Часть 3

Вас когда-нибудь похищали? Один раз Фусими читал книгу, в которой главным героем был один очень незадачливый убийца. Так уж вышло, что ему всегда не везло, но при этом он был невероятно удачливым, ведь его огромная неудача всегда складывалась в победу в конце. В общем, в детстве его похитили, перепутав с другим мальчиком, только вот он не был из богатой семьи, и взяли его по ошибке. Фусими считал эту предысторию забавной, но нереалистичной, потому что кто в здравом уме будет похищать людей посреди улицы? Однако ему было пятнадцать, и оттого Фусими, в силу своего юного возраста, был слегка наивен. Он не слишком вслушивался в новости, в которых рассказывалось о том, что чародеи порой были слишком опасны. Это было нормально… но так уж вышло, что, когда он возвращался домой из школы, и проезжавшая мимо машина вдруг затормозила, а люди оттуда накинули ему на голову мешок и затолкали внутрь, Фусими… Фусими подумал, что это было как минимум неразумно, а еще он заметил, что это было нелепо, потому что его не было смысла похищать. Семья у него была не слишком-то богатой, и, хотя у родителей была работа где-то при правительстве, они были настолько мелкими сошками там, что сгодился бы кто угодно — но не он. В итоге он начал ощущать невероятное родство с персонажем той книги. Фусими надеялся, что это не было злым предзнаменованием, и после он не станет наемным убийцей. Отвезли его в какое-то заброшенное грязное место, где посадили на стул, связали руки, а потом стянули мешок с головы. Фусими чувствовал себя неожиданно спокойно, чему и сам удивился. Пока рядом с ним ковырялся один из похитителей, двое других стояли поодаль. Выглядели они как те чародеи, которых показывали в фильме в качестве антагонистов — короче, как помпезные дерьмовые косплееры. Их разговор Фусими даже слышал: — Это точно он? — Да. Фотка совпадает. Это же кто-то не просто искал его, но еще и сфотографировал!.. Фусими озадачился, потому что ситуация становилась абсурдной (может, он был просто в шоке?), а потом уставился на парня, что стоял рядом с ним. — А зачем вы меня украли? Он ожидал услышать что угодно, но тот, переглянувшись со своими приятелями, сказал: — Потому что ты дружок Урухи Йодзи. Сказать, что Фусими от такого удивился — ничего не сказать! Он аж рот раскрыл от удивления. — Че? При чем тут Уруха Йодзи? То есть, это не из-за моих родителей? — Да сдались кому твои родители, поц… После такого признания оставшееся напряжение как рукой сняло, и Фусими стало смешно. Но прошлый опыт показал ему, что стоило вести себя покладисто, хотя эти парни не особо нагоняли ужаса. Черт, они реально плохо выглядели. Когда Фусими поступит в «Камунаби», он начнет собирать журналы мод, чтобы не смотреться так дерьмово! — Руки-то вы мне связали, а если поссать захочу, развяжете? А то я недавно кофе выпил… — Ты как-то спокойно на это реагируешь. Это не шутка, — угрожающе заметил парень рядом. Он постучал пальцем по поясу, и Фусими увидел нож. Он вздохнул. — Простите. Это не намеренно. В детстве мою деревню около недели удерживал противник, и почти всех жителей убили. Наверное, это что-то в голове. После признания во взгляде чародея рядом мелькнуло что-то, напоминавшее сочувствие, но он ничего не сказал. Фусими же задумался: черт, а ведь и правда. Это все после того случая в детстве. Эти парни выглядели именно как дерьмовые косплееры, а потому опасностью от них не веяло. Может, в нем что-то сломалось, но не так заметно, как в Гэнити… Ох, блин! Если его похитили из-за Урухи, то не свяжутся с мамой! Она же будет волноваться, что он