Глава 31 - Стратегия чистоты и золото в котле

Стратегия чистоты и золото в котле

После сытного, хоть и внепланового обеда на кухне, Лиам не направился в гостиную или библиотеку. Он понимал: репутация «Наследника Слизерина» и так висит над ним тяжелым дамокловым мечом, и добавлять к ней клеймо неуправляемого бунтаря, игнорирующего учителей, было бы тактической ошибкой. Ему нужна была поддержка администрации, а не их раздражение. Он поднялся на этаж, где располагался кабинет заместителя директора. Короткий, уверенный стук в дверь, и после сухого «Войдите» Лиам переступил порог. Минерва Макгонагалл сидела за своим столом, окруженная стопками пергаментов. Увидев вошедшего, она поправила очки и отложила перо. На её лице отразилось искреннее удивление — Лиам Вульф был последним, кого она ожидала увидеть в разгар учебного дня. — Мистер Вульф? У вас возникли какие-то затруднения с расписанием или вопросы по моему предмету? — спросила она, внимательно изучая мальчика. — Добрый день, профессор Макгонагалл. Мой визит носит скорее... объяснительный характер, — Лиам сохранял безупречно вежливый тон, стоя перед ней с прямой спиной. — Я пришел сообщить, что сегодня я покинул вторую половину занятия по Защите от Темных Искусств. И я счел своим долгом лично пояснить вам причины моего поступка, прежде чем это дойдет до вас в искаженном виде. Макгонагалл замерла. Она помнила, с каким живым интересом этот мальчик слушал её лекцию по Трансфигурации, как точно он выполнял задания. Образ прилежного студента никак не вязался с прогульщиком. Тот факт, что он пришел сам, не дожидаясь вызова «на ковер», сбивал с толку. — Вот как? И что же заставило вас пренебречь уроком профессора Квиррелла? — Запах, профессор, — честно ответил Лиам, не отводя взгляда. — В кабинете стоит невыносимая, тошнотворная вонь чеснока. Я вежливо попросил профессора Квиррелла применить очищающие чары или позволить мне самому освежить воздух, но получил отказ. Этот запах вызывает у меня головную боль и сильную тошноту. В такой атмосфере я не могу воспринимать информацию. При всем уважении, я не смогу слушать даже директора, если в помещении будет так пахнуть. Лиам сделал небольшую паузу, давая профессору осознать сказанное. — Я не хотел проявлять неуважение к предмету. Но если условия в классе останутся прежними, я прошу вашего позволения изучать ЗОТИ самостоятельно в библиотеке. Я гарантирую, что сдам экзамены в конце года на высший балл, но сидеть в этой вони я физически не способен. Макгонагалл молчала. Внутри неё боролись строгий педагог и здравый смысл. Она сама не раз морщилась, проходя мимо кабинета Квиррелла, но её дисциплина — та самая строгость, которую она предъявляла в первую очередь к себе — не позволяла ей показывать отвращение коллеге. Однако перед ней стоял одиннадцатилетний ребенок, который аргументировал свой уход не ленью, а элементарной гигиеной и заботой о продуктивности. Она посмотрела на него иначе. Лиам Вульф не выглядел капризным мальчиком. В его глазах читалась зрелость, не свойственная его годам. Если даже этот спокойный и прилежный ребенок — выходец из приюта, явно видевший в жизни разное — сбежал с урока, значит, ситуация в кабинете Квиррелла действительно перешла границы разумного. — Я ценю вашу честность, мистер Вульф, — наконец произнесла она, смягчая тон. — И то, что вы пришли ко мне лично, говорит о вашей ответственности. Я обсужу этот вопрос с профессором Квирреллом и директором. Пока вы свободны. Постарайтесь не превращать это в привычку. — Благодарю вас, профессор, — Лиам слегка склонил голову, одарил её вежливой улыбкой и вышел, тихо прикрыв дверь. Оставшись одна, Макгонагалл задумчиво постучала пальцами по столу. «Насколько же там должно вонять, если ученику пришлось бежать?» — пронеслось в её голове. Лиам же, чувствуя, что «тыл» прикрыт, направился в библиотеку. В этом мире можно добиться многого, если сочетать магическую силу с социальным взаимопониманием. Но магия и связи — это лишь инструменты. Для реализации его планов нужны были ресурсы. Огромные ресурсы. Редкие ингредиенты, оборудование, возможно, выкуп древних манускриптов у частных коллекционеров. Всё это упиралось в деньги. «Как заработать одиннадцатилетнему школьнику?» — Лиам листал страницы «Основ алхимических реакций», размышляя. — «Гоблины не дадут кредит сироте. Красть — ниже моего достоинства. Значит, производство». Ответ лежал на поверхности. В этом мире существовали вечные ценности. Зельевары всегда были в дефиците, особенно те, кто мог предложить нечто уникальное. Лиам проанализировал рынок. Боевые зелья? Слишком много внимания со стороны Министерства. Лечебные? Большая конкуренция со стороны Святого Мунго. Ответ лежал на самом виду - в любое время что в технологичном XXI веке, что в средневековье, был тот самый вечный спрос. «Косметика», — осенило его. — «Женщины — это первый кошелек в мире. Затем дети, и только потом мужчины. Если я предложу ведьмам то, что не может дать обычная магия...». Он погрузился в изучение специфических подразделов зельеварения. Его интересовали не просто «иллюзии красоты», которые смываются водой, а фундаментальные изменения. Он искал рецепты зелий, которые на клеточном уровне убирают морщины, увлажняют кожу изнутри, регулируют работу сальных желез и полностью избавляют от дефектов вроде акне или черных точек. Магический мир предлагал массу вариантов, но большинство из них имели побочные эффекты или требовали сложных ритуалов. Лиам же, используя свою базу знаний, начал набрасывать схемы модификаций. Он видел, как можно упростить процесс, сделав зелье более стабильным и эффективным, добавив в него элементы, которые маги обычно игнорировали. «Увлажняющее зелье на основе сока алоэ и слизи флоббер-червя с добавлением экстракта лунного камня... Если изменить порядок фильтрации, можно добиться пролонгированного эффекта на три месяца», — записывал он в свой зашифрованный блокнот. Лиам улыбнулся. Золото скоро потечет в его котел, а вместе с ним придет и истинная независимость.