Глава 2

Джим вышел из кабинета минут через десять после Мюррея. Не раздумывая, он направился к номеру Джойс. На его короткий стук никто не ответил. Хоппер нахмурился, приоткрыл дверь и заглянул в комнату. Джойс сидела на кровати лицом к окну и читала содержимое папки, она даже не заметила, что к ней пришли. Проходя в комнату, Хоппер заметил, что под ногами что-то захрустело. Он опустил взгляд вниз и не смог сдержать смешок. На полу были разбросаны осколки белой керамики. Интересно, а что это было при жизни? Джойс, повернув голову на звук у двери, увидела насмешливое недоумение на лице Хоппера и решила пояснить: -Пепельница. Джим рассмеялся чуть громче. Он, зачем-то, закрыл дверь на замок, аккуратно переступил через осколки, прошел вглубь комнаты и уселся прям на пол лицом к Джойс, облокачиваясь спиной на край второй кровати. Всё ещё посмеиваясь он спросил: -Ну и как, помогло? Джойс ласково на него посмотрела, улыбнулась и отрицательно покачала головой: -Эта дура не с первого раза разбилась, еще больше мена выбесила. -Ох, это она зря! Джим хмыкнул и перевёл взгляд на папку в руках Джойс. Кивнул на неё и сухо спросил: -Что пишут? Она нахмурилась и отложила документы на тумбочку. И недолго думая, честно ответила: -Что нам жопа! -Оптимистично. Хоппер пододвинулся ближе к ногам Джойс, положил подбородок к ней на колени и посмотрел снизу-вверх на её встревоженное лицо. Она расслабленно выдохнула и нежно провела пальцами по его щеке. Улыбка, появившаяся на мгновенье на ее губах, тут же угасла, и она прошептала: -У меня всё больше мыслей, что мы не справимся в этот раз. -Это мне говорит женщина, которая рванула на другой конец света после непонятной посылки? Какие были шансы, что всё получится? -Ох, Хоп, знала бы я раньше. Хоть намёк. Я бы поехала бы куда угодно, не раздумывая. Хоппер поднялся и уселся на кровать напротив. Он чуть наклонился вперед и взял за руку Джойс. Она была непротив, но отметила для себя, что за последние сутки Джим уж очень часто пытался прикоснуться к ней. Как-будто бы проверял настоящая ли она. Он долго подбирал слова, наблюдая как его палец поглаживает тыльную сторону ладони Джойс. -Я был уверен, что твоя тревожность и осторожность поспособствуют тому, что бы позвонить и позвать подкрепление. Я не думал, что ты решишь действовать одна и сразу. А как же дети? Зачем так рисковать? -Ну,-Байерс сама бы не смогла ответить на вопрос, просто это было на уровне инстинкта:- потому что это ты. Нужно было успеть! А "подкрепление" в прошлом постоянно опаздывало. Зачем оно тогда вообще? Тем более, меня вряд-ли можно назвать терпеливой. -Ты невероятная! -Звучит как недоумение. Джим улыбнулся, легонько потянул Джойс на себя, заставляя её встать. Крепко схватил за талию и усадил её к себе на колени. -Тебе кажется!- Шепнул он, поправляя прядь её волос. Он провел пальцами по уху, спускаясь к шее.- Я тебя люблю. Она улыбнулась, наклонилась к нему и шепнула: -Я знаю. Хоппер поймал её губы, притягивая к себе ближе. Рука, которая лежала на её талии, сминала ткань футболки, а вторая зарывалась в её волосы. Он всеми силами пытался обуздать желание, которое вспыхнуло в нем спустя годы с такой силой, что сердце, казалось, уже пропустило десятка два удара. Но её прикосновения к нему совсем не помогали сохранить трезвость. Её пальцы на его лице и шее оставляли электрические разряды, хоть она касалась очень нежно и практически невесомо. А когда Джойс сама углубила поцелуй, требуя большего, все внутри перевернулось, а в ушах загудело. Наслаждение разлилось по телу кипятком, когда её руки скользнули под ворот его рубашки. Хоп слишком неожиданно и резко прервал поцелуй, с улыбкой отметив, как на лице Джойс мелькнуло разочарование. -Как же я люблю тебя, Джой! Хрипло произнес он, притягивая её к себе еще