не вернулся домой! Критично Фусими оценил обстановку. Три здоровых мужика. Скорее всего чародеи. Ни за что в жизни он их не одолеет, хотя кое-каким чародейством владел. Попытаться сбежать? Но его наверняка будут сторожить. Хм-м… Наверное, ему все же развяжут руки, если он попросится в туалет… Про то, что он был чародеем, они вряд ли знали. Хотя, с другой стороны, говорили о его дружбе с Урухой… — А где вы нас увидели? Парень рядом с ним листал его телефон, и Фусими это не понравилось. Там были фотографии моделей из журналов, которые он снимал тайком! Это был его сокровенный секрет! Он даже Гэнити это не показывал, потому что тот сказал бы, что он извращенец. — Кого? — Ну, меня и Уруху! — В больнице миловались. Как милые птенчики. Да-да, я его милый птенчик, так хотел сказать Фусими, но не стал, потому что это прозвучало бы крайне глупо в этой ситуации! Потом он подумал: ага, значит, это все, что им известно. Это хорошо… Ничего ему не давало, но хорошо! Похоже, парни были не особо компетентны. — А зачем вам Уруха? — Много вопросов задаешь. — Ну блин! Мне же интересно. — Ты реально чокутый, — заметил парень рядом, а потом встал и ткнул его носом в свой же телефон. — Ну-ка говори, где тут номер Урухи. Разумеется, когда Фусими получил телефонный номер Урухи Йодзи, он его записал; но чтоб не дай бог кто-то любопытный не украл у него мобильный и не попытался позвонить, он записал его под именем «девчонка из соседней школы». Это была паршивая схема, но его успокаивала. Однако Фусими смекнул, что если эти парни инициаторами не были, то их босс мог быть опасней. Надо было водить за нос этих парней, а вот на этого главного злодея этой истории взглянуть отдельно. Черт. Он все же начал немного волноваться. Фусими серьезно посмотрел на похитителя. — Он мой номер заблокировал. Потому я его телефон удалил. — Че?.. — Ну, вы же нас видели. Я постоянно ему звонил. Уруху-сана это достало, он же работает. Он сказал, что это временно, ну а я взбесился, вот и… Похититель полистал его телефон, а потом покривил рот. — Ну да, судя по количеству его фото, ты большой фанат. Хватит!.. Хватит лезть в сокровенные фотографии! Это не для публики! Лучше уж девчонок из журнала смотрите! Видимо, от этого лицо у него скорчилось такое, что ему поверили. Н-да, эти парни и правда не лучше дерьмовых косплееров… Оставалось надеяться, что все же их босс окажется таким же. Фусими совсем не улыбалось встретиться с злобным дядькой, который окажется грознее своих подчиненных. Потом два других человека ушли, и Фусими остался наедине с тем парнем, что рылся в его телефоне; к счастью, он отложил его, не дойдя до совсем секретных материалов. Но что теперь? Зачем им Уруха? Сердце кричало, что Фусими обязан был разобраться, но разумом он понимал, что вряд ли что-то сделает. Возможно, шрам на виске был следом того, что он научился думать, прежде чем действовать. Потому он решил пока понаблюдать, а если что… Как только появится удобная возможность, он сбежит! Под вечер ему развязали руки и дали немного размяться. В целом пока что все было нормально, и, видимо, то, что он не плакал и не пытался слинять, шло на пользу. Тот парень, что рылся в его телефоне, все еще был рядом, и это раздражало, но он был молодым, потому Фусими здраво рассудил, что ему будет труднее всего убить кого-то младше себя. Как ни крути, но это было со всеми. На второй день все шло точно также, и Фусими было жутко скучно, но он не хотел намеренно злить своих похитителей, лишь наблюдал. Его охранял молодой парень, и Фусими рассудил, что он не был слишком умен, его