Глава 4

Я открыла глаза. Комната была размыта. Один. Я подняла взгляд к потолку и уставилась на него. Два. Надо придти в себя и сфокусироваться. Три. Повернула голову влево, увидела кресла, журнальный столик, торшер, который уже не горел. Четыре. Время на часах 12.37, уже обед. Как же долго я спала. Пять. Я приподнялась на локтях и резкая боль прошибла голову. Боже. Я моментально перекатилась на бок, схватилась двумя руками за голову и подтянула колени к груди. Сколько прошло времени, я не знаю, но мне опреденно стало чуточку легче. Я села на кровати, свесив ноги на пол. На тумбочке у кровати лежал какой-то блистер и стакан с водой. Рома. Взяв упаковку с таблеткой, я покрутила ее в руках. Это аспирин. Я выдавила из блистера белую таблетку и бросила ее в стакан с водой - она зашипела, растворяясь. Я подняла голову, мой взгляд зацепился за стол, на котором лежал дневник. Мой дневник. События вчерашнего дня обрушились на меня огромной волной осознания. Я вспомнила лицо Ромы, когда он читал мой стих. Вспомнила свои слезы и истерику, после которой полностью вымоталась и уснула. Я закрыла лицо руками настолько резко, что раздался хлопок. Щеки горели. В груди стучало сердце. Как же стыдно. Роме пришлось терпеть мою истерику, успокаивать меня. Я втянула его во все это. Он же снова не выспался, боже мой. Рома! Я убрала руки от лица и повернула голову к креслу. Пусто. Я осмотрела тумбочку у кровати: думала, что найду записку, хотела ее найти. Пусто. Внутри медленно расползалась огромная дыра. Он ушел, конечно, у него учеба, проекты, дедлайны, а тут я и моя истерика. — Конечно, он ушел, а ты чего хотела? Дура, - я в сердцах стукнула ладонями по коленям и всхлипнула, еле сдерживая слезы. Голова отозвалась новым приступом боли, из-за чего я без разбору протянула руку к тумбочке и схватила стакан с водой, полностью осушая его. — Он оставил мне обезбол. Ладно, - я громко выдохнула, полностью поднимаясь с кровати. — Он просто ушел на пары, не драматизируй. У него своя жизнь, учеба и друзья. Нормальная жизнь. Он и так сделал достаточно: перенес тебя на кровать, укрыл одеялом, вспомнил про твою любимую игрушку, даже оставил таблетку на утро. Что тебе еще нужно? Я ходила по комнате взад-вперед и обсуждала все вслух сама с собой. Наверно, меня задело, что Рома ушел, но одновременно с этим, я радовалась, что не нужно ни перед кем объясняться с самого утра. Я разозлилась и вышла из комнаты, направляясь в ванную. Остановилась у зеркала - вид был жутковатый: красные глаза, спутанные волосы, темные круги и пятна от слез на щеках. Просто прекрасно. Включив кран и зачерпнув ледяной воды в ладошки, я умылась, понемногу приходя в себя. Промокнув лицо полотенцем, я направилась на кухню, потирая глаза. Первое, что привлекло мое внимание, был запах: пахло чем-то вкусным и жареным. Я отняла руки от лица и осмотрелась. На столе стояла тарелка с едой, накрытая крышкой, рядом - тарелка с двумя бутербродами с сыром и банан. Я обожаю бананы. Подойдя ближе, я заметила, что на крышке лежал сложенный вдвое небольшой лист бумаги. Я аккуратно подняла его, будто боясь спугнуть свою решимость, и открыла. Меня встретил неряшливый, мелкий почерк Ромы. Было видно, что он писал это очень быстро, второпях. "Василиса, доброе утро. Прости, мне пришлось уйти. Я не стал тебя будить, хотел, чтобы ты выспалась. Я на парах до вечера, зайду к тебе после, чтобы проверить, как ты. Позавтракай обязательно, тебе нужны силы. Под крышкой омлет с сыром, он не пересолен, я проверил. Банан нашел на полке в холодильнике, он там был. Пиши мне, я всегда на связи." Я прочитала записку один раз, второй третий. Улыбнулась и подняла глаза к потолку, сомкнув губы в одну узкую линию. — Спасибо. - Я улыбнулась, но очень слабо, – За завтрак, за вчерашнее и за то, что просидел со мной всю ночь. Я выглядела глупо, когда говорила это в пустоту кухни, но все же, мне было легче, зная, что он не ушел посреди ночи, оставив меня одну, как только я уснула. Я воткнула вилку в омлет, потянулась к бутерброду с сыром и вгрызлась в него, будто не ела целую вечность. Как же я была голодна. — Что это? Так повлияло на меня то, что я рассказала все Роме, или то, что я проревела весь вечер? Не важно, главное, - я отломила кусочек омлета и попробовала его, — главное, что это самый вкусный омлет в моей жизни. Черт, обожаю омлет с сыром. Мой любимый. Я дожевывала свой завтрак со счастливой улыбкой на губах. Взяв банан, я засунула его в карман шорт. Осмотрев стол, поняла, что нужно делать мое "любимое дело" - мыть посуду. Я подхватила тарелки, развернулась к раковине и начила споласкивать их под струей воды. Закончив, я все убрала в сушилку и направилась в свою комнату, очищая банан по пути. Я зашла в свою комнату, бросила банановую шкурку в мусорку и села за стол. Дневник лежал на том же месте. Я смотрела на него некоторое время, а потом взяла ручку и подтянула его к себе. Не знаю сколько я так просидела, сжимая ее в руках. Дневник был открыт на чистой странице с надписью "День 2" сверху, и я смотрела на нее, не зная с чего начать. Я ощущала пустоту и легкость, как будто этот стих должен был пойти намного легче, чем первый. Я не боялась, не дрожала и не прокручивала в голове сотни раз слова стихотворения, страшась написать иэ на бумаге. Я крепче сжала ручку и просто начала писать. Слова появлялись сами собой, будто по волшебству. Пустота внутри меня наполнялась чем-то теплым и легким, позволяя окунуться в этот процесс с головой. Строчки ложились одна за другой. Я не исправляла, не перечитывала, не задумывалась - просто писала то, что приходит в голову. Хочу себя калечить, чтобы болью вылечить, Хочу колоться, резать, бить, чтоб не старадать и не любить, Хочу жить легче, проще, чтобы стать не меньше и не больше, Хочу стать целым, а не частью, чтобы остаться с полным счастьем. Хочу забыть, что я живая, чтобы не чувствовать, сгорая, Те чувства, что вполтную к сердцу подошли, Хочу не просыпаться, раствориться, в себе навечно поселиться, Чтобы не мучатся от боли, утопая. В себе до капли растворюсь, Не зная бед, не зная грусть, Сегодня будет классный день Не станет просто вашей.. Лень Меня пронзает каждый день И я сдаюсь, иду, не вышло, Исчезну утром. Не проститься Стих был на бумаге. Я откинулась на спинку и перечитала написанное, медленно, вдумчиво, позволяя каждому слову застрять в самом сердце. Я улыбнулась, нет, не по тому, что стих получился хорошим, он получился - живым. На душе было легко. Я закрыла дневник и уставилась в окно, солнышко прорывалось ко мне в комнату и падало на часть стола, освещая все вокруг. Мой день только начинался.