*

Ангелы и демоны шныряли повсуду. Их беспорядочно носящийся вид раздражал его. Геральд устало откинулся на спинку стула. Благо это последний год обучения. Как же его все достали. В кабинет влетела запыхавшаяся Мисселина. Опоздала? Совсем не в её манере. Наспех извинившись, она покорно села возле демона, устремив на учителя взгляд, жаждущий знаний. Мисселина являлась ангелом и полностью соответствовал своей природе, даже слишком. Милая, улыбчивая, кроткая и сдержанная она имела много друзей, но в шумной компании девушку было трудно заметить. Несмотря на свои превосходные знания, она не возводила нос к потолку, как некоторые ангелы, а принимала похвалу в свой адрес спокойно, с честью. Частенько она летала в облаках, но при этом запоминала всё в точности до словца. Русые локоны качнулись в его направлении. – Геральд, ты писать собираешься? – шёпотом полным недовольства спросила она. Да, точно. Помимо всего перечисленного Мисселина славилась своим болезненным чувством ответственности. Правильная до мозга костей. Он знал эту тему наизусть, так как хорошенько изучил по книгам и законспектировал. Данный предмет ему никогда не нравился, но работу он выполнил, дабы продлить себе выходной, только перестарался чутка. Девушка вновь указала глазами на его пергамент. Скучающий Геральд лишь вопросительно поднял бровь. Но отчего её должна волновать его учёба? Или же это одна из черт ангелов? Смутившись, она со вздохом уткнулась в свои записи. *** –Смотри, куда идёшь, Мисселина! – прикрикнул на неё один из ангелов, сбив с ног. Сумка вылетела из рук, а за ней и всё содержимое. Кажется, что-то разбилось. Девушка начала лихорадочно собирать книги и пергамент. Со стороны послышался смех, что заставило девушку ниже наклониться к полу. Ангел довольно ухмыльнулся. Наконец, эта заучка получит по заслугам за то, что вечно опережала его. Зависть порой делает с людьми страшные вещи, даже в самыми добрыми и честными. Белокрылый ещё раз бросил на наё презрительный взгляд, и на успев сделать шаг, отлетел к стене. Потирая крыло, он гневно искал глазами обидчика. Наткнувшись на суровый взгляд демона, он пожалел, что отлип от стены. – Ещё раз и "случайно" выпадешь из окна, – пригрозил ему тот. – Мисси, давай помогу. Мисселина подняла голову и чуть заметно вздрогнула. Нет, она не боялась Геральда. Теперь. Помнится, они столкнулись в библиотеке Ада, она буквально кожей почувствовала его величие. И это привлекало. Она уважал все касты бессмертных, но демонов немного побаивалась. Испугалась бы и его, если бы не взглянула в глаза. Ясные голубые... Совсем не демонические. Она никогда не встречала демонов с такими глазам. Должен ли он был родиться ангелом? Нет, тогда он не был бы собой. – С-спасибо, – улыбнулась она, замявшись. – Это очень мило с твоей стороны. – Впредь, если кто-то вновь сделает нечто подобное, отвесь им пару ласковых, – улыбнулся он, подхватывая книги. – Может быть он случайно, – миролюбиво отозвалась она. – Ага, конечно. Сегодня у нас урок в Аду, помнишь? – он собрал остальные вещи, явно не собираясь отдавать их хозяйке. – Да, помню, – Мисселина непроизвольно поёжилась. Это место пугало. – Понимаю, тебе там не уютно, – мягко произнёс тот. – Но в библиотеке есть некоторые интересные фолианты, которые, возможно, привлекут твоё внимание, обстрагируя от внешнего воздействия. Так ты даже не заметишь, где находишься. – Да, спасибо, – она вновь смущённо улыбнулась, отводя глаза. Геральд вызавал в ней неописуемые чувства. Он был привлекателен, но она боялась это признать. Порой в нём проглядывалась симпатия к ней, что не могло не волновать. Но кто им позволит? Их просто сошлют на