Часть 7 или Призыв

      Hепонимание. Слабость в теле. Пустота в голове. Апатия. Всё это чувствует человек, когда теряет свою опору в жизни. Они забрали то, чем Нейтири дорожит больше своей жизни. Он принес краски в ее жизнь, он принес первое счастье. Он спасал ее множество раз. Они были друг для друга опорой, поддержкой, напарниками. Они были всем.       Она не могла просто так все оставить.        Она судорожно начала перебирать план спасения. Медлить было нельзя. Время уже не вернуть. Несколько часов прошло с момента, как забрали Джейка Салли из клана Меткайина. Кири помогала Цахик с раненными. Туктирей и Нетейям сидели дома. Рядом спала Вилэ. Как только ей обработали рану, Сохикпринес ее в маруи семейства Салли, так как своего собственного у них не наблюдалось. Также Софэя и все охотники помогали тушить пожар, а когда пожар стих — она без ног свалилась на пол маруи. Вилэ спокойно спала, положив голову на ноги спящей сестры. Туктирейтоже мило приютилась сбоку, положив головку на плечо морской на’ви. Картина милая, если бы не произошедшее. Алуэ и Сохик до сих пор помогали разбирать последствия ночи, даже когда уже вставало солнце.  Нейтири резко встала со своего места и ринулась к ящику с боеприпасами.        — Мама? — сонно спросил Нетейям, только провалившийся в сон. Говорил он тихо, чтобы не разбудить никого.        Нейтири не обращала внимания. Она видела только цель. Она достала из ящика стрелу со взрывчаткой на наконечнике. Нетейям поморщился. Ему было страшно смотреть на оружие после ситуации с Ло’аком. Казалось, он только тогда смог осознать, что оно может забрать смерть близких за мгновение. Из лука сам в себя не выстрелишь…       — Я с тобой. — только Нетейямпонял, что замышляет мать, как та резко развернулась на него. Ярость пылала у нее в глазах.        — Нет… — она отвела взгляд на малышек, что спят рядом с Софэйей. — Ты нужен здесь. Если я не вернусь…        — Не говори так. — Нетейям нахмурился. Он часто слышал такое от отца и матери… Сейчас все казалось куда серьёзнее и опаснее.       — Бери Тук и Кири, улетайте искать Ло’ака. После затаитесь где угодно. Когда все уляжется, возвращайтесь в горы.        Женщина продолжила собирать оружие для похода. Она сама не до конца понимала, что творит. Ее прервал Нетейям, остановив за плечи. Он взглянул в ее сумасшедшие глаза.        — Мам… Успокойся. У тебя сильное сердце… Дыши. — сам на’ви стал глубоко дышать, что интуитивно стала делать и Нейтири. — Сила предков всегда с тобой. — он подал лук, сделанный Ло’аком, — И сила семьи всегда рядом.        Нетейям встал и подошел к небольшому укрытию Туктирей, где она держала обереги. Он знал, какой онахочет подарить маме с папой. Они единственные лежали еще там. Она ждала какого-то подходящего момента. Однако Нетейям решил отдать именно сейчас. Может потом будет уже поздно.       Он достал два маленьких оберега, сделанных в зеленых тонах из высушенных водорослей. Нетейям без лишних вопросов прикрепил один из них, что предназначался Нейтири, на лук, а принадлежащий отцу он отдал матери.        — Верни папу домой.        Она улетела. Нетейям останавливал себя как мог. Но спящие девочки сделали за него всю работу — только взглянув на них, он осознал, что не может бросить их в этой деревне, туда куда люди могут напасть в любой момент. Он должен их защищать. А в маму он должен верить.        Туктирей и Кири восприняли это крайне тяжело. Они одни, родителей рядом нет, Ло’ак непонятно где, а ближайшие друзья в лице Цирейи, Ао’нунга и Ротхона уплыли искать Ло’ака. Взрослые в деревне на пределе.        — Салли не сдаются. — напомнил Нетейям плачущей Туктирей.  