Часть 1

- Снова? - такое короткое слово, но сколько боли за ним скрывает Антон. - Да, - так же тихо отвечает Полина. - Давай напишем заяву на этого урода. - Полиция ничего не сделает, он же просто «обнял», - от тихого, усталого голоса передёрнуло. Если по-хозяски грубое сжимание и тисканье девичьей талии, при каждой встрече, можно назвать объятиями, то страшно представить нечто большее. Они лежат на своих кроватях, в их общяжной комнате и парень счастлив, что девушка толком не видит его лица. Тоша накрывает глаза рукой, стараясь скрыть жгучие слёзы. Рома - это, их общая проблема. С которой пока ни один из них не в силах справиться. В Полину Рома безответно влюблен, словно ручной пёсик, вечно бегает за ней. Ещё бы он держал свои похабные руки при себе. Каждый удобный случай, альфа празднует касанием. Совершенно непрошеным, невоспитанным касанием. От которого у обоих омег дёргается глаз. - Тош? - Полина встаёт со своей кровати, пересаживаясь к лежащему парню. - Что? - Не плачь пожалуйста, он того не стоит, - приходится до скрежета сжать зубы. Поля давно заметила излишне яркую реакцию на приставания со стороны спортсмена и сделала странный вывод – Антон влюблён в альфу, на то, чтобы разубедить в обратном, он так и не нашел в себе силы. Иначе придется сознаться в истинной влюблённости, а у него кишка для этого тонка. Слабак… - Как? Как мне перестать? Ты хоть раз была безответно влюблена? Конечно нет, - сам же отвечает альбинос, растирая слёзы по лицу, - ты же идеальная, тебя невозможно не любить. - Не говори ерунды, ты просто прекрасен. Знаешь сколько омег мечтают о такой белоснежной коже? Чистых, голубых глазах? Ты мечта многих. - Хватит! Заткнись, Поль! Не неси бред. Я никому и никогда не был интересен! - Был! - Нет! - Антон подскакивает, уставляясь в голубые глаза, напротив. - Ты интересен мне! - выкрикивает брюнетка. - Зачем? - шепотом спрашивает Антон, совершенно не веря словам подруги, - зачем ты лжешь? - Но я не лгу! - Полина толкает Антона обратно на кровать, садясь сверху. Её вес, по непонятной причине приятно ощущать на себе. Очень... правильно, что-ли. - Я люблю тебя, - яростно тычет острым ногтем брюнетка, царапая мужскую грудь, - люблю твои руки, губы, волосы. Всё, я люблю всё, - выдыхает Полина. - Молчи! - девичья ладонь накрывает ему рот, не давая перебивать, - люблю твою дурацкую привычку разбрасывать по комнате кисти и карандаши, - Поля смеется, сжимая свободную руку в кулак и трясет им, словно прямо сейчас прибить хочет. - Люблю смотреть как ты рисуешь. Как...как неловко готовишь. Как поешь во время уборки, - брюнетка машет рукой, пытаясь поймать вдохновение, - действительно очень больно, когда ты убиваешься по этому придурку. Давай хотя бы нормального найдем. Я помогу честно. Хочу, чтобы ты был счастлив, понимаешь? Мечтаю перестать видеть твои слезы, я...я... - омега задыхается, начиная мелко дрожать. - Поль, - Антон высвобождается, теперь свободно разговаривая, - ты не шутишь? Девушка округляет глаза, а в следующее мгновение раздаётся пощёчина. - Дурак. Надо же было в такого... Отпусти! Не трогай! Антон! Полина вырывается из рук друга, яростно колотя по груди. Антон с трудом ловит чужие, залитые слезами губы. Прижимается к ним совсем целомудренно, даже не пытаясь углубить поцелуй. Полина замирает, переставая вырываться, - зачем ты это сделал? - Я? - смущается альбинос, совершенно не готовый рассказывать настоящую причину. Но понимание абсурдности ситуации и то, что девушка может всё совсем не так понять, всё же решается, - просто, ты такая идеальная. А я такой ужасный, да ещё и омега. Думал, ты никогда не захочешь со мной быть. Я спрашивал у Ромы, и он... - Это когда он отправил тебя в больницу? - сразу