Глава 9

Встав на следующее утро, Саша с удивлением обнаружил, что Лариса Сергеевна дома. Одевшись, он вышел из комнаты и направился на кухню. - Доброе утро! - Доброе. - Зачем ты вчера так жестоко обошлась с Миахой? Она правда занималась со мной и ничем не заслужила такого обращения! - Она плохо на тебя влияет, - твёрдо отрезала бабушка. - С чего ты взяла?! - Подумай сам: с тех пор, как она появилась, ты стал заниматься всякими глупостями, и я говорю не только о вашей секте: ты вдруг уходишь один и возвращаешься поздно вечером, внезапно начинаешь голодать, вставать ни свет ни заря, а потом и вовсе вместо уроков читаешь абсолютно ненужную литературу! Тебе нельзя так себя мучить, ты вроде бы взрослый, должен понимать, в каком ты положении. Тебе ни в коем случае нельзя переутомляться или надолго оставаться одному, потому что из-за гниения у тебя давно уже началось воспаление и тебе в любой момент может стать плохо. Как ты этого не понимаешь?! А ведь ты не понимаешь! Ведёшь себя безрассудно, вообще ни о чём не думаешь! Если тебе себя не жалко, то хотя бы нас пожалей! Эгоист! - Да понял я, понял… - вздохнул юноша, понимая, что бабушку не переубедить. Однако она и не собиралась останавливаться: - А православие – это отдельная тема. Неужели ты так и не понял, что всё, чему учат эти фанатики бред?! - Нет, я убедился в обратном. - Что ж, раз так, я не буду больше поднимать эту тему. Однако я запрещаю тебе приближаться к храму и иметь какое угодно дело с церковью. Ясно? И ещё. Я уже давно хотела с тобой об этом поговорить: когда ты собираешься дать разрешение на ампутацию ноги? - Я не буду этого делать. - Не будь ребёнком: ты же понимаешь, что это необходимо! - Пока нет. - И сколько ещё будет длиться твоё «пока»? Это тебя твоя проклятая грузинка надоумила? Саша, неужели тебе нравиться терпеть боль, неудобства и лишения только из-за слов какой-то девчонки? - Миаха тут не причём, и не называй её так! Я сам не хочу! - Но почему?! - Ты правда думаешь, что лишиться ноги – это большое удовольствие?! Юноша было хотел сказать бабушке и о своих истинных причинах: о том, что это его наказание и вечное напоминание не поступать так, как он поступал, и о том, что он где-то в глубине души лелеет надежду когда-нибудь снова встать на ноги… Но вовремя спохватился – она не поймёт. Лариса Сергеевна внезапно изменилась в лице и куда мягче сказала: - Саша, я понимаю, что тебе страшно соглашаться на подобную операцию, но при этом ты перестанешь мучиться и сможешь наконец расслабиться, ведь гниение сильно тебя беспокоит, правда? Не слушай никого и просто подумай ещё раз – чем раньше ты согласишься, тем быстрее всё закончиться! Последствия от гниения и правда беспокоили нашего героя, и не только болью в ноге: из-за гниения началось внутреннее воспаление, благодаря которому у него ни с того ни с сего могла заболеть голова или подняться температура. Это, естественно, было крайне неприятно, однако Саша всеми силами старался не показывать слабости, особенно при Миахе. Ему не хотелось обременять подругу заботой о себе, более того, у него появилась какая-то странная гордость, которая призывала его выглядеть перед подругой сильным и независимым. Результат воспаления не давал нашему герою нормально жить едва не меньше, а порой даже больше больной ноги. - Я всё равно останусь при своём мнении, - после долгой паузы отозвался юноша. - Ну что ж, если ты не понимаешь всей ответственности своего решения, то его приму я, - Лариса Сергеевна снова взяла строгий тон. - Завтра мы идём в больницу, и я буду настаивать на ампутации. Помни, тебе всё ещё 17, и я всё ещё главная над тобой. - Значит, ты спешишь оттяпать мне ногу, пока мне нет 18?! Ну спасибо! Саша встал и ушёл. Он совсем не этого хотел, его целью было смягчить вчерашний приговор, однако бабушка оказалась слишком радикально настроена и переубедить её не вышло. Чуть позже, когда уроки в школе закончились, он позвонил Миахе и, извинившись за бабушку, объяснил всю серьёзность нависшей проблемы, на что девушка ответила, что главное для него сейчас это не допустить выполнения бабушкиного плана. Однако