Пролог. Год пепла.

«Есть сердца, не способные на любовь — ведь они никогда не знали ничего, кроме жестокости. Не из-за боли, а из-за её отсутствия. Они точны, спокойны, почти безошибочны в своём равнодушии. И потому особенно уязвимы в момент, когда внутри возникает нечто иррациональное. Это разрушает их идеальный порядок. И тогда правила меняются…». Война не закончилась триумфом. Она закончилась тишиной. Когда Воландеморт пал, никто не пел песен. Победители не пили шампанское. Они считали могилы. Хогвартс больше не был замком. Он стал костлявым островом, памятником человеческой гордыни и боли. Когда пыль осела, а крики стихли, над Шотландией взошло солнце, которое никто не хотел видеть. Оно освещало слишком много тел. Рон Уизли стоял у края Большого зала, привалившись плечом к обломку колонны. Его рука была перебинтована грязной марлей, а взгляд замер на четырех телах в центре. Гарри. Гермиона. Его отец, Артур. Фред. Четыре мира, которые рухнули одновременно. Война не пощадила никого. Молли Уизли, которая в ярости материнского горя сумела оборвать жизнь Беллатрисы Лестрейндж, теперь сидела на скамье, ссутулившись так, будто из её хребта вынули стержень. Её лицо, казалось, состарилось на десяток лет, а красные от слез глаза выражали невообразимой величины горе и отчаяние. Она победила в той дуэли, но проиграла мужа и сына. Джордж стоял рядом с матерью, бледный как призрак, с навеки погасшей искрой в единственном уцелевшем глазу. Он был жив, но его тишина пугала сильнее, чем любой крик. Джинни не плакала вслух. Она просто смотрела на очки Гарри, которые Рон вытащил из-под обломков. Её первая любовь стала историей, которую она будет пересказывать самой себе до конца своих дней, задыхаясь от пустоты в груди. Орден Феникса выжил, но это была пиррова победа. Дамблдор стал легендой, Золотое Трио — воспоминанием. Министерство превратилось в руины, и теперь Кингсли пытался собрать остатки власти в кулак, пока Пожиратели смерти, как крысы, разбежались по щелям. Грозный Глаз выглядел еще более изувеченным, его волшебный глаз бешено вращался, сканируя выживших на предмет скрытых врагов. Малфои исчезли. Люциус, Нарцисса и Драко успели скрыться в хаосе последних минут битвы. Ходили слухи, что они прячутся во Франции или поместьях старой крови в Альпах, но их след простыл. Долохов, Эйвери, Розье — самые опасные псы Лорда — тоже растворились в тени. Крестражи были уничтожены, Воландеморт окончательно развоплотился, но те, кто годами питался его тьмой, не собирались сдаваться... Год спустя... Прошел почти год с того дня, как Хогвартс перестал быть домом и превратился в братскую могилу. Год пепла. Год невообразимой боли и безутешного отчаяния. Магическая Британия застряла в бесконечном ноябре. Победа не принесла света; она принесла лишь усталость, от которой не спасало ни одно зелье. Орден Феникса, под руководством Кингсли Бруствера, работал на износ, пытаясь вытравить остатки заразы, но тьма оказалась живучей. Она просто сменила парадные мантии на лохмотья беглецов. В Норе больше не пахло пирогами и патокой. Теперь там пахло старой медью и крепким табаком, который Рон курил на заднем крыльце, глядя в сторону пустого горизонта. Молли Уизли всё еще иногда накрывала стол на всех, а потом замирала с тарелкой в руках, осознавая, что ставить её не перед кем. Артур погиб в той последней волне заклятий, защищая учеников в подземельях. Фред... его имя в этом доме произносили только шепотом. Джордж, оставшийся в живых, казался лишь половиной человека, он больше не шутил. Он проводил дни в мастерской, создавая не вредилки, а ловушки для тех, кто лишил его брата. Джинни Уизли стала тенью самой себя. Её, казалось бы всегда блестящие глаза потухли в тот день ровно год назад. Она часами сидела в комнате Гарри, перебирая его старые вещи. Год не залечил её рану — он просто заставил её привыкнуть к боли, как к хронической болезни. Орден не был распущен. Напротив, он стал карательным отрядом. Грюм, потерявший в той битве остатки милосердия, и Кингсли, чьё лицо превратилось в суровую маску власти, руководили охотой. Их цель — Непрощённые. Долохов, Эйвери, Розье, Фенрир и еще больше четырех десятков Пожирателей — те, кто успел трансгрессировать, когда рухнули щиты Лорда. Они были повсюду и нигде. Они нападали на авроров, поджигали фермы, убивали маглорожденных и полукровок. Они исчезали в лесах, оставляя после себя лишь запах гари и смерти.