Нравишься

Выходной. Редкость. Я мог бы валяться в кровати до обеда, но мама, конечно, решила, что это отличное время для разговоров. - Не спишь? – она аккуратно заглянула. - Нет, - я оторвался от телефона. Она прошла дальше и села на кровать. Я сразу понял - будет какой-то разговор. Мама так всегда делает, когда хочет о чём-то попросить. - Мы сегодня пойдем к Майе, - мама начала издалека. - И что? – я поднял на нее глаза. - У неё новая ученица, - мама села на край кровати. - Из России. После травмы. Совсем одна. Я отложил телефон, но смотреть на неё не стал. Уставился в потолок. - И? - Может, составишь ей компанию? - Ты мне нянчится с ней предлагаешь? – я выключил телефон и сел на кровати. - Нет, конечно, нет, - мама помотала головой. – Просто пообщаться. Как два фигуриста. Я вздохнул. Скоро сборы, потом Гран-при. Совсем не хватало ещё возиться с какой-то незнакомой девочкой. Но маме отказывать бесполезно. - Я попробую, - встал. – Но ничего не обещаю. - Спасибо, - мама чмокнула меня в щеку. – Ты у меня очень хороший. Когда мы пришли к залу, я шел позади родителей. А мог бы сейчас дома один в компьютер поиграть. Когда я зашел, мама и папа уже болтали с Майей. Я посмотрел в другую часть зала – там стояла девушка моего возраста и смотрела на меня. Потом отвернулась. Странная она какая-то. Людей, что ли, боится. Я решил подойти к ней сам, мама же попросила. Коснулся её плеча, и она вздрогнула. - Извини, не хотел пугать, - сказал я, когда она обернулась. Я решил для начала представиться. - Я Илья. Ты, наверное, знаешь. Она кивнула. Или нет? Я уже не понял. - Саша. Я не знал, о чем завести с ней разговор. - Тут классно, - я оглядел зал. - Я и сам тут занимался. Она ничего не ответила и отошла. Я заметил, как у нее подогнулась нога. Чтобы не упасть, она схватилась за стену. - Ты в порядке? - я шагнул ближе и встретился с ней взглядом. Такие грустные у нее глаза. - Да, - ответила она и неожиданно улыбнулась. Я тоже улыбнулся ей. Но донимать её не стал и отошел к родителям. В выходной мама попросила отнести пакет Майе. Я поехал без энтузиазма - ну что за привычка дёргать меня по утрам? Я уже почти дошёл до двери, когда увидел её. На секунду забыл, зачем приехал. По виду я понял – она бегала. - Саша, - я сделал шаг к ней. - Доброе утро. Надо быть вежливым, это всё-таки её дом тоже. Но она стояла на месте. Я заметил, что её левая нога была согнута. Может ей больно идти. Я решил подойти сам. - Саша, привет, - я снова протянул руку. Она опять стояла неподвижно. Я коснулся её плеча. - Саша, всё нормально? - в моем голосе появилось искреннее беспокойство. Она постаралась выпрямить левую ногу и перенести на неё вес – это далось ей через силу. - Всё нормально, - наконец ответила Саша, вынимая наушники. - Просто устала после пробежки. - А, извини, - я улыбнулся, глядя на наушники в её руках. - Не заметил, что ты музыку слушаешь. Мы молчали несколько секунд. Я совсем не знал, о чем с ней разговаривать. - Ты к Майе? - спросила Саша, обходя меня. - Она, наверное, ещё спит. Она шла, стараясь не хромать. Я подумал, что ей это важно – показать, что она может сама. Поэтому просто пошел с ней рядом к дому. - Да, мама попросила кое-что передать, - я поднял бумажный пакет в руке. Мы зашли в дом, и Саша быстро ушла в свою комнату. Я отдал Майе пакет и немного поговорил с ней. Перед тем как уйти я взглянул на лестницу, по которой поднялась Саша. - А дайте номер Саши, - выпалил я, сам удивившись. - Зачем? Я уже пожалел, что спросил. - Просто. Майя посмотрела на меня. Долго. Я уже хотел сказать «забудьте», но она достала свой телефон. Когда я вышел, сразу же добавил новый контакт и написал сообщения. «Пока, удачи сегодня в зале» «Это Илья, если что)» Я улыбнулся сам себе. Саша – загадка, видно же, что ей тяжело прямо ходить. Она хромает – это очевидно. Но она так сильно старается быть сильной. Может из нас получатся хорошие друзья. Не зря всё-таки мама притащила меня в тот зал. Чтобы наладить контакт, я начал писать ей почти каждый день, отвечала она редко. Меня это немного обижало, но я думал, что ей просто надо время привыкнуть ко мне. Даже приходил к залу пару раз. Выдумывал глупые отмазки для мамы, куда иду. А просто хотел увидеть её, как она старается, как превозмогает свою слабость. Потом у меня были сборы