Пункт сорок два

Джонни напрягся еще сильнее. Ладонь, накрывавшая твой рот, надавила чуть ощутимее, безмолвно приказывая молчать. В лунном свете профиль сержанта казался высеченным из гранита — челюсть плотно сжата, взгляд стал острым и прикован к дверной ручке, замершей в паре сантиметров от того, чтобы повернуться.