Часть 2

– «привет дневник, меня зовут Чо Хён Чжу,» Танос прочитал это слащаво, после с ухмылкой поворачиваясь на девушек, но Сэми вдарила ему по затылку, заставляя читать нормальным голосом не останавливаясь и не устраивая цирка. Парень потер ударенное место и продолжил. – «я психиатр-опекун четырёх детей закрытого отделения. Мой прошлый дневник закончен. И не потому, что там кончились листы, а потому ,что больше нет смысла искать в этом "месте" что-то хорошее. Я даже не могу назвать это "местом" это второй ад.» – второй ад, прозвучало как цитирование фразы Сэми, сказанной не в серьёз. – «кроме тебя(дневника) я никому не могу рассказать что вижу каждый день. Моя маленькая Ëнми никогда не выдержит подобного, а мой муж наверняка попробует принять какие-либо меры против этого отделения. Если я уволюсь, потеряю свясь со своими пациентам навсегда, я пытаюсь стать их другом, и хоть и хлипкой, но надеждой на счастливую или нормальную жизнь. Я буду приходить сюда и писать каждый свой ужасный день, ведь я уже не могу держать всё в себе, и начну прямо сейчас. Надеюсь хотя бы в будущем, хотя бы через пару лет, кто-то найдёт этот мой, маленький секретик от клиники и это заведение закроется навсегда. Сегодня "лекарства" если это вообще можно назвать чём-то подобным, нашли у Минсу .. » – стой. Сэми остановила читателя, ткнув в появившееся среди букв имя. – помнишь склееные листы? – Танос кивнул, в привычной себе манере. – как звучало слияние имен? Субон задумался, опустив взгляд. – it seems.. Намсу? Сэми моргнула положительно. – окончание "Су" у имени Минсу тебе ничего не говорит? парень понял на что она намекает, но не ответил. – это имя одного из детей, со слипшихся бумажек. передала мысль Чунхи за него, Сэми моргнула сново, Танос повернулся на Мьëнги, тот кивнул ему в сторону книги, побуждая продолжить. Пару секунд парень искал строчку на которой остановился. – «..у Минсу под матрасом кровати. Он почти с неё не встаёт, поэтому кроме него они принадлежать никому не могут. Если бы я была быстрее.. Если бы сама нашла их.. Ему вероятно не было так. Как сейчас. Я хорошо понимаю почему он это делает, ведь это не просто "горькие таблетки" которые дети отказываются пить во время болезни, тут больше подошло бы "отрава", она действует против организма, черезмерное употребление(то есть слишком много за раз) провоцирует реакцию отравления, всё, включая пищу и сами препораты выходит вместе с рвотой. Я не видела что происходило в комнате в которую его отвели для "наказания", но я точно знаю что ему пришлось пережить. Когда его запустили назад, он вжался у угол сидя на своей кровати и накрывшись одеялом, полностью, небрежно размазывал кровь по своему лицу, вероятно в попытке "стереть" следы всего, что там произошло. Я правда хочу помочь ему. Но он боится меня так-же, как остальных «врачей». Для него я враг. Не хочу пугать его ещё сильнее, поэтому оставлю ему только пару салфеток и ещё кое-что, чтобы он мог сам себе помочь. Генсу опять рисовал сегодня. Всё те же чёрные два человека. Нет, он не видит их, он бесконечно переживает один и тот же момент в своих кашмарах. Диагноз который ему дали – полностью ложный. Я полностью уверена что он не болен, точнее, болен частично, выражусь так. Бедный мальчик увидел страшную картину, нет не увидел, пережил. Я читала пару статей о его семье, ночью его отец кажется чём-то тяжёлым забил насмерть свою жену в порывах ревности, тобишь мать пациента. Мальчик всё это видел, но для него, в темноте, они так и остались двумя тёмными тенями. Конечно "папаша" не остался в стороне, и убедил своего 8-ми летнего сына, что всё он увидел ему померещилось, но даже избавившись от единственного свидетеля, сбагрив его в сомнительную лечебницу, его всё равно посадили. Как минимум потому, что кроме него не было других подозреваемых. Так что, я уверена на все 