Часть 6. Опасное положение

Смотритель смерил нас гневным взглядом, ему явно доставляло удовольствие, что он поймал нас в таком положении. Подопытная грязнокровка и сын директора. Прям анекдот какой-то. - Вас ожидает директор Малфой. Следуйте за мной и без фокусов... Он развернулся на пятках и нервной, немного дёрганой походкой направился в коридор. Мы с Драко поплелись следом. Щёки мои до сих пор горели от той нелепой и неуместной близости. Я искоса поглядывала на Малфоя, но на его лице читалась спокойная и холодная невозмутимость, будто между нами ничего не было десять минут назад, хотя, может, для него это действительно ничего не значит. Нужно забыть об этом и не вспоминать. Так будет лучше. Коридоры Хогвартса всегда казались мне лабиринтами, полными тайн и загадок. Но сейчас, следуя за смотрителем, я чувствовала, что этот путь особенно далёк и запутан. Каждый шаг приближал нас к кабинету директора Малфоя, и с каждым мгновением моё сердце билось всё быстрее. Поднявшись по винтовой лестнице, мы оказались перед массивными дверьми кабинета директора. Смотритель снова посмотрел на нас и хмыкнул: - Удачи...вам. Мы прошли с Драко к столу его отца. Люциус Малфой сидел в расслабленной позе, но его лицо выражало гнев и презрение. Он окинул взглядом Драко, и его губы сжались в тонкую линию. - Мисс Грейнджер... Что же Вы делали ночью в коридоре? - Я... Я немного задержалась в библиотеке, читала книги и не заметила, как время пролетело. - Вот как. И какие же ты книги читала в запретной секции? "Чёрт! Как он узнал? Если это дойдёт до Снейпа, он вообще мне больше помогать не будет." - Я читала про зелья, сэр. Мои родители умирают, магловская медицина бесполезна. Я хочу их спасти и найти зелье, которое им точно поможет. Драко удивлённо посмотрел на меня. На секунду в его глазах промелькнуло сочувствие, но он быстро скрыл это чувство за маской безразличия. - Так или иначе, мисс Грейнджер, вы нарушили правила школы и должны быть наказаны, тем более вы еще являетесь подопытной и не имеете права рисковать. Сердце застучало громче. Что он придумал? Какое наказание? Люциус встал из-за стола и подошёл ко мне. Его взгляд блуждал по моему лицу и телу. Мне было жутко некомфортно и противно от его взгляда. Я поймала лицо Драко, тот тоже смотрел на отца удивлёнными глазами со смесью какой-то потаённой злобы. Директор продолжил, взяв прядь моих волос между пальцев: - Сейчас тебя отведут в специальную комнату и я тебя накажу. Чтобы такого больше не повторялось... Поняла меня? Я сглотнула тяжёлый комок в горле и кивнула. - Отлично. Джеймс! В кабинет тут же вошёл мужчина в преклонном возрасте. - Проводи мисс Грейнджер в камеру. - Слушаюсь, сэр. Джеймс подошёл ко мне и схватил за руку. Его хватка была крепкой, но не болезненной. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Драко сделал шаг вперёд, но Люциус резко поднял руку, останавливая его. — Ты останешься здесь, — холодно сказал директор. — Это касается только её. Я попыталась вырваться, но Джеймс крепко держал меня. Он вывел меня из кабинета, и мы оказались в узком коридоре. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь эхом наших шагов. — Куда Вы меня ведёте? — спросила я, стараясь не показывать страха. — Не твоё дело, — коротко ответил Джеймс, не глядя на меня. Мы прошли через несколько пустых коридоров, пока не оказались перед тяжёлой металлической дверью. Джеймс открыл её и жестом пригласил меня войти. Внутри было темно и холодно. Я огляделась: небольшая комната, голые стены, одинокая кровать в углу. На стенах были закреплены цепи. — Что это за место? — спросила я, чувствуя, как внутри всё сжимается от ужаса. — Камера для нарушителей, — ответил Джеймс, закрывая за собой дверь. — Здесь ты проведёшь ночь. Он подошёл к кровати и, не говоря ни слова, бросил на неё одеяло. — Ложись, — приказал он. Я молча села на край кровати, не зная, что делать. Джеймс развернулся и направился к выходу. — Если попытаешься сбежать, тебе будет только хуже, — бросил он через плечо. Дверь захлопнулась, и я осталась одна в темноте. Я попыталась успокоиться, но сердце всё ещё бешено колотилось. Что Люциус задумал? И что теперь будет? Я обхватила себя руками, пытаясь скрыть дрожь, которая разлилась по всему телу. Я закрыла глаза, но перед внутренним взором всё ещё стоял холодный взгляд Люциуса и его слова: «Сейчас тебя отведут в специальную комнату, и я тебя накажу». Мой взгляд зацепился за металлические цепи. "Боже...