в другом городе. Когда я утром приехал на тренировку на льду, увидел рассвет. Наверное Саша сейчас бегает. Я и сам не заметил, как часто в голове стали появляться мысли, что она сейчас делает. Я посмотрел на небо и сфотографировал. Написал ей и прикрепил кадр рассвета. «Я сегодня поехал на сборы команды. Обычные, на две недели. Не теряй)» «Подумал, тебе бы понравилось тут» Она не ответила, я убрал телефон и пошел на тренировку. Во время неё я остановился и подъехал к бортику проверить – не ответила ли. Папа ругался, что я отвлекаюсь. А я и сам не знал, зачем прервал тренировку. Посмотрел бы после. Но в телефоне было новое сообщение. «Мне и тут нравится» И рассвет, сфотографированный рядом с их домом. Я смотрел на её фото. Лучше бы селфи прислала Странно. Я отогнал мысль, но она так просто не ушла. Я написал ответ. «Я рад, что тебе нравится» Извинился перед папой и продолжил заниматься. На следующий день вечером увидел, что она сама написала мне, спросила про сборы. Улыбка тут же возникла на моем лице. Сама написала, значит тоже дружить хочет. Мы переписывались еще, пока она не пошла спать. Утром первое, что я увидел, было сообщение от Саши. «Доброе утро» День обещает быть прекрасным. Мы начали переписываться каждый день. Она сама интересовалась мной. «Как тренировки?» «Отлично. Папа говорит, катаюсь точно лучше, чем корова на льду» И её смех в ответ. Я также продолжил встречать их с Майей после тренировок, когда вернулся. Когда я вечером снова собрался встретить Сашу после тренировки, мама остановила меня. - Ты куда это? – она вышла ко мне в прихожую. - К Саше, - я застегнул кофту. - К Саше, значит, - она странно улыбнулась. – Ну иди, только не допоздна. Спустя несколько прогулок Майя стала уходить по своим делам, и мы шли до её дома вдвоём. Просто шли и молчали. После моих тренировок её молчание рядом было тем, что мне нужно. Она перестала стараться идти ровно. Мне хотелось думать, что она чувствует себя рядом со мной комфортно. Я заметил, что жду дни, когда смогу встретить её после зала. Она не рассказывала о себе много, а мне и не нужно было. Я был рад просто ходить рядом с ней, просто переписываться, просыпаться и видеть «Доброе утро» на телефоне. С ней рядом было спокойно на душе. А сердце странно ускорялось, когда я думал о ней. В один из дней Майя пригласила меня на Сашино выступление. Сначала я расстроился, что Саша сама не пригласила меня. Но когда, сидя в зале, я увидел, как она танцует, забыл обо всех обидах. Это было что-то невероятное, она двигалась так плавно, так в музыку. В ней сразу видно фигуристку. После выступления я пробрался за кулисы. Увидел её, и сам не понял, как оказался рядом. Обнял. Просто обнял, не думая. - Я никогда такой красоты не видел, - выпалил я. В голове не было других слов. Только это. Я подумал, что напугал её. Но она обняла меня в ответ. И снова в душе спокойно, а сердце колотится. Она отошла к стене и прислонилась спиной. - Тебе нельзя здесь находиться, - сказала она, и в голосе появились игривые нотки. - Это только для участников. Я решил поддержать её хорошее настроение. - Илье Малинину все дороги открыты, - я подмигнул ей. - Конечно, - хихикнула она. Такая милая, когда улыбается. Мысль пронеслась в голове, но подумать о ней я не успел, её позвали. Она оттолкнулась от стены и надела на меня свою шляпу, в которой выступала. - Увидимся позже, Americano, - подмигнула она и ушла, прихрамывая, к своей команде. Казалось, что у меня сердце сейчас остановится. Мы что, только что флиртовали или это просто я себе надумал. Я смотрел, как она уходит, прихрамывая, и не мог пошевелиться. Шляпа съехала на глаза, я даже не поправил. Когда их объявили победителями, я улыбнулся. Я и не сомневался. Проводив их с Майей домой после соревнований, я вернулся к себе. Поставил шляпу на стол и долго смотрел на неё. Сердце снова ускорилось. Что же со мной происходит? Может к врачу сходить Дальше наше общение продолжалось как обычно. Она не менялась. А вот я - да. Я стал слишком часто о ней думать. Когда катался - хочу увидеть, как катается она. Когда встречал после зала - хочу дольше с ней погулять. Когда переписывались - хочу, чтобы она не шла спать, и мы общались дальше. Но в один день утром не пришло «Доброе утро». Я написал - тишина. Вечером - тишина. Сначала я не