100% , что он страдает только ПТСР(посттравматическое стрессовое расстройство) всё его картины однотипны, на них тот самый травмирующий момент, при разговоре никаких других "моментов" или "чёрных людей" он не упоминает. Из-за чего "зрительные галлюцинации" становится не тем диагнозом который ему нужен. Хотя кого кроме меня это волнует? К ним даже не относятся как к людям. Мина бредила, звуки не связываются в слова, просто набор букв. На сегодня всё. Меня ждёт работа, попробую сделать хоть что-то, что в моих силах. Завтра попробую пронести пару мягких игрушек моей дочери, те что она позволит дать для тех, кто в этом нуждается. Ëнми у меня не жадная девочка и готова делиться и дарить, если понадобится. » Танос останавливается на мгновение. Кажется в горле пересохло.. Он расстегивает свою сумку через плечо, достаёт бутылку воды и делает пару глотков прежде чем продолжить. – «. привет дневник, это сново я. Теперь я переживаю что этот дневник может найти кто-то из персонала, не то чтобы на это есть какие-то причины, просто то, что я сейчас напишу может повести за собой последствия (если найдут). Намгю.. » – подожди-подожди. Субон остановился почти не успев начать читать следующую страницу. Чунхи на этот раз прервала его чтение. – имя второго ребёнка.. Намгю?. Девушка повернулась на Сэми, чтобы та расценила теорию. Сэми задумчиво отвела взгляд, будто ей нужно было время на мысли. «нам-су» – это «НАМ гю» и «мин СУ», вполне логично перемешались их имена.. После вернув взгляд на Чунхи, она кивнула. Танос продолжил. – «..это ребёнок который поступил к нам позже всех, и даже после первого разговора я поняла что он полностью здоров. Хотя он пытался это скрыть. Я понимаю его позицию, но не до конца. По предыстории которую ему приписали, он толкнул сверстника с гаража, на котором они стояли вместе, вероятно он не ожидал того, что упав с железной постройки, он больше не встанет и испугался последствий, детской комнаты и т.д, он уже вероятно сидел в детской комнате и сново попасть туда не хотел. Так вот, что именно я хотела рассказать про него? Он не пьёт таблетки, и делает это не как Минсу, он намного продуманее, он берёт таблетки и даже глотает, а после, просится в уборную. Там два пальца в рот и в унитаз. Я всё слышала и он это знает, когда я его застала он смотрел на меня слегка прищуривая глаза, но я чувствовала как внутри у него всё сжалось. Пока он видит во мне угрозу, но вероятно сомневается ведь наказание до него всё ещё не дошло. Я думаю даже если бы, я рассказала остальным он бы получив наказание, нашёл бы новый способ не пить таблетки. Мне очень хочется чтобы он научил и других детей подобным махинациям, или хотя-бы Минсу. Генсу всё ещё рисует, я спрашивала о его самочувствии, он сказал чувствует себя хорошо. Мина молчит весь день. Хочу рассказать о ней немного позже, потому что у меня есть что сказать о этом ребёнке, но сегодня уже не остаётся времени для заполнения. До завтра.» когда Танос останавливается, в комнате становится особенно тихо, будто он единственный источник звука во всём мире. На следующей страничке набросано детское личико: грустный разрез глаз, но на лице улыбка, он выглядит счастливым не таким как описывается состояние детей в тексте, снизу подпись "Минсу" , на страничке с другой стороны, небольшое описание к картинке. – «я никогда не видела чтобы он улыбался, но мне бы очень хотелось. Я не очень хорошо рисую, но думаю если бы уголки его губ, хотя бы раз приподнялись, это бы выглядело так. Надеюсь я когда-нибудь увижу его таким в живую.» Субон задерживает взгляд на рисунке. Он знает что остальные тоже разглядывают его поэтому ждёт. Следующая страница. –«.