Битва за Кантерлот VOL 2

≫ ──── ≪•◦ ❈ ◦•≫ ──── ≪

Кантерлот горел. Это был странный, почти стерильный пожар — без криков мирных жителей, без детского плача. Город опустел ещё до прибытия армии неприятеля, и теперь его улицы наполнял лишь лязг гусениц да размеренный грохот артиллерийских залпов. Ворота, кованные ещё при Селестии, выдержали три прямых попадания, но на четвёртом сдались — металл взвыл и разошёлся рваной раной, пропуская в город серую сталь и алые знамёна Нового Кантерлота. Лорд Женьшень стоял на центральном балконе королевского замка. Отсюда, с высоты, его армия казалась идеально отлаженным механизмом — колонны танков втекали в городские артерии, пехота рассыпалась по пустым переулкам, а в небе, перекрывая багровый закат, зависли штурмовые дирижабли. Ветер трепал его гриву, пахнущую порохом и озоном. — Ничто меня не остановит, — произнёс он, и слова его были не бравадой, а холодной констатацией факта. Он обвёл взглядом панораму покорённой столицы, и уголок его рта дрогнул в подобии улыбки. — Я и вправду стал единоличным правителем всей Эквестрии. Осталось только встретить тех четырёх упырей и победить их, а дальше... — он выдержал паузу, наслаждаясь моментом, — Я достигну полной чистоты.

— Но ты так и не очистил свой разум от правды.

(музыкальное сопровождение https://www.youtube.com/watch?v=9t8eazYugos)