землю, сотрут память и бросят. Она так переживала за свою сестру, которая завела опасный роман с демоном, зная, чем может закончится такая связь. Неужели ей всё равно? – Я помогу тебе донести вещи. Мало ли. Вдруг какой-нибудь нахал захочет "пройти мимо". Ей оставалось лишь согласиться и благодарно погладить его по плечу. Он вздрогнул от такого невинного движения, но не показал своей заминки. *** – Правильно, мальчик! За любовь нужно мстить! – Но это вышло случайно. Он не может просто пойти и убить человека! Им дали парное задание: помочь юноши, потерявшему возлюбленную в ходе разборок, принять правильное решение. – Но они убили её, – бесцветно проговорил парень, вглядываясь в незнакомцев, предложивших свою помощь. – Вы совершили побег. За вами погнались. В суете она напоролась на нож, а тот паренёк его и в руке то держать не мог, – Мисселина обняла его за плечи. – Он сам пырнул её. Я видел это собственными глазами! – настаивал Геральд. – Нет, он просто не вовремя выставил руку. Дорогой мой, на этом жизнь не заканчивается. У тебя всё ещё впереди. – Но я люблю мою ласточку. Я не смогу без неё, – всхлипнул парень, садясь на край крыши. – Собирись! Ты же мужчина! Именно поэтому я и говорю о мести. Они все виновны. Пора отомстить последнему. Девушка обратила свой взор на напарника. Мелкие капли проливного дождя очертили линию скул на бедном лице. Сколько в нём было силы и мощи, сколько стремления к справедливости и жёсткости для достижения той самой справедливости. – Нет! Месть не выход, – попыталась она возвести его к разуму. – Ты не была в такой ситуации! – Ты тоже. Геральд вплотную подошёл к Мисселине. – Меня учили, что за всё надо бороться. И за любовь тоже. А если стало не за кого бороться – мстить! – кто бы мог подумать, что данная ситуация так сильно заденет его. – Ты жесток. Все вы жестоки. Те, к кому ты относишься, только и умеют, что выплёсктвать свой гнев, а рацианально думать абсолютно не умеют. – Это эмоции. У нас они хотя бы есть. Вы ведь сдерживает их до кондиции бесчувственного камня, – вся его сдержанность, какая имелась, испарилась, и он кричал, перебивая шум ветра, махая руками и топорща намокшие крылья. – Неправда! Мы испытываем чувства, но некоторые, к примеру твои сородичи, видят в этом слабость. – Вы бы в своих проблемах разобрались, а потом советами раскидываться стали, – поморщился парень. – Но у каждого свой путь. А мой лежит прямиком к моей ласточке! Послышался удаляющийся крик. – О, Шепфа! Тело молодого человека безжизненно распласталось на мокрой земле. – Твою мать! – застонал Геральд – Не выражайся! Прояви уважение! Как же так... Бедный мальчик, совсем сломался, а мы его добили. Она судорожно прижимала ушедшего к себе, гладила смоляные кудри, нашёптывала молитвы. Геральд отвернулся. – Отлично, мы провалили задание. А всё из-за твоей доброты. – Скорее из-за твоей жестокости. – Весь мир не обогреешь. И поверь, в данной ситуации я был прав! – Уже не нам судить. Ветер засвистел над их головами. Водоворот извещал об окончании задания. – Идём, – поднял он её с земли. – Мы его даже не похороним? – У нас нет времени. Найдутся люди, которым будет не всё равно. Такие везде найдутся. Мисселина, горестно оглядела парня в последний раз и, утерев слёзы, поцеловала его в лоб. – В добрый путь, мой дорогой. *** Геральд носился по школе. Где она может быть? Он осмотрел всё вдоль и поперёк. В который раз мужчина вылетел на улицу. Может стоит подняться выше? Взмахнув могучими крыльями, он поднялся в воздух. Периметр чист. Не могла же она просто исчезнуть. Есть ещё лабиринт Адама и Евы... Ну конечно, статуя Равновесия! И только он хотел рвануть