придал значения. Потом начал злиться. Потом испугался. Завтра встретимся и поговорим. На следующий день я снова написал ей сообщения – никакого ответа. Когда пришел к залу и увидел её, стало радостно. Но она, даже не посмотрев на меня, ушла. Я подошел к Майе. - Что-то случилось? – мне стало так грустно. Может я сделал что-то не так. Майя положила мне руку на плечо. - Я поговорю с ней, - сказала она и тоже ушла. Я остался один. День, который я так ждал, превратился в кошмар. Я написал ей через несколько минут – ответа снова не было. С одной стороны, мне было грустно, а с другой - меня это всё раздражало. Сейчас не до этого. Завтра я улетаю на этапы Гран-при. Нужно подумать об этом в первую очередь. Вернувшись домой, я обнаружил маму в гостиной. Заметив меня, она посмотрела на часы. - Ты сегодня что-то рано? Уже нагулялись? – спросила она, делая телевизор тише. Я сел рядом с ней. Наверное, я выглядел очень грустным. - У вас что-то случилось? – мама села ближе. - Она меня избегает, - я вздохнул. – Перестала писать, а сегодня вообще ушла от меня, не поздоровавшись. Мама тоже заметно погрустнела. - Может у неё сейчас сложный период, - она положила мне руку на колено. – Дай ей время, она сама обязательно напишет. - Ты так думаешь? – я посмотрел на неё. - Конечно, - она широко улыбнулась. – У нас с папой тоже такое было. Она встала и собралась выйти из комнаты. - Вы с папой это другое совсем, - я не понял, причем здесь их отношения. Мама улыбнулась. - Конечно, - сказала она, почти выйдя из комнаты. – Конечно, другое. Я остался сидеть на диване один. На следующий день я не стал ничего писать. Начал думать только о соревнованиях. Сейчас надо выигрывать. После тренировок папа отмечал, что я не собран, пытался узнать, в чем дело. Я отнекивался, отвечая, что всё нормально. Но нормально не было. После двух программ я был всего лишь на третьем. Не мог перестать думать о Саше, это отвлекало. Я злился на себя, на неё, на то, что не могу сосредоточиться. Вечером сидел в номере и смотрел на телефон. Хотел написать, спросить, что случилось. И тут телефон загорелся. Сообщение от Саши. «Нам надо перестать общаться» Я прочитал, посмотрел на имя отправителя, прочитал еще раз. Бред какой-то, это что шутки. Внутри я начинал злиться, но ответил. «Что это значит?» «Давай поговорим» Всё же было хорошо, что ей могло не понравиться. Почему сразу закончить? Она даже ничего не объяснила. Снова пишу ей. «Что у тебя случилось? Почему ты меня избегаешь?» Тишина. Злость нарастала. На неё, на себя, на этот дурацкий Гран-при. Я быстро напечатал. «Знаешь что, мне уже всё это надоело. У меня тут Гран-при. Мне сейчас нет никакого дела до твоих перепадов настроения. То дружим, то не дружим» Отправил. И замер. Я смотрел на него, не различая букв. Потом перечитал своё сообщение. Раз. Другой. Третий. - Чёрт, - сказал я вслух. Я хотел нажать «отменить», но было поздно. А зачем? Буду я перед ней еще извиняться и оправдываться. Она сама захотел закончить. Саша не отвечала. Я злился. Прошло несколько минут. Злость ушла, осталась только пустота. Нет, всё-таки надо поговорить. Я набирал её номер – не отвечала. Обиделась наверное. Попробую еще раз. Позвонил снова – механический голос в ответ «абонент не отвечает, попробуйте позвонить позже» В голову начали лезть страшные мысли. Я вспомнил, что мама говорила когда-то, что она ни с кем не общаться. Она же там одна. Совсем одна. А я написал ей такое. Я же видел её состояние, может ли она что-то сделать с собой. Еще один раз набрал номер. Возьми, пожалуйста. Пожалуйста. Гудки казались такими долгими. Потом замолчали – на том конце её дыхание. - Саша, ты где? Ты чего не берешь? Прости, что написал, я просто на нервах после Гран-при. Прости, что разозлился. Я совсем не это имел ввиду. Я тараторил слова извинений. А в душе просто радовался, что она подняла телефон. Саша всхлипнула. Мгновенное осознание - она плакала. Я хочу, чтобы ты никогда не плакала. Боже, прости, что ты плачешь из-за меня. Ты мне так… важна? дорога? Мысль пришла и тут же испугала меня. Нет. Не то. Я просто переживаю. За друга. Но просто друг бы не стал звонить три раза. Просто друг бы не боялся, что она умрёт. Я закрыл глаза. Нравишься. Эти пугающие меня слова так и остались несказанными. Остались только в моей голове.