История третья. Радость открытия

Иногда Алине казалось, что не только дедушка — волшебник. А и вся комнатка эта, с её чуть пыльными полками, собранием старинных и нуждающихся в лечении книг и вещей, наполнена магией.

Много раз ей представлялся шанс убедиться в этом. Но особенно запомнился один…

В тот день настроение у Алины было не очень — получила «двойку» в школе, поссорилась с подружкой, случайно порвала тетрадку для контрольных, промокла по дороге в библиотеку… В общем, за окном лил дождь, и, казалось, он же плакал и в её душе. Даже в шахматы играть не хотелось. Как и читать. Алина просто расположилась в углу на кресле и заткнула ушки наушниками — музыка с некоторых пор её успокаивала.

От этого занятия, впрочем, довольно скоро её оторвал дедушка с неожиданной просьбой:

— Алинка, выручай, — заговорщически прошептал ей. — Мы тут с Тамарой литературу подбираем для статьи, а Танюшку не с кем оставить и занять нечем. Покажешь ей здесь всё?

Алина вздохнула: Тамара Васильевна была ей хорошо знакома — вела математику у параллельного класса, иногда, случалось, замещала и их учительницу. Алина знала даже, что Тамара Васильевна пишет какие-то там научные статьи и отправляет в журналы — вся школа знала. Сама Алина не читала, но и дедушка, и все известные взрослые говорили, что интересно пишет.

А Танюшка была её маленькой непоседливой дочкой четырёх лет. Не очень-то Алине хотелось возиться с ребёнком и в более хорошем расположении духа, но как откажешь любимому дедушке?

Оставшись наедине с маленьким ураганчиком и убрав наушники подальше, Алина судорожно размышляла, чем бы занять Танюшку. Карандаши, красивые гелевые ручки и уже испорченная тетрадь, предложенная в качестве альбома для рисования, спасли положение ровно на десять минут. Потом Танюшка решительно отодвинула всё в сторону, сползла со стула, и не успела Алина опомниться, как та уже схватила фотоаппарат и чуть ли не залезла верхом на глобус.

— Эй, Таня! — Алина заговорила «взрослым» голосом. — Здесь не стоит ничего трогать без разрешения!

— Мне скучно! — Танюшка надула губки.

Алина, лихорадочно осмотревшись, наткнулась взглядом на слегка выступавшую на одной из полок книгу. Это был красивый, напечатанный на плотной дорогой бумаге атлас-определитель «Птицы России». Алина не понимала, почему эта новая и красивая книга попала к ним в «госпиталь», но точно помнила, что там были очень красивые и яркие картинки птиц.

Почти без колебаний, она схватила томик (едва не уронив себе на ногу — тяжёлый) и открыла на середине, показывая Танюшке:

— Смотри, какие здесь птицы!

Танюшка заинтересовано подошла. Посмотрела внимательно на картинку, поизучала птичку и спросила:

— А как её зовут?

Алина покосилась на страничку:

— Зеленушка, — и сказать больше было нечего. И даже прочитать — текст, написанный под фотографией птицы, был настолько уныл и научен, что даже у Алины челюсть свело — такое озвучивать точно не хотелось.

— Ну какая же она зеленушка? — неподдельно удивилась Танюшка. — Она же жёлтая! Значит — желтушка! Я буду звать её Лимончик! Она круглая и жёлтая, но не кислая! Мы с Лимончиком летим в другую страну!

И Танюшка, взмахивая руками, как крыльями, сделала несколько кругов по комнате.

— А кто ещё там есть? — спросила, «подлетев» обратно.

Следующим Алина случайно открыла удода.

— Это же петушок — золотой гребешок! — Танюшка запрыгала и попыталась прокукарекать. — Прилетел из сказки нам помогать, дождик прогонять.

Почему именно дождик прогонять — Алина понять не смогла, но радость Танюшки её невольно заразила, и она рассмеялась вместе со своей маленькой подопечной.

Так и началось какое-то необыкновенное путешествие в птичий мир: Алина открывала очередную страницу, они с Танюшкой вместе давали новые названия птицам. Особенно преуспела Танюшка: Рыжик, Пушистый Хвостик, Синекрыл — её придумки. И обязательно каждой птичке подбирали историю:

— Синекрыл летит к бабушке Синекрылихе! — Танюшка изображала сразу и самого Синекрыла, и его бабушку.

— А Солнечный зайчик поёт песенку и зовёт к нам солнце и хорошую погоду! — подхватывала Алина.

Чудо или нет, но внезапно за окном и впрямь проглянуло солнце — вот сразу после этих слов. Лучик солнца скользнул и по книге, и по лицам девочек, заставив прищуриться и снова рассмеяться.

Алине вдруг показалось, что она и в самом деле видит всех этих птиц, слышит их истории и голоса — словно те вырвались из атласа-определителя, ожили и запели.

Когда вернулись Матвей Леонидович с Тамарой Васильевной, Алина и Танюшка едва ли успели просмотреть хотя бы половину справочника. Поэтому Тамаре Васильевне пришлось ещё и эту книгу унести домой — ненадолго, пока та не зарядится, как сказал Матвей Леонидович, от Танюшки живостью.

А Алина наконец-то поняла, почему «Птицы России» попала к ним — скучная, несмотря на красочность. Как… чучело птицы. А воображение и непосредственность Танюшки словно добавили ей недостающей энергии, радость открытия и придали загадочность. Не всем книгам нужно лечение и библиотекарь-волшебник. Иногда книге нужен первооткрыватель и первый ход.