туда, как до его слуха донёсся еле уловимый всхлип. Он обернулся. Летающая скала. Полетев к ней, он мягко приземлился, но та качнулась под его весом. Звуки прекратились. – Мисселина, я знаю, что ты здесь, – позвал он. – Не прячься, пожалуйста. Я осведомлён о произошедшем и пришёл помочь. Тишина. – В таком состоянии ты можешь сделать массу глупостей. Тебе стоит выговориться. – Уходи, – сдавленно прохрипеда девушка. – Нет. Я искал тебя, по итогу нашёл и сейчас не собираюсь отступать. Обойдя волун, он сел возле неё. Девушка вжалась острый бок камня, скрывая глаза и заплаканнное лицо. Он выделял её среди остальных. Было в ней что-то такое, чего не имелось, как ему казалось, в других ангелах (о демонах и речи не шло). Он пытался рассмотреть это в мягких чертах светлого лица, в светящихся глазах, цвета умиротворённого заснувшего озера, но никак не мог. Рядом с ней становилось так тепло и легко на душе, что всё заботы казались такими не значительным и даже самых хмурый день преобретал некую красоту. И сейчас это чудесное создание глотает слёзы. Почему так больно смотреть на такую Мисселина? – Они отправили её на землю, – почти неслышно прошептала она. – Там Чёрная смерть бродит. Она не выживет. Почему, Шепфа, почему... – Ну тише, – Он дотронулся до трясущейся руки. – Она успела отхватить свой кусочек счастья. Она не виновата, что... – Полюбила кого-то с другой стороны, – закончила за него девушка, сминая край платья.– Да. – Шепфа обошёлся со своими детьми, как отец-тиран. Да, их союз подорвал бы равновесие, но какова вероятность, что твоя сестра и тот демон стали бы заводить детей? Это... Геральд заткнулся. Она так вымученно смотрела на него. Глаза, эти прекрасные глаза, потухли, удушая надежду. Он понял, что сделал только хуже своими словами, но совсем не знал, как правильно подбодрить и успокоить. Неожиданно для самого себя, он подсел поближе и заключил девушку в объятия. Она оторопела, застыла, не понимая, что произошло. Ощутив ступор собеседеицы, он отстранился. В таких всегда серьёзных и строгих голубых глазах брюнета плескались сожаление и мольба. Он осторожно, будто боясь навредить, вытер холодные щёки большим пальцем. – Прости, видимо, я не умею оказывать поддержку. Я уверен, твоя сестра прожила прекрасную жизнь, она была счастлива, пускай на мгновение, но порой и этого достаточно. Просто отпусти, пойми, что ничего уже сделать. Всё решено до нас высшими силами. Стоит встать и двигаться дальше, как бы дерьмово не было на душе, как бы не хотелось сдаться и погрязнуть в отчаяньи. Необходимо бороться. За всё. Это ведь твои твои слова. – Не будешь твердить про месть? Это в твоём духе... – Ты – самое чистое существо, что я знаю. Ты не способна спуститься так низко. За это я тебя и... Уважаю. Мисселина с надрывным всхлипом бросилась ему на шею. Слёзно повествуя о своём горе, она очищала своё сердце от ненависти и печали, а он тихонько успокаивал её, поглаживая волосы и трясущиеся белые крылья. Позже, лёжа на его груди, опустошённая, но заметно раслабленная, девушка свернулась калачиком и посапывала, изредко вздрагивая во сне. От неудобно позы болело всё тело, но пошевелиться он не смел. Ангел особенно сильно вздрогнула и проснулась. – Геральд, – позвала она, – я не поблагодарила тебя за помощь. Ты просто мой герой. Спасибо тебе, Геральд. Ты так много сделал. Это очень важно для меня. Я... Ты для меня тоже важен. – Я знаю. Пустяки, главное, что тебе стало лучше. Спи. Девушка послушно опустила голову на тёплое местечко. Сколько наивности и света в ней. Достоин ли он её? Мисселина дёрнула носиком и скользнула ладошкой к его шее, создав волну мурашек. Как же она