привет дневник. Я не писала ничего уже пару дней. Времени было ничтожно мало чтобы что-то описать. Сегодняшний день я не могу не отметить, всё же, я могу выделить кое-что хорошее. Минсу нашёл себе друга, кто бы мог подумать, что самый агрессивный из детей(но в то же время самый здоровый) когда-то будет сидеть с Минсу на одной кровати. За эти пару дней казалось, я не видела детей вообще, поэтому не заметила как тихо проявляется этот неожиданный союз. Хотя вполне логично, оба пытались как либо обойти систему.. Минсу кажется чувствует себя лучше, у него наконец-то появился кто-то рядом. Намгю знает о диагнозе Минсу, но не знает что он сделал чтобы сюда попасть, боюсь это может его оттолкнуть, поэтому надеюсь, ещё не скоро он узнаёт правду. Генсу сегодня не рисовал, он только сидел за столом, ища что-то среди стен, что могло его отвлечь. Мина всё так же молчит. до завтра(?)» страница перевернулась неожиданно быстро. – «привет дневник. Прошло какое-то время после моей последней записи. За время что я не писала, я наблюдала за детьми (что и далжна делать), вчера, позавчера и сегодня, я видела как Намгю с Минсу ходят в уборную после приёма "лекарств". Мы с Намгю переглянулись когда они вернулись. Он знает, что я поняла, но уже не видит во мне угрозы. Так же, дети (или ребёнок) , перестали потрошить игрушки которые я приношу, я думаю это делал Минсу, так как, Намгю вообще не интересуется игрушками, к тому же, зачем здоровому 11-ти летнему мальчику, портить то, что предназначается для всех. Мина кажется в целом не интересуется внешней средой, она в большинстве случаев не реагирует на речь, а если и реагирует, нечего не отвечает. Хотя я ни разу не видела как Минсу это делает, так что возможно это кто-то другой. Генсу что-то вспомнил из своего прошлого, сегодня он рассказал мне, как они с мамой ходили на пляж.» пауза.. молчание сухое, хочется откашляться или попить, чтобы эту сухость не чувствовать. Танос остановился потому, что читать было уже тяжело, и даже не из-за текстовой нагрузки, не только физически, но и морально. Но и пути назад уже не существовало, прочитать нужно было всё, всё до последней строчки. Он перевернул страничку дневника, они чуть слиплись, он отклеил их аккуратно и на секунду отведя взгляд продолжил. – «привет дневник, сегодня я пробовала учить с Генсу алфавит. Он учится медленно, в силу своих лет. Хочу чтобы мои дети были образованны, но пока, читать умеет только Намгю, ведь у него есть образование начальных классов. Что касается Мины, «легче связь с космосом поймать стоя на земле, чем с ней прижавшись вплотную», так часто говорят мои "коллеги" с улыбкой, я не считаю это смешным. Минсу слишком мал и запуган для обучения. попробую позаниматься с Генсу завтра.» Мьёнги чувствует как Чунхи находит его руку в темноте, не глядя, сжимая её с каждой строчкой, с каждой остановкой и перерывом на воду. Он принимает её жест, но из-за сильного сжатия, не может обхватить её ладонь в ответ. Субон перелистывает страницу. – «здравствуй дневник. Прошла неделя. Я давно хотела написать кое-что о Мине, но искала время, а теперь я боюсь не успеть, поэтому, писать начну прямо сейчас. Мина – девочка с симптомами бреда, но я давно убеждена в том, что далеко не все её слова бред. Она пришла немного раньше всех остальных детей, из-за чего у меня было больше времени чтобы изучить её симптомы. И я кое-что заметила.. Когда в маленькой детской комнате кроме неё и Генсу никого ещё не было, она сидела за столом, с привычно распахнутыми глазами и бегающим взглядом. И в какой-то момент она начала твердить что-то себе под нос, я подошла в попытке хотя бы услышать её речь. Я думала может она пытается таким образом социализироваться, или что-то в этом роде, но она твердила всего пару слов. Что-то вроде: «убийца. убийца. он скоро будет сдесь. он.. он..» , никто не обратил внимания, ребёнок просто не в себе, просто не здоров. На следующий день к нам поступил Минсу.. цитирую из его предыстории: «..