Часть 6

Сознание возвращалось медленно, но на этот раз без боли, которая разрывает тело на части. Гермиона с трудом разлепила глаза. Она моргнула несколько раз, прежде чем смогла сфокусироваться. Потолок. Чужой потолок. Чужой дом. Она всё ещё здесь. У Малфоя. Гермиона тяжело выдохнула и попыталась пошевелиться. Боль была… терпимой. Глухой. Далёкой. Не той, что парализует. Она осторожно повернулась на бок и, собравшись, села. — Уже лучше… — тихо пробормотала она себе под нос. Потом медленно поднялась. Ноги дрожали, но держали. Она опустила взгляд на себя и замерла. Бинтов не было. Тело было практическим чистым. Лишь едва заметные остатки заживающих повреждений. А на ней была… футболка. Серая. Свободная. Слишком большая. Чужая. Гермиона нахмурилась и осторожно потянула ткань пальцами, словно та могла дать ответы. Затем машинально поднесла её к лицу и вдохнула. Свежесть. И едва уловимый запах… чего-то сладкого. Чужого. Она резко отдёрнула руку. Нет. Она не хотела думать о том, откуда знает, как пахнут вещи Малфоя. Осознание накрыло мгновенно. Щёки вспыхнули. — Прекрасно… — прошептала она. Он её переодел. Мысль ударила резко. Полностью? Гермиона резко подняла край футболки и облегчённо выдохнула. Нижнее бельё было на ней. Она уже почти успокоилась, когда услышала звук открывающейся двери и шаги. Спокойные. Уверенные. Слишком уверенные. Гермиона резко обернулась. Малфой вошёл так, словно ничего не происходило. Словно это был обычный вечер. Его дом. Его пространство. Его правила. Хотя, собственно, так и было. Он снял плащ и, даже не глядя, бросил его на стул. — Наконец-то, — лениво сказал он. — Очнулась окончательно. Его взгляд скользнул по ней. Снизу вверх. Задержался на оголённых ногах. Секунда — и поднялся к лицу. Выражение стало нечитаемым. Гермионе стало не по себе. Она выпрямилась — резко, почти рефлекторно — и одёрнула футболку ниже, будто это могло что-то изменить. — Если ты всё ещё ждёшь благодарности, — холодно сказала она, — можешь не надеяться. Драко усмехнулся. — Мне и даром не нужны твои благодарности, Грейнджер. Он прошёл мимо неё, будто она не представляла угрозы. И это раздражало. Потому что сейчас она действительно не представляла. — Я жду, пока ты восстановишься, — продолжил он спокойно. Он остановился у кухни, открыл один из ящиков. — И тогда получу всё, что мне нужно. Гермиона молча наблюдала за ним. Легилименция. Конечно. Он был хорош в ней. Очень. Она это знала. Но он не знал. Не знал, что за это время она выстроила такую защиту, что даже Лорду пришлось бы постараться, чтобы пробиться — и то, ценой последствий. Окклюменция стала для неё почти рефлексом. Нет, она не пользовалась ей всегда, но при любой опасности ее мозг выставлял блок автоматически. Если бы не это —она не пошла бы в бой так открыто. Главное — выиграть время. Не дать ему полезть в голову раньше, чем она восстановится. А потом… потом он не получит ничего. — Как они тебя поймали, — вдруг сказал он, не оборачиваясь, — если даже я не смог? Он закрыл ящик. — Или ты забыла, что в бою используют не только язык? Гермиона прищурилась. — Я использую всё, что могу. Пауза. Она моргнула. Фраза прозвучала… двусмысленно? Чёрт. Она резко отвернулась. — Я с ними не разговаривала, если ты об этом, — быстро добавила она.