легко будет обхитрить. Два других были старше и выглядели умнее, их стоило избегать. В общем-то, Фусими нужно было лишь придумать, как именно обмануть молодого парня, и тогда дело было в шляпе. Но пока он размышлял об этом, под вечер в здание прибыл глава группировки — суровый мужчина с огромным шрамом на лице, с которым Фусими не захотелось шутить и вообще иметь дела. Он сухо поинтересовался, как обстояли дела, и когда ему сказали, что пленник был идеальным и тихим, тот взглянул на Фусими с любопытством, но не стал как-либо комментировать. Просто заставил сделать несколько его фотографий, потом дал указания и сказал, что остальным займется сам. Странно. Но Фусими вдруг стало очень страшно. Этот мужчина… выглядел как те солдаты. Как человек, который убить его за малейшую провинность. Во время ужина — ему дали суховатый анпан и бутылку воды — ему развязали руки, и пока Фусими ел, этот парень облокотился на стену рядом и заметил: — Ты довольно хорош для пленника. Я думал, ты попытаешься сбежать. — Почему? — Фусими вскинул бровь. — Так выглядишь. Как очень проблемный малый. О, ты просто не знаешь, насколько я проблемный, подумал про себя Фусими, но решил не озвучивать этого. Он пожал плечами и постучал по виску. — Видишь шрам? Это я пытался сбежать от вражеских солдат. С тех пор я больше не рискую. — Тебя правда брали в плен вражеские солдаты?.. — С чего бы мне врать? Парень пожал плечами. — Чтобы обмануть меня. — Я тебе что, персонаж фильма? Как я попытаюсь это обмануть? Любой разумный человек будет вести себя сейчас, как паинька, — после его строгого выговора молодой охранник поник, но потом тут же стер эту эмоцию с лица. Слишком медленно! Фусими уже все видел! — Блин, ну скажи пожалуйста, зачем вам Уруха? Мне так интересно! Не могу просто. Не то, что я что-то с этим сделаю, ну пожалуйста-а-а! Некоторое время охранник смотрел на него с сомнением, но потом подумал и решил, что и правда Фусими эта информация была бесполезна, и сдался. — Босс хочет достучаться до Рокухиры Кунисигэ. — Через Уруху?! — это было логично, но все равно странно. Когда парень кивнул, Фусими удивленно моргнул. — Но почему не через других людей? — Уруха самый молодой, и ему будет тебя жаль. Будет жаль… И те фото. Фусими был умным мальчиком и сразу понял, что было к чему. Скорее всего его используют, чтобы шантажировать Уруху. Сначала пошлют фото, где он целый, потом начнут избивать, а в крайнем случае отрежут палец или ухо. Это ему совсем не улыбалось, хватало своего маленького шрама на виске. Значит, нужно было выбираться. Желательно как можно скорее. Он критично посмотрел на своего охранника, а потом жалобно заскулил: — Блин, мужик, я так хочу ссать, проводишь меня до уголка? Только не смотри! Похититель раздраженно закатил глаза. — Эта шутка перестала быть смешной еще во второй раз. Уборной была небольшая комната в центре склада, которая, в общем-то… раньше и была уборной. Разумно. Канализация тут еще почему-то работала. На сам процесс охранник не смотрел, а Фусими размышлял, что ему делать. Нужно было как-то оглушить охранника и сбежать. Фусими мог создать лезвие из дыма… Наверное, придется ранить этого парня. Иначе никак. Но надо его заткнуть, чтобы он не позвал на помощь. Может, убить? Но Фусими не особо знал, как убивать! Разве что полоснуть по горлу, он тогда и кричать не сможет… Но это тоже было неправильно! В итоге он метался между разными идеями. Когда же надел штаны обратно — побег с голой задницей он совершать точно не собирался — и обернулся, охранник отвлекся от окна и обернулся к нему. — Помой