нанес десяток ударов в шею сверстника хорошо заточенным карандашом. Говорят причиной на то послужил буллинг со стороны убитого. Когда мальчика нашли всего в крови, он говорил что некий "он" заставил его это сделать.» – Мина предсказала его приход, после этого я начала за ней пристальное наблюдение, думая что это возможное совпадение, прислушиваясь к каждым её словам, и это далеко не последний случай. Когда порог больницы переступил Намгю, она твердила всего одно слово «чужак» , про том, она ещё не успела увидеть его, она уже чувствовала что он не один из них, то есть здоровый, не имеющий никаких потологий. Предпоследний случай заставил отбросить любые сомнения: Раньше в больнице была кошка, точнее она была бродячей, но всегда чистой, такой что шерстка блестела. У неё был рыжий окрас, на спине полосочки шерсти были чуть светлее чем остальная шерстка. Глаза были чёрные, бездонные, такие, что казалось она не с нашей планеты. Но любви и доверия в них, было настолько много, что представить было себе невозможно. Среди сотрудников её прозвали "гуманоид". Когда она приходила и скреблась в дверь, по клинике проносилась фраза «запустите гуманоида.» Когда я рассказывала об этом своим девочкам, они смеялись, а потом бежали к папе «папа, ты знаешь? у мамы на работе так весело!. я тоже хочу быть врачом!)» – надеюсь никто из них в будущем не будет работать сдесь.. Кошка большую часть времени проводила в закрытом отделении с детьми, запрыгивала на кровать к Минсу когда он заворачивался в одеяло с головой, создая себе хлипкое укрытие от социализации, она ложится поверх одеяла и мурчит, да так что слышно в другом конце здания. Она чувствует его боль, и хочет её не только заглушить своим мурчанием, она хочет излечить его. Она так же была толстая и немного неповоротливая, недлинные лапы и короткий будто обрезанный хвост, были тому прекрастным дополнением, она пыталась играть с ниткой на конце которой привязан фантик. Когда Генсу начинал бегать с этой конструкцией по детской, смотря как она бежит за ним, она часто могла вписываться пухлым бочком в стену на поворотах, а после как встрехнется сново начинает погоню. Иногда эта пушистая хитрюга мастилась и ко мне на коленки, она давала мне надежду, что я всё ещё хороший человек раз уж она ко мне приходит. Не знала как будет к ней относится Намгю, но предпологала что не будет испытывать особого интереса, так же как к игрушкам, но на удивление, он сам брал её в руки, ложился на кровать и гладил обеими руками, кошка жмурилась и казалось даже улыбалась.. В один день, она крутилась вокруг Мины, гладилась о её спину, мордочкой тыкалась в руки. Мина молчала, не реагировала, но кошка была настойчива. Она запрыгнула на стол перед девочкой и легла на рисунки. Девочка подняла взгляд, она пожалуй впервые обратила внимание не на звук а на настойчивость прикосновения. Подняла руку, и положила на затылок кошке, та победно замурчала, но Мина не гладила её, она только держала руку, будто пытаясь прочесть мысли. Потом она сказала всего три слова: «ты завтра умрёшь» всего один раз и ничего больше за день. На следующее утро, "гуманоид" не склеблась в дверь, и я вышла её поискать. Я прошла пару метров по трассе около больницы, и нашла её. Кошка была прямо вдавленна в асфальт, видимо какой-то лихач проезжал мимо и сбил её когда она переходила дорогу. Детям я сказала что она убежала, перед сотрудниками промолчала. То что сегодня сказала мина после долгого молчания я скажу позже, очень надеюсь что в этот раз, она поняла то что увидела неправильно. Надеюсь это не моя последняя страничка.» Танос медлит, сохраняя интригу каждого члена команды. Сэми его торопит, переворачивая страницу за него. «Вот ещё. интригант хренов» – прозвучало у неё голове, но она не озвучила. Будто Субон это единственный человек способный говорить в этой комнате. И в любом случае, раз взялся, пусть дочитывает.. на следующей странице вклеено письмо, и конвертик рядом, небольшой, кривоватый, жёлтого цвета, видно было что сложен детскими ручками. «превет мамочка. я получила тваё письмо и передала Наëн и папе поцелуи в щёчку от тебя! Я очень скучаю но папа сказал что ты супергероиня и сичас спасаешь таких же малышек как Наëн. Надеюсь ты спасёшь весь мир и вернёшься домой. Мы очень ждем тебя..