Чужой берег

Этот город пахнет морем и свободой. Я стою на набережной, сжимая в руке билет в один конец. Поезд пришёл утром, вещи в камере хранения, в кармане — восемь тысяч рублей и разбитое сердце, которое я надеюсь здесь вылечить. Море пахнет йодом, рыбой и чем-то далёким. Чайки орут как ненормальные. Я закрываю глаза и вдыхаю так глубоко, будто хочу выдохнуть из лёгких всё, что было раньше. Дэниел. Четыре года. Две кошки. Одна съёмная квартира и планы на будущее, которые рассыпались в одну ночь, когда я вернулась с работы пораньше и застала его с «коллегой» на нашей кухне. — Это не то, что ты думаешь, — сказал он, прикрываясь полотенцем. Коллега делала вид, что ищет серьгу. А я вдруг стала очень спокойной. Собрала чемодан. Вызвала такси. Уехала к маме. А через неделю купила билет сюда, в город, где ни разу не была. Почему сюда? Просто ткнула пальцем в карту на сайте РЖД. «Сочи» показалось красивым. — Девушка, сфоткаться не хотите? — окликает меня парень с обезьянкой на плече. Обезьянка в панамке. Зазывала на набережной. — В другой раз, — улыбаюсь я. Улыбаться получается. Это хороший знак. Днём я снимаю комнату в частном секторе. Хозяйка, тётя Зина, смотрит на мой паспорт, потом на меня, потом снова на паспорт. — Одна? — Одна. — Замужем? — Разведена. Я вру легко. Диагноз «разведена» звучит убедительнее, чем «сбежала от парня, который променял меня на секретаршу». Тётя Зина кивает. Берёт деньги за месяц вперёд. Отдаёт ключи. — У нас тут тихо, — говорит она. — Курортники, правда, шалят, но ты девочка взрослая, сама разберёшься. Вечером на набережную не ходи одна, там всякое бывает. — Спасибо, тёть Зин. Я захожу в комнату. Узкая кровать, продавленный диван, холодильник, который гудит как трактор. Но чисто. И своё. Впервые за долгое время — своё. Я ложусь на кровать и смотрю в потолок. Там трещина, похожая на карту Австралии. Я мысленно обвожу её контур и думаю: австралийцы ходят вверх ногами. Или нет? Кажется, я скоро сойду с ума от одиночества. Телефон пищит. Сообщение от мамы: «Долетела? Как устроилась? Не голодай, я тебе перевод отправила». Я сбрасываю. Деньги брать не буду. Сама справлюсь. Вечером я всё-таки иду на набережную. Тётя Зина права: здесь шалят. Пьяные компании, громкая музыка из кафешек, пары, которые целуются, не стесняясь прохожих. Я иду медленно, вдыхая запах шашлыка и мороженого, и чувствую, как внутри что-то потихоньку оттаивает. Мне нужно найти работу. Официантка, продавщица, аниматор — неважно. Главное, чтобы хватало на жизнь, пока не приду в себя. Я захожу в кафе на набережной. Заказываю кофе и сажусь за столик у окна. Достаю телефон, открываю сайт с вакансиями. «Требуется бармен», «Ищем хостес», «В элитный клуб нужны девушки»… Элитный клуб. Звучит как эвфемизм для чего-то неприличного. — Девушка, свободно? Я поднимаю глаза. Передо мной стоит мужчина. Лет сорок, дорогие часы, седина на висках, глаза — тёмные, внимательные. В одной руке чашка кофе, в другой — планшет. Он смотрит на стул напротив меня. — Свободно, — киваю я. — Спасибо. Везде яблоку негде упасть. Он садится. Достаёт телефон, что-то читает, хмурится. Я возвращаюсь к вакансиям. Тишина. Только чайки за окном и шум прибоя. — Ищете работу? — вдруг спрашивает он. Я поднимаю голову. Он кивком показывает на мой телефон. — На сайте вакансий. Светится. — А, да, — я чувствую, как краснею. — Ищу. — Кем? — Не знаю. Всё равно. Он усмехается. У него красивая улыбка — чуть кривая, тёплая. — «Всё равно» — плохой вариант. Нужно знать, чего хочешь. — А если не знаешь? — Тогда пробовать всё подряд. — Он закрывает планшет. — Вы не местная? — Из Москвы. — Бежите или