Мощь Граф Страда

Работа в корпусе 13 шла полным ходом: учёные и механики работали на полную, лишь бы успеть в срок. Починка машины была почти завершена. Учёные наблюдали за её состоянием, в страхе не допустить всплеска неконтролируемой энергии. Нельзя было допустить ни одной ошибки, иначе «Трагедия» могла повториться вновь. За всем следили военные в камуфляжной форме корпорации. Лица у них были бездушными, а взгляд пугающим, что ещё больше давило на работающих и без того нервных учёных. Работник лаборатории под номером 21 был в большем стрессе, чем остальные. Ему была доверена самая ответственная часть. Он в поте лица регулировал подачу напряжения и в то же время следил за состоянием артефакта. Любая, даже малейшая ошибка могла стоить жизни ему и его семье. После смерти местного шерифа будто что-то или кто-то стал мешать стабильности механизма, словно что-то надвигалось. Вдруг в отделение зашёл старший командир — командир Харгроув. Мужчина средних лет, среднего роста и полный решимости закончить работу над «Проектом Кошмар». Лицо у него было старое, серьёзное и хмурое. А то и понятно: ветеран войны на пенсии, которого правительство бросило на произвол судьбы. Тогда корпорация и наняла его в качестве полковника. Учёный номер 21 увидел своего начальника и запаниковал ещё сильнее, но просчитаться было нельзя. Харгроув заметил его из верхней кабины, защищённой пуленепробиваемым стеклом. Он приподнял голову, но продолжал пялиться на него. Работник это заметил, быстро отвернулся и продолжил заниматься своим делом. Командира отвлекло мигание света в коридоре. Он посмотрел в ту сторону, задумался, когда свет прекратит мигать, но этого не происходило. Внезапно на дисплее номера 21 появилось предупреждение — тревога о нестабильности. Мигал один источник света, затем другой, затем следующий. Командир с непонятным взглядом посмотрел на рядом стоящего военного и спросил: — Перебои с электричеством? Но ответа не последовало. Он стоял так, будто полковника и не было. Учёный мешкался, сковывался, нервно бормотал слова «нет», «не может быть» и всё в таком духе. На весь дисплей высветилось табло, которое не внушало надежды. На нём мигало сообщение. Харгроув стал идти в сторону мигающего света. Он мерцал так, будто вёл его куда-то. Он медленно, со страхом шёл туда. Напряжение накалялось. Свет мерцал всё быстрее и быстрее. Учёный убрал руки от аппарата и уже начал терять сознание. Это заметил военный и крикнул ему, но тот не отозвался. Все четверо служащих выломали дверь в главное управление, подбежали к терминалу и оцепенели от увиденного. У старика лицо становилось всё мрачнее и мрачнее. Свет ослеплял его, но он шёл дальше, невзирая на страх. Как вдруг — темнота. 4 мая 1923 года Детская комната. За окном гремел гром, а под одеялом прятались двое детей — мальчик и девочка. Она мало чего боялась, а её младший брат был ещё тем трусишкой. Он так боялся темноты, что сказал сестре: — Не выключай лампу, хорошо? Та улыбнулась и кивнула, затем спросила: — Бен, почему ты так её боишься? — Кого? — с удивлением спросил мальчик. — Темноты, очевидно, — с ухмылкой ответила сестра. — Ты смелый, не боишься смотреть ужастики на ночь, а вот от темноты чуть ли не писаешься. Он с недоумением посмотрел на неё и ответил: — Ничего я не писаюсь! Просто... — Просто что? — Я боюсь того, кто в ней, — со страхом ответил он. Девочка наклонила голову набок, улыбнулась, погладила его по щеке и сказала: — Там никого нет, глупенький. Уже поздно, давай спать. — Но лампу не выключай! — заявил он. Они оба легли спать. Дождь бил об стёкла, и гроза давала о себе знать. Одна уже давно уснула, а её брат всё смотрел и смотрел на шкаф в углу комнаты. Он вспомнил слова сестры о том, что в