Глава 1. Начало всего

      — Я не вижу в этом смысла. — проговорила я глядя на него. — Я даже не могу понять, почему ты решил сблизиться со мной, почему ты так старался это сделать. Ведь у меня нет ни денег, ни статуса. Так ради чего, ты из кожи вон лез, чтобы получить внимание?       — Я… Не могу тебе сказать. — произнёс блондин. — Просто знай, что…       — Что знать? Что проблема не во мне? Ну так я это и так знаю, без всяких сопливых, пытающихся доказать, что это не так. — я горько улыбнулась. — Ведь… Ведь я тебе поверила. Как самая наивная дура! Я выбирала это платье почти месяц, я готовилась к нашей свадьбе, и для чего? Только лишь для того, чтобы ты меня вот так вот бросил?!             Он явно не знал, что может ответить, но это меня мало волновало. Как эта зараза могла так со мной поступить?! Неужели я недостойна счастья, недостойна быть счастливой, как все вокруг меня? Почему только на меня срываются все несчастья?! Казалось бы, сегодня такой замечательный день, праздник. Свадьба. Правда, сейчас это больше похоже на маскарад к Хэллоуину, нежели на какое-то торжество. Я стою под дождём, в рваном подвенечном платье, с потёкшей тушью, на мосту, и смотрю за перила, а напротив меня стоит мой теперь уже бывший жених, который так и не стал мне мужем. В таком же мокром костюме, и с разбитой по моей вине бровью. Сейчас этот день точно нельзя назвать праздником.       — Мне уже просто всё равно. Давай, Илья, скажи же мне. Почему ты всё-таки бросил меня не абы где, а уже под аркой, где должны были сплестись наши судьбы? Честно, мне уже просто интересно, что там такого может быть?       — Мы поспорили. — тихо проговорил мужчина. Стоящий напротив меня. А я пошатнулась, как от удара чего-то тяжёлого по голове. ПОСПОРИЛИ?! Это, пожалуй, самая банальная причина из всех, которые он мог назвать. Как смешно. Они поспорили. Такое даже в российских драмах уже не показывают. — Но не только поэтому, ты мне действительно нравишься. — а вот это уже звучало как конкретное издевательство надо мной. Я просто не захотела слушать это и дальше, и отпустила руки, крепко сжимавшие перила. Было страшно. Страшно умереть. Я любила жизнь, но сейчас я ненавидела её ровно столько же, сколько до этого и любила. Но смерть оставалась для меня страхом… Пока я не поняла-я ему не нужна. Ему нужны деньги, ради которых он бросил меня прямо на церемонии, унизив при всех…

***

      — Девушка! — я приоткрыла глаз, увидев перед собой руку из которой тянулась трубка капельницы.       — Я… Не умерла? — обратила взгляд на врача, смотревшего на меня с каким-то сожалением. — Я даже умереть нормально не могу. — расстроилась.       — Вы помните, как Вас зовут? Как Вы сюда попали? Что с вами произошло? — от такого количества вопросов начинала болеть голова.       — Всё помню. А теперь, отпустите меня обратно, а? — попыталась встать, но с удивлением обнаружила, что не могу. Меня не слушается нога. Посмотрела. Оказалось, что она была в гипсе. Да и как только врач увидел мои жалкие попытки подняться, сразу переполошился и уложил обратно.       — Вам сейчас лучше не двигаться, тело всё ещё очень сильно повреждено. Лучше скажите нам, что конкретно Вы помните.       — Я же сказала, что помню всё. — недовольно произнесла я. Ненавижу, когда меня кто-то не слушает, хотя изначально интересуется. — Меня зовут Синицкая Виктория Ивановна, 1993 года рождения. На данный момент мне двадцать девять лет, я имею высшее образование по направлению химбио и на данный момент являюсь преподавателем по биологии в Гимназии. — решила на всякий случай умолчать о медицинском образовании — Как я сюда попала я не знаю, и знать не могу, потому что если бы Вы немного подумали, то поняли бы, что забирали меня уже в бессознательном состоянии, так что и помнить этот отрезок времени я просто не могу, даже если бы сильно хотела. Что со мной произошло, вам лучше не знать. Я скорее умру, чем расскажу о подобном позоре. — выдохнула.       — Она очнулась? — прозвучало из угла комнаты.       — Да, она пришла в себя. — суетливо ответил врач. — Что нам делать дальше? Отпустить?       — Нет. Насколько я понял по её состоянию, она просто пойдёт и спрыгнет во второй раз. Мозгов ей видимо бог не дал. — низкий голос обволакивал. Я даже прикрыла глаза, наслаждаясь его тембром. Так значит это не больница, как я подумала изначально, а дом какого-то человека, посчитавшего себя альтруистом, и «спасшего» меня от смерти. — Открой глазки спящая красавица. — по тону можно было понять, что собеседник улыбается. Я открыла глаза. — Меня Руслан зовут.       — Вика. Правда ситуация, не совсем подходящая для знакомства. — потёрла переносицу. — Руслан, отпустите меня пожалуйста. Я вам слово даю, что с того моста я больше не сигану.       — Сиганёшь с другого, где тебя никто не сможет спасти? — скептически спросил молодой на вид мужчина, и был прав. Такие мысли у меня в голове действительно имелись.             Я отрицательно покачала головой. Я ведь не дура сразу раскрывать то, что задумала? Однако Руслан видимо не поверил тому честному-пречестному взгляду, которым я его одарила, и сказал врачу, чтобы долечивали меня у него. Что он не возражает. А вот меня забыли видимо спросить, возражаю ли я. Что-то вкололи, и я почувствовала сонливость. Придя в себя уже теперь во второй раз, я не стала ничего говорить, мало ли, этот психованный опять скажет мне что-то ввести.             Огляделась по сторонам. Я находилась в просторном светлом помещении. Тёмный угол, из которого доносились слова этого странного Руслана., теперь был залит светом. Там стояло красивое кресло с бархатной обшивкой. А на кресле сидя дремал мужчина. Видимо это и есть тот, кто меня «спас». Я встала с кровати, и с тихими шорохами направилась к двери.       — Куда намылилась? — недовольно буркнули сзади. Чёрт, и как это он услышал? Поймав красноречивый взгляд Руслан даже соизволил на него ответить — Ты же в свадебном платье, было бы странно, если бы я не проснулся от того, что ты с таким грохотом возишь его по полу.             А чёрт! Точно! Хотя почему-то мне кажется, что это самое платье сидело на мне менее туго, что говорило о том, что меня раздевали, а потом вновь одевали. Потому что просто немного распустить его с таким-то корсетом возможности не представлялось. Нахмурилась, пытаясь вспомнить, кто мог меня раздевать. Но не найдя в памяти файла, нахмурилась ещё больше.       — Зачем Вы меня раздевали?       — Глупый вопрос. Ты прыгнула с моста в воду. На теле есть повреждения. А как мы можем посмотреть, можно ли помочь, не раздевая тебя? — согласна. Сглупила.       — Тогда зачем Вы одели меня обратно в это дурацкое платье? И вообще, может расскажете мне, как я здесь очутилась. — мужчина медленно встал с кресла и, мягко взяв меня за руку, подталкивающими движениями заставил дойти обратно до кровати.             Я опёрлась руками о матрас, потому что Руслан придерживал меня за талию, что не позволяло мне полноценно лечь. Поза получилась крайне двусмысленная, что меня дико смутило и возмутило одновременно. Но не успела я пискнуть, как сильные руки аккуратно меня положили на живот и, стараясь не причинять дискомфорта, развязали и распустили корсет на платье.             Почему-то я почувствовала себя куклой в руках мужчины, который с какой-то излишней нежностью снимает наряд, как будто наигравшаяся вдоволь девочка. Меня поставили на ноги и с лёгким шуршаньем сняли платье, открывая вид на прекрасное кружевное белое бельё.       — Согласен. Одевать тебя не было смысла. Не хотели, чтобы ты стеснялась. Но раз уж ты поняла, что мы тебя раздевали, то в этом больше нет смысла. — тело немного ныло, но я терпела как могла. Постаралась сделать ещё несколько шагов к выходу. — Почему ты такая настырная? — в голосе сквозило легким недовольством.             