едете? Вопрос звучит странно. Слишком прямо. Слишком точно. — Бегу, — говорю я честно. — От бывшего. — Как звали? — Дэниел. — А вас? — Анаис. Он кивает. Без осуждения, без удивления. Как будто каждый день слышит такие истории. — Тогда удачи. — Он встаёт. — В этом городе хорошо бежится. Я сам когда-то прибежал. Он уходит, а я остаюсь сидеть с чашкой кофе и чувством, что только что произошло что-то важное. Или не произошло. Допиваю кофе, расплачиваюсь и выхожу на набережную. Дальше всё происходит за три секунды. Я смотрю на море, делаю шаг и спотыкаюсь о камень. Нога подворачивается, сумка летит в одну сторону, я — в другую. И врезаюсь прямо в мужчину, который идёт навстречу. Он ловит меня за талию, но инерция слишком сильная. Мы оба теряем равновесие, и я врезаюсь в него лицом. Губами. В губы. Поцелуй длится секунду. Самую глупую секунду в моей жизни. Я отскакиваю как ошпаренная. — Господи, простите! — бормочу я, чувствуя, как лицо заливается краской. — Ничего страшного, — слышу я знакомый голос. — Вы в порядке? Я поднимаю глаза. Это он. Тот мужчина из кафе. Он смотрит на меня, и в его глазах пляшут чёртики. — Мы сегодня уже встречались, — говорит он. — Но так близко — впервые. Я готова провалиться сквозь землю. Или в море. Прямо сейчас. — Я не специально, — выдавливаю я. — Там камень. Я споткнулась. Простите, ради бога. — Да перестаньте, — он улыбается. — Лучший комплимент за последние пять лет. Я не знаю, куда девать глаза. Он наклоняется, поднимает мою сумку, отряхивает. — Садитесь, — он кивает на скамейку. — Нога болит? Только сейчас я понимаю, что нога действительно болит. Лодыжку простреливает болью. — Немного. — Садитесь, я сказал. Это не просьба. Это приказ. Но сказано так, что хочется подчиниться. Я сажусь. Он садится рядом. — Покажите. — Что? — Ногу. Я врач. Врёт. Врачи так не выглядят. Но я всё равно задираю штанину джинсов. Лодыжка уже начала опухать. Он смотрит, осторожно трогает пальцами. У него тёплые руки. И очень спокойные. — Растяжение. Не сильное, но пару дней поберечь надо. Холод приложите. — Спасибо. — Не за что. — Он смотрит на меня. — Анаис, да? — Да. — Красивое имя. Редкое. — Пауза. — Меня зовут Марк. Мы смотрим друг на друга. Чайки орут как сумасшедшие. Море шумит. А я сижу на скамейке с человеком, которого поцеловала пять минут назад, и чувствую, как сердце колотится где-то в горле. — Я провожу вас, — говорит он. — Вы где живёте? — В частном секторе. На Зелёной. — Это далеко. Поехали на машине. Он не спрашивает. Он утверждает. И я соглашаюсь. В машине пахнет кожей и мужскими духами. Дорогой, сдержанный запах. Марк ведёт аккуратно, хотя я подозреваю, что обычно он ездит иначе. — Вы давно здесь? — спрашивает он. — Сегодня приехала. — И уже ищете работу? — Нужно же на что-то жить. — В Москве кем работали? — В книжном. Продавцом-консультантом. — Любите книги? — Очень. — Тогда почему ушли? Я молчу. Он понимает. — Дэниел, — говорит он сам за меня. — Точно. Простите. — Ничего. Вы угадали. Мы подъезжаем к дому тёти Зины. Я открываю дверь, но он останавливает меня. — Анаис, подождите. Я оборачиваюсь. — У меня есть предложение, — говорит он. — Я владелец нескольких заведений в городе. Клуб, ресторан, ещё пара мест. Мне нужны люди. Приходите завтра посмотреть. Вот адрес. Он протягивает визитку. «Mark Weston. Клуб «Atlantis». — Просто посмотрите, — добавляет он. — Если не понравится — уйдёте. Я беру визитку. Выхожу из машины. Хромаю к калитке. Оборачиваюсь. Он всё ещё смотрит на меня. Машу рукой. Он кивает и уезжает. На следующее утро я еду по этому адресу. Клуб «Atlantis» находится на первой береговой линии. Стекло, бетон, неон. Вывеска