на следующий день Саше улыбнулась удача: врач, к которому пришли наши герои, оказался весьма добрым и понимающим, и, сказав, что гниение стало распространяться вниз по ноге, поэтому ампутацию можно отложить. Юноша был счастлив, и, естественно, сразу по приходу домой позвонил Миахе, забыв, правда, что у той урок. Однако девушка смогла отпроситься и долго разговаривала с ним, искренне радуясь за него. Почти в тот же день ребята решили возобновить занятия, условившись, что Миаха будет приходить, когда Ларисы Сергеевны с мужем будут на работе. Прошло ещё какое-то время, и однажды, когда брюнетка была погружена в очередную книгу, а Саша – решением задач, он внезапно сказал: - Миах… У меня есть просьба. Она подняла глаза. - Я хочу причаститься. Девушка удивлённо закрыла книгу. - Ты это чего вдруг? - Ну… Мне ещё отец Алексий говорил, что это важно, ты тоже много раз делала на этом акцент, да и самому как-то… а то опять выходит, что я лишь слушаю, но ничего не делаю. Да и знаешь… На самом деле меня уже давно мучает совесть, особенно за крестик, Рому и его подругу… Ведь перед причастием исповедоваться нужно, верно? - Что ж, я очень рада, что в тебе не дремлют подобные чувства, но к причастию нужно готовиться, а с этим могут возникнуть проблемы… Я тоже уже давно не причащалась, поэтому будем вместе готовиться. - Хорошо, только скажи, что делать! - Естественно. Ну, во-первых, пост. Так как это твой первый раз и учитывая некоторые обстоятельства, думаю, справедливо будет сделать тебе скидку, так сказать, пройдёшь по льготе, поэтому одного дня будет достаточно. Но ограничить себя всё равно придётся: без молока и без мяса. - И это наша первая проблема, - покачал головой юноша. – Как мне это бабушке объяснить? Она же для меня готовит! Только не подумай, что я ищу причины, чтобы облегчить себе пост… - Да, я понимаю – это реальная проблема… Предлагаю сделать так: в назначенный день сделаешь вид, что спишь и дождёшься, когда они уйдут, а потом позавтракаешь, чем можно. На обед отваришь себе какие-нибудь макароны – уж с этим, думаю, справишься! А вот с ужином… Дай мне немного времени, попробую придумать что-нибудь. Так, во-вторых, нужно прочитать последование, и эта проблема не решиться так же легко, как первая. По вечерам я приходить не могу, а читать, по сути, нужно после вечерней службы. Хотя, в принципе, могу оставить тебе молитвослов, и ты сам всё прочитаешь. И последнее: нужно выбрать, в какой день будем причащаться и придумать, как вытащить тебя из дома так, чтобы наш поход не обернулся очередным скандалом. - А… Можно ещё вопрос? - Да, конечно. - А как мы туда доберёмся? Нет, я, скорее всего, смогу дойти, но… это будет долго. Очень. А теперь представь, во сколько придётся встать! Нет, если ты не против, я тоже не развалюсь – может, даже сможем тайно уйти, а вот потом… - По этому поводу не переживай: нас довезут. Там смотря когда, а так я поеду либо с папой и Серёжей, либо только с Серёжей. Мы за тобой заедем, поэтому не волнуйся об этом. Кстати, я снова чуть не забыла – я кое-что тебе принесла. Сказав это, Миаха стала копаться в рюкзаке и минуту спустя вытащила оттуда целлофановый пакет с чем-то внутри. - Что это? - Вот, сам посмотри. Саша удивлённо взял подарок и, заглянув в пакет, увидел красивый золотой крест и образок какого-то война. Он вопросительно поднял глаза на подругу. - Помнишь, ты говорил, что жалеешь о том, что выкинул свой крестик? Так вот, в храм без него нельзя, поэтому я, предполагая, что однажды ты захочешь в него вернуться, решила сделать тебе небольшой подарок. Это крестик моей покойной бабушки, которая воспитывала меня после маминой смерти. Она была мне очень дорога, и любая её вещь для меня бесценна. Надеюсь, эти факты всплывут у тебя в голове, если ты снова решишь выкинуть его. - Это… Так мило! Обещаю, я буду беречь его и никогда не выброшу! - Никогда не говори никогда! – улыбнулась девушка. - А кто это на иконке? - Это святой, в честь которого тебя крестили – Александр Невский. Помнишь, я тебе как-то рассказывала о нём? - Да… Помню немного… А… Откуда ты знаешь, в честь кого меня