День прошел напряженно. Нетейям почти весь день пояснял охотникам, как биться с технологиями людей. Если это вертолет — бросайте копья в крутящиеся винты, если это подводники — ломайте стекло. Нужно остерегаться со всем, чем выстреливают люди. Иметь при себе нож нужно всегда — можно спастись от сетей, услышали или увидели взрыв — группируйтесь.        Всё это Нетейям объяснял подробно. Сохик тоже все контролировал и пояснял своим на’ви. Софэя на собраниях не присутствовала — помогала Цахик и Кири со сбором трав, приготовлением снадобий и так далее. С ними также была Тук, иногда убегая проведать Вилэ, свою лучшую подругу. Они сблизились за это время. Туктирей хоть сама очень сильно нервничала, она пыталась сделать жизнь окружающих веселее и добрее, за что ей все в деревне были благодарны.        Только вечером Софэя и Нетейям смогли нормально встретиться. Девушка уложила Туктирей и Вилэ. Сохик и Алуэночевали недалеко — у своих приятелей. Кири уже давно мирно посапывала на растянутом гамаке. Все валились с ног.        — Софэя… А скоро все закончиться? — шепотом спросила Тук, хватая девушку за руку. Нетейям в это время расстилал напольные лежаки — непривычно, но практично. Он привык спать на гамаках, однако им пришлось раздать нуждающимся.        — Скоро, малышка. Спи спокойно, мы рядом. Ты в безопасности.       Поцеловав девочку в лоб, Софэя вышла на док. Нетейям последовал ее примеру и вышел, вдохнув свежий бриз. Девушка просто присела и стала молиться на звездное небо, сложив руки у губ в замок. Она просила о безопасности, о скором окончании всего, что свалилось на ее деревню и ее родных. Она просила счастья и спокойствия.        Нетейям тихо подошел и обнял девушку за плечи. Он вздрогнула, но не отпрянула. Он видел, как она беспокоится. Он видел, как это ее сильно калечит. Слова поддержки и утешения шепотом слетели с его уст. Он потянул ее встать на ноги. После потихоньку повел в маруи. Он ее не отпускал даже во сне, крепко прижимая к своей груди. Только так сон смог завладеть ее сознанием, когда она, слушая дыхание Нетейяма, успокоилась.        День пролетел незаметно. Все те же действия, куча работы. Охотники весь день тренировались. Даже Софэя смогла пару часов провести в спарринге с отцом. Он не щадил, да и она не просила. Она должна быть сильной.        Вечером, когда все сидели в маруи Салли, где Алуэ приготовила ужин, неожиданно раздался конх. Все вмиг встали на ноги. Опасность. Сохик и Софэя сразу взялись за оружие. Нетейям за лук. Кири, Тук, Вилэ и Алуэ побежали в укрытие — сейчас было видно сразу, что все дети и женщины убегают из маруи, ведь даже дома уже не безопасно. Нетейям, Сохик и Софэя кинулись к берегу, куда и прилетел икран. Увидев лишь одну большую тень, Нетейям опустил лук и кинулся бежать быстрее — это были его родители. И, к удивлению Софэйи, Паук. Нейтири смогла спасти всех…        Нетейям бросился в объятья родителей. Впервые за долгое время он почувствовал себя ребенком, который не хотел оставлять своих маму с папой. Слезы потекли из глаз парня. Софэя, наблюдая эту картину тоже едва сдержала свои эмоции, положив руку на сердце. Сохик, что стоял рядом, обнял свое дитя. Они оба понимали страх потери своего ближайшего родственника.        Тоновари подошел к Джейку. Взгляд лесного на’ви поменялся. Уверенно кивнув вождю, тот без лишних вопросов направился в лес за своим икраном. В этот момент Нетейям провел уставшую Нейтири до маруи, к которой подбегали Кири и Туктирей. Малышка просто прыгнула к матери в объятья, не собираясь отпускать.  Джейк хотел остаться, но времени было мало. Он улетел. Куда, не понимал никто, до следующего утра. Тоноварисобрал всех охотников на самой большой скале у Древа Матери. Подходя ближе к своему отцу, Софэя заметила странную личность — в ночь, когда все спали, оказывается прилетел действующий Оло’эйктан Оматикайя с кучей охотников. Ярко красная накидка из перьев выделялась среди бледно-голубых на’ви. Тоновари смотрел в небо и ждал. Спустя пару минут появилась огромная тень в далеке. Ужас вселился в глаза всех морских на’ви. Охотники схватились за оружие, даже боясь представить, что это такое к ним летит. Это был он.        