ближе, и поцеловал её с таким желанием, что у самого же перехватило дыхание. Когда Джойс ответила с лёгким стоном и нетерпением, у него совсем выключилась осторожность. Он аккуратно повалил её на кровать, нависая над ней. Мир вокруг перестал быть осязаемым, а время вовсе остановилось. Они цеплялись друг за друга, так отчаяно, как будто от этого зависила их жизнь. Как будто если кто-то из них перестанет обнимать другого, произойдет что-то абсолютно непоправимое и ужасное. Он ловил каждый вздох Джойс, каждый звук его имени, прирывисто срывающийся с ее губ. Разум твердил, что нужно остановится или они перейдут черту. Но он не мог. Это было за гранью его сил. Он не мог остановиться пробовать ее губы на вкус. Не мог перестать наслаждаться тем, как её тело откликается на его прикосновения; как она на секунду замирает, когда он касается щетиной её шеи, а потом чувствовать ее тяжелое горячее дыхание. Каждой клеточкой тела он ощущал жгучую необходимость избавится от одежды-последней преграды между ними. Но разум всё-же выдал трезвую мысль:"Не здесь!" Не в мотеле на окраине страны, как какие-то горе-любовники-преступники. Не сейчас, в перерыве между побегом, допросами и самолётами. Не так. Ещё чуть-чуть и он отступит. Сейчас он прекратит целовать её. Вот сейчас... Джойс как будто услышала его мысли. Она, не разрывая поцелуй, чуть приподнялась, одной рукой крепко обхватывая его шею, а второй переместилась к пуговицам на рубашке. Её сильно трясло, он чувствовал это, но тоненькие пальчики ловко расправлялись с костяными застежками, выталкивая их из петелек. Одна. Вторая. Третья. Джим мысленно взмолился: "Боже, Джойс, не надо!" Но он даже не попытался отстранится. Силы воли хватило только на то, что бы сжать запястье её руки, призывая остановиться. Подмога подоспела неожиданно. Резкий и требовательный стук в дверь на них подействовал, как ушат ледяной воды после бани. Они оба вздрогнули. Джойс испуганно пискнула, а Хоппер, хоть это и было спасением для его самообладания, недовольно застонал. Стук в дверь повторился с большей настойчивостью. Приглушенный дверью голос проорал: -Ребят, простите, что отвлекаю, но нас ждут. -Дьявол!- Шепнул Хоппер в шею Джойс, пытаясь усмерить дыхание. Она все еще цеплялась за него и тоже пыталась восстановить в своем теле равновесие после такого урагана. Джим, поднимаясь с кровати и помогая Джойс, крикнул: -Минуту!- И, поправляя её волосы, шепотом добавил:- Повезло ему, что я к нему все-таки прикипел, иначе голову бы открутил сейчас. Байерс тихонько посмеялась, приподнялась на носочках и, оставляя на его губах короткий поцелуй, шепнула ему в ответ: -Это же Мюррей! Откроешь? Мне нужно-она неопределенно указала на дверь в ванную:-привести себя в порядок. -Может он уйдет сам? - также тихо ответил он, прижимая Джойс к себе. Свидетельством того, что он не уйдет, послужил громкий третий стук. -Да погоди ты!- Рявкнул Джим. Он сердито что-то буркнул, наклонился и дотронулся губами до шеи Джойс. Она заерзала и практически взмолилась: -Хоп, пусти! Договорим позже. Она высвободилась из его хватки и скрылась в ванной комнате. Когда Джим открыл дверь, Мюррей раздраженно затараторил: -Я всё понимаю, но я хочу уже свалить от сюда! Там готов самолёт, еда уже на борту. Было решено незамедлительно вылетать. - Под его ногами захрустела разбитая пепельница. Бауман оглядел пол и воскликнул: -Что вы здесь устроили? -Джойс... Она не дала договорить, выходя из ванной и вытирая шею полотенцем. -Мне нужно было что-то сломать. -Надеюсь помогло.