очаровательна. Геральд прикрыл фигуру тёмными крыльями, защищая от ветра и другой пакости. Это было только начало, но они оба неровно дышали друг к другу. *** Мужчина напряжённо потёр виски. Голова раскалывалась от злобного действия глифта. Работа учителя была той ещё морокой. Он никогда не желал такой участи, но судьба дьявольски хохоча, пинком вернула его в обитель знаний. – Вот, пей. Должно помочь, – на столик опустилась дымящаяся чашка, извергающая из себя нечто невообразимо приятное, пробирающееся до самых кончиков пальцев. – Спасибо, Мисси, – вымученно улыбнулся Геральд. Мисселина, в отличии от него, всегда хотела обучать детей. Она умела с ними ладить и любила каждого, даже если её не любили в ответ. – Ты опять пил, – с укором заявила она. – Тяжёлая неделя выдалась. – В последнее время у тебя каждая неделя тяжёлая. – Потому что в стенах нашей школы появилась вторая Уокер. Вечно влипает в какие-то передряги. На днях с крыши сиганула, представляешь! Она летать толком не может, а уже статус взращивает. Ох, одни нервы с этими... С ними. – Ей необходимо приспособиться. Свыкнуться со своим положением, она ищет поддержку, – женщина отхелбнула из своей чашки. Поднеся напиток к лицу, он призадумался. Они стали общаться куда теснее. Всё чаще в свободное от занятий время проводили вместе: пили чай, жаловались друг другу на учеников и ломоту в крыльях, гуляли или просто обсуждали план работы. Некоторые подозрительно косились на них, но сказать что-то против не рашались. В разлуке он скучал, точно зная, что безумно влюблён. С ней было так хорошо. Мисселина являлась тем человеком, который всегда готов был придти на выручку ценой собственно благополучия. Они, в своё время нашли друг в друге опору, но что их связывает сейчас, спустя столько лет молчания. Хотелось бы знать, что чем-то большим, нежели дружбой. По крайней мере, он чувствовал куда больше. Порой ему хотелось бы знать, но спрашивать он боялся. – Что такое? – обеспокоенность спросила она, заглядывая в его лицо. Геральд опомнился. Наверное, он слишком долго смотрел на неё. – Так плохо, да? Мисселина подошла к нему сзади и приложила указательные и средние пальцы по обе стороны его висков. Голову пронзила приятная прохлада, будто в жаркий летний день распахнули окно и лёгкий ветерок разогнал всю духоту. Он блаженной прикрыл глаза, неразборчиво мыча что-то в знак благодарности. Мисселина не смогла сдержать умилённый смешок. Геральд напоминал в данный момент ленивого кота, просящего ласки. – Ох, Мисси... Будь моя воля, я женился бы на тебе, – простонал он. – А кто тебе сказал, что я согласилась бы? – не заметив явного намёка, беззаботно спросила она. – Передо мной трудно устоять. Мисселина надавила чуть сильнее. Всё приятные ощущения в миг испарились, принёся нечто леденящее. – Ох, я понял, понял. Пусти, прошу. Геральд, морщась, посмотрел на неё снизу вверх. Лицо светилось от внезапной улыбки, а глаза задорно подмигивали. – Спасибо, мне уже лучше. Ты просто моя спасительница, – он поцеловал тонкие женские пальчики, лежащие на его плечах. – Для тебя всё, что угодно, – улыбнулась она, погладив его по густым смоляным волосам, пока он неотрывно разглядывал столь полюбившееся лицо. *** – Геральд, фу! – Да ладно! Праздник же! – засмеялся мужчина, подхватив дымящийся кубок. Общий зал, казалось, начал дышать. Юные демоны и ангелы кружились в мелодичном вальсе, полностью утопая в этом мгновенье. Некоторые ученики сгрудились у столов с закусками и выпивкой или просто отдыхали, развалившись на диване, а кто-то совсем нетерепеливый удалялся в самые отдалённые уголки, наслаждаясь близостью возлюбленного. Очищающий