руки, — нахмурился он. Если бы еще тут вода не была ржавой!.. Но Фусими не успел пошутить по этому поводу, потому что раздался странный звук. Позади парня что-то пролетело, и Фусими невольно проследил за ним взглядом. Какой-то болт?.. Звук падения, не очень громкий, услышал и похититель, и он тут же обернулся, вперившись в болт взглядом. На мгновение он замешкался; именно эта секундная пауза и стала для него решающей, потому что следующее, что случилось, поразило Фусими до глубины души — из темноты появилось нечто серебристое, сверкнувшее под блеклой лампой, а потом со всей силы врезало по голове охраннику. Может, повезло то, что он всегда был рядом с Фусими, и оттого расслабился, потому что иначе нельзя было объяснить, отчего это его отрубило. Но один шок сменился другим, потому что из темноты показалась человеческая фигура, а следом на свет вышел силуэт, слишком хорошо знакомый Фусими. Гэнити! С бейсбольной битой в руках! Он проверил оглушенного чародея, а потом еще несколько раз ударил его по голове. Звук был неприятный, потекла кровь, но парень еще дышал. Он все же был чародеем, крепче обычного человека, хотя Гэнити ходил с Фусими на курсы в школе и свою духовную энергию контролировать вполне себе мог, то есть, бил намного сильнее. Наверное, вид у него был такой напуганный, как у оленя, пойманного в свет фар, потому что Гэнити опустил биту и прошептал: — Кей. Я здесь, чтобы… — Какого хрена ты сюда залез?! — шепотом заорал на него Фусими. — Вдруг они тебя тоже схватят! Балбес! Он думал, что Гэнити разозлится, как обычно бывало, и скажет ему что-то в духе — ну и пошел ты к черту, дерьма кусок неблагодарный, я сваливаю, но Гэнити даже не нахмурился. Он просто подошел ближе и стиснул Фусими в таких внезапных крепких объятиях, что тот задохнулся от неожиданности, но потом тоже обнял его. Конечно же он был рад! Да, он был спокоен, но, наверное, все дело было в адреналине! Как только он окажется в безопасности, так все, начнется отходняк! От Гэнити пахло домом, и Фусими зарылся носом ему в волосы, радуясь, что тот его нашел. Но он опять сделал это потому, что был слишком привязан к Фусими. Это походило на нездоровую одержимость. Хотя что Фусими мог сделать? Гэнити так много потерял. Он продолжал цепляться за него, как за свое последнее средство спасения. Затем они связали молодого охранника изолентой, которую притащил Гэнити, затолкали в рот дырявый носок Фусими, а следом осторожно выбрались из уборной. К сожалению, до выхода из здания было далеко, плюс Фусими не знал, были ли тут какие-то особые барьеры… Он слышал об этом от чародея, что преподавал в школе основы владения магии. — А я уже сам сбегать собирался, — Фусими показал созданное из дыма небольшое лезвие. — Пилил себе наручники, все ждал, когда этот придурок отвернется. Как ты меня нашел? — Тебя не было два дня. Эйко-сан пошла в полицию. Я решил, что это бесполезно, и попросил помощи у близнецов. Это у которых дед был из якудза… Разумно. Фусими не мог поспорить, что близнецы в этом плане были полезнее. — Их дед через своих людей поспрашивал, видел ли кто-то тебя, и одна бабка из нашего района рассказала, что заметила, как тебя заталкивали в машину. Описала ее, поспрашивали еще… В общем, дед близнецов делал основную работу. Потом он назвал людей, а дальше я сам на тебя вышел. Мне близнецы сказали не лезть, но, гм… — Ты не стерпел. — Почти. Гэнити серьезно посмотрел на Фусими, но ничего не добавил. Это была немая команда — идем, нам нельзя терять времени. Они могут обсудить все позже. Осторожно, но быстро они двинулись в сторону