Турук Макто, оседлавший последнюю тень. До последнего Софэя боялась представить это существо. Она боялась просто так подходить к икранам, а тут… Все на’ви пали ниц. Крылья были настолько могучими, что потоки воздуха могли запросто сбить Тук с ног, однако она крепко держалась за свою мать, что с восхищением смотрела на своего мужа. Морские на’ви не ожидали увидеть саму последнюю тень перед собой. Он внушал страх. Не зря его прозвали менно так — его тень, это последнее, что видит любой, кто посмеет встретиться с леоноптериксом.        Джейк Салли. Он спрыгнул с рептилии и сразу увидел, как все на’виему кланяются. Поторопив всех встать, он подошел к Тоновари. Нужно собирать все кланы, что в одном дне лёту. Нужно готовиться к войне. Завтра люди наступают. На’ви не могут отсиживаться в стороне. Идет война. Они должны отбить натиск, иначе на’ви просто потеряют свой дом.        Софэя стояла рядом. Слушала это все и не могла поверить. Она рядом с ТурукМакто. Она стоит в первой линии и слушает приказы вождя. Сохик, как один из предводителей охотников, сразу стал отдавать приказы. Кто и куда плывет, какие кланы нужно предупредить, какие деревни нужно присоединить. Оло’эйктанОматикайя тоже присоединился и направил своих советников до ближайших кланов, до которых морские на’ви не смогут быстро добраться. Нужно известить всю округу. В первую половину дня Джейк тоже летал и созывал своих старых приятелей. Нейтири летала с ним.        Софэя и Нетейям пытались помочь в деревне. Кири осталась с Цахик, переносить все нужные снадобья в главное укрытие — в скалах около Древа Матери. В деревне находиться стало слишком опасно. Алуэ и Вилэ, да и вся деревня помогала переносить туда самые нужные предметы. Софэя и Нетейям, как самые шустрые и сильные, кто остался в деревне, помогали переносить раненных после поджога. Они весь день были на ногах. Казалось, таймер все приближался к тому самому моменту истины. Ведь как сказал сам Турук Макто: «День настал»…       Под вечер на скалах уже стояли различные представители народа Пандоры: и морские кланы, и рифовые деревни, и лесные на’ви, и даже степные. Софэя стояла среди них. Все кричали, воодушевляли. Они были готовы. Софэяни разу не видела у Древа Матери столько на’ви. Все были готовы отдать свои жизни, только не дать шанс людям захватить эти земли. Софэя гордилась своим поселением, что именно они собрали всех у себя дома, но она и боялась этого. Именно ее дом встает под удар. Что она будет делать, если на’випадут?       Она встряхнула головой. Нельзя было плохими мыслям затуманить разум. Она подняла кулак вверх и тоже закричала в поддержку Турук Макто, чей леоноптерикс встал на дыбы и взмахнул крыльями. У всех сейчас были такие крылья, все были окрылены идеей победы и поражением людей.        Свершилось то, чего ждали многие — Турук Макто вернулся, и Джейк снова смог объединить кланы. Он произносил яркие речи, внушал всем уверенность. Но он знал, что этого недостаточно…       Оло’эйктан и Цахик запросили встречу с Матриарх, что приплыла на Первое Причастие. Джейк и Нейтирипоплыли вместе. Софэя и Нетейям, вместе с Сохиком поплыли тоже, ради поддержки и охраны. Даже в этот момент могло произойти нападение. Матриарх возвысилась над на’ви. Она внушала страх даже самому Турук Макто. Их окружили ее старшие сестры — старейшины. Все приклонились. Даже Турук Макто. Он пришел просить невозможное.       — Великая Матриарх! Старейшины! — обратился Джейк к ним, — На нас идут небесные демоны! Они в пути, прямо сейчас! Их цель, убивать семьи Тулкунов, разорять деревни на’ви… Я умоляю вас, сражайтесь вместе с нами!        