Поцелуй, чтобы зажило (Леви/Микаса)

Синяки пурпурно-синими лепестками расцветают на светлой коже Микасы — какие-то постепенно захватывают нетронутые участки, какие-то проявляются тут же. Пока она всё ещё восстанавливается после травм, она пересчитывает их. Она прикована к больничной постели из-за раздробленной кости в ноге, ей надоели книги, которые были в лазарете, и она не оставляла попыток забыться глубоким сном, но у неё не получается. Эффект от болеутоляющих проходит слишком быстро. Леви заходит в комнату с двумя чашками чая, стаканом тёплой воды и горсткой таблеток, и она морщится, когда ей приходится изменить привычное положение в кровати. — Осторожнее, — говорит он, откуда-то в его руке появляется подушка и он помогает ей сесть поудобнее. Капитан делает шаг назад, внимательно разглядывая её — слабую и сломленную телом, но не духом. — Саша скоро вернётся. — Я знаю, — отвечает она, наблюдая за тем, как он протягивает ей таблетки и стакан воды; она отмахивается от его желания помочь ей. Микаса принимает медикаменты, залпом выпивая воду, и протягивает ему стакан. Его пальцы мягко сжимают её кисть и удерживают на месте. Самые яркие синяки расцвели у неё на предплечье. Он наклоняется и с благоговением целует их, словно даёт присягу королеве, — достаточно нежно, чтобы не было больно, но достаточно крепко, чтобы она почувствовала прикосновение его обветренных губ. — Ой, — ей не было больно, но она всё равно решила подразнить его. Похоже, Леви понял её истинное намерение, потому что без извинений забрал стакан из её рук. Он сел на стул у её постели, со стуком поставив на прикроватную тумбочку чашку всё ещё горячего чая, который она так и не выпьет. Таблетки начали действовать, в глазах стало плыть, тело размякло. Она наконец уснула под приглушённые звуки его глотков.