Брюнет с лёгкостью, как будто я была пушинкой, а не девушкой с довольно большим весом, поднял меня и, сделав пару шагов, уложил меня обратно на кровать, прикрыв лёгким одеялом. Сейчас он уже не выглядел недовольным. Скорее, в его глазах можно было увидеть интерес, как у детей к новым игрушкам. И такой интерес мне был совсем не по душе.       — А что касается того, как ты сюда попала… Так в этом нет никакого секрета. После того как ты спрыгнула, вода смягчила удар. Да и сам мост был не высоким, так что тебе повезло. Наглотавшись воды ты отрубилась, и еле живую, тебя вынесло на берег в ста метрах от этого злосчастного моста. Мы там недалеко были, решали дела. И тут ты, как снег на голову. Решили, что лишние проблемы нам не нужны, так что бедную девушку откачали. Больше нас удивило то, что ты была в свадебном платье. Хотя, наверно именно оно тебе дало шанс на выживание, замедлив попадание воды в легкие. Привезли тебя сюда. Потому что в противном случае и ты, и я, имели бы дела с полицией. А мне этого не нужно. Вот и вся история, как ты оказалась тут. — смерила его недоверчивым взглядом.       — Хотите сказать, что меня, как в романах спас глава мафии, которому не нужны лишние траблы с легавыми, и поэтому он притащил меня в свой дом? — мужчина ухмыльнулся.       — А что если и так? Даже если ты сейчас будешь брыкаться и звать на помощь, тебя никто не услышит, мы далеко от города, и в округе нет жилых домов. — мне нравилось это всё меньше и меньше. Только не говорите, что этот ненормальный не шутит? Я уставилась на него. — Да шучу я, шучу. Но от правды ты не далеко ушла. — он стал серьёзным. — Так что, если узнаешь что-то ещё, тебе придётся оставаться около меня, чтобы мне не было слишком большой угрозы.             Я оставалась в этой комнате ещё несколько дней. Приходили врачи, осматривали меня. Когда они сказали, что теперь я могу свободно двигаться, но поначалу будет небольшой дискомфорт, я была уже на седьмом небе от счастья. Потому что за эту неделю с небольшим, что я лежала, я успела осознать насколько дурацким был мой поступок. И даже успела выразить благодарность Руслану за то, что он тогда меня не отпустил никуда, потому что я бы попробовала убить себя ещё раз. Правда благодарность я ему выразила только про себя. Только в мыслях. К слову говоря, этот брюнет оказался довольно образованной и интересной личностью.             Так как делать мне было нечего всё то время, пока я была прикована к кровати, потому что мне ограничили время, проводимое в телефоне. Как маленькому ребёнку, я общалась с Русланом. Личного о себе он практически ничего не рассказывал, что поначалу казалось странным, но со временем я привыкла.             В первой половине дня, пока у меня была возможность сидеть в телефоне, я иногда созванивалась с матерью, а после вычитывала самые интересные новости, которые обсуждала с Русланом во второй половине дня. И надо признать, что мне льстило то, что наши мнения зачастую совпадали по тем или иным вопросам.       — Ну что, теперь ты спокойно можешь ехать домой. — в один из дней ко мне зашёл Руслан, раньше обычного. — Врачи сказали, что теперь с тобой всё в порядке как в физическом, так и в психологическом плане. Что больше у тебя нет желания устроить красивый суицид.       — Спасибо. — я улыбнулась. Первый раз я произносила это слово за последние две недели, что я тут нахожусь. — Правда. Руслан, я благодарна тебе за то, что ты для меня сделал. Можешь считать, что я никогда не забуду твоей доброты.             Меня доставили домой в целости и сохранности. Встречали меня крайне обеспокоенные родители. Потому что после свадьбы, которая так и не состоялась, меня они видели впервые. Зато Илья скорее всего успел им растрепать, что я сиганула при нём с моста. И я оказалась права. Мама рыдая кинулась мне на шею, приговаривая, что это она виновата в том, что не замечала какой мой жених плохой человек, что это только её вина, что мне было так плохо.             