Зачем они здесь?" Взгляд привлекла небольшая тумбочка. Я пыталась её открыть, но она была закрыта на ключ. "Отсюда не выбраться. Чёрт! Что же делать?!" Спустя несколько минут дверь заскрипела и открылась. В проёме показался Люциус Малфой. Он скучающе обвёл взглядом камеру и остановился на мне. Закрыв за собой дверь, директор встал напротив меня и завёл руки за спину. - Хм, знаешь, у меня в моём поместье есть тоже такая комната, но намного лучше. Там не только цепи. Внутри всё похолодело. "Я надеюсь, он же не станет...Только не это. Пусть лучше убьёт". Я забилась в угол кровати, будто меня сможет спасти это. - Вставай. - Сэр... - Я сказал встань! Я на несгибающихся ногах слезла с кровати и подошла к директору. - Теперь подойти ближе к стене и повернись ко мне спиной. - Пожалуйста, сэр, не делайте этого, я никогда... - Заткнись! Люциус грубо толкнул меня к стене и я упала, счесав колени о шершавый бетон. Он тут же схватил меня за руки и надел на них кандалы от цепи. Заковал меня. От страха по лицу тут же побежали слёзы. - Теперь вставай. Люциус отошёл от меня. Послышался звук открывающегося замка. Наверное, он что-то взял в тумбочке. - Грязнокровки... Вы все такие слабые, пугливые, а знаешь, что мы делаем с ними? Они всегда были нашими рабами. Особенно женщины... Я всхлипнула, чуть не заскулив от накатывающего ужаса. - Так забавно играть с ними. У меня в поместье даже есть хирургический стол... Один раз я взял одного юношу и отрезал ему половые органы и использовал его как женщину, как шлюху. Как же он страдал и рыдал, а потом он не выдержал и перерезал себе горло, - директор возбуждённо улыбнулся. - Хватит... Замолчите. - Это ты замолчи. Я тебе рассказываю всё это, чтобы ты знала своё место и дорожила тем, что я ещё милостив к тебе. Не забывай, я могу и сделать что-то... Например, разукрасить это красивое личико порезами или зашить твой милый ротик. - Не надо... - прошептала я. - Так веди себя хорошо и такого не будет. Он подошёл ближе ко мне, краем глаза я увидела у него в руке какую-то палку. - А сегодня я просто напомню тебе твоё место. Он замахнулся и нанёс удар прям по заднице. От неожиданности и боли я вскрикнула, тут же прикусив до боли губу. Ещё и ещё раз. Всё горело от боли, но директор отошёл от меня и положил инструмент на место. - До вечера ты просидишь здесь. И с этими словами он вышел, захлопнув дверь. Я сползла на пол, холодный бетон остужал места ударов. Я заревела, как до смерти напуганный ребёнок. "Какой он жестокий, извращённый маньяк!" Мои всхлипы разносились по всей комнате. Глаза и губы щипало от солённых слёз. Не знаю, сколько времени прошло. Всё тело затекло, хотелось ужасно пить. Но дверь снова заскрипела. Всё моё нутро сжалось в маленький комок от страха. "Только не он!" Но ко мне подошёл Драко. Я удивлённо захлопала глазами и хриплым голосом сказала: - Малфой... Что ты тут делаешь? Тоже пришёл меня наказать? Или полюбоваться моим положением? - Грейнджер, ты плохого мнения обо мне. Я принёс тебе попить. Он протянул мне в руки маленький бутылёк с водой. Я тут же отпила несколько больших глотков. Вода с целительной прохладой разлилась по моему горлу. Драко осмотрел меня, приподнял за подбородок и смахнул застывшую каплю воды с губ. Я отшатнулась от него. Его рука замерла в миллиметре от моего лица. - Ты боишься меня, Грейнджер? - Я никого не боюсь, в особенности тебя. Цепи звякнули о пол, напоминая о моём положении. - Я бы не был так уверен, мисс зазнайка. Он хмыкнул, а затем поднялся. Он быстро потянулся к моим запястьям, освобождая их от кандалов. - Зачем ты это делаешь? - Сам не знаю. Он тяжело вздохнул и притянул меня к себе. Моё сердце ухнуло вниз, а затем взлетело вверх. Его горячие губы столкнулись с моими ледяными в жадном глубоком поцелуе. Мурашки пробежались по всему телу, а внизу живота появилось знакомое тепло. Я обхватила его шею руками, притягивая к себе ближе, углубляя поцелуй, будто хотела утонуть в нём, расствориться. Это было неправильно, безусловно, но мы словно искали спасение друг в друге. Его руки сжали мою талию до синяков. Короткими поцелуями он прошёлся по моим щекам, лбу и глазам. В этом жесте было столько нежности, что я удивлённо ахнула. - Прости меня... - За что? - удивлённо спросила я. - За отца. Он отстранился от меня с какой-то внутренней болью, словно не хотел больше меня отпускать и продолжил: - И за это. Такое больше не должно повториться, Грейнджер. - Да... Ты прав, - раздосадовано выдохнула я. - Хорошо, теперь идём, пока нас никто не заметил.