Голос прозвучал так близко, так отчётливо, что Женьшень ощутил его не ушами — кожей. Холодный, вкрадчивый, с лёгкой хрипотцой, от которой у любого другого пони шерсть встала бы дыбом. Но Лорд был не любым другим пони. Его реакция была мгновенной. Рог вспыхнул ядовито-зелёным, и сгусток чистой разрушительной магии сорвался в то место, откуда исходил звук — в дальний, затенённый угол балкона. Взрыв выбил часть каменной балюстрады, осколки гранита веером полетели вниз, в пустоту. Но там, где должен был стоять невидимый собеседник, лишь курился дымок от опалённой кладки. Тишина. Только далёкий гул канонады. — Посмотри направо. Женьшень медленно, не выдавая ни капли беспокойства, повернул голову. У стены стояло высокое ростовое зеркало в потускневшей серебряной раме. Оно не было разбито недавние взрывом, что уже казалось странным. Лорд подошёл ближе — его собственные шаги гулко отдавались от мраморного пола. В отражении, на фоне горящего Кантерлота, стоял вовсе не он. Из зазеркалья на Женьшеня смотрел король Сомбра. Его тёмная, как обсидиан, шерсть почти сливалась с тенями, а глаза горели тем самым алым светом, который когда-то наводил ужас на Кристальную Империю. Изогнутый рог отбрасывал неестественное, багровое свечение, и в этом свете лицо Лорда, стоящего по эту сторону стекла, казалось ещё более бледным и безжалостным. Женьшень не отдёрнулся. Он склонил голову чуть набок, разглядывая видение с брезгливым любопытством учёного, обнаружившего редкий, но неприятный вид плесени. — Это опять дешёвый трюк моей матери? — спросил он скорее у самого себя, чем у зеркала. В его голосе звучала не тревога, а бесконечная усталость от чужих попыток им манипулировать. Ответом ему была тишина. Зеркальный Сомбра лишь наблюдал. Женьшень не стал ждать. С его рога вновь сорвался магический снаряд, на этот раз нацеленный точно в центр проклятого стекла. Зеркало взорвалось тысячей сверкающих осколков. Звон, скрежет, стеклянная пыль, затанцевавшая в воздухе. Осколки застучали по полу, словно град, и один из них, самый крупный, замер у самого копыта Лорда. В нём, в крошечной грани, всё ещё теплился алый огонёк. А потом голос зазвучал снова. На этот раз — прямо в голове, объёмный, не нуждающийся в зеркалах и углах. — Я сразу увидел в тебе родную кровь, когда увидел тебя впервые. Я уже знал твоё великое будущее. Лорд замер. Мышцы под серой шерстью напряглись, но он заставил себя стоять неподвижно. Слушать. — Я был уничтожен принцессой Твайлайт при нашей последней дуэли, но мой дух выжил. Я могу взаимодействовать лишь с родными мне пони. И я желаю тебе победы, поэтому и связался с тобой. Лорд развернулся спиной к останкам зеркала и снова уставился на горящий город. Его хвост нервно хлестнул по мрамору. — Королева Кризалис уже проникла в твою армию. Угроза гораздо сильнее может тебе навредить, чем ты думаешь. Ты должен... — Так! — рявкнул вдруг Женьшень, и его голос, усиленный магией, перекрыл даже далёкий грохот взрывов. Ярость, которую он так долго сдерживал, прорвалась наружу, и теперь слова хлестали, словно удары бича. — А чего тебя раньше не было, дорогой папуля?! Ты бы мог мне помогать строить великое будущее с самого начала! Мог помочь мне в первой битве в лесу против этих выблядков! Он резко развернулся, и теперь кричал в пустоту, ища невидимого собеседника, которого не мог задушить собственными копытами. Из-за огромной двери в зал выглядывал перепуганный адъютант, изучая странное поведение своего господина. — А ты появился только тогда, когда я уже всего сам добился?! Нет! Поэтому, иди-ка ты на... — Я знаю, как работает колокол Грогара. Тишина, наступившая после этих слов, была тяжелее, чем все каменные своды замка. Женьшень застыл с приоткрытым ртом. Его рог, уже начавший накапливать магию для очередного, чисто инстинктивного удара, медленно погас. Этих слов было более чем достаточно, чтобы заткнуть Лорда Женьшеня. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль о заклинании, которым он когда-то купировал собственные приступы шизофрении. Применить его сейчас, к себе, и голос исчезнет, и весь этот балаган закончится. Но... Колокол Грогара. Самый могущественный артефакт в истории, который сейчас лежал в его шкатулке под усиленной охраной заклинания. Он держал его в своих копытах, он чувствовал его холодную, абсолютную мощь, и при этом был бессилен. Все записи о том, как использовать колокол, были утеряны тридцатилетие назад. Всё, что у него было — грубая сила, способная лишь забирать магию, но не использовать истинный потенциал артефакта. И вот теперь этот голос... Женьшень медленно, очень медленно выдохнул. Когда он заговорил снова, его голос был спокоен, даже деловит — как у купца, приступающего к торгу с заведомо ненадёжным партнёром. — Что ты хочешь за это, Сомбра? В воздухе, прямо перед балконом, начал сгущаться алый туман. Он закручивался в спираль, приобретая очертания — не плоти, но тени, достаточно плотной, чтобы её можно было разглядеть. Контуры рога, развевающейся гривы, горящих глаз. Призрак короля парил над пропастью, и ветер не трепал его призрачную плоть. — Править