Том 1. Глава 14. Прямой Вызов

4 Марта. 2026 г. Вечер. 19:15. Среда.

Я вошёл в прихожую, и тяжёлая дубовая дверь захлопнулась с глухим, окончательным звуком. В квартире было подозрительно тихо, лишь мягко гудел очиститель воздуха «Бриз-4». Света ждала меня в гостиной. Она не включала верхний свет, довольствуясь мягким сиянием торшера. В этом полумраке она казалась ещё моложе, ещё беззащитнее и... желаннее. — Дима, нам нужно поговорить. Серьёзно, — её голос был сухим, надтреснутым. Я прошёл в комнату, намеренно не пряча левую руку. Титановый корпус «Спутника-5 Про» блеснул в свете лампы. Света проследила за моим взглядом, и её губы дрогнули. — Половина миллиона в сейфе, часы за семьдесят тысяч... Дима, куда катится твоя жизнь? — она поднялась с кресла, сжимая в руках шёлковую шаль. — Ты ввязываешься в опасные игры. Ты связываешься с государственными заказами, с деньгами, которые ломают взрослых мужчин. Ты должен быть обычным школьником, готовиться к выпускному, а не превращаться в... в подобие своего отца, который думает, что всё в этом мире можно купить! Я остановился в двух шагах от неё. План Сёмы «напролом» пульсировал в висках. Больше никаких недомолвок. Никакого «заботливого мальчика». — Моя жизнь катится ровно туда, куда я её направляю, Света, — мой голос звучал низко, вибрируя в тишине комнаты. — И катится она к тому, что ты, в конечном итоге, станешь моей девушкой. Она отшатнулась, словно я ударил её. Лицо её побледнело, а карие глаза наполнились смесью ужаса и чего-то похожего на отчаянное отрицание. — Ты с ума сошёл... — прошептала она, качая головой. — Ты бредишь, Дима! Я старше тебя на девятнадцать лет! Это пропасть, это аморально, это... это просто невозможно в нашем обществе! Что люди скажут? Что скажет твой отец? — Про возраст говоришь? — я усмехнулся, делая шаг вперёд и сокращая дистанцию до критической. — Посмотри в зеркало, Света. Ты выглядишь на двадцать два года максимум. И ты это прекрасно знаешь. У вас это семейное, гены эталонного качества, по ГОСТу. Я же помню твою маму — она в свои шестьдесят пять выглядит на тридцать пять, не больше. Ты не стареешь, Света. Ты просто прячешься за цифрами в паспорте. Я протянул руку и осторожно, но уверенно взял её за плечи. Она вздрогнула, но не оттолкнула меня, лишь замерла, глядя мне в глаза с немым вопросом. — Отец совершил самую большую ошибку в жизни, когда ушёл, — продолжал я, чувствуя, как бешено колотится её сердце под тонкой тканью платья. — Но его ошибка стала моим шансом. Я заработал эти деньги, чтобы ты ни в чём не нуждалась. Я надел эти часы, чтобы показать всем: я — мужчина, который сам строит своё будущее. И в этом будущем я вижу тебя не как мачеху. А как единственную женщину, ради которой я готов свернуть горы. Света судорожно вздохнула, её носик снова мило сморщился — жест, который теперь казался мне не детским, а признаком внутренней борьбы. — Дима, пусти... это безумие, — пробормотала она, но её руки, вместо того чтобы оттолкнуть меня, слабо коснулись моих предплечий. — Это не безумие. Это единственный логичный финал, — отрезал я. — И никакие правила ССДР не запрещают двум свободным людям быть счастливыми. Ты ведь тоже это чувствуешь, правда? Чувствуешь, что этот дом без меня станет пустым. В комнате повисла такая тишина, что было слышно, как тикают настенные часы в коридоре. Света молчала, и это молчание было красноречивее любых слов. Она больше не спорила. Она сомневалась. А сомнение — это уже половина победы для того, кто идёт напролом, как БТР-82 через густой лес.