Глава 1. Part 3

В его руках оказался красный фотобук, оформленный многочисленными украшениями. И виднелась надпись: «Для Сынми».

Прошла ещё неделя. Всё это время Линг усердно делал подарок Сынми на её день рождения: собирал материалы, ходил по разным местам в надежде найти то, что он хотел. Так и наступил день рождения Сынми. Утро. Линг идёт по узким улочкам спального района, доходит до маленького двухэтажного домика. Звонит в калитку — к нему выходит приятная на вид пожилая женщина. — Ох, Линг, это ты? Проходи, так рада тебя видеть! Давно ты у нас не бывал, — провожая его рукой, произносила старушка. — Здравствуйте, я тоже рад видеть вас в добром здравии, — низко поклонившись, произнёс Линг и вошёл во двор. — Ну поднимайся, поднимайся, нечего стесняться — ты мне как внук уже. — Хорошо, — легко посмеявшись, произнёс тот. Они поднялись и зашли в дом. Там веяло таким уютом и пахло свежеприготовленной едой. Линг разделся, положил все свои вещи и прошёл на кухню к праздничному столу. — Бабушка, а где сама наша именинница? — Ох, она там что‑то всё собирается, прихорашивается. — Ба, ну чего ты? Я не так уж и долго собиралась. Она медленно спускалась со второго этажа в нежном кремовом платье, волосы её были слегка завиты, а передние пряди убраны в крабик. На лице её виднелось смущение от столь пронзительных взглядов. — А вот и наша красавица! — хлопнув радостно в ладоши, произнесла бабушка. — И вправду, — качнув головой в знак согласия, произнёс Линг. — Ну чего вы меня смущаете? — махнув рукой в их сторону и пройдя, слегка съёжившись, мимо них к столу, произнесла девушка. Все сели за стол, который был накрыт различными блюдами. Они весело разговаривали, и в определённый момент бабушка вышла из‑за стола. Свет погас, и комнату наполнил тусклый, но тёплый свет зажжённых свечей. Огни медленно приближались к столу. В глазах именинницы отражались огни, заставляя её глаза сиять, а губы невольно улыбаться. Линг приготовил камеру и начал произносить: — С днём рождения тебя! С днём рождения тебя! С приближением огней стала виднеться цифра 17 на торте. — С днём рождения! С днём рождения! С днём рождения тебя! — С днём рождения меня, — шёпотом произнесла Сынми и, закрыв глаза, задула свечи. — Ура! — хором выкрикнули бабушка и Линг. Свет включился, и Линг встал из‑за стола за подарком. Подойдя к подруге, он протянул его ей в руки. — Ох, спасибо вам, я вас очень сильно люблю, — чуть ли не плача, произносила та. — Для тебя ничего не жалко, — произнесли чуть ли не в унисон Линг и бабушка. Позже, когда все отведали торта, Линг и Сынми поднялись наверх, к ней в комнату, и она начала распаковывать подарки. Бабушка подарила ей те самые туфли с вышитыми по бокам веточками камелии, которые она так хотела. — Какие они красивые, Линг! — радостно восклицала та. Смотря, как подруга их надевает и начинает в них красоваться, он произнёс: — Да, и вправду красивые. На тебе они отлично сидят, — улыбаясь, произносил тот, с нетерпением дожидаясь, когда очередь дойдёт до его подарка. — Что же, теперь твой! Хмм… Коробка, а в ней… Это что, фотобук?! — девушка резко повернулась к другу, а он лишь улыбнулся и произнёс: — Открывай, надеюсь, тебе понравится. Я очень старался, — всё ещё улыбаясь, произносил Линг. Девушка открыла первую страницу фотобука. В её глазах отражались яркие листы, выполненные в виде коллажа, виднелись её фото, явно сфотографированные в моменте. В глазах мелькали моменты, где она что‑то воодушевлённо рассказывает своим знакомым; на том же листе — фото её задумчивого лица, повисшего над конспектами. Все они украшены разнообразными надписями и наклейками, мини‑рисунками. — Ох, это так красиво… — произнесла та, не отрывая глаз от фотобука. Далее, на следующем листе, — многочисленные фото её ярко улыбающегося лица: то от шутки, то от радости, которую она выплёскивала. На том же листе — фото, где она мирно спит на парте. — Когда же ты это всё успел сфотографировать? — смеясь, произносила Сынми, всё так же не отвлекаясь от фотобука. Наследующем развороте показались фото с их похода в парк развлечений: их милое совместное фото в ободках, как она вприпрыжку идёт на следующий аттракцион, её фото, где она серьёзно целится дротиком по шарикам. — Ты на самом деле так много снимал, а я и не замечала, — повернувшись к другу, произнесла девушка. — Нам рассказывали в кружке, что фото в действии получаются самыми живыми, поэтому старался запечатлеть много таких моментов, — застенчиво произнёс Линг. — Мне очень нравится, спасибо, — продолжая листать фотобук. На последнем листе фотобука показалось то самое фото с перемены, где он внезапно для неё сфотографировал её. Оно было украшено марками с тюльпанами, наклейками, рисунками — и всё в ярко‑жёлтых тонах: это выглядело очень живо. А под фото виднелся стих: Прошёлся я мимо поля тюльпанов, Таких же жёлтых, как солнечный свет. Они своей красотой озаряют весь свет. Ты, как они, подобная солнцу, Сияешь, прогоняя эту тёмную мглу, И озаряешь светом эту вечную тоску. Девушка чуть ли не расплакалась от такого. — Ну эй, Сынми, не плачь, всё же хорошо, — положил руку ей на голову. — Да, всё просто прекрасно. Это лучший подарок, я тебе очень благодарна, — всё же плача, произнесла девушка. — Ну всё, всё. Я рад, что тебе понравилось, — гладя её по голове. — Это не единственное, что я тебе подготовил. Линг полез в карман и достал браслет, на котором виднелся жёлтый камень, на котором был выгравирован тюльпан. — Знаешь, что означает жёлтый тюльпан? — Н‑нет, — хлюпая носом, произнесла Сынми. — Он означает: «Солнечный свет твоей улыбки». Поэтому переставай плакать, озари же меня своей лучезарной улыбкой, как и всегда. — Ну ты и дурак, — девушка наконец‑то улыбнулась. — Вот и славно, — парень надел браслет подруге на руку. — Я буду дорожить им всю жизнь. Спасибо тебе огромное! Это лучшее, что я могла получить. Они потом ещё долго болтали. Всё это время Сынми не отрывалась от браслета. Линг и представить себе не мог, что его подарок настолько ей понравится. Так быстро и пролетели летние каникулы. Наступил второй семестр 11‑го класса. Школьники, вдоволь отдохнувшие, шли в школу с новыми силами, но не с очень большим желанием. Сынми не была исключением. — Линг, опять эта учёба! Ещё не начались уроки, а я уже устала, — грустно произносила та. — Сынми, ну не вешай нос. Осталось доучиться всего ничего, надо продолжать в том же духе, чтобы поступить туда, куда хочешь, — успокаивая, говорил Линг. — Да, ты прав. Надо собраться, я обязана поступить на медицинский факультет на бюджет. — Вот это правильный настрой, — посмеялся тот. — Эй, чего ты смеёшься? — злобно посмотрела та на друга. — Да так, ничего, — сдерживая смех, произносил Линг.