— И они меня не поймали. Драко повернул голову. — Вот как? — Я упала с метлы. Он замер. — С метлы? — Да. Она скрестила руки на груди. — И уже после этого у меня были переломы. Тишина. — Ты упала… — медленно повторил он, — и с переломами умудрилась убить двоих? Гермиона пожала плечами. — Что тебя так удивляет? — Всё. — Я много тренируюсь. Драко усмехнулся. — Больше всего меня удивляет тупость. Она резко вскинула голову. — Что? — Летать над лесом. Гермиона вспыхнула. — У меня нет другого места, чтобы учиться! Он нахмурился. На этот раз — по-настоящему. — Учиться?.. Ты… не умеешь летать? — Я умею летать! — резко ответила она. — Я не умею летать и одновременно отбиваться от Пожирателей. Она смотрела на него прямо. — А если учитывать, что некоторые из вас вообще летают без метлы… это становится необходимостью. Драко ничего не ответил. Просто отвернулся и снова занялся чем-то на кухне. Тишина повисла между ними. Гермиона сделала шаг. Осторожный. Нога всё ещё подводила, но она стояла. — Ты меня отпустишь? Он даже не обернулся. — Нет. Просто. Без паузы. Без сомнений. — Обязательно было меня переодевать? — Твоя одежда была в крови, — спокойно сказал он. — И в грязи. Пауза. — Я не терплю этого в своём доме. Гермиона на секунду зависла. Серьёзно? Педант? Кровь и грязь — недопустимы. А грязнокровка в доме — вполне приемлемо? Она уже открыла рот, чтобы высказать это, но он ее опередил. — Если ты переживаешь за свои… прелести, — перебил он её с лёгкой насмешкой, — можешь не беспокоиться. Он наконец повернулся. — Мне абсолютно всё равно и переодевал тебя не я, а Блейз. Он колдомедик, ему положено. Гермиона замолчала, осмысливая. А потом её взгляд опустился ниже — и она увидела у него в руке шприц. Гермиона отшатнулась. — Малфой, ты совсем спятил?! Сердце ударило быстрее. Она машинально выставила руки вперед, взгляд метнулся по кухне. Флаконы. Зелья. — Это пьют! — резко сказала она. — Это не— — Тебе — колют, — спокойно перебил он. — Внутримышечно. Он сделал шаг к ней. — Так быстрее. Идея Блейза. Он чуть склонил голову. — Так что повернись. Гермиона уставилась на него. — Не подходи ко мне. Ещё шаг назад. — Ты даже не умеешь делать уколы. Он остановился. Приподнял бровь. — С чего ты взяла? — Это очевидно! Он усмехнулся. — Может, я ухаживал за умирающей бабушкой, и ей прописывали уколы. Гермиона моргнула. — Ты сейчас серьёзно? — Нет. — Так зачем ты несёшь этот бред?! Он выдохнул. — Грейнджер, сейчас я несу добро и конструктивизм. Поэтому не зли меня и иди сюда. Она резко развернулась, пытаясь уйти. Но его рука уже обхватила её поперёк туловища. — Малфой! Он развернул её и буквально уложил на диван лицом вниз. Гермиона дёрнулась, пытаясь вырваться, но Малфой поставил своё колено чуть ниже лопаток, фиксируя её. — Не дёргайся, — спокойно сказал он над её ухом. Она попыталась снова вывернуться. Бесполезно. — Игла останется в заднице. — Ты придурок! Он не ответил. Только сильнее зафиксировал её и приподнял край футболки. На секунду он замер. И тут же отвёл взгляд. Движения стали быстрыми, точными. Он чуть приспустил её бельё и сделал укол. Всё заняло несколько секунд. Давление исчезло.Он сразу отпустил её. Гермиона резко поднялась, натягивая футболку вниз. — Ты вообще нормальный?! Она пылала — от злости, от унижения, от бессилия. Но Драко уже отходил. Спокойно. Словно ничего не произошло. Он выбросил шприц в ведро, взял плащ. — Придёшь в себя — скажешь спасибо, — бросил он через плечо. — Никогда! Он усмехнулся и вышел. Дверь закрылась. Гермиона осталась одна. Она всё ещё тяжело дышала. Сердце колотилось, мысли путались. Злость кипела, вытесняя всё остальное. Она резко направилась к двери. Закрыто. К окну. Запечатано. Она обошла почти весь дом — быстро, на нервах, игнорируя слабость. Ничего. Ни выхода. Ни вещей. Ни свободы. Когда силы начали окончательно уходить, в комнате с тихим хлопком появилась коробка. Большая. Тяжёлая. Гермиона настороженно подошла и открыла её. Внутри лежала одежда. Дорогая. Новая. Женская. Из магловских бутиков. И нижнее бельё. Она взяла один комплект. Чёрный шёлк. Полупрозрачные чашки, расшитые вручную. Слишком откровенно. Слишком… Она резко захлопнула коробку. Щёки снова вспыхнули. — Да ты издеваешься… Пауза. Она посмотрела на коробку с раздражением. — Лучше бы об обуви подумал!