Глава 5

Ужин проходил под весёлое переругивание хозяйки дома и Баумана. Джим с ухмылкой следил за словесным пинг-понгом этих двоих. Было в этом что-то теплое и домашнее. -А я смотрю вы спелись. Буркнул Хоппер, после того как Джойс удачно отбила очередную атаку Мюррея. -Ох, только не ревнуй, дорогой. Джойс на это замечание закатила глаза и встала со своего места, убирая со стола. Джим насупился: -Я и не... -Я отношусь к ней, как к ребенку, который упорно ищет приключений на одно место. Кто-то же должен оберегать и отводить её от глупостей. Мюррей загоготал и тут же недовольно зашипел, когда Байерс выхватила из под его носа стакан с недопитым пивом. -Я же не успел допить! -При детях пить некрасиво. -Вот женщина, а! Характер ужас, намучаешься еще! Ладно, я тут вообще для чего? Я хотел спросить, какие наши действия дальнейшие? И расскажите мне всё подробно. И атмосфера за столом в миг похолодела. Джойс резко отвернулась и принялась за мытьё посуды. Джим тяжело вздохнул и покачал головой. Спустя какое-то время молчания, Хоп принялся рассказывать всё с самого начала. Когда история остановилась на этапе их общих приключений прошедшего года, Джим хрипло подытожил: -Ну вот и всё, дальше информация уже от детей. -А что в папках? Джойс задержала дыхание, что бы начать говорить и задумалась. А что говорить то? Информации им дали очень мало. Но, собравшись с силами всё-же произнесла: -То что знает персонал бывшей лаборатории Хоукинса.- Её голос был сильно уставшим и от этого очень хриплым.- Было четыре жертвы, подростки. Убиты непонятно как. Фото посмотришь потом. Все конечности переломаны, глаз нет, как и нет следов. Вообще ни каких: ни насилия, ни борьбы. Одна жертва выжила. Это Максин. -Мэйфилд?-переспросил Хоппер. -Да, -На вопросительный взгляд Мюррея, Джойс пояснила:- рыженькая такая, в основной банде детей. -Оу! -Да, вот так. Она сейчас в коме. Всё что еще написанно в папке - это, по сути, домыслы. Нужно действительно спрашивать детей. Они знают гораздо больше. Предполагают, что сделано телепатически. Вчера произошло "землетрясение" с разломами. Их было как раз четыре, которые сошлись в одной точке в центре города. Могу предположить, убийства-это своего рода жертвоприношение. А еще, я думаю, это не просто существо из изнанки, это человек, который пробыл там очень долго, возможно, он её и создал по подобию Хоукинса. -Как это вообще возможно? -А как возможны демопсы, демогорганы и та штука-тень? На этот вопрос ответа не поступило. Действительно, как? -А что там по вашей девочке? Джим дернулся и сжал кулаки. Джойс только лишь тихо произнесла: -Правительство обвиняет Оди, как подопытную лаборатории, как девочку с телепатией. -Но она... Джойс вспыхнула и зло прошипела: -Боже, конечно нет! -Я должен был спросить, -воскликнул Мюррей , поднимая руки в жест примирения:- мало ли! И вообще она так умеет? Джим поднялся со своего места. На удивление, безошибочно открыл нужный кухонный шкаф, достал от туда виски и три стакана. На секунду замялся и вопросительно посмотрел на Джойс. Та отрицательно мотнула головой. -Не думаю.-Всё-же сказал Хоппер, усаживаясь обратно и разливая жидкость себе и Бауману. - Все силы которые у неё были не действовали на расстоянии. Кроме того, что бы следить за человеком. Физически она могла воздействовать только находясь рядом. - И у нее не было сил на начало нападений.-Дополнила Байерс. -Я не обвиняю её, просто уточняю. Накинулись, коршуны. И, - он перевел взгляд на женщину:- еще раз зевнешь, пойдешь спать. Джойс, прикрывая рот рукой, зыркнула на него с раздражением. Перевела взгляд на большие настенные часы, которые начали путь седьмого часа, и возмущенно воскликнула: -Время видел? -Держу пари, перед отъездом на Аляску ты тоже не спала. Итого: ровно три ночи ты без сна. -Отстань! Резко ответила она и тут же почувствовала, как тяжелеют веки и очень хочется зевнуть. -Так, уходи. Мы посидим чуть-чуть и тоже по спальням. Я хоть в самолетах спал, а ты нет. -Но...