Часть 5 или Огонь

      Cалли принесли новости, которые взбудоражили весь риф. Но и для них нашлись события, что заставили всех задуматься о скорых действиях.       Паук. Увидев его без маски, Нетейям чуть не впал в шок. Как такое возможно? Что произошло? Как и почему? Было слишком много вопросов. Ронал с удивлением наблюдала за парнем из далека — никогда не была близка с ним, да и не намеревалась как-то уменьшить разрыв между ними. Взор женщины сразу упал на молодую Кири, что ни на метр не отходила от парня.       Тоновари же официально подтвердил свои опасения — люди вновь взялись на нападки деревень в округе. Сейчас они ищут не только Джейка Салли, но и юного паренька, что теперь может вдыхать воздух здешних земель. А также о назначенной встречи Матриарх. Ло’ак, услышав, что речь пойдет о Паякане, сразу напрягся — это значило только одно. Все молодые сразу стали надеяться на лучшее, но готовиться к худшему.       Тучи собираются. Погода становится серой. Атмосфера нагнетается. Все молодые на’ви собрались на излюбленном месте на берегу рифа. Их место уже было обустроено для многих, однако чаще всего тут замечали именно нашу большую компанию.       — Так как это произошло? — спросила Софэя, только компания уселась. Медлить нельзя было — дождь мог начаться в любую минуту и разогнать скопление на’ви.       — На торговцев воздухом напали. — начал Ло’ак, — Мы тогда только подлетали к первым скалам.       — Они вылетели из-за гор и обрушились на нас с горящими стрелами! — Паук перебил Ло’ака и руками показал, как их банши пикировали на воздушный караван.       — Они взорвали тот корабль, на котором мы были. — Софэя в ужасе прикрыла рот, схватившись за руку Нетейяма, который тоже внимательно слушал. — Маму пронзила стрела насквозь. Ей очень повезло. Ее икран сразу полетел в горы Оматикайя.       — А за нами была погоня! — казалось, Паук был охвачен этой историей, — Мы удрали по реке! Эти тупоголовые Манкван даже ничего и не поняли. — усмехнувшись тот передал слово своему брату.       — Но нас нашли. — Ао’нунг после слов Ло’ака еле сдержал смешок, — Их Цахик пыталась вынудить из нас информацию о том, как пользоваться оружием людей.       — За нас впряглись Джейк и синий генерал. Но и их взяли в плен. — пожал плечами парень, после чего продолжил, — Однако… Нас спасла Кири, подключившись к системе Пандоры. — Паук с восхищением взглянул на Кири.       Все взгляды устремились на смущенную девушку, что сразу опустила взор и не знала, что сказать.       — Я лишь просто попробовала… Не думала, что получится…       — Да не ври! Она просто молниеносно свалила двух на’ви из клана Манкван, выстрелив в них ядовитыми иглами цветка Коал! — Паук не дал Кири просто так уйти от восхищенных взглядов. Водные на’ви удивленно переглянулись и восторженно рассматривали застенчивую девушку, однако после ей удалось передохнуть, ведь Ло’ак продолжил.       — Потом мы бежали также по воде, чтобы не оставлять следов. Утром нас уже нашли мама и клан.       — А Кворич? — спросил Нетейям, не понимая полностью историю. — Куда он делся?       — Во время плена он показал Манкван, как пользоваться оружием… — Паук хмуро опустил взгляд в песок. По его глазам было видно, сколько мыслей крутиться в его голове.       — А после он удрал, как жалкий трус. — Ло’ак надменно фыркнул, на что ребята сменили тему, решив, что не стоит зацикливать внимание на этом персонаже.       После пошел рассказ о том, что происходило в деревни в эти дни. Софэя и Нетейям почти вылечились — лишь легкий дискомфорт остался от прежних ран. Уже явно видно, что бинты и широкие листья меньше закрывают их тела — особенно Софэйи. Розовые следы сросшейся кожи так и виднелись по всей ее левой части тела. Где-то больше, где-то меньше. Даже Тук боялась кинуться той в объятья, когда ее увидела — боялась сделать ей больно. Однако они уже спокойно могли поднимать оружие и натягивать тетиву, но не резко. Каждый их день был тренировкой и обучением. Даже плавать на илу или скимвинге было еще сложно для них обоих, но они тренировались. Пару раз Софэя и Нетейям взлетали ввысь на икране, патрулировать пространство вокруг деревни — смотрели по сторонам, чтобы, не дай Эйва, пропустить корабль людей и их неожиданную атаку.       