❤ (Ëнми)» Танос не читал его, точнее читал про себя, как и остальные. Эта страница будто отказалась перелистоваться и этому никто не мешал.. в голове выстроился хрупкий силуэт маленькой Ёнми, никто не знал как она выглядит и у каждого был свой образ, хотя основные черты общие: девочка лет 7-9, не очень грамотная, но старается. Низенькая улыбается по детский мягко сжимая цветной карандаш в своей ручке, неумело вырисовывая кривоватое сердечко в конце письма маме.. Страница перевернулась с надеждой, что предыдущая будет не последней с текстом. Танос прочистил горло увидев продолжения мучений, выраженных на страницах.. –«сегодня особый день..» – впервые она не поздаровалась с дневником, её врачебный подчерк кажется ещё более кривым на этих страницах, наверное времени чтобы писать было не так много. –«..сегодня я увидела кое-что удивительное. Мина сидела за столом, твердя всё тоже, что вчера. Ощущение что она даже ночью твердила это.. Кажется её слова не были ошибкой, всё то что она говорила про нашу смерть, и её собственную.. Но сейчас не об этом. Мина метала свой взгляд куда угодно, не имея возможности зафиксировать на чём-то одном(её обычное состояние), Генсу сидел рядом стачивая очередной чёрный мелок о бумагу. Потом повернулся на Мину, «мы умрём?» – дублировал он улыбнувшись, не с усмешкой а привычно мягко для себя, искренне. Он кажется всё ещё не очень понимает. Мина повернулась на него резко впиваясь взглядом, меня всегда пугало когда она смотрит на тебя, но мальчик не отшатнулся. Она кивнула ему рвано пару раз, повторяя сново : «я тоже. я тоже. я..» , «хочешь я нарисую тебе кошечку? Она спасёт тебя от смерти!)» , он почти перебил её, улыбнувшись чуть шире. Губы Мины даже чуть приоткрылись, но оттуда по началу не звука. Впервые вижу какую-то её эмоцию, обычно она каменная. «кошечку?» – Генсу кивнул, а она кивнула следом. В этот момент у меня появилась надежда на то, что она может выздороветь если хоть как-то заниматься с ней. Мальчик взял оранжевый мелок и начертил окружность на весь лист, сверху два небольших треугольника, потом взял свой чаще всего использоваемый мелок – чёрный, и надавил на лист с такой силой, что мелок даже начал крошится на одном месте, на второй стороне также, создавая два маленьких чёрных, бездонных глаза, и нечего больше. Ни рта ни носа. Он протянул лист Мине, которая до этого смотрела за его рисованием, бегая глазами по каждому штриху. «это та, которая убежала, помнишь?)» Девочка не ответила, но приняла. Молча сжимая лист в руках.. А после сново впала в своё привычное состояние.. Сегодня она больше не говорила, когда я заходила сюда, она всё ещё сжимала рисунок в руках. Минсу дрожит от каждого звука рядом с собой пока под одеялом, вскакивает от каждого скрипа собственной кровати. Когда Намгю сел рядом, он был очень напуган, пока не вывернулся из под "укрытия", кажется он даже слегка улыбнулся когда их взгляды пересеклись. завтра.» ни "пока", ни "до завтра", просто "завтра.", твёрдое. она собирается(собиралась) продолжить, но кажется силы на исходе. Следущая страница встретила мятым листом бумаги сложенным вдвое. Наверное что-то типо письма. Танос развернул лист. «привет солнышко, я тоже очень скучаю, слышала ты уложила Наëн спать когда папа задержался на работе, ты моя умничка, я тобой очень горжусь!) Я бесконечно вас люблю, но пока не могу приехать, сегодня меня сново не будет, но ты у меня очень сильная и обязательно справишься. Постараюсь спасти всех в ближайшее время и очень очень скоро вернуться домой!) Надеюсь твой папашка передал вам с сестрёнкой поцелуйчик в лобик от меня). Целую.