догадывается девушка. - Да, - Рома и впрямь отправил его на три недели под капельницу. Антона тогда избивали долго и со вкусом. Так разрушилась их дружба. Так разрушились мечты о Полине. - Ты ещё и влюбиться в него умудрился. Дурак... - Это ты так решила, я никогда… - признание застревает в горле, а искренние, теплые чувства разливаются краской по щекам. - В наказание… - Антон морщится, Полина мастерски заставляла людей страдать. У неё просто дар к этому. - … я сегодня сплю с тобой. Альбинос чувствует, как температура растет, заставляя сильнее краснеть. - Просто спать будем, без контекста. Извращенец ты белоснежный, - хохочет девушка, падая на Тошу. Они так и засыпают, нежно обнимая друг друга. *** Сегодня Рома перешёл все границы, открыто облапав Полину при всей группе. А ведь они давно заявили о своих отношениях, лишь Пятифан пропустил это мимо ушей, с каждым днём действуя все наглее. Ведь у омег не бывает любви, это лишь "игра". На которую интересно посмотреть в порнухе, да подрочить пару раз. В некоторых парах альфа даже не считает за измену, когда его пара спит с представителем своего вторичного пола. Иногда даже поощряя подобное. Глупцы, не представляют, на сколько это чревато... А Рома открыто залез на чужую территорию, запустив руку под юбку. У Антона огонь в голубых глазах моментально вспыхнул, он кинулся на гопника, разбивая тому скулу. Их удалось расцепить, лишь когда на Тошиных губах расцвела кровь. Альбинос в этот момент был таким диким, яростным словно непрерученный зверь у которого отобрали последний кусок мяса. Полине хватило этой картины, чтобы просто безбожно потечь. Она прижалась к крепкому телу, пропахшему тяжёлым ароматом пота и злости. Чувствуя, что бельё перестаёт справляться с пахучими соками и они марают её аппетитные ножки. Кажется, это почувствовал и Антон, он накрыл ягодицы ладонями, сжимая их до мокрого, ужасно пошлого звука. Девушка смутилась, звук отчётливо прошёлся по всей аудитории, но лишь ближе прижалась, доверчиво потираясь кончиком носа об острую ключицу. Антон самоуверенно смотрел ей через плечо, ухмыляясь. Омега прекрасно знала, с кем он прямо сейчас ведёт немую битву. Тоша бросил вызов альфе, заявил на неё свои права и отстоял их. Парень буквально пометил, как свою территорию, как пару. Альбинос продолжает сверлить Рому взглядом, когда наклоняется к доверчиво открытой шее. Поджимает верхнюю губу, потираясь удлинившимся клыком. Шатен на это зло рычит, но Антон совершенно плевать хотел на мнение этого недоразвитого. Он прикусывает бархатную кожу, от чего внутри формируется яркая звезда наслаждения. А девушка в руках мурчит, потираясь мягким телом активнее, сильнее сжимает его талию, поощряя собственнические замашки. - Альфа, - шепчет в самое ухо девушка. Антон ухмыляется, для неё он будет кем угодно. *** В этот день у Антона просто перемкнуло. Он прижал Полю к стенке, как только они оказались в комнате, даже дверь не запер. Впился жадным поцелуем в пухлые губы. Исследовал чужой рот языком вдоль и поперек, заставляя девичьи ноги дрожать. Голодно обласкал податливое тело, не обращая никакого внимания на одежду. Грубо сжал груди, скрытые рубашкой и кружевным лифом, потер сосочки, разминая и царапая чувствительные вершинки. - Тоша! - Поля вскрикнула. Боже, как давно она ждала от Антона подобного, сколько просила об этом. Ей так хотелось почувствовать эту неудержимую страсть, это влечение, грубость. Да, пожалуй, именно грубость она хотела больше остального. А воспитанный и нежный Антон не позволял себе подобного отношения, даже в постели. Но сегодня... сегодня он слетел с катушек. Сжал полные бедра, чтобы зверски сильно толкаться в них своими. Принося грубое, но блядски грязное