выхода, через, который, видимо пробрался сюда Гэнити. Да уж, стоило поторопиться… Если до этого с Фусими обращались осторожно, то после такого удара битой по голове хорошего обращения ждать не стоило. Ему точно отрежут палец и пошлют его Урухе! И Гэнити скорее всего присоединится к нему на тех фото! Они обогнули кучу ящиков и спрятались, когда вдали засветились фонарики. Впрочем, похитители были слишком далеко, и явно были больше заняты разговорами друг с другом. — Я позвонил Урухе, — вдруг сказал Гэнити. Когда Фусими распахнул глаза, его друг предвосхитил следующий вопрос. — Ты так много трепался о его номере. Я его на всякий случай записал себе. Он скоро приедет с подмогой. — Как ты понял, какой номер его?! Гэнити так выразительно на него посмотрел, что Фусими вдруг стало очень неловко. Ну да, нашел, блин, что спрашивать! Гэнити знал его, как облупленного! Даже гениальная схема с подменой имени не помогла. Ладно. Ладно. Нельзя было относиться к этому так глупо! Вдали что-то зашумело, и Фусими не успел спросить, что это было, потому что Гэнити схватил его за руку и торопливо потащил за собой. Нужно было бежать… пока ничего плохого не случилось… точно. Иначе он увидит вещи, которые не следовало. Ему хотелось спросить — ты опять это делаешь, верно? Пытаешься защитить меня от вещей, которые я видеть не должен? Почему ты все берешь на себя? Это потому, что у тебя остался только я? Но ведь у тебя есть мама и папа. Пусть мои, но они ведь тоже тобой дорожат. Вдвоем они добрались до дыры в стене, через которую попали в заросший травой задний двор. За ними до сих пор никто не шел, и Фусими подозревал, что это было связано с шумом вдали. Он не хотел спрашивать. Блаженно неведение, это все… Они подошли к высокому забору, и Гэнити выразительно посмотрел на Фусими. Только не говорите, что им придется лезть через него! Тут было так высоко!.. Чем там вообще занимался Гэнити с близнецами, раз так легко перебрался сюда?! Он коснулся стены, а потом наконец увидел, что в паре мест бетон обвалился, обнажая арматуры внутри. Значит, вот так Гэнити перелез забор. Словно на скалодроме. Он кивнул, а затем начал восхождение… А потом хрустнула трава. Фусими резко обернулся, но ему казалось, что все произошло в замедленной съемке. Он увидел стоящего позади молодого охранника с окровавленным лицом. На его одежде висели обрывки изоленты. Лицо у него было перекошено от гнева, и он замахнулся кирпичом… Гэнити был близко, слишком близко… Он прикрыл голову рукой, но сила, с которой его ударили, все равно свалила его с ног. Фусими не моргая смотрел на то, как по его бледной коже полилась крови. Медленно… такая густая… Он видел, как похититель сделал еще шаг. Видел, как Гэнити раскрыл глаза и посмотрел на врага с ненавистью, пока кровь заливала его лицо. Видел, как рука похитителя потянулась к поясу, к ножу. Тому самому, что Фусими уже видел. И в этот момент в голове что-то щелкнуло. Фусими стрелой бросился вниз. Когда молодой противник замахнулся ножом, он действовал на инстинктах, не думая, что будет дальше. В голове отключилось все, не осталось ни мыслей, ни звуков, осталось лишь Желание — действуй, скорее! Пока ничего не произошло! Он выскочил прямо перед молодым похитителем, когда тот уже бил ножом, расставил руки и ноги, не давая лезвию добраться до друга. Пожертвовав собой. Когда нож вонзился ему в живот, вернулись звуки, мысли и ощущения. Боль пришла с опозданием. Фусими с ужасом смотрел на то, как из его живота торчало лезвие. Как медленно окрашивалась в алый футболка, как появлялось покалывающее чувство боли