Рассказ о том, что случилось с Пауком, решилась рассказать сама Кири. Ее голос был задумчивым и иногда звучал неуверенно. Она даже не знала, как объяснить то чувство, когда поняла, что нужно делать. Однако Цирейя облегчила ее сознание одной лишь фразой:       «За тебя творила сама Эйва… Может поэтому ты не можешь объяснить свои действия?»       Вскоре пошел дождь, который длился аж до самого утра. Но даже плохая погода никак не могла повлиять на тренировки. Софэя и Вилэ вместе вышли из маруи и направились к берегу, где часто проводили свои тренировки. С удивлением те обнаружили, что их место занято: Нейтири стояла и точно также, как Нетейям когда-то, пыталась натянуть тетиву лука. Софэя подметила нечто странное: лук был другой. Видимо во время последней битвы, когда Софэя пыталась спасти раненного Нетейяма, Нейтири сломала свой лук. Иногда, бывая в дому у Салли, Софэя рассматривала лук женщины. Однажды, она даже смогла рассказать пару историй, как этот лук попал в руки лесной на’ви. Техника обработки отличалась: мягкое тело древесины вокруг рифа легко было обработать, а вот грубую древесину джунглей — сложно, от того и были видны грубые стежки на рукояти лука. Сейчас же Нейтири стояла с самым простым луком, что она может сейчас себе позволить. И было видно, что ее огорчала не только рана, но и сам слишком податливый лук.       Нетейям стоял рядом, также как и маленькая Туктирей. Она тихонько стояла и держала колчан стрел. Нетейям спокойно стоял рядом и ждал, когда Нейтири сама обратится к нему за помощью — также как когда-то помогла ему Софэя.       Увидев, что пляж занят, Софэя и Вилэ, поздоровавшись с семейством Салли, решили провести тренировку в воде. За два часа погода поменялась: солнце стало выглядывать из-за туч, чему Софэя радостно подставила свое лицо теплому свету. На душе сразу стало легче, однако тревожность не отступала. Как и не отпускало чувство того, что что-то должно вот-вот произойти.       После воды нужно было намазать целебным порошком еще не схватившиеся царапины. Отправив Вилэ к матери, что занималась собирательством, Софэя направилась к Цахик. По пути на доках девушка заметила Кири и Паука, что оба сидели и разговаривали. Лесная на’ви, смеясь, заплетала Пауку косу, которая обвивала его Куру, нервный отросток, ставший у него расти с появлением возможности дышать.       — Вижу, у вас все идет своим чередом. — произнесла Софэя, присаживаясь рядом с Пауком.       — У меня дела супер! — казалось, что с возможностью дышать, Паук также получил безудержное счастье. Таким счастливым Софэя никого в своей жизни не видела. Глядя на Паука, улыбка сразу вставала на место любого, кто его увидит.       — Не вертись, обезьянчик! — со смехом произнесла Кири, стараясь ровно заплести косу.       — Смотри, скоро и илу приручишь. — с улыбкой Софэя увидела, как загорелись глаза Паука. И как можно считать этого парнишку злом всей планеты? Он на все сто процентов захвачен Пандорой, он хочет быть ее частью. Он и так уже стал ее частью — Эйва подарила ему возможность стать одним из на’ви.       — Как ты чувствуешь себя, Софэя? — спросила Кири, на мгновение отведя взгляд с косы.       — Намного лучше. Нужно возвращаться в рабочую форму, чтобы помогать деревне отойти от недавних потрясений.       — Это точно… — согласился Паук, начав качать головой, от чего Кири шикнула, а сам парень засмеялся. — Софэя, можно тебя попросить об одолжении.       — К-конечно… — этот вопрос слегка сбил девушку с толку.       — Можно тебя попросить найти и мне работенку? — Паук нервно улыбнулся, однако было видно, что его немного заботит его положение в деревне. Не многие его тут жаловали. Поняв причину вопроса, девушка закивала головой.       — Конечно. Не стесняйся спрашивать. Кири со своей семьей тоже когда-то только входили в наш быт. Просто будь рядом и соглашайся на любую помощь.       Поболтав еще немного, девушка направилась к Цахик, где встретилась с уже уходящей Нейтири. Она была без настроения, но приветливо кивнула Софэйе. Ронал же дала мазь девушке и напомнила, что на дневном затмении будет сбор Матриарх.       Все утро девушка помогала матери с собирательством. Она потихоньку входила в прежний ритм жизни, успевая помогать всем и каждому, хотя сейчас все уговаривали ее отдохнуть и дать ранам зажить спокойно. Девушке это не нравилось — сидеть без дела и смотреть как другие работают, это было не для нее. Ей давало сил то, что она помогает деревне и не остается в стороне.       Недалеко от себя та заметила подходящих по тропе Кири и Паука. Тот с интересом рассматривал морских на’ви и то, как они собирают фрукты. Софэя попросила их помочь ей, ведь ей уже следовало отдыхать. Объяснив Пауку, что и как делать, она спокойно стояла рядом и наблюдала за происходящим. Кири и Паук весьма воодушевлённо помогали деревне.       К затмению, Софэя пришла на доки, где собрались все охотники и Салли. Кивнув семье, та села рядом с Сохиком. Матриарх со своими Старейшинами только подплывала к деревне. Это был не первый раз, когда Софэя видит самого большого Тулкуна — каждый год на Первое причастие Матриарх приплывает к ним в деревню, чтобы вместе с на’ви провести древний обряд: впервые присоединить маленьких на’ви и тулкунов к древу матери, чтобы те смогли повидаться со своими родственниками в первый раз. Однако сейчас, хоть она и приплыла к берегам рифового племени ради этого, ее появление тут было далеко не для Причастия. Матриарх начала говорить. Гул прошелся по воде вибрацией, на что все замолчали и начали прислушиваться к тому, что скажет Матриарх. Тоновари же стоял в накидке Оло’эйктана и переводил для многих, здесь присутствующих.       — Матриарх сказала свое слово. Говорит, изгой продолжает нарушать закон Тулкунов, — вождь повернулся к на’ви лицом и своим копьем показал на Паякана, что находился близь доков. Софэя, как и многие тут присутствующее, сразу поняли к чему идет дело, — Любое убийство под запретом, за это его изгнали, но он снова это сделал. Изгой напал на корабль демонов и принес смерть в наши семьи. Даже Турук Макто был близок к смерти своего собственного сына.       Софэя посмотрела на недалеко сидящего Нетейяма, который совершенно не понимал, к чему ведет Матриарх. Это же чушь!       — Пап, они не могут винить в этом Паякана… — Ло’ак тихо обратился к Джейку, пытаясь найти хоть каплю поддержки, однако тот лишь шикнул, чтобы говорил тише. Послышался снова гул, что отдавался в сердцах каждого на’ви.       — Она говорит, он продолжает сеять смуту, распространяя дурные идеи среди молодых. — Тоновари своим копьем показал на Цирейю, Ротхона и других молодых морских на’ви, также не забыв про Софэйю. Она стыдливо припустила голову, однако она не была в курсе проделок Сои. Ее Тулкун должна была приплыть сегодня. — Говорит, он принесет еще больше смертей.       Ло’ак стал просить отца встать на его сторону. Однако даже Софэя понимала, что у Джейка тут нет права голоса. Все было честно со стороны Тулкунов. И эта борьба в ней еще больше угнетала ее настроение — она не знала, на чье сторону встать. Тут Матриарх дала свое последнее слово. Услышав, Софэя и Цирейя одинаково взглянули на Ло’ака, что напряженно слушал Тоновари. Ему это совершенно не нравилось.       — Она говорит, что изгой не может остаться в этих водах. Он должен уйти далеко, чтобы его песни не было слышно. В вечную ссылку.       — Это не честно… — тихо произнес Паук, однако его слышали все.       — Решено. — Тоновари, опустив взгляд, ударил копьем о док.       Следом послышался жалобный возглас Паякана. Софэя думала, что никогда в ее жизни она не услышит такого горестного голоса Тулкуна. Он принял свою судьбу. Он не мог воспротивиться приказу Матриарх.       