Глубокий громкий звук пошел вибрациями по воде вокруг Матриарх. Нейтрири все сидела, приклонив свою голову. Также сидели Сохик и Софэя с Нетейямом. Они не хотели разозлить Матриарх своим неуважением. Девушка и парень переглянулись, они оба не знали, к чему приведет эта встреча.       — Она говорит… Мы уважаем тебя, Турук Макто. — начал переводить Тоновари, — Но чтим древний закон.       На этом моменте Софэя и Нетейям в шоке подняли свои взоры. Морская на’вине хотела верить, что Матриарх просто так их оставит.        — Мы верим, что насилие лишь порождает больше насилия, разрастаясь по бесконечной спирали.        Джейк встал на ноги. В его голосе слышалась последняя надежда.       — Услышьте меня. Небесные демоны не остановятся. Они уничтожат всех Туокунов до единого!       Тут Матриарх и Старейшины стали бить плавниками по воде в знак протеста. Софэя с удивлением обернулась, услышав пение совершенно другого Тулкуна. Это был Ло’ак. Он стоял на плавнике Паякана, который посмел вторгнуться в закрытый совет. За ним плыли три тулкуна с их наездниками. Все были измотаны, плечи и лицо лесного на’ви были обгоревшими. Нетейям даже не узнал своего брата.       — Брат! — Нетейям подплыл к Паякану, совсем не волнуясь о том, что скажет Матриарх. Для него главное, это увидеть брата живим и здоровым. Но не успел Нетейям подняться на Паякана, как Джейк его остановил, шикнув.       — Стойте! — Ло’ак стал протестовать против матриарх, призывая их успокоиться.        — Ло’ак, что ты делаешь?! — сквозь зубы спросил Джейк, даже не зная, что подумать. Он был рад увидеть сына, но он ему сейчас мешает договориться с Матриарх.       — Отец, дай ему сказать! — Нетейямобернулся на отца, после все-таки встал на плавник Паякана и обнял его, — Ты даже не представляешь, как ты нас напугал… Никогда так больше не делай…       — Спасибо, что отпустил…       — Ло’ак… Тебе нельзя здесь быть! — прошипел Джейк, понимая, что его план сейчас рушится.       — Да подожди ты! — рявкнул Ло’ак, чем опешил своего отца. Он еще никогда не разговаривал с ним в таком тоне. — Я брат Тулкуна! Я в праве говорить!       — Ло’ак говорит правду! Вы обязаны выслушать! — включилась в разговор Цирейя. Её тут же прервал Тоновари, совершенно озлобленный поведением своих детей.        Тут всех остановила Матриарх, сказав свое слово. Тоновари лишь покорно кивнул на слова Тулкуна.       — Она говорит, что его брат изгой… — после он показал рукой на Ло’ака и с нажимом произнес. — У тебя нет здесь голоса!        — Если он изгой, тогда я тоже изгой! — после этих слов сердце Джейка пропустило удар. Нейтири тоже была удивлена такое услышать. Грусть тенью упала на ее лицо.       — И я тоже изгой! — Цирея вместе со своим Тулкуном, что резво ударила плавником по воде, согласилась с лесным на’ви.        — Дочь, тихо! — Ронал не собиралась отрекаться от своей дочери.       — Нет, вы меня больше не увидите!       — Я и мой брат изгои! — Ао’нунг тоже встал на сторону Ло’ака, чем шокировал своих родителей. Джейк и Нейтири не знали, что и сказать, даже после слов Ротхона. Однако Нетейям тоже решился встать на сторону своего брата.       — Если мои братья и сестры изгои, то и я тоже изгой! — он твердо смотрел на своего отца, положив руку на плечо брата. Однако тот тихо шикнул и сбросил его ладонь, кожа все еще болела от каждого прикосновения, на что Нетейямусмехнулся.       — Прости, отец… — Софэя подплыла к Цирейе и ее духовной сестре, на что Сохик лишь тихо рыкнул. Всем взрослым была не ясна цель подростков. Однако те стояли друг за друга. — Я тоже в таком случае изгой. Матриарх, прошу выслушай Ло’ака! У него есть право Голоса!       Матриарх дала свое слово. Нейтири, не поняв, что она сказала, сразу посмотрела на Тоновори с надеждой на скорейший перевод.        — Она сказала, ты можешь говорить… — выдохнув, тот уселся на свои колени, слегка пораженный решением Матриарх. Джейк отрицательно покачал головой, недовольный действиями Ло’ака, однако Нетейям грозным взглядом стрельнул в сторону отца. Ло’ак может говорить и он будет.       — Услышьте меня! Мой брат поплыл в свой родной клан, чтобы защитить их! Но весь его клан вырезали корабли демонов! Только Танук выжил, поскольку отбивался! Подплыви, Танук… — вся его речь была уверенной и грозной. Однако последние слова он произнес мягко, обращаясь к Тулкуну, что плавал позади всех.        Танук аккуратно плыл среди всех. Софэя прикрыла рот от увиденного: настолько искалеченного Тулкуна она ни разу в жизни не видела… Большие шрамы, уже вросшие части гарпунов… Все говорило об атаке людей. Его песня звучала на грани с плачем. Джейк и Нейтири присели, чтобы услышать тихий перевод.        — Танук сказал… Я говорю за мертвых матерей, мертвых детей… — Софэя еле сдерживала слезы. Он не представляла, как такое может произойти с Тулкуном, с высшим созданием, с самым добрым существом… Цирейяспустилась на плавник и приобняла подругу в знак поддержки. У них у обоих наворачивались слезы от услышанного воя, — Я говорю за мое племя и все наши песни, что смолкли… Навеки… Говорит,я последний слепой свидетель нашей смерти…       Не только у девушек зашкаливали эмоции. Тоновари, закончив перевод, тоже устало протер глаза от наплывших слез. Нейтири не могла отвести взгляда от бедного Тулкуна. Сохик понуро опустил голову.        — Танук говорит, закон Тулкунов надо изменить… Паякан укажет путь.        Паякан завыл, после чего Танук взревел. Он кричал, что есть мощи. Он пытался докричаться до Матриарх.       — Мы должны сражаться… — твердо произнес Тоновари. Он был согласен с Танук.        — МЫ ДОЛЖНЫ СРАЖАТЬСЯ! — прокричал Ло’ак.       Матриарх завыла и стала погружаться под воду, забирая с собой старейшин. Все разом Тулкуны стали уходить под воду, без лишних слов. Нейтири в недоумении озиралась по сторонам, не понимая их решения. Джейк, со страхом отказа в сердце, спросил Тоновари.       — Что она сказала? — на что вождь Меткайина тяжело вздохнул.        — Что они решат… — ответила Ронал, увидев, что у мужа совсем нет сил озвучить их решение.       Опустошённые все поплыли в укрытие. Нельзя было терять времени. Джейк, устало протерев глаза, поплыл мимо всех подростков. В его голове он судорожно соображал, что делать, если у них не будет поддержки от тулкунов. Нужно было готовиться к битве.        Нетейям стоял на спине Паякана, смотря, как уплывает отец. Он бросил взгляд на Ло’ака, который ожидал хоть какой-либо реакции от Джейка. Он ждал сдержанных криков, упреков или хотя бы строгого взора, но была лишь тишина. Сам Джейк не был зол на сына, даже не разочарован. Он гордился им, однако не знал, как показать эту гордость. Максимум, что он получал когда-то, когда был человеком, это сдержанный кивок, который для него значил многое. Сейчас же он понимал, что одного кивка будет недостаточно, но и времени не было придумать что-нибудь другое. Все его мысли были заняты другим.       Ло’ака выдернул из мыслей удар по спине. Нетейям оценил его загар.       — Ну братишка… — усмехнулся тот, — Предлагаю тебе поскорее вернуться домой, поесть и набраться сил.       — Я бы не отказался от маминой пищи… — он устало улыбнулся, заметив, что к нему подплывает Нейтири.        — Ло’ак… — женщина бросается вперед, на что парень просто падает в руки матери. Она его обнимает так сильно, что, казалось, не отпустит никогда.        — Мам, прости… Я…       — Ничего не надо. — женщина отодвинула Ло’ака от себя и нагнулась, заглядывая ему в глаза. В них она увидела совершенно другого на’ви — готового биться за своих родных, несмотря ни на что. Он был уверен, как никогда, — Я знала, что ты вернешься… Сердце матери никогда не врет.