- Мюррей воскликнул на весь номер, хлопая в ладоши:- Поехали, детишки, поехали! *** Полет обратно домой проходил намного комфортнее, чем на Аляску. Им выделили маленький частный самолёт. Джойс и Хоппер разместились в дальнем углу, подальше от посторонних глаз. На два ряда вперед храпел Мюррей, а на передних сидениях сидела Стинсон и три её помощника. Кресла были шире, чем в стандартных самолётах, а ряды кресел располагались намного дальше. Джойс с её маленьким ростом было в принципе всё равно, а вот Хоппер это оценил, вытягивая ноги. Хотя, если бы ему предложили место в почтовой коробке, он бы не раздумывая согласился и на это. Когда они только зашли на борт их довольно вкусно накормили и даже предложили выпивку. Единственный кто не отказался от спиртного так это Мюррей. Перелёт предстоял не таким долгим, рейс был прямой, без пересадок. Казалось бы, самое время поспать, но ни Джойс, ни Хоппер не сомкнули глаз. Оба были погружены в свои мысли, практически одинаковые, наполненные тревогой за детей. Джойс забилась в угол, поджав под себя ноги. Она сидела, смотрела в иллюминатор и всё прокручивала в голове события последних дней. Хоппер же украдкой поглядывал на встревоженное лицо Байерс и с каждым разом чувствовал себя хуже. Не выдержав, такого длительного молчания, он убрал подлокотник между их креслами и повернулся полубоком к Джойс. Она, почувствовав вошканье рядом, оторвала взгляд от окна. -Всё нормально?-Спросил Хоппер довольно тихо. Хоть в самолёте и стоял жуткий гул, Джойс его хорошо расслышала. Она пожала плечами и тоже развернулась в своём кресле. -Чем ближе к дому, тем страшнее. Я не знаю что нам предстоит, но предполагаю, что это будет сложнее чем разбить самолет, где-то в лесах другой страны; не быть убитой русскими надзирателями и не разорванной тварью из изнанки. Хоппер на мгновение потерял дар речи. Это же малая часть, что она сделала за эти дни, а звучит, как что-то невероятное. Он немного подумал и смог сказать только лишь самую банальную вещь в мире: -Ты же знаешь, что я не дам тебя в обиду? Джойс хмыкнула: -А кто защитит тебя? -Я бы очень хотел думать, что кто угодно, но не ты. Если я попрошу, ты сможешь не спасать меня больше? -А ты? В её взгляде было что-то такое тяжёлое, что пригвоздило Хоппера к креслу. Он замер. Байерс, не дождавшись ответа, кивнула и сказала: -Не проси меня о том, что сам не сделаешь. Я не смогу. Я не буду отсиживаться за твоей спиной, наблюдая, как ты, в очередной раз, пытаешься свалить от меня на тот свет. Джим невольно заулыбался. От меня. Такое простое сочетание слов, но такое ёмкое. Он знал, что она права. Понимал, что никто из них не сможет остаться в стороне. Но так хотелось уберечь её от всего. Джим мотнул головой и на выдохе серьезным тоном сказал: -Джойс, но нам прийдется как-то договариваться. Нужно быть чуточку благоразумнее. -Ты сейчас серьёзно? И это ты мне говоришь про благоразумие? За столько лет единственное, что у нас удачно выходит так это споры. Ты самый упертый человек в мире, Хоп. И как мы будем договариваться? -Да ты что?-Джим не сдержал смешок:- Меня, конечно, трудно назвать уступчивым человеком, но вот ты... Джим не договорил, тут и без слов всё было понятно. Он убрал прядь её волос с плеча и бездумно провел пальцем по её шее. Джойс чуть наклонила голову навстречу его прикосновениям. Обхватила его запястье и тихо сказала: -Мы снова зашли в тупик. Сейчас нам или начать собачиться, или просто принять неизбежное. Мы оба те еще... -Идейные идиоты?-Со смешком предположил Хоппер, вспоминая разговор в кабинете. -Точно!-Рассмеялась Джойс.-И как я могу быть в стороне всего этого хаоса? Ты же первый бросишься в огонь, а мне наблюдать со стороны? Я не для этого нахожусь сейчас здесь. Джим с досадой покачал головой, отпуская свою руку, и встал со своего места. Краем глаза заметив, как на него обернулись пассажиры первых рядов, он фыркнул про себя и достал плед с полки для багажа. Усаживаясь на место, он заметил растерянное выражение лица Джойс. Хоп тихонько понянул её на себя. Байерс нырнула в его объятия, пряча глупую улыбку под растрепанными волосами. Он завошкался, расправляя плед и укрывая им Джойс и частично себя. -Тебе нужно немного поспать.