Ло’ак сразу кинулся к нему. Если Паякан принял свою судьбу, то Ло’ак не мог принять такого решения. Он пытался остановить Тулкуна, он кричал, пытался донести до него мысль. Но Паякан знал, что если он останется, то и наложит на Ло’ака ярлык изгоя. Паякан продолжал свой путь, не смотря на возгласы своего брата, что пытался его остановить.       — Это… Это неправильно… НЕПРАВИЛЬНО! — взревел Ло’ак.       — У тебя нет права голоса! — Ронал грубо прервала лесного на’ви, но что тот больше разозлился.       — Вы что? Паякан бился за нас! — его слова подняли на уши всех присутствующих. Все это понимали, но никто не хотел признавать. Правила есть правила. — Он бился за нас! Он спас вашу дочь! Он спас ей жизнь!       — Это наш совет! Знай свое место! — Цахик, придерживая свой живот, рукой показывала сесть Ло’аку, однако тот будто не слышал.       Джейк и Нетейям встали на ноги. Им нужно было утихомирить парня. Нетйири тоже попыталась остановить своего сына.       — Старейшины все сказали! — даже вождь поднял голос, однако Ло’аку было плевать.       — На Тулкунов охотятся! Они умирают! — перестав видеть в старших здравый смысл, парень повернулся на толпу, пытаясь вразумить морских на’ви.       — Ло’ак, довольно… — спокойно произнес Джейк, схватив сына за плечо. Он пытался его утихомирить, однако тот вырвался из хватки.       — Ло’ак говорит правду! — подала голос Цирейя, на что рядом сидящий Ротхон и ее брат спохватились усадить ее на место. Тоновари и Ронал сразу шикнули на дочь, однако та, будто не слыша их, встала на сторону Ло’ака.       — Паякан воин! Он бился за нас! — Сохик уже не стерпел такой наглости и встал на ноги, с угрозой глядя на лесного на’ви. Джейк это заметил и вновь взялся за Ло’ака, однако последующие слова парня породили возмущение, — Он бился больше тебя! И тебя! — на’ви стал тыкать пальцем в рифовых охотников так же, как до этого сделал Тоновари. — Больше нас всех! Он бился за нас!       — СЯДЬ! — прикрикнул вождь. Нейтири глядела на своего сына и было видно, как у нее наворачиваются слезы. Ей было обидно за сына, что его точку зрения не принимают. Точно также она себя чувствовала, когда погибла ее сестра от рук людей. Против ее воли ее обручили с Тсу’тейем. Она ничего не могла поделать, даже криками о помощи… — Вышвырнуть его отсюда!       — Довольно! — Джейк уже в последний раз схватился за руку сына и повел его прочь из толпы. Нетейям не знал, как поступить. Он хотел пойти за отцом, но знал, что попадет лишь под руку.       — Это совет! Старейшины всё сказали! — с рыком в голосе Тлоновари вновь ударил копье о док, не зная куда деть свое негодование. Никто и никогда не посмел иметь такого неуважения ни в его сторону, ни в сторону Матриарх. — Садитесь! Совет продолжается!       Софэя переглянулась с озлобленным отцом. Он тоже был на стороне вождя. Да, он понимал, почему Ло’ак так озлоблен, но и не мог просто игнорировать слова Матриарх. Далее девушка посмотрела на Нетейяма, которому было уже поздно что-то решать: он повиновался и присел под яростным взором Оло’эйктана Меткайинов.       Вождь продолжил совет, однако Софэя продолжала оглядываться назад на ушедших лесных на’ви. Ей было тревожно.       — Я В ЭТОМ НЕ ВИНОВАТ! — послышался крик Ло’ака, на что Нетейям чуть не подорвался с места, однако был прерван Ао’нунгом. Морской на’ви украдкой взглянул на говорящего вождя, а после отрицательно мотнул головой — нельзя провоцировать вождя еще больше. Нетейям после взглянул на Софэйю, однако столкнулся с проницательным взглядом ее отца: Сохик тоже отрицательно мотнул головой. Хоть ему совершенно не понравился поступок младшего брата Нетейяма, он ему желал только хорошего.       Вскоре после окончания собрания, Софэя подорвалась к семье Салли.       — Бегите к Ло’аку, вы ему нужны. — тревожно прошептала Софэя после чего взглянула на Тук, — Малышка! Пошли ко мне домой? Мне срочно нужна твоя помощь! — маякнув друзьям, чтобы те спешили, Софэя присела около Туктирей.       — Но Ло’ак… — было видно, что она не может решиться. Глубоко вздохнув, Софэя также заметила, что Нейтири отводит Джейка к ним в маруи для серьезного разговора. Туктирей не обязательно видеть брата в истерике и возможную ссору родителей.       — Знаю, малышка, знаю… — она тяжело вздохнула, — У меня есть предложение. — Тук заинтересованно перевела взгляд на девушку, но совсем не понимала, о чем она говорит, — Давай сделаем подарок твоим братьям?       — Какой? — было видно, что идея понравилась малышке.       — Сплетем обереги? Я тебе все покажу. В этом и заключалась твоя помощь. Я собираюсь подарить Нетейяму браслет, но совсем не знаю, что вышить на нем. А с тобой мы сможем сделать в два раза больше работы и получить небольшой оберег и для Ло’ака. Как идея?       — И для Паука! И для папы тоже! — глазенки загорелись у девочки, а у Софэйи ушла тревога. Главное, чтобы ребенок всегда был счастлив, даже в трудные времена.       — Если мы делаем для всех бравых воинов, то нельзя и забыть про твою маму.       Туктирей, прокричав: «Нельзя терять времени!», потянула девушку в сторону ее маруи. Внутри спокойно сидели Алуэ и Вилэ. Увидев подругу, та кинулась обнимать Туктирей, а, услышав идею, тоже загорелась идеей сделать обереги и для Софэйи, и для отца. Дети побежали в небольшую пристройку, где Вилэ достала все свои самые красивые ракушки и без жадности поделилась всем с Туктирей. Софэя, поговорив с мамой о собрании, пошла к девочкам и принялась вышивать синюю строчку на браслете.       Спустя пару часов пришел Нетейям. Он был мрачнее тучи. Спрятав подарок, девушка выбежала к нему. Ушедшая с такой детской радостью тревога вновь возобновилась трещать в груди. Кивнув на выход, Нетейям потянул девушку подальше от чужих ушей, особенно детских.       — Он хотел… Я не знаю, откуда он взял это ружье… — Нетейям не знал, как начать, только они присели на большие кори, недалеко от маруи девушки.       — Что? — ахнула Софэя, прикрыв рот, — О Великая Мать…       — Я видел, как он сидел, прислонив дуло к челюсти… Софэя, я видел это… — парень облокотился на колени и склонился вперед, боле не имея сил сидеть прямо. Его тянуло вниз…       — Нетейям, что произошло? — страшные картинки стали мелькать перед глазами девушки, однако Нетейям поспешил их прервать, подняв заплаканный взгляд.       — Он его отбросил, он не сделал этого… — Софэя кинулась обнимать Нетейяма, видя, как тяжело ему дается, — Я был так далеко… Я ничего не мог поделать.       — Это его путь, Нетейям… Он сильный. Он рожден для больших дел.       — Он да, а я даже не могу быть рядом в тяжёлые моменты! Какой я брат после этого…       — Нетейям… — Софэя взяла его лицо в свои руки, — Ты был рядом! Ты был там, верно? Ты не кинул его на произвол судьбы! Ты рядом со своей семьёй!       — Я ему буду помогать. — спустя минуту продолжил Нетейям, вытирая мокрые дорожки на своих щеках, — Оказывается, он нашел мамин лук на потонувшем корабле. Я ему помогу починить его. Попробую показать ему техники, что я знаю.       — Сила предков течет в ваших сердцах… Вы сможете починить лук матери. Нетейям призадумался. Софэя была рядом, не пыталась его как-то вывести на разговор. Моральная поддержка. Самая простая.       — Тук у тебя, верно? — спросил Нетейям, глядя на закат. — Нужно возвращаться в маруи…       — Да, я ее привела к себе после затмения. — кивнула Софэя, понимаясь со своего места, и потянула Нетейяма на ноги. — Думаю, у нас для вас есть подарки.       — Что? — Нетейяму было совершенно не до веселья. Однако легкая улыбка Софэйи разгоняла тёмные мысли в его голове.       — Пойдем.       Подойдя к маруи, Нетейям увидел, как по докам идет Сохик. Он ступал устало, даже широкие плечи охотника понуро были уведены вперед. Они втроем одновременно подошли к входу. Вилэ и Туктирей в этот момент встали на ноги и побежали на выход, увидев на пороге членов семьи. Нетейям и Сохик вместе будто смахнули предметы любой усталости и радостно стали реагировать на двух несущихся на них девочек. Сохик сразу посадил дочку на руки, а вот Нетейям не был так силен — он взял Тук на руки и прокружил ее, вызвав у девочки такой заразительный смех, что наполнил и маруи, и сердца на’ви.       — А у нас для вас подарки! — сказала Тук с широкой улыбкой на лице.       — И у меня тоже. — добавила Вилэ и слезла с рук отца.       — Хах, и у меня. — подметила Софэя и спокойно пошла за двумя девочками в дополнительную пристройку, где они втроем сидели и вышивали.       Спустя пару мгновений, две девочки выбежали к на’ви. Алуэ все это время сидела и с улыбкой наблюдала за милой картиной, готовя ужин. Вилэ протянула своему отцу маленький оберег — вокруг прозрачного камня были привязаны другие ракушки, что Вилэ нашла у себя в закромах. Туктирей, одной рукой придерживая еще кипу похожих оберегов, протянула Нетейяму один из них — если у Вилэ оберег выделялся обилием всего, то у Туктирей были узлы. Для каждого члена семьи она взяла один камушек или ракушку и с помощью этого предмета вязала узелки, которым ее научила Софэя. Выглядело слегка нелепо, но очень мило. У Нетейяма была голубая ракушка.       Не успев хорошо разглядеть, Нетейям опустился на колени и обнял свою сестренку.       — Я его всегда буду носить с собой.       — Конечно, ведь это оберег бравых воинов! — Тук задернула нос и рассмеялась.       — Спасибо, Вилэ! — произнес Сохик и поставил свою дочь на пол. — Значит Нетейям у нас бравый воин? — с легкой усмешкой произнес морской на’ви, наблюдая за смущенной реакцией лесного. — Что-то не вижу татуировки.       — А мне можно набить тату? — чуть посерьезнев, спросил Нетейям, чем удивил старшего по званию.       — Ну… — Сохик переглянулся с Алуэ, которая лишь неоднозначно пожала плечами, — Думаю да, раз ты прошел все обряды инициации в своем клане, то… почему бы и нет? Только следует спросить вождя сначала…       Нетейям кивнул и перевел свое внимание на сестру, которая смотрела на Софэйю.       — Братик, а еще мой оберег можно будет пришить на подарок Софейи! — Нетейям поднял взгляд и только сейчас заметил, как смущенно стоит его девушка и улыбается.       — Я решила, что не стоит тебя оставлять без подарка… Точнее после того, как ты мне дал это ожерелье… Я решила тебе подарить боевой браслет.       Девушка протянула вещь Нетейяму, на что он, все еще стоя на коленях рядом с Туктирей, стал рассматривать вещь. Браслет был явно из лесного племени, техника выполнения точно была не здешней. А вот узор из маленьких камней — явно сделан морским на’ви. Туктирей поспешила показать Нетейяму, как лучше следует пришить ее оберег на подарок девушки.       — Вот так! — оберег находился на тыльной стороне, прямо на середине небольшого кармашка для ножа.       — Спасибо большое! — Нетейям произнес это так искренне и с улыбкой чмокнул Тук в щеку, от чего та засмеялась от смущения. После этого Нетейям встал на ноги и обнял Софэйю. Покраснев, девушка обняла парня в ответ, даже не обращая внимания на слегка удивленные взгляды своих родителей. Она вспомнила про них только когда почувствовала поцелуй в щеку. Широко раскрыв глаза под удивленный звук «Уууу…» от девочек, та стала шикать на парня:       — Ну не при родителях! — чем только вызвала улыбку у лесного на’ви, который еще не видел взгляд Сохика, иначе бы он так не улыбался.       — Ну всё, бравый воин, тебе уже пора! — с нажимом произнес Сохик, показывая рукой на выход, чем рассмешил Вилэ и Туктирей. Для этих двоих ситуация была слишком смешной.       — Извиняюсь… — Нетейям лишь поднял руки в жесте «сдаюсь!» и, прихватив свои подарки, пошел на выход с Туктирей.       Пожелав всем хорошего вечера, лесные на’ви направились домой.       — Нетейям, как ты думаешь, Ло’аку понравится мой оберег? — наивно спросила Тук, показывая брату оберег, который она сделала для Ло’ака.       — Ему точно понравится, Тук. Ты большая молодец у нас.       Так напряженный день подошел к концу. Есть и плохие моменты, и хорошие. Ведь всё в мире связывает вода — жизнь и смерть, тьму и свет. Одно следует за другим, как и вода течет в своем ритме. Она не останавливается, как и жизнь вокруг.