💋» – и подпись снизу «прости солнышко, не получилось отправить в этот раз..» это письмо было перечитанно раз пять.. Его казалось уже можно было рассказать наизусть.. Читатель чувствует движение позади себя, каждый взмах, слышит каждый звук, каждое сжатие губ и казалось даже ощущает каждый отведённый взгляд.. Он пытается отвлечь мысли от дневника, но даже в тишине, даже прислушиваясь к каждому шороху мысли о дневнике не дают покоя.. Хочется узнать, есть-ли на следующей странице хоть строчка.. Ответ приходит сразу как страница переворачивается. – «привет, вы всё ещё это читаете.. кажется писать мне осталось, совсем немного.. Сегодня я заметила большие изменения в поведении Мины, она не сидела за столом как обычно, она сидела на полу между тумбой и кроватью Минсу, это местечко было будто для неё и сделанно, она вместилась туда идеально, всё ещё сжимая листок в руках. Я подошла к ней, присаживаясь на корточки. «мина почему ты сидишь сдесь?» – у меня была надежда, что она обратит на меня внимание, хоты бы только взглядом. «сегодня.» – она ответила мне коротко, в своём "стиле", пояснять не пришлось. Когда я хотела от неё отойти она сжала моё запястье, сказав всего пару слов, впиваясь в меня взглядом «пиши.». Пока у меня появилось время я пишу эту страницу.. Может это сможет как-то помочь раз уж мина говорит об этом.. » – «попробую вывести детей из клиники, надеюсь, меня пустят если я скажу о предпологаемой угрозе..» На этом страница кончается. Сквозь бумагу просвечивается продавленные карандашом впадины на следуюшей странице. Кажется это ещё не конец.. – «это конец..» – подчерк на этой странице более кривой и рваный.. – «..они решили что я спятила, когда я хотела вывести их. А теперь уже поздно.. я видела их.. Генсу был первым, он был в детской когда..» – страница пропитанна солёными разводами, капли въевшейся в бумагу размывали некоторые буквы. – «Минсу.. прятался в одной из туалетных кабинок когда они пришли.. А Намгю. он даже не пытался спрятаться. Он всё понял сразу.. я видела.. видела брызги крови в детской и.. их тела. всех троих.. кроме мины.. Кажется она так и сидела между кроватью и тумбочкой, я не успела увести её.. но когда я видела её последний раз, она была ещё жива.. я надеюсь, ей всё же повезло. Она была права.. » страница закончена, соседняя пустует, на ней только всё теже "солёные" пятна.. Танос пролистал оставшиеся страницы, будто они могли быть заполнены, будто этот лист просто пропущен.. Мьёнги впервые за это длительное время берёт дневник в руки закрывая, прямо из ладоней Таноса. – Мина. девочка из статьи, из-за которой мы сдесь. он молчал всё время не потому, что нечего было сказать, потому что он вникал, слушая каждое слово, чтобы в конце сделать свой вывод. Чтобы понять. Субон повернулся. Его взгляд ничего не выражал, он просто смотрел, не на Мьёнги, сквозь. Потом на остальных : чунхи спрятала лицо за ладонями, сэми мельком глянула на Мьёнги, будто его фраза всё ещё висела в воздухе. Потом она достала лист, тот что из газеты, с громким заголовком. «ТЕРАКТ В ДЕТСКОЙ ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ БОЛЬНИЦЕ. ПОГИБШИЕ И ВЫЖИВШИЕ» после сама статья мелким шрифтом. но перечитывать её сейчас никто не собирался. Достаточно было найти всего пару строчек из текста.. «.. Кан Мина, единственная выжившая в этом ужасном событии. Восьмилетняя девочка найденная между кроватью и тумбой, усыпанная стелами и щепками она сидела сжимая в руках лист бумаги, самый обычный формата а4..» – и этого хватило.. Палец спустился по бумаге ниже. «..следующим утром девочка скончалась, врачи говорят смерть пришла внезапно, официальная причина смерти не озвучена.» Сэми подняла взглад на Мьёнги сново, не поднимая головы..