плевать. Как он может так делать?!       Амалия крепко обняла меня. Я еще не совсем понимала, что только что произошло. Но мне хотелось приехать домой и помыться. Парни появились после того, как поругались с этим мужчиной. Они спрашивали о том, в порядке ли я. Я кивала им, хотя не была в этом уверена. Пока мы ехали в такси, я не заметила, как уснула. Зашли обратно мы через окно, и я снова вырубилась.