внизу — но пока не столь яркое из-за адреналина. Ох, отстраненно подумал он, я ведь могу умереть. Это плохо закончится. Зачем я это сделал? Ради Гэнити, ответил другой голос в голове, и Фусими растерянно взглянул на молодого охранника, а тот, явно не ожидав такого, точно так же в замешательстве уставился на него в ответ. Затем боль стала сильнее, и ноги у Фусими подкосились. Он отшатнулся назад, неловко ступая, а потом упал на мягкую траву. — Кей! Громкий полный отчаяния голос прорезал тишину, а затем рядом с молодым похитителем появился Гэнити. Он выпрыгнул из неоткуда, словно гепард на охоте, такой быстрый, что даже враг не заметил. В руках его все еще была та самая стальная бита. Впервые Фусими видел его настолько разъяренным — даже предыдущие разы не казались такими пугающими. Лицо Гэнити побледнело, глаза налились кровью, а с каждым вздохом ноздри узкого носа раздувались. Он выглядел кошмарно, а кровь на лице лишь делала его еще страшнее. Звук, с которым его бита врезалась в голову похитителя, напоминал жуткий хруст. — Я убью тебя! Фусими наблюдал за этим, словно зачарованный. Его вдруг охватила жуткая слабость, а живот начинал понемногу болеть. Адреналин отходил. Трава стала мокрой. Кровь, это была… Липкая, теплая… Пальцам было холодно. Но он даже не мог посмотреть вниз, потому что смотрел на ужасающее зрелище, как Гэнити забивал того парня битой. С какой яростью он это делал, не останавливаясь, не слушая мольбы остановиться. Сорвался. Он опять… из-за Фусими… сорвался. Когда молодой похититель перестал шевелиться на траве, лишь тихо постанывая, Гэнити занес биту еще раз… Для финального удара, понял Фусими. Остановись, подумай! Вот, что хотелось крикнуть ему. Не делай этого! Но в глазах Гэнити не читалось ничего, кроме желания убить. Но он так и не опустил биту. Другая рука схватила его за запястье, а когда Гэнити резко повернулся в сторону, а вместе с ним — и Фусими — то увидел, что за запястье его держал Уруха Йодзи. Глаза его тоже были черны. — Не делай этого, — его голос прозвучал твердо и холодно. — Не бери на душу такой грех. Затем он мягким движением забрал биту из рук Гэнити и вышвырнул ее прочь, а следом произнес: — Иди к Фусими-куну. Давай. Когда взгляд Урухи опустился вниз, на похитителя, на лице его не было ни капли жалости. Он перехватил меч в руке поудобнее, взял ее двумя руками, а затем занес над головой. Фусими нужно было отвернуться, чтобы не видеть этого, но он не мог. Что-то сейчас в этом движении… Что-то… Он просто не мог отвести взгляда. — Я закончу твои страдания. А затем опустил меч вниз. И Фусими нашел в себе силы зажмуриться. Он открыл глаза, когда на траву рядом с ним упал на колени Гэнити. Ярость схлынула с его лица, оставив лишь испуг. Никогда в жизни Фусими не видел его настолько напуганным, даже тогда, в деревне. Это была разительная перемена. Странно. Так… неправильно. Если бы в глазах не начал медленно темнеть, может, Фусими бы нашел, что подумать. Но его сознание медленно охватывала боль. Дрожащие пальцы Гэнити легли на нож, но не выдернули. Да. Точно. Нельзя его выдергивать. Фусими читал в книжках… — Кей… Кей… Зачем ты это сделал?.. Не умирай… Кей… И вдруг Фусими понял — по лицу Гэнити струились слезы. До этого он никогда не видел его плачущим. Ни после смерти родителей, ни после воссоединения в соседней деревне, ни после даже самых страшных кошмаров. Он запирался в своей ракушке и не показывал настоящих эмоций, лишь гневу позволял иногда просочиться. Но теперь он плакал, сидя рядом, не обращал внимания на медленно растекавшуюся кровь, пачкавшую