-Совсем тихо произнес он, зарываясь носом в её волосы. Джим почувствовал как Джойс лениво кивнула и устроилась поудобнее. Было даже слишком комфортно. Её ледяные маленькие пальцы пристроились в огромной горячей ладони Хоппера. Второй рукой он монотонно поглаживал её по плечу и переодически, поднимаясь выше, перебирал пряди её волос. Она чувствовала себя такой маленькой рядом с ним и под такой огромной защитой. Значительная разница между ними всегда поражала окружающих. Они, буквально, были ходячей картинкой абсолютного контраста: миниатюрная девочка и огромный боров, следущий за ней. Но они сами этого не ощущали никогда. Разница в комплекции их не беспокоила. А что им было комфортно друг с другом-это было неоспоримо. Даже в спорах они были идеальны. Маленькая, юркая Джойс всегда вспихивала как факел, если что-то было не по ней, при этом заполняла всё пространство, да так, что визуально огромный Джим, становился незаметным. Он же всегда мог быстро потушить этот пожар, становясь мягким и уступчивым. Да, переодически он подливал бензин, но только до той степени, что бы самому можно было контролировать это пламя. В скором времени Джойс поняла его тактику и сама научилась манипулировать им, а он это позволял. Дети выросли, разбежались, создали свои семьи, наивно полагая, что навсегда сдержали обещание, данное себе и друг другу в начале выпускного класса: не портить дружбу ни чем около романтическим. Смогли бы они и дальше сдерживать клятву, если бы не эти чертовы события? А хотели бы они этого? Джойс задумалась. Всё это дерьмо с потусторонним, безусловно, укрепило их связь. Но дружбой это назвать она не могла уже тогда, год назад. Но, почему-то, очень боялась призваться даже себе, что любит его. Страх того что ни чего не получится? Глупо, наверное. Они же взрослые люди с опытом от ошибок прошлого. Сомневалась в своих чувствах? Возможно. Ведь так легко перепутать любовь, привязанность, благодарность и просто тёплые чувства к человеку. А сейчас она прекрасно знала, что вляпалась по самые уши. Что ни за что не сможет держать этого человека на расстоянии вытянутой руки. Что не сможет не наслаждаться его взглядами и прикосновениями. Она знала, что любит Джима Хоппера. И что ни разу не сказала это в слух. Джойс заерзала, отстраняясь, что бы посмотреть ему в глаза. И сразу же поймала вопросительный взгляд Джима, который сразу же тихо спросил: -Что такое? -Ни чего, просто... Как же это трудно произнести, черт возьми! Джойс нервно хмыкнула и, успокоив дрожь в теле, смогла всё-же сказать: -Ты же знаешь, что я люблю тебя? Хоппер замер. Знал? Нет! Он хотел этого, но уж точно не знал. Нет, то что она сделала ради него за последнюю неделю, чем не доказательство, но она же могла сделать это по ряду других причин. "Ну да, по дружбе она тебя спасает!"-всплыли в разуме слова Антонова. Джойс, наблюдая за реакцией Джима, стала сомневаться в том, что он расслышал. Он же пару раз моргнул, широко улыбнулся, наклонился и прошептал ей на ухо: -Я запрещал себе даже мечтать об этом! Джойс снова пробрала мелкая дрожь, от его горячего дыхания побежали мурашки. Она прикоснулась щекой к его щетине и, расслабленно выдохнув, со смешком прошептала в ответ: -Поэтому ты мечтал о лазанье? Тихонько посмеиваясь, Хоппер нежно коснулся губами её виска. -Это было намного реальнее, чем ты. А теперь, -он вновь потянул её на себя, -поспи, пожалуйста. Спорить не было желания. Джойс вновь удобно устроилась в объятиях Джима. Шумы в голове начали затихать, а моргать становилось тяжелее. Ровное биение сердца и спокойное дыхание Хопера делали свою работу-Джойс начала проваливаться в сон.