Глава 15. Не обижай

Лео вздрогнул, ощутив у себя на плече эту неожиданную хватку и повернувшись в ту сторону, даже не попытался сдержать удивления. Рядом стоял невысокий и довольно плотный пожилой и совершенно седой мужчина в белой рубашке и серых брюках, мягко ступавший в кожаный сандалиях. Его суровое лицо с упрямо сжатыми губами было отлично знакомо Лео, не раз виденное им за секунду по побега от расплаты за шалости. - Мистер Ганучи? - произнес Кампо, едва приходя в себя от изумления. Не ожидал он увидеть тут врага своего детства. Этого вредного старикашку, что отчаянно шпынял всех неугодных, не любил детей и лишние шумихи. Сейчас его лицо было таким же строгим как и всегда, будто он и сейчас собирался отчитать малолетнего шалопая Лео за петарды в яблоках на своем балконе. - Да, я это, не ждал? - немного насмешливо ответил старик, чуть ослабляя хватку своих пальцев на плече юноши. - Нет, - честно ответил тот, не совсем понимая, чем вызвано это явление. Ответ был вскоре получен. - Ты знаешь, что, - заговорил мужчина вновь сурово - Не вздумай мне обижать Кэйт! Ей и так по жизни досталось! Матери не было, отца, почитай, тоже! Но есть и уж будь уверен, смогу постоять за нее и найти управу на такого, как ты. - Я не понимаю, о чем вы? - испуганно пискнул Лео, все больше влезая в пучину непонимания ситуации. - О том, что я все видел, - коротко пояснил мистер Ганучи - Как вы утром кататься поехали и сейчас, когда вернулись. Ты не видел какие вы были утром и какими приехали. А я видел. Вот так вот. Поэтому, я предупредил: обидишь ее и тебе не поздоровится! - Я и в мыслях не имел ничего такого, - совершенно искренне ответил Лео - Она прекрасная девушка и мне с ней очень хорошо, такая тонкая, душевная, я и не знал, что есть такие. - Есть, - авторитетно заявил Ганучи - Но их очень мало, по пальцам можно пересчитать, так вот, заруби на носу, малек, если уж встретилась тебе такая на жизненном пути, то береги ее и не давай ускользнуть. Второй такой у тебя в жизни уже не будет. - Вы правы, Кэйт просто уникальная, - улыбнулся Лео уже более уверенно, смущение стало его понемногу отпускать - Я только сейчас ее проводил и уже хочу снова ее видеть, прогуливаться с ней, держать за руку, слушать ее рассказы о том, сколько необычного есть в простых вещах… - Эй, хватит уже, - махнул на него рукой старик - Как же тебя понесло…Подробности эти себе оставь и так вижу, понравилась она тебе, крепко в душу засела. Так и должно быть в идеале. Знаю, терпеть ты меня не можешь, да мне это и все равно, характер у меня скверный все знают, да не про меня речь. Лишь бы девочке хорошо было. Обещаешь беречь ее? - Обещаю, - ответил Лео уже совсем шокировано. - Ну то-то же! - погрозил ему пальцем Ганучи и развернувшись тут же исчез в ночной темноте, словно его и не было, оставив Лео наедине со своим шоком и разными мыслями. Главная из них была о том, что завтра утром он снова увидит Кэйт и вечером они опять пойдут по поселку и та расскажет ему столько удивительного из своих фантазий. И думая только об этом, парень, насвистывая, направился к своему дому.

***

Лео был прав, думая, что Кэйт мечтает о том же, о чем и он. Ведь как только девушка закрыла за ним дверь и прошла в свою комнату, она долго не могла уснуть, до полуночи сидела на кровати и глядя в окно на темное небо в серебрянных точках звезд, вспоминала события сегодняшнего дня. «Лео», - произносила она мысленно через каждое слово и это простое в Италии, известное с давних времен и даже затертое, набившее оскомину имя звучало неповторимыми, ласкавшими слух интонациями когда применялось к одному единственному человеку, что стал неожиданно самим лучшим для Кэйт. На первый взгляд он производил впечатление беззаботного шалопая и повесы, но мало, кто видел, что глубоко в душе у него запрятаны очень сильные эмоции и яркие чувства, берущие за душу. Она думала о своем открытии и ощущала себя так, словно нашла особое сокровище, какое доступно сейчас лишь ей и никому более. Ведь только с ней одной Лео умел быть настоящим собой, интересно наблюдать за ним и еще интереснее видеть, что это все предназначено только ей. И этот поцелуй, такой особенный, рассказывающий все о начинавшемся между ними и зарождавшемся чувстве. Девушка улыбалась и стала напевать детскую немецкую песенку, что пела ей покойная мама в раннем детстве перед Рождеством: - Гори, сияй мой фонарик, С тобой я вместе иду. На небе звезды сияют, А мы сияем внизу! Фонарик мой! Фонарик мой! Мы светим вместе с тобой… Каждый раз, напевая ее, Кэйт начинала представлять

рождественских ангелов, которые летали под облаками и держа в руках фонарики, передавали на небеса пожелания земных жителей. И ей казалось, что и она сейчас, вспоминая эту песенку, обращается к своей маме, что тоже живет на небе и разговаривает через нее с ней. Сейчас девушка тоже рассказывала маме о том чудесном событии, что случилось в ее жизни. Она влюбилась. Что могло быть чудеснее. Мама судя по всему одобряла выбор дочери, ведь звезды за окном ласково мерцали в ответ на ее взгляд и с готовностью ждали возможности осветить для нее путь новой любви.

***

А утром все продолжилось самым чудесным образом. Лео и Кэйт встретились у дверей пиццерии и не стал предварительно договариваться, они подошли друг к другу и обнялись. Но не бросились в объятия с бешеной страстью, а бережно коснулись руками, прижавшись один к другому, надогло замирая, ощущая общее тепло. Потом поцеловались, точно так же, легко и нежно, продолжая немой диалог о чувствах. Наконец спохватились, что опоздают к началу рабочего дня и поспешили переодеться. Работа закипела в одну секунду и при любом удобном случае влюбленные использовали любой случай, чтобы побыть наедине. Улучали момент, чтобы поцеловаться. Конечно же это заметило и старшее поколение, отреагировав каждый в меру своего восприятия. - Винс, посмотри на это, - тайком шепнула мужу Амалия - Кажется, наш мальчик пришел в себя и встал на правильный путь. - Дай то Бог, любимая, - осторожно ответил Винс - Дай то Бог. За то Сэл, заметив такой оборот, посчитал своим долгом снова сцепиться с другом, но Дора в последний момент удержала его от столь опрометчивого шага: - Не лезь к ним, пускай будут счастливы, лучше подумай о том, что у нашей дочери скоро свадьба и что ты наденешь на нее, к твоему сведению, твой смокинг устарел морально еще лет десять назад, не станешь же ты позорить нас. Сальваторе счел этот аргумент здравым и его мысли переключились на вопрос о свадебном наряде отца невесты. Вчера Никки звонила им с матерью и заливалась счастливым сословием, рассказывая о том, что придумал ее жених и какое пышное торжество предстоит во время бракосочетания. Минут десять описывала будущее платье, фату и украшения. Лео не знал об этих звонках и не желал слышать о бывшей возлюбленной, он полностью ушел в новую любовь и ничего большего не желал, уверенный, что так теперь будет всегда. Если только свадьба не таит в себе ничего неожиданного. .