А я только и могла, что её успокаивать. Сказала, что эти две недели перекантовалась у хорошего знакомого, с которым мы познакомились ещё в университете, и который следил за моей реабилитацией всё это время. А сделала я это потому что не хотела, чтобы родители чувствовали вину. Но мои слова не возымели сильного действия, как мне хотелось бы. Даже отец, который не отличался особой эмоциональностью позволил себе уронить скупую мужскую слезу, параллельно душа меня в своих объятиях.       — Как это?! — как только я вернулась в школу, меня вызвали на ковёр к директору.       — Виктория Ивановна, я всё понимаю, у Вас выдалась такая грустная свадьба. — с жалостью говорила директор. — И я уже знаю, что Вы пытались с собой сделать. Вас же полиция несколько дней искала! Пока вы не позвонили родителям. Сообщить, что с вами всё в порядке. А люди с нестабильной психикой не могут работать с детьми. Вы поймите, я, даже при всём желании, просто не могу оставить за Вами должность учителя!       — Но у меня же есть справка от психиатра, что со мной всё хорошо!       — Поймите, Виктория. Мы все прекрасно знаем, как нынче врачи могут выдавать нужные людям справки, к тому же Вы сами ещё учитесь на врача, если мне не изменяет память. Так что у вас ещё и знакомства там есть. Так что этой бумажке я просто не могу довериться.             Как итог: за мою импульсивность меня выставили за дверь. Даже попросили не отрабатывать… Хотя, надо отдать должное Анне Николаевне-директору гимназии, она действительно вошла в моё положение, и поэтому даже заплатила за весь месяц, хотя я даже половины не отработала. Теперь моё время, казалось, стало слишком разнообразным. Мне срочно нужно было найти работу, потому что я просто не могла позволить себе сидеть на шее родителей. И мне надо было как-то оплачивать свою квартиру, еду и далее по списку.       — Слушай, в седьмую нужны медсестры хирургии и хирурги. — мне помог бывший, с которым мы общались. Он учился тоже в медицинском, но на несколько курсов младше. В этом году он уже должен был окончить университет, и получить диплом. — Я сам хотел туда пойти работать, потому что до хирургии меня только так смогут допустить, пока мы диплом не получим и ординатуру не пройдём, нам операций не видать. Так что если тебе интересно…       — Интересно конечно! Мне сейчас очень нужна работа. Я бы наверно скоро настолько бы отчаялась, что согласна была бы работать санитаркой! Спасибо большое Тош!             Меня взяли на удивление быстро. Резюме я подавала на медсестру хирургии, потому что боялась, что меня не возьмут, как квалифицированного хирурга, всё-таки у меня так и не выдалось возможности им поработать. Но как только они узнали, что у меня есть диплом, причём не абы какой, а красный диплом, по лечебному делу, и что я проходила ординатуру по общей хирургии, то мне сказали, что я могу устроиться на вакантное сейчас место врача-хирурга.             Естественно я не стала отказываться, потому что это был шанс один на миллион! Сказали, что практику я успею подтянуть, потому что поставят меня временно в пару к какому-то крутому хирургу из Москвы. Который приехал к нам в Казань чтобы поделиться опытом. Я с радостью согласилась. И начались трудные дни.       — Виктория! Почему я не вижу у себя на столе анамнез по Новиковой?       — А, да, сейчас. Георгий Всеволодович. — я носилась из одного конца в другой, по поручениям московского хирурга, который, казалось, даже не собирается начинать давать мне хотя бы немного практики. Однако, он допускал меня в операционную.             Честно говоря, я была рада, что у меня был доступ к операционной, потому что всего пару лет назад, я горела идеей стать знаменитым молодым хирургом. Я горела своим делом и мне больше ничего не надо было. Но было одно большое «НО». Тогда у отца полетел бизнес, а моё увлечение медициной не могло принести нам много денег.             