удовольствие. От которого не в силах отказаться ни один из них. Они оба пьянеют от такого. ~Тошенька~ Мужская рука оказывается под подолом по-хозяйски надавливая на чувствительный клитор, прямо через грубую ткань. Сминает и натягивает переднюю часть трусиков, чтобы создать болезненное давление. От которого Поля взвизгнула, привстав на носочки. - Ммм... - хочется больше, Полине до безумия хочется кончить под таким парнем. Обычно ласковая рука, до боли сжимает девичью шею. - Моя! - рычат в самые губы, крадя мокрый поцелуй. Брюнетка согласно кивает, получая россыпь укусов на утонченных ключицах. Уже обе ладони орудуют под юбкой, поглаживая нежнейшую кожу. Тоша не перестаёт осыпать немыми комплиментами, каждым действием молится любимому телу. Неосторожно царапает кожу ноготками, поддев кромку белья. Но Поля на это только стонет, неустанно толкаясь бедрами. Бельё летит на пол, следом за ними устремляется и альбинос, садясь перед девушкой на колени. Полина закусывает губу, приподнимая края юбки. Она давно выучила как надо приглашать Антона. Тот в ответ рычит, ныряя под омежью одежду. Тоша раздвигает розовые губки, дуя на мокрую слизистую. Полина ждёт ловкий язык, но вместо него получает болезненные щелчки по набухшему клитору. - Антон! Грубые удары разбегаются искрами, взрываясь в голове фейерверком. - Тошенька, - совершенно потерянно. Клитор, то потирают, то оттягивают до болезненных спазмов. От чего брюнетка давно потеряла связь с миром, тихонько скуля о большем. Когда Антон удовлетворен чужими мольбами, он наконец зарывается лицом в мокрое естество, голодно глотая сладкий нектар. Кусает пухлые, налитые губы, трется носом о клитор и до неприличия громко всасывает соки. Полина плавает в волнах предоргазменного наслаждения, когда рядом, о стену ударяется распахнутая дверь. - Вы чё, реально из этих? - изумлённо выкрикивает Пятифан. - Свали, - томно шепчет девушка, упуская оргазм сквозь пальцы. - Вы это... - всё пытается что-то доказать Рома. Антон наконец показывается, сыто облизываясь. Всё его лицо покрыто природной смазкой, и она блестит в свете тусклой лампы. - Не отвлекайся милый, - мурчит Полина, пытаясь вернуть парня на место. Но Антон не двигается, пиля противника взглядом. Он гордо показывает средний палец, не менее показательно пряча его под юбочкой. А через мгновение омега подскакивает, насаженная на него. - Агх... Не давая и малейшего шанса, хоть немного привыкнуть он проталкивает следом второй, грубо вгоняя до самых костяшек. Полина надрывно стонет, по ногам проходится мелкая дрожь. Антон буквально чувствует скорый оргазм. - Сказали же, - Тоша совершенно не узнает своего голоса, вместо него хриплый, уверенный, льющийся из груди, - Свали! Он захлопывает дверь свободной рукой. И убедившись, что к ним больше никто не хочет присоединиться, снова припадает к любимому местечку, грубо засасывая алый от ласк бутон. Поля наконец кончает, оглушительно громко скуля. - Альфа, - последнее что срывается с её губ, когда Антон подхватывает и сажает рядом ослабевшую омегу. - Ещё раз так назовешь! - рычит альбинос. - И что будет? Альфа, - издевается поплывшая, наглая девушка. Тоша закидывает её к себе на ногу, так, чтобы мокрая задница была задрана вверх и дарит несколько смачных шлепков. Да таких, чтобы сидеть было до невозможности больно. - Ммм...Аль... - хватает и неразборчивого звука, чтобы Антону окончательно снесло крышу. - Зря, - дарит хриплый шепот красному ушку. Он ставит омегу на ковер, всё так же бедрами кверху. Мучительно медленно наматывает волосы на кулак, так долго, что Поля сама начинает требовательно скулить. И дерет девушку до севшего голоса и стертых в кровь коленей. Помечая свою собственность изнутри и снаружи.