крестили? Предположила, потому что он самый известный святой с этим именем? - На самом деле нет. Просто… У меня есть некоторые источники. Однако пока что раскрывать их я не намерена. Уж прости! - Спасибо тебе огромное! Правда. Это очень мило… Мне очень неудобно! - Я рада, тебе понравилось! И кстати, я тут подумала, что причаститься можно прямо в эти выходные – зачем долго тянуть?! - Давай, я не против! Однако… У нас всё ещё остались некоторые недоработки… Хотя ладно, придумаем как-нибудь! ***** Итак, ребята решили причащаться в ближайшее Воскресенье, однако некоторые вопросы относительно приготовления к таинству всё ещё оставались нерешёнными. Но в этот раз им улыбнулась удача: мясо внезапно кончилось, из-за чего наш герой смог нормально выдержать пост, а тут ещё и домочадцы после работы поехали к друзьям с ночёвкой, пообещав вернуться только к вечеру следующего дня. Хотя они и хотели взять внука с собой, Саша всё же смог отказаться и, таким образом, остался дома один на полутора суток. Тут ребята дружно решили, что это не просто совпадение, а самое настоящее Божье проведение. Юноше не особо нравилось есть сухие крупы, однако большого дискомфорта это не приносило: в конце концов, диета многому его научила. Куда больше его беспокоило, что в храме ему может стать плохо или же может подняться температура. Но сделать с этим он ничего не мог, а потому ему оставалось верить в лучшее. В 8 часов вечера пришла Миаха и стала читать правило, во время которого шатен сидел рядом и старался сосредоточиться. Главный вопрос, который отвлекал его - стоит ли рассказать подруге о приступах на всякий случай или лучше пусть живёт в неведении? В итоге он решил промолчать. Девушка ушла почти в полдесятого - за ней приехал брат. Сразу же после её ухода Саша лёг спать, но сегодня, как на зло, долго не мог заснуть и вообще спал очень беспокойно. Будильник прозвенел ещё до рассвета: наш герой быстро встал и стал собираться - у него было всего 40 минут. С самого пробуждения юноша почувствовал сильный голод, что было очень странно: он давно уже нее просыпался в таком состоянии. Более того, сегодня сильнее обычного болела нога, что также было необычно. Однако у него не было времени на раздумья - уже подходило время встречи, и он, закрыв квартиру, спустился на 1 этаж и вышел на улицу. У подъезда стояла та самая серебристая вольва, благодаря которой наш герой узнал об аварии, а рядом с ней стояли Миаха и какой-то темноволосый юноша лет 20. - Привет! Знакомься, это мой брат, Серёжа. - Приятно познакомиться, Саша, - сказал шатен, протягивая новому знакомому руку. Парень пожал её, пристально рассматривая нашего героя серьёзным взглядом. - Эмм... Что-то не так? - смущённо спросил Саша, окидывая себя взглядом. - Да нет, - лицо Серёжи резко изменилось. Он расплылся в улыбке. - Просто я представлял тебя немного по-другому... Ну, не знаю, красивее, что ли... Просто в последнее время у сестрицы на языке один ты, вот я и стал фантазировать, кто же мог так впечатлить её... Юноша, возможно, хотел много чего ещё сказать, но Миаха грубо пнула его, заставив замолчать. - Не слушай его,- сердито сказала она. - Он у нас тот ещё болтун, сам не понимает, что несёт. Не воспринимай его слова всерьёз. Это у него юмор такой. Давайте лучше садиться в машину - у меня нет большого желания опаздывать на службу! ***** Вскоре они припарковались у церкви, и вот они снова: знакомая лестница, деревянные двери и неподдельное спокойствие. В храме было много людей, богослужение только-только началось, и Саша, сев на скамейку у лестницы, с удовольствием снова окунулся в эту чудную атмосферу. Через некоторое время из алтаря вышел священник и началась исповедь, которая, судя по количеству людей, обещала быть долгой. Спустя буквально пару секунд наш герой узнал в батюшке отца Алексия, и ему стало одновременно и приятно, и страшно: с одной стороны, он скучал по умному и доброму священнику, но с другой... Как он теперь посмотрит ему в глаза?! В это время Миаха, стоявшая неподалёку, подошла к нашему герою и шепнув: "Посиди пока, я скоро вернусь!" - ушла. После исповеди девушка ещё ненадолго