Так как я всего лишь заканчивала ординатуру, за которую кстати тоже требовалось платить, хоть и со скидкой за то, что я образцово-показательный студент. И потому мне пришлось отказаться от дальнейшей карьеры, которую мне пророчили профессора, говоря, что из меня выйдет прекрасный врач, и пойти работать простым учителем-предметником.             А теперь, когда меня уволили, да ещё и приняли на работу врачом-хирургом, я вновь загорелась. Я даже думала, что это всё произошло не просто так! Спустя ещё несколько дней, я показала себя как хорошая медсестра, потому что как хирургу мне не позволяли даже швы наложить! Хотя последнее время я только и делала, что тренировалась.             В итоге мне удалось уговорить Георгия Всеволодовича, что я могу быть хирургом. И он ответил, что позволит мне прооперировать первого пациента только тогда, когда я пройду все проверки. Моему счастью просто не было предела!       — Он терял сознание от излишне сильной боли. Что думаешь? — хирург обращался со мной как с ординатором. Даже какую-то ностальгию чувствовала.       — Думаю, что у пациента плевральная пневмония.       — Почему именно она? Почему ты отвергаешь вариант плеврального выпота?       — Потому что у пациента слизисто-гнойная мокрота. А ещё, при осмотре мы увидели у него несколько затвердеваний. Так что думаю, что вероятной пневмонии в данном случае выше, чем плеврального выпота.       — Верно.             Так продолжалось где-то около недели. Вопросы усложнялись по возрастающей. Но я всегда старалась развёрнуто на них ответить. Было и такое, когда я затруднялась с ответом. Тогда Георгий вздыхал и объяснял мне почему я не права, или сам отвечал, и после этого обязательно пояснял свой ответ. Мне стало комфортно работать с ним. Он допускал меня ассистировать ему в операциях, и постепенно все больнице стали говорить, что мы с ним идеально друг другу подходим. Оба пропадаем на работе сутками, оба посвящаемся всех себя любимому дело. Оба горим.       — Сегодня у тебя операция. Сидорчук Елена Михайловна, пятьдесят один год. Липома. — мы уже некоторое время назад перешли на «ты»       — Отлично. Назначь моим ассистентом Олесю. Это девочка, которая к нам недавно в ординатуру поступила. Хочу посмотреть на неё в действии, а эта операция довольно лёгкая, даже студент справится.       — Почему не я? — он хитро улыбнулся.       — Потому что с сегодняшнего дня ты самостоятельный хирург, и теперь тебе следует подыскать себе ассистента. — счастью не было предела! Наконец-то это свершилось! — И это… У тебя сегодня есть планы на вечер?       — Я сегодня дежурю. — мягко улыбнулась.             Гера уже пытался начать за мной ухаживать. Когда я только-только стала его ассистентом. Но тогда я категорически ему отказала, сказав, что надо разграничивать личную и рабочую жизнь. А если у нас что-то и получится, то мы не сможем во время ссор быть хорошей командой. Но обещала подумать над этим, когда у нас будут разные команды, которые не будут пересекаться и конфликтовать между собой. И мужчина спокойно принял это, так как понимал, что я права. И сейчас он решил вспомнить о том, что я ему пообещала.             Пока у меня не было желания заводить с кем-либо отношения. Всё ещё свежа была память о том, как меня бросили прямо у алтаря. И я прекрасно помнила, что я тогда с собой чуть не сделала. И до сих пор из головы не выходили черты лица этого загадочного Руслана, который меня спас. После операции Гера пытался меня уговорить поехать с ним, говорил, что найдёт мне замену. Но я ему отказала.       — Алло? — телефон разбудил меня около часа ночи.       — Виктория Ивановна! У нас ЧП!             Я включила режим спринта. Долетела до неотложки буквально за мгновение. Ещё загодя услышала сигнализацию скорой помощи. Позвонила дежурному анестезиологу и сказала на всякий случай готовить операционную. Подбежала к каталке. Сердце пропустило удар. На ней лежал Руслан!