-она с надеждой взглянула на Джима, тот утвердительно кивнул в сторону ее спальни. -Ну ладно,- пробурчала она, выходя из кухни:- спокойной ночи. Добравшись до комнаты, она легла прям в чем была. И как только голова коснулась подушки, она уснула. *** Как она ненавидела этот город, этот дом, эту лужайку, этот калифорнийский зной. Но как она рвалась уехать из Хоукинса, куда угодно, ради детей, ради того, что бы было легче Оди пережить смерть отца. Боже, Хоп. Как же ей не хватало его, черт возьми, как же она скучала. Джойс тщетно пыталась не думать, не вспоминать. Днем она была занята работой, а вечером хлопотами о детях. Но ночь-дрянь еще та. Когда дом остывал от детских споров и шума. Когда вся кухонная техника, казалось, переходила на шепот. Когда в их районе дом за домом поглощала тьма, эта самая тьма с тяжелым грохотом сваливалась на женщину. Джойс практически каждую ночь сидела на ступеньках дома, выкуривала сигареты одну за другой и пялилась в пустоту. А в мозгу был он. Ее Джим, тот его кивок и ласковая улыбка. В ушах стоял тот треск и шум этой адской машины. А дальше пусто, а дальше тишина. И вот Байерс в очередной раз не замечала как покатилась слеза, две, три. И, как по будильнику, примерно в час ночи, в ногах стоит переполненая пепельница, в которой последний окурок догорает тонкой струйкой дыма, а она, что бы не разбудить детей, сотрясается в безвучном рыдании , обнимая себя руками. Ей все кажется, что сейчас вот вот по ее спине нежно проскользнет тяжёлая ладонь шерифа, а через секуду другую он сграбастает ее в медвежьих объятиях на мгновенье, уткнется носом в её макушку и скажет что-то подбадривающее. А нет, это как фантомная боль у человека, который лишился конечности. У нее больше нет этих прикосновений, но она еще чувствует тяжесть его рук. И она вновь шепчет в темноту: -Прости меня, Джим. Прости, я тебя убила. Вспышка. Перед глазами мелькали тела детей с переломанными конечностями. Сначала тех, с фотографий. Потом начали добавлятся тела Майка, Дастина, её сыновей, Джейн, Ненси. Там была и сама Джойс. Она смотрела на своё тело, неестественно изогнутые руки и ноги были раскинуты в разные стороны. На щеках кровавые потеки, рот перекошен, а глазницы пусты. Вспышка Всё вокруг изменилось. Мерцающие лампы, плохо освещали помещение. Серые стены, на которых ляпусами была кровь и грязь. Решетки на дверях. И запах. Ох, она не забудет его никогда. Запах сырости, гнилых книг и тухлого мяса. Она снова в тюрьме. Страх скрутил живот и, казалось, парализовал все тело. От этого ощущения её отвлёк звук борьбы, она медленно повернула голову и увидела на полу Джима. Джойс инстинктивно бросилась туда, но как бы она не старалась бежать быстрее, приблизиться ей не удавалось. Ноги были как ватные, а тело очень болело. Через какое-то мгновенье существо повернуло на неё свою морду. У этого зверя не было лица, но было чувство, что оно ухмыляется. Джойс попыталась сделать еще шаг вперед и что-то пнула. Взглянув под ноги, она почувствовала как останавливается ее сердце. На полу лежала оторванная голова Хоппера. Джойс открыла глаза, и еще долго соображала, что реальность, а что сон. Подушка была мокрая, по щекам стекали слезы. Она очень расчитывала на то, что не кричала, не хотелось бы кого-то разбудить. Джойс медленно села в кровати. Голова кружилась, руки тряслись, а в груди сильно жгло. Было крайне тяжело дышать. Она чувствовала, как начинается истерика. На ватных ногах ей чудом удалось доползти до ванной. Умывшись ледяной водой, Джойс начала приходить в себя. Настолько правдоподобные кошмары ей снились часто за последний год, но этот сон был совсем другим. Его хотелось смыть, всё смыть- этот запах, звуки ламп, эту чудовищную картинку. Она стянула с себя футболку и джинсы, в которых была днём, залезла в ванну. Душ отрезвил еще лучше: сердце перестало выпригивать из груди, а тело больше не сковывала болезненная дрожь. Смыв с себя пену, она поспешила за вещами в комнату, обмотавшись полотенцем. Из оставленных вещей было не так много вариантов: или уличная, или огромные футболки Джима, которые она приватизировала себе. Выбрав самую большую, она невольно задумалась, как отреагировал бы Хоппер на это. Его вещь из прошлого, которую стырили без спросу. Джойс хмыкнула, решая для себя, что будет носить эти футболки чаще. Хотя для неё эта вещь скорее была платьем по колено. Спать перехотелось совсем. Одного взгляда на кровать хватило, что бы по спине пробежал холод. Сидеть в комнате тоже не хотелось. Часы на прикроватной тумбочке показывали 10:19 . Натянув теплые носки она приоткрыла дверь в комнату. Дом спал. Стараясь не скрипеть половицами, Джойс вышла на крыльцо.