темноте никого нет. Он встал, взял лампу и подошёл к старому шкафу. Медленно открыл одну, затем другую дверцу, приподнял лампу — и оцепенел. Он не смог закричать, даже убежать. Страх поглотил его. Он смотрел на фигуру с трепетом, а она смотрела на него. Монстр вышел из шкафа, поднял свою чёрную руку над бедным мальчиком и начал совершать страшное. Текст на табло гласил: «ТРЕВОГА». Харгроув опомнился, но было уже поздно. Рука висела над его головой, свет снова стал мигать всё сильнее. Старик встал как вкопанный и просто смотрел. Включилась тревога, загорелись красные лампы, началась эвакуация. Гнилая рука из плоти уже почти схватила его. Он смотрел на неё с жалостным видом. Свет становился всё ярче, мигал всё быстрее, напряжение накалялось. Как вдруг — тишина. Весь убегавший персонал вдруг остановился. Военный зашёл в 13-й корпус и увидел, что всё в норме, а в том коридоре никого. Харгроув лежал на земле, больше напоминавшей холодный песок. Он еле встал, осмотрелся и ужаснулся. Он находился в пустыне, но на земную она была совсем не похожа. Песок, небо и буря были красно-тёмного оттенка. Неожиданно он поднялся в воздух, будто кто-то держал его за шею. Он схватился за неё, но ничего не почувствовал. Что-то стало его душить. Как вдруг — она. Зловещая фигура подошла к нему с протянутой рукой, которой медленно душила старика. Высокое существо, сделанное из крови и плоти, без зрачков, будто было слепо, стояло перед ним. Харгроув смотрел на него с недоумением. Кто он? Что за инопланетянин и почему он похитил его? Как вдруг оно заговорило: — Как отключить защитное поле, сдерживающее влияние машины? — медленно, зловеще, грубым хриплым голосом спросило оно. Харгроув был в недоумении. Что за вопросы задаёт инопланетянин у такого, как он? Но сквозь боль ответил: — Я не скажу тебе. Это опасно. — У нас с тобой похожие цели. Мы оба хотим захватить власть над всем этим гнилым, ничтожным миром. Так ведь, Бен? Его охватил ужас. Откуда оно знает его имя? Но он понял, что существо знает о лаборатории и о том, что в ней происходит. Он также понял, что перед ним представитель сверхрасы, который мог бы чем-то помочь деяниям корпорации. — Так ты ответишь мне? — спросило жуткое создание. Бен мешкался, но знал, что у него мало времени. У него были не такие планы на остаток жизни, поэтому ответил: — Послушай, я не могу. Но наша мощь, сила корпорации и твоя смогут уничтожить наших врагов. Зачем захватывать всю планету? Нежить разозлилась и стала душить его сильнее. — Я спрашиваю в последний раз. Как мне это сделать? Командир быстро понял, что так не пойдёт. Это не было целью его жизни — порабощение всех стран и народов. Поэтому он с презрением и без страха яростно ответил: — Катись к чёрту! Монстр заскрежетал гнилыми зубами, приподнял голову и сделал контакт: у обоих пропали зрачки. Военный кричал от боли, а существо пробиралось в его разум в поиске ответа. И вдруг нашло его. Харгроув быстро пришёл в чувство, посмотрел на него, а затем на его протянутую руку — и ужаснулся ещё сильнее. Пальцы руки стали медленно сжиматься, тем самым сжимая его шею. Он махал руками, хватался за своё же горло, но не помогало. Он поднимался всё выше. Ладонь нежити сжималась. Боль была невыносима. Кровь начала идти из всех отверстий: из носа, из ушей, изо рта, из глаз. Как вдруг оторванная голова командира вместе с телом упали на землю. Брызги крови облили лицо существа, но тот даже не моргнул. Он медленно повернулся в другую сторону и начал идти вперёд. Он шёл и шёл, пока за горизонтом не показался огромный высокий пирамидоидальный монолит. Монстр шёл сквозь бурю прямо, не сворачивая и не колеблясь. В его глазах была видна ярость, гнев и необычная жестокость. И имя его — Граф Страд.