дождь, атмосфера, танцы вскружили голову. Мисселина вышла на балкончик, опутанный нераспустившимися цветами. Воздух казался таким свежим и чистым, по сравнению с тем, что окутывал зал. Ангел вздохнула. Веселящиеся пары вызвали лёгкую тоску в груди. Они выглядили такими счастливыми и свободными. Юность – самое лучшее время, такое безрассудное и взбалмошное. Хочется попробовать всё и сразу, любопытство захватывает моментально. Возможно, тем она и руководствовалась, когда так неосторожно поцеловала Геральда, пока тот спал (или делал вид). Она влюбилась в демона под конец школы, сама того не понимая. Она жила со своей любовью, нежностью к нему, казалось, что всю жизнь так проведёт... Но время шло, они разошлись по разные стороны, почти перестав общаться, лишь изредко перекидывались письмами. Она полностью ушла в работу, посчитав, свою горячую влюблённость глупостью молодой головы. На что она рассчитывала? Он – демон, а она – ангел, что может их объединять? Но когда он появился в стенах школы, женщина отмела все сомнения. Она любила его и ничего не могла с этим поделать. – Устала от суеты? – послышался знакомый голос, заставивший сердце ускориться. – С-свежим воздухом подышать захотелось, – улыбнулась она, пытаясь скрыть дрож. – Понимаю, – кивнул Геральд. – Может прогуляемся? Найдём спокойное, тихое местечко. – Нас не хватятся? – Кому мы нужны... Луна, будто приколатая булавкой на небесную ткань, усыпанную звёздами-бисером, освещала своим холодным светом неспешно шедшие фигуры. Природа, засыпая, отзывалась тихим шуршанием листвы и журчанием прозрачной водной глади. Они шли рука об руку, не рашаясь заговорить первыми. – Я... – Я... Они осеклись, взглянув друг на друга. Глупо, наверное, но оба тут же рассмеялись, как дети. – Ты первая, – предложил он, остановившись. – Нет, уж. Давай ка ты, – проговорила она, вытерая слёзы. – Хорошо, но прошу не перебивай меня. Мисселина, в школе мы были дружины и, достаточно, тепло общались. А жалею, что стал так холоден после, но мне казалось, что твои знаки были довольно конкретны. Я знаю тебя много лет, не сложно было бы предугадать твои действия и слова. Ты живёшь по правилам, ломаешь себя другим во благо, законы не нарушаешь. Было бы неразумно полагать, что ты воспримешь мои слова адекватно. В смысле... – Он немного смутился, переступив с ноги на ногу. – Я хочу сказать, что мне всегда было плевать на этот чёртов закон о неприкосновенности и на то, что последовало бы за ним, но зная твою позицию, я осторожничал, сторонился, хотя не хотел. Ты привлекала меня, но я долгое время не мог понять чем именно. Но со временем я понял, что ты поразила меня добротой, милосердием и любовью ко всему, – Он мягко взял белые ручки в свои, – Ты замечательная, невообразимая. Я не знаю, сколько слов ещё можно подобрать. Я люблю тебя, Мисси. И пойму, если ты отвергнешь меня, для тебя ведь так важ... Геральд не успел договорить, потому что его губы зажал тонкий пальчик. – Тише. Великолепная речь, знаешь. Я не смогу говорить так же долго, потому что сейчас разрыдаюсь. Скажу лишь, что я не идеальна. Тоже закрылась, спряталась, нежели продолжила общение. Но скорее всего, я поступила так из-за страха и смущения. Я никогда не испытывала чего-то подобного рядом с другими. Только с тобой. Только с тобой у меня путались мысли и сердце бешено колотилось. Только с тобой было так спокойно, – она положила руку на его грудь. – Я восхищалась твоими умом и силой. Ты всегда был готов помочь. И я... По зелёной беззаботной юности влюбилась. Но ты не изменился. Совсем. И я всё так же люблю тебя, Геральд. Геральд прижал любимую к груди. Мисселина, ощущая каждую мышцу его