задержалась рядом со священником, желая поговорить с ним. - Отец Алексий, я Сашу привела! - Молодей какая! Долго уговаривала? - Вовсе нет! Наоборот, он сам попросился. Более того, вы и сами сегодня сможете с ним побеседовать – Саша попросил помочь ему причаститься, поэтому он сегодня здесь не просто так. - Да ты что?! Господи, неисповедимы пути твои! Я даже предположить не мог таково положения дел! - Я приведу его позже, когда толпа немного разойдётся. - Буду с нетерпением ждать! Перекрестившись и поцеловав руку священнику, Миаха вернулась к другу. А тот был в сильном смятении: страх и чувство вины перед отцом Алексеем терзали его и заставили бояться встречи со священником, а когда подошла девушка, страх многократно усилился. Теперь юноша очень боялся поймать на себе её взгляд и услышать её голос, так как он мог обозначать, что пришла его очередь… Однако тут в голову пришли другие мысли: ведь исповедь – это Просьба Бога простить его грехи, и тут стало ещё страшнее: а что, если Он покарает его, и он умрёт на месте или что-то в этом роде… Ведь Он всё знает, от Него ничего не скроешь… Но тут страх сменился гневом – праведным гневом на самого себя. «Ты думаешь, что говоришь?! Тебе сколько лет?! Если Богу будет угодно, ты сгоришь на месте, но… Он добрый, Он даст тебе шанс исповедаться и исправиться, так что нужно убрать такие мысли куда подальше и задуматься совсем о другом!» Эти размышления приободрили юношу, он снова мысленно повторил, что пришёл сюда просить прощения у Всевышнего за всё, что натворил. Шло время. Миаха снова подошла к исповедующимся и тихо проговорила: - Можно вас попросить об одолжении: я пришла с мальчиком, он инвалид и ему тяжело долго стоять, к тому же он первый раз… Можете пропустить нас? Прихожане дружно кивнули и расступились, и девушка, поблагодарив их, вернулась к нашему герою. - Ну что, готов? – спросила она. Юноша кивнул, поднялся и внезапно стиснул зубы, чтобы не застонать: нога вдруг ужасно заболела, неудержимо хотелось вернуться на скамейку. - Ты в порядке? – испуганно спросила Миаха, увидев, как шатен побледнел и скорчился от боли. - Да, всё хорошо, - надрывисто ответил Саша, отходя от лавки и направляясь к алтарю. При каждом шаге боль в ноге отзывалась во всём теле, он едва сдерживался от крика, но поворачивать назад не собирался. Когда же он наконец подошёл к отцу Алексию, его смелость резко куда-то испарилась, и он молча простоял с полминуты. - В чём хочешь покаяться? – раздался голос священника. Юноша почти весь вчерашний день думал о том, что будет говорить сейчас, построил даже некоторый логический план, что и за чем нужно говорить, однако сейчас, резко забыв об этом, рассказал обо всём, что наболело. Он не помнил, что он говорил и сколько времени это заняло – для него прошло не больше минуты. Выдохнув, Саша поднял глаза на отца Алексия и тихо проговорил: - Батюшка, и вы меня простите… - Бог простит! – улыбнулся священник, накидывая ему на голову епитрохилью. Взяв благословение, наш герой вернулся на прежнее место и сел. Нога всё ещё жутко болела, но юноша не обращал на неё внимание: он почувствовал облегчение, как будто камень упал с души и позволил ему, наконец, спокойно себя чувствовать. - Ну что? – услышал шатен сверху голос Миахи. – Ты как? - Даже не знаю… Чудесно, превосходно, замечательно… Как будто освободился от чего-то… - Ясно,- девушка улыбнулась. – Как нога? - Болит, но это не важно. - Хорошо. Остаток службы пролетел совсем незаметно, и вскоре пришло время причастия. Таинство прошло для нашего героя секундным или даже мгновенным наслаждением, но после него ему показалось, что на душе потеплело. Ребята вышли из храма в начале двенадцатого. Все трое, причастившиеся в этот день, показались бы обычному человеку не совсем нормальными: они все святились. Во время поездки назад Саша вдруг увидел за окном небольшую группу людей, которые чем-то напомнили ему его старую компанию. Но теперь он ясно увидел разницу между их счастьем, которое заключалось в деньгах, женском теле и пьянстве, и своём новом счастье, которое нельзя объяснить словами, а можно лишь почувствовать.