Часть 27

Габриэлла и Джина больше не вспоминали прошлого, девушка рассказывала истории последнего года и они даже иногда смеялись.    —  Я пойду к Элеоноре, она не знает, что мы вернулись.— девушка помогала убрать со стола и ушла в комнату сестры.    —  Элли, это Габи, можно войти?   —  Габи!!— девочка вылетела на сестру, сбивая на пути дверь.— Ты не уехала.— она крепко обняла её за бедра.   —  Да, я здесь. Пошли в комнату поговорим.          В комнате сестры был ремонт. Принцесс на обоях заменил однотон.    —  Габи, а можно вопрос?   —  Конечно, милая.    —  Кто этот мужчина?   —  Мы с Тео встречаемся.    —  А ты ещё приедешь?   —  Не знаю, Элли. Как я тебе говорила, всё возможно.— девушка натянуто улыбнулась.— Как твое здоровье? Что мама говорит?   —  Мама общается с врачами, но мне ничего не рассказывает. В последние три года меня ничего не беспокоит.            Сёстры ещё долго болтали, пока к ним в комнату не постучали.   —  Габриэлла, надо поговорить и обсудить наш ночлег.          Девушка вышла и увидела проходящую мимо Джину с комплектом постельного белья.   —  Я так понимаю, мы здесь с ночевкой?   —  Наш вылет завтра вечером, нет смысла бронировать гостиницу, если мы можем остаться в твоей комнате.— Теодор произносил это спокойным тоном, в то время, как Габи пугала мысль о ночи в этом доме. Она смогла помириться с мамой, но именно из этой комнаты она уехала в особняк к Роуну 5 лет назад.           В спальне всё было, как прежде. Те же кремовые обои и пастельные оттенки мебели.          Засыпая, Теодор, почувствовал объятия Габи и услышал её шепот:   —  Спасибо.          Габриэлла проснулась от манящего аромата чего-товкусного. Прямо в пижамных штанах и футболке девушка побежала на кухню, где уже завтракал Тео.   —  Проснулась, спящая красавица.— Джина погладила дочь по голове, когда та спустилась с лестницы.—  Сегодня на завтрак булочки с маком, мы с Габи их готовили когда она была маленькой.    —  Они безумно вкусные, я готов приезжать к вам каждые выходные только ради эти булочек.    —  Так это получается я тебя не прокормлю, если мы поженимся?   —  Габи, ты не тот союз используешь. Когда мы поженимся.             Девушка закатила глаза, а Джина хитро улыбнулась. Послышались шаги по лестнице и на первый этаж прибежала Элли.   —  Чем так вкусно пахнет? У меня была закрыта дверь, но я все равно учуяла запах выпечки.    —  Булочки с маком.— ответила Габриэлла сестре.— Ешь быстрее, а то Тео сейчас всё съест.           Когда завтрак был завершен, Теодор предложил всем вместе прогуляться по парку до обеда и семья разбежалась собираться.             Габи надела белую толстовку и широкие голубыеджинсы. Теодор тоже надел джинсы, но к ним выбрал черную толстовку. Элеонора и Джина одели одинаковыеспортивные костюмы, Элли розовый, а её мама чёрный.            Гуляя по парку они смеялись, ели сладкую вату, фотографировались и совсем забыли про все обиды.            Уезжать было не просто, такси уже ждало у дверей, но Габриэлла никак не могла распрощаться с семьей.   —  Мы столько времени потеряли… прости, мам.   —  Ты не виновата, доченька. Просто приезжайте почаще, Теодор мне очень понравился.   —  Я всё слышу, Джина, благодарю вас, всё взаимно.— крикнул Тео, складывая чемоданы в багажник.           В последний раз обняв сестру и маму, Габи села в такси, помахав на прощание. В Позитано, в отличии от Альп, их встретила мягкая погода, идеальные 15 градусов для прогулок.    —  Спасибо, Тео. Если бы не ты, я бы никогда не наладила общение с мамой. Оказывается, я так по ней скучала.   —  Всегда пожалуйста, я рад, что тебе понравился сюрприз.          По приезду в Венецию их встретил ещё один сюрприз.       Подойдя к входной двери в квартиру Теодора, Габриэлла увидела корзинку, внутри которой что-то шевелилось.    —  Тео, что это? Ещё один сюрприз?— подойдя ближе, девушка ахнула от увиденного.         Когда и сам Теодор увидел содержимое корзины, то сказал:   —  Это не я.          В корзине лежал маленький ребенок. Он спал, в возле него была записка. Габи зачитала вслух содержимое:            Габриэлла и Теодор, извините, что без предупреждения, но насколько мне известно, вы уезжали и вернулись сегодня. Я не должна была становиться матерью, я не справилась с этим, но решила сделать хоть что-то хорошее для своего ребенка. Я давно за вами наблюдала, вы взрослые и что самое главное, любите друг друга. Надеюсь, так же, как друг друга, вы полюбите и моего сына. Прошу вас, позаботьтесь о ней.              От прочитанного у девушки подкосились ноги и она с трудом устояла на ногах.   —  Тео, что это значит?   —  Мы в заднице.   —  Что нам делать?   —  Давай сначала положим вещи в квартиру, а потом поедем в полицию.— Габи кивнула и открыла дверь ключом.           Когда пара с ребенком на руках вышли на улицу, тот уже не спал, но и на удивление не плакал.   —  Предлагаешь поехать на мотоцикле?— Габриэлла догадывалась, что возможно, Теодор ещё не готов к отцовству, но не до такой степени.    —  Думаешь, лучше заказать такси?   —  Естественно нам нужно такси, ребенку и года нет, какой мотоцикл?   —  Извините, я не часто детей под дверью нахожу.         Приехав в отдел полиции и спустя несколько часов, паре наконец сказали, где же потерялась мать-кукушка.   —  Вы что, шутите?— шокировано спросил Теодор.   —  К сожалению нет. Она покончила с жизнью сразу после того, как оставила ребенка. О родственниках никакой информации нет. Мне жаль   —  Что нам теперь делать?— так же удивленно спросила Габриэлла.   —  Мы можем забрать его, в будущем его ждет детский дом. Либо вы можете забрать мальчика себе.    —  Габи, выйдем поговорим.— Теодор поднялся, а следом за ним и девушка.— Что нам делать?   —  Прозвучит странно, но я чувствую свою ответственность за этого ребенка. Он же не выбирал себе родителей.   —  Ты хочешь его забрать?    —  Тео, мы не потянем. Элли нужны деньги на лечение, нашей зарплаты не хватит, чтобы растить ребенка.    —  С деньгами я решу вопрос. Мы возьмем его?   —  А ты что думаешь? Я не знаю.    —  Всё слишком быстро случилось. У нас нет времени подумать. Я тоже не знаю.           Вернулась домой пара с ребенком на руках. Завтра в 12 они поедут оформлять документы об опекунстве. Всё ещё немного шокированный Теодор вышел на балкон и набрал номер, к которому думал, что не обратиться никогда.   —  Слушаю вас.   —  Алло, отец?