напряжённого тела, поглаживала крепкую спину. – Сегодня звёзды горят так ярко, правда? – она уткнклась ему в шею. – Как твои глаза. Порой мне чудится, что в них может уместиться целая вселенная. – Ох, Геральд. Мы грешные дети нашего отца. – А нечего было придумывать равновесие. – Но тогда мир обратился бы в хаос. – Скажи, чего именно ты боишься? Кары свыше или общественного мнения? – Он взял женщину за плечи. – Не знаю. Просто боюсь, что с тобой может что-то случиться. Ты так дорог мне. – Дорогая, чем-то нужно жертвовать, – Он заправил выбившуюся светлую прядку, – Однажды один мудрый человек сказал: всякое препятствие любви только усиливает её. Так почему бы нам не поробовать? Мисселина коснулась его щёки. – Возможно, ты прав. А в прочем... Я готова рискнуть. Новые ощущения близости волновали. Они тонули в очах возлюбленного, пытаясь разглядеть потаённую истину. Не спеша познавали любовь, изучая каждую мелочь, нежно прикасаясь губами, пробуя на вкус. Ласкающее слово, чувственные движение, трепет тёплых губ – всё слилось воедино, разводя бушующее пламя, сжигающее изнутри, опаляющее ожившее сердце. Миг тянулся бесконечно, лениво, пока двое разделяли свою любовь под луной, где время застыло навсегда. *** Он умолял её остаться. Неужто не известно ей о беспощадности войны? Такая хрупкая и утончённая натура Она не боец. Но Мисселина не собиралась отступать. – Если умирать, то вместе. Я не отпущу тебя одного! Ему оставалось лишь привлечь даму сердца к себе, упоённо целуя, как в последний раз. Было страшно. Кровь, крики, слёзы. Он потерял счёт времени. Когда же закончится эта зверская пытка? Когда они смогут жить спокойно, вздохнуть полной грудью? Где она, где та, что стала смыслом жизни? Звонкий крик, который он узнает из тысяч. Мисселина отбивалась от крупной Субантры. Он рванулся к ней, но тут же нарвался на трёх недругов сразу. Он бился в иступлении, вглядываясь после каждого удара в небо. Силы нещадно покидали его. Боковым зрением он видел, как Мисселина вырвалась. Перехватив покрепче меч, он с силой рубанул одного демона. Избавившись от осады, Геральд опёрся на меч. Задыхаясь от ужасного запаха железа, оглушённый криками, ослеплённый бессилием, он совсем потерялся. Кто-то хватило его по плечу. Демон из последних сил обернулся, сконцентрировав оставшуюся мощь. Но не успел. Враг лёжа на земле, корчился на последнем издыхании. Мисселина так и застыла с мечом в руках. Она не позволит никому тронуть его. Обрывая крылья, умываясь слезами, прорвётся и спасёт его. – Мисси, – прошептал он. Она выронила оружие, закрывая израненными руками лицо. – Я не могла иначе. Он бы убил тебя! Нет, я не выдержу... – Тише, я знаю, знаю. Ослепительный свет пронзил всё живое и неживое. Они держались бок о бок, боясь потерять тепло родных рук. Вот и конец. *** — Встречайте ...кхм... Несущую Равновесие! Аплодидисменты посыпались со всех сторон. Вики Уокер, некогда Непризнанная, робка девушка, счастливо смеялась, оглядывая собравшихся. Шепфа был повержен, закон о неприкосновенности отмененён. Лучшие ученики школы оказались на высоте Место Сатаны занял Люцифер. Дино вступил в совет. Мими, внезапно, стала директором школы. Энди, отважный и смелый малый, возглавил Крылолётчиков. Мисселина и Геральд, как учителя, испытывали гордость за своих воспитанников. Война многое изменила: законы, порядки, людей и мир в целом. Изменились и они. Теперь демон и ангел могли не прятаться от всех. Порой прогуливаясь, они вспоминали то время, когда ещё не знали друг друга. Когда даже не подозревали о чувствах избранника. Только ты и я... Это наше время. Давай проживём его вместе в нашем неиссякаемом мире грёз.