его одежду, на труп позади. Просто сжал ладонь Фусими и продолжал хныкать. — Что я буду без тебя делать?.. Я принес ему столько страданий, потому что он вбил себе в голову — я старше, потому должен сделать все, чтобы защитить меня. Фусими не нравилась эта мысль. Она принесла Гэнити только боль. Он каждый раз жертвовал ради него, и в итоге увидел слишком много, и это что-то в нем сломало. Но он делал вид, что все хорошо. Прости, хотелось сказать Фусими. Лучше бы ты тогда сбежал. Тогда ты бы познакомился с Урухой, и был бы счастливее. — Не умирай, Кей… Я что угодно сделаю. Даже пойду с тобой в «Камунаби». Куда угодно за тобой последую. Слышал ли я его когда-нибудь таким? Словно смотреть человеку в обнаженную душу. Да, точно. Нездоровая фиксация. Гэнити не любил Фусими, ему просто был нужен образ, за который он мог бы цепляться. — Не бросай меня… В ответ Фусими сжал его ладонь крепче, и Гэнити стиснул его руку так крепко, что, казалось, сейчас сломает пополам. Рядом раздались шаги, зашелестела трава. Рядом опустился Уруха Йодзи. Он достал что-то из кармана, что-то совсем крохотное, а потом поднял голову Фусими и затолкал это нечто ему в рот. На вкус напоминало чай. — Это травяное лекарство, — мягко пояснил Уруха. — Разработка «Камунаби». Оно замедлит кровотечение. Содзе-кун, — когда он поднял голову, тот уставился в ответ, словно голодный волчонок. — Не дай Фусими-куну уснуть. Помощь прибудет в течение пары минут. А я пойду добью оставшихся. Уруха сказал это с такой легкостью, словно в его заявлении — что он убьет больше людей — не было ничего страшного. Он поднялся на ноги и вскоре растворился в темноте, а Фусими перевел взгляд на Гэнити. Казалось, цвета вокруг начали исчезать, оставляя после лишь скучный монохром. В глазах темнело, становилось все больнее… Вдыхать было тяжело. Но Фусими не закрывал глаз. Он продолжал стискивать ладонь Гэнити, а потом протянул руку… смахнул костяшкой пальца слезы. Не плачь. Все будет хорошо. Уж теперь-то точно. Вдали в темноте засияло что-то, разбивая ее, и Фусими подумал — рассвет. Но нет, слишком рано. Это была помощь. Фары машин. Их вдвоем… спасут. И наконец-то он не даст Гэнити переживать все это в одиночестве. Он будет рядом в этот раз. Как хороший друг. Он стиснул его руку сильнее, а потом откинулся назад, на траву, уставившись в небо, на котором расцветали звезды. Когда он открыл глаза в следующий раз, то понял, что был в больнице. В голове был легкий туман, и поначалу он не слишком соображал, что вообще происходило, кроме того, что боль наконец ушла, а он был не дома. Но когда сознание начало медленно приходить в норму, Фусими моргнул и без удовольствия припомнил все, что случилось недавно. Недавно ли?.. Ему было тяжело шевелиться, но он и так мог почувствовать, что живот словно был чем-то обмотан. Бинты. Ну точно, его же пырнули ножом в живот. Затем он сумел рассмотреть окружение. На дворе все еще стояла ночь, но далеко за городом уже дребезжали солнечные лучи, грозясь разродиться рассветом. Свет в палате не горел; сам он лежал на постели под одеялом, рядом стояла капельница. Наверное, он много крови потерял… Однако Фусими был тут не один. Он заметил это не сразу; понял, когда солнце начало постепенно появляться из-за небоскребов вдали, торчащих, словно сломанные зубья. Рядом в широком кресле сидел Уруха Йодзи. Он не спал; задумчиво смотрел куда-то вдаль, в окно, может, потому и не заметил, что Фусими очнулся. Из одежды на нем была какая-то белая футболка, будто бы не его, и отстраненно Фусими подумалось — наверное, его одежда была испачкана