Часть 9

О том где и как Малфой достал прокладки, Гермиона старалась не думать. Ещё меньше ей хотелось думать, зачем он притащил их годовой запас. Пакеты просто появились — так же, как когда-то появилась одежда. Без объяснений. Без слов. И с тех пор Малфой… пропал. Зато приходил Забини. Регулярно. Чётко. Почти по расписанию. Проверял её состояние, приносил еду, задавал короткие вопросы — и уходил. Не задерживался, не смотрел лишний раз, не вступал в разговоры и...не блокировал дверь. Погода была прекрасная. Весна поностью вступила в свои права. Цветы начали пробиваться из-под земли. И Гермиона стала много времени проводить на улице. Она могла гулять сколько угодно, но барьер не давал уйти. Он был везде. Невидимый и неощутимый. Он не имел начала и конца. Куда бы она ни шла — возвращалась обратно к дому. Как будто пространство замыкалось само в себе. И это сводило с ума. Потому что Малфой и Забини проходили через него без усилий. Она ходила, как ей казалось, вдоль границы, снова и снова, пытаясь нащупать закономерность. Проверить гипотезы. Понять структуру. Но без палочки… И с едва вернувшейся магией… Она была беспомощна. И была ещё одна проблема. Хуже. Память. Что произошло в лесу — после того, как её поймали? Обрывки. Крики. Грубые руки. Фразы, от которых холодело внутри. Нет. Она не помнила всего. Но того, что помнила… было достаточно, чтобы предположить худшее. И Малфой. Он был там. Был ли он частью этого? Зачем он порезал ей горло? Гермиону кидало в дрожь от этих мыслей и она с усилием возвращалась к мыслям о барьере. Так проходили дни. Сейчас уже смеркалось. Гермиона приняла душ, переоделась в тонкую ночную рубашку — ту самую, которую тоже, конечно, притащил Малфой — и уже собиралась лечь, когда в комнате вдруг появился он с бутылкой огневиски в руке. — Попытаешься хоть что-то сделать — убью, — бросил он грубо, даже не глядя на неё и прошёл к кухне, будто это его обычный вечер. Он достал бокал, налил огневиски и сел. Только когда поднёс его к губам — поднял взгляд и... застыл. Он смотрел на неё так, будто видел впервые. Гермиона стояла у дивана. Босиком. В лёгком шёлковом пеньюаре, который мягко струился по телу, держась на тонких бретелях. Влажные после душа волосы спадали на плечи, скрывая часть кожи — но не спасая от взгляда. Она вдруг остро почувствовала себя… раздетой. Его взгляд прошёлся по ней медленно. Слишком внимательно. И за секунду стал нечитаемым. — Я… спать собиралась, — неловко сказала она. Он отвернулся к окну. — Ложись. Пауза. Она не двинулась. — При тебе не могу. Он тяжело вздохнул и снова посмотрел на неё. — Грейнджер, я не собираюсь уходить, потому что тебе неудобно. Ты два месяца была без сознания. Ты уже “спала” при мне. Он сделал глоток. — И ничего страшного не случилось. — Не случилось ли… — тихо ответила она и, почти демонстративно, схватила кофту, накидывая её сверху. Он застыл, так и не донеся бокал ко рту. — Ты на что намекаешь? Гермиона не ответила сразу. Только посмотрела на него. — Я помню кое-что. Пауза. — И этого достаточно, чтобы думать, что… могло быть всякое. Он вдруг рассмеялся. Резко. Неприятно. — Ты серьёзно думаешь, что мы тут… развлекались с тобой, пока ты была на грани смерти? Смех оборвался. — Никто тебя тут не трогал!— жёстко отрезал Малфой, — И там не успели. Тишина. Гермиона смотрела на него. И вдруг — вспышка: "Пошли вон отсюда". Это был он и он был зол. Она медленно вдохнула. — Ты остановил их? Это было не столько вопросом, сколько утверждением. Он отвёл взгляд. — Я убедил их, что ты умерла. Пауза. — Ты… перерезал мне горло, чтобы спасти? — тихо спросила она. Он откинулся на спинку стула. — Я тебя не спасал, Грейнджер. Я забрал тебя себе. — А способ был выбран из соображений логики,— после паузы добавил он. — Так не будет разговоров. И мне не придётся отчитываться почему я убил своих людей. Тишина растянулась. Гермиона медленно подошла, взяла стул и села напротив. — …извини. Он нахмурился. — За что? Она пожала плечами. — Не буду объяснять. Просто извини и … спасибо. Она потянулась к бутылке. Налила себе и сделала глоток, поморщившись. — Что у тебя случилось? Он смотрел на то, как она пьёт, не моргая. — Твоя наглость поражает. — Пить в одиночку — дурная привычка, — спокойно ответила Гермиона.— Так что случилось? Он отвернулся. — Мы не друзья. Она молчала и он ничего не говорил. Гермиона не выдержала: — Давай сыграем в игру? Он медленно повернулся. — На раздевание? — Малфой! Она закатила глаза. — Сначала спрашивают в какую. — Хорошо, — спокойно сказал он. — В какую? Пауза. — На раздевание? — Нет! Она выдохнула. — Вопрос — ответ. Отвечаешь честно, а если не хочешь— пьёшь. Он усмехнулся. — Ты вырубишься. — Я могу быть опасно честной. Он прищурился. — Заклятие правды? — Согласна. Он достал палочку. Лёгкое движение — магия легла на бутылку. Воздух чуть дрогнул. — Поехали, — сказал он. — Что задумал Орден? Она даже не задумываясь опрокинула бокал. Он наполнился снова. — Зачем ты вытащил меня из темницы? Он на секунду замер. Потом… выпил. Гермиона выдохнула. Но он вдруг сказал: — Я не хотел бы умереть так. Она подняла глаза. — Достойный противник должен погибнуть в бою. А ты — достойный противник. — Ясно…,— неуверенно протянула она. — Где Поттер? Она снова молча выпила. — Почему ты пришёл? — быстро спросила она. Он пожал плечами. — Сбежал от отца. Он решил устроить мне парад невест. И теперь жду Забини. Он посмотрел на неё внимательнее. — Тебе понравилось меня целовать? Гермиона покраснела мгновенно. Сильнее, чем хотела бы. — Ты… хорошо целуешься, — осторожно сказала она. Он рассмеялся. — Это я и так знал. Наклонился чуть вперёд. — Но теперь знаю, что тебе понравилось. — Ты невыносим, — вспыхнула она и резко встала, задев свой бокал. Он перевернулся. Огневиски растёкся по столу. — Чёрт! Они одновременно потянулись к салфеткам. Руки столкнулись и они взглянули друг на друга. Глаза в глаза. И в этот момент— в комнате появился Блейз. — Ну что, идём? Все оборвалась. Драко первым отдёрнул руку. — Да. Он поднялся и даже не посмотрел на Гермиону, а через секунду они исчезли. А она почувствовала... разочарование?