с русалкой. На парковке — «Порше», «Бентли», «Мазерати». Я сглатываю и захожу внутрь. Внутри — ад. Музыка долбит так, что вибрируют рёбра. Полупрозрачные девочки в трусах носят шампанское на подносах. Мужчины с масляными глазами трогают их за талии, за бёдра, за всё подряд. В углу на диване девица сидит верхом на каком-то толстом, и её грудь почти вываливается из лифа. Меня подташнивает. Ко мне подходит девушка — тощая, с кукольными ресницами, в платье, которого практически нет. — Ты к Марку? — орёт она сквозь музыку. — Пошли. Мы идём через зал. Я стараюсь не смотреть по сторонам. Но краем глаза вижу, как в кабинке парень зажимает девушку, и ей явно не нравится, но она улыбается. Меня мутит. Кабинет Марка на втором этаже. Стекло, кожа, панорамный вид на море. Он сидит в кресле, листает бумаги. При моём появлении поднимает глаза. — Ну как вам? Я не вру. — Ужасно. Я никогда не любила такие места. Это… — я подбираю слово, — …скотство. Он улыбается. — Честно. Редкое качество. Садитесь. Я не сажусь. — Марк, я, наверное, пойду. Это не моё. Спасибо за предложение, правда, но я не смогу здесь работать. Я лучше официанткой в обычное кафе. Я разворачиваюсь к двери. — Анаис. Голос у него меняется. Становится жёстче. Холоднее. Я останавливаюсь. — Ты ведь снимаешь комнату у тёти Зины на Зелёной? — спрашивает он. Я медленно поворачиваюсь. — Откуда вы… — Я знаю всё про людей, которые приходят в мой клуб. Или уходят. — Он встаёт. — У тебя восемь тысяч в кармане. Комната оплачена на месяц. Работы в кафе нет — сезон почти закончился, всех приезжих сокращают. Ты останешься на улице через три недели. У меня холодеет внутри. — Это угроза? — Это реальность. — Он подходит ближе. — Я предлагаю тебе работу. Нормальную. Встречать гостей, следить за порядком, решать вопросы. Не то, что ты видела внизу. Администратор. Оклад, проживание, официально. — А если я откажусь? Он смотрит на меня долго. Очень долго. — Ничего не будет. Уйдёшь. Будешь искать счастье в другом месте. Только найдешь ли? Пауза. — Город маленький, Анаис. Здесь все друг друга знают. Если ты уйдёшь от меня, никто не спросит почему. Просто увидят, что ты отказалась работать у Марка Уэстона. И решат: либо дура, либо проблемная. Ни тем, ни другим ты не нужна. У меня перехватывает дыхание. — Вы не можете так со мной… — Я ничего не делаю. — Он разводит руками. — Я просто говорю, как оно работает. Ты приехала в чужой город. Одна. Без денег. Без связей. Я даю тебе шанс. Подумай. Я стою и смотрю на него. Красивый. Умный. Хищный. — Зачем я вам? — спрашиваю я тихо. — Таких, как я, сотни. — Таких, как ты, которые падают на меня с неба и целуют при первой встрече? — Он усмехается. — Нет, Анаис. Такая — одна. И потом… у тебя честные глаза. В моём клубе это дефицит. Он возвращается в кресло. — Решай. Завтра в восемь. Если придёшь — начнёшь работать. Если нет — удачи на вокзале. Я выхожу из кабинета. Иду через зал, где девицы виляют задами перед мужиками с толстыми кошельками. Слышу, как кто-то за стенкой всхлипывает. Или стонет. Не разобрать. На улице я сажусь на скамейку и смотрю на море. В руке — визитка с его номером. Я думаю о Дэниеле, который меня предал. О маме, которая ждёт, что я встану на ноги. О восьми тысячах в кармане. О тёте Зине и её комнате, где через месяц меня не будет. Я ненавижу такие места. Я никогда не хотела быть частью этого. Но выбора нет. Я достаю телефон и печатаю сообщение: «Я приду завтра. Во сколько?» Через минуту ответ: « В восемь. Форма одежды — вечерняя. Купишь на аванс. Жду» Я закрываю глаза. Море шумит. Чайки орут. А я только что продала себя за крышу над головой.