в крови. Он пока не слишком хорошо соображал после наркоза, но тот постепенно выветривался. Уруха не улыбался, лишь наблюдал за чем-то вдали, что Фусими никак не мог увидеть. Такой серьезный. Одной рукой он подпирал голову, а вторая покоилась на… Ах, вот он где. Рядом с ним, у него на коленях, спал Гэнити, накрытый… это была куртка Урухи, кажется. Голова у друга была забинтована. Ну да, ему же врезали по ней кирпичом. Уруха гладил его по волосам, но Гэнити даже не просыпался. Наверное, он очень устал. Адреналин схлынул. Наконец, он заметил движение и перевел взгляд на Фусими. Тонко улыбнулся. — Это больница «Камунаби». Твои родители скоро приедут. Фусими просто моргнул. Он не знал, что ответить. А нужны ли были тут слова? Уруха снова отвел взгляд в окно. — Ты поступил самоотверженно, но очень глупо. Повезло, что Содзе-кун позвонил мне. Кто знает, чем история бы закончилась… — Простите. — Не извиняйся. Просто будь осторожнее в следующий раз, — затем Уруха взглянул вниз, и его улыбка стала чуть шире. — Твой друг так переживал. Он не выглядел таким эмоциональным в нашу первую встречу. Мне пришлось попросить у врачей снотворного, потому что он не мог успокоиться. Ты ему очень дорог, Фусими-кун… Впрочем, я не удивлен. Только хороший человек без лишней мысли бы защитил другого от ножа. — Это я виноват. Что он так ко мне привязался. Потому что он вечно меня защищал, и у него ничего не осталось. Нездоровая одержимость. Фусими вспомнилось, как в детстве они часто спали рядом. Может, не в кошмарах было дело. А может, они тоже повлияли. — Не ты виноват, а несправедливость жизни. Не переживай, Фусими-кун. Уж теперь-то вы точно квиты. Но не думаю, что тебе имеет смысл слишком много об этом думать… Вы оба делали вещи не из-за долга, а потому что посчитали это нужным. Если бы не твое влияние, Содзе-кун не додумался бы позвонить мне, и тогда он бы убил того человека. Маску окончательно сорвало. Равнодушие, агрессия — это ведь все было напускное, и, если бы так продолжилось, могло перерасти в нечто настоящее. И Фусими был в этом виноват. Было ли это неправильно? Был ли вообще ответ на этот вопрос? Наверное, так было лучше. Во всяком случае, Гэнити перестал наконец копить эмоции в себе. Может, он станет меньше злиться. И ему тоже станет лучше. Блин, это что же получается, у Фусими появится новый шрам?.. О, он сможет им хвастаться! Когда тот заживет! Нет, он не должен был сейчас об этом думать! Взгляд Фусими начал блуждать по комнате. Остановился на Гэнити, потом — на Урухе. Позади того медленно начинался рассвет, отчего казалось, что вокруг его головы светился нимб света. Невероятное зрелище. Он не мог моргнуть, чтобы не пропустить ни секунды этого вида, и от этого слезились глаза. Уруха Йодзи научил его быть героем и рисковать собой. Но он не был просто далеким образом, сидел здесь, близко. Назвал его другом! Фусими должен был стать таким же человеком, как Уруха. Может, он уже был на пути к этому… Потому и заслонил Гэнити собой. — Уруха-сан, — тот поднял голову, когда Фусими его окликнул. — После нашей встречи я захотел помогать другим и даже думаю вступить в «Камунаби». Думаете, это наивно? В ответ тот улыбнулся шире, и в его глазах заблестели огоньки. Лицо преобразилось, не осталось ничего общего с тем человеком, который этой ночью сказал Гэнити не марать свои руки. — Почему же? Ты уже помог одному человеку. Это очень хорошая цель, Фусими-кун. Благородная. Я думаю, — уголки его губ поднялись шире, и вместе с тем позади взошло солнце, — ты избрал себе отличную цель. Ты молодец. Я горжусь тобой.