Эквестрией как отец и сын! Ты будешь опираться на мои советы во время управления страной. А в обмен — обучение тому, как использовать мой колокол... — призрак на мгновение запнулся, его очертания дрогнули, — *кхм! Колокол Грогара! Женьшень хмыкнул. Он шагнул к самому краю балкона, так, что его копыта повисли над бездной. Теперь он стоял почти вплотную к призраку, и между ними было лишь расстояние вытянутой ноги. Ветер трепал его гриву и бессильно проходил сквозь алый туман. — Да никакой это не твой колокол, — произнёс Лорд с расстановкой, цедя слова сквозь зубы. Его глаза, холодные и расчётливые, буравили призрака. — Он в моей власти. И в моих копытах. Призрак Сомбры чуть колыхнулся. — ну, это спорное утверждение.... — Послушай, сынок. Тебе нужно сделать всего несколько вещей, чтобы победить, — начал Сомбра. Его призрачный силуэт чуть колыхался у края балкона, алые глаза не мигали. — Просто делай так, как я скажу, и победа в грядущем... мочилове будет у тебя в копытах. — Удиви, — огрызнулся Женьшень, даже не повернув головы. — Как я говорил ранее, вскоре в твою новенькую цитадель прибудет королева Кризалис и посеет хаос в гарнизонной армии. Твоя задача — прихлопнуть муху как можно скорее. Лорд медленно развернулся к призраку всем корпусом. Его глаза сузились. — А каким образом у неё это получится? И вообще... — он шагнул ближе, почти вплотную к алому туману, — откуда тебе это знать?! — Будучи призраком, я мельком облетал её и слышал, что вскоре она сюда нагрянет. — Точный план. Что она будет делать и как она «посеет хаос» в моей элитной дивизии Блицштрассеров? — А я не могу этого знать. — С какой стати? — Я же говорю — мельком облетал. Спешил к тебе. Женьшень помолчал. Потом шумно выдохнул через нос. Он, мягко говоря, офигел от неподготовленности и некомпетентности своего предка. А может, тот вообще всё выдумал? И никакая Кризалис не сможет ничего сделать здесь. Что ей тут делать? Притвориться членом высшего военного командования? Но она точно не могла знать секретных шифров, которые произносят на заседаниях. Был ли спор об этом выгоден их тандему сейчас? Скорее нет, чем да. Лорд повернулся спиной к призраку и снова опёрся передними копытами о балюстраду. Внизу дымил покорённый город. — Я прямо как инь и янь, — произнёс он задумчиво, глядя вдаль. — Один мой предок — тиран и диктатор... а другая... хотя, впрочем, нет. Другая детей в камень превращала. Вообще не лучше тебя. — Он бросил короткий взгляд через плечо на Сомбру. — Я к тому, что какой бы больной правда о своём прошлом ни была, нужно принять её. Я всё думал — правильно ли я поступаю, когда истребляю целую расу, трупы которой иногда, когда начинался кризис продовольствия, просто отдавал в рестораны общепита на фарш для котлет.... Он говорил спокойно, будто зачитывал бухгалтерский отчёт. — Я считал и продолжаю считать себя героем. Даже до этой самой секунды. Потому что моя цель свята. Прогресс священен! — Его голос набрал металла. — Через столетия об этом акте геноцида никто и не вспомнит! Я сотру память навсегда из всех разумов моего народа. Земные пони, как мне иногда говорили генералы, полезны как рабочая сила. А долго ли продлится эта эксплуатация? Тридцать, пятьдесят лет? А дальше рабы организуют мятеж, который расколет государство, вызвав Вендиго! И зачем эта возня? Он резко развернулся к Сомбре, ожидая ответа. Призрак выдержал паузу. Его алые глаза довольно сощурились. — Ты желаешь моего благословения, сына? — голос прозвучал почти ласково. — Я даю его. Я вообще никогда не думал о расах-шмасах. Я просто люблю вселять страх и ужас в свой народ и создавать сильнейшую империю на Эквусе. — Он воздел призрачное копыто. — И бесспорно, у тебя получилось сделать и то, и другое в совершенстве. Ты обошёл всех главных гадов этого материка вместе взятых по масштабу ущерба! — Ущерба?! — Женьшень дёрнулся так, что его грива хлестнула воздух. Его глаза вспыхнули тем самым ядовито-зелёным, который предвещал вспышку. — Никакого ущерба не было! Я восстановил мир, справедливость и безопасность моей новой империи! Я сделал всё возможное ради благополучия нации и отдал всю свою жизнь Фаттерлянду! А ты говоришь про ущерб?! В этот момент двери в залу за балконом с грохотом распахнулись. В проёме стоял адъютант — молодой единорог с безумными от ужаса глазами. Его мундир съехал набок, грива взмокла. — Лорд! — выкрикнул он, задыхаясь. — Армия взбунтовалась! По всему гарнизону... происходят массовые стычки! Женьшень резко развернулся к нему. Его тень упала на перепуганного единорога, закрыв пол-залы. — Между кем и кем?! — завопил диктатор так, что стёкла в уцелевших окнах дрогнули. — Между военными-и-и... — адъютант попятился, прижимая уши, — они-и-и дерутся друг с другом, и некоторые требую-у-ут... требу-у-уют... — Да чего ещё эти слюнтяи могут требовать, когда у них наконец-таки всё есть?! Единорог вжал голову в плечи, выставил перед собой копыта, будто закрываясь от удара, и завопил во всю глотку: — Вашего отречения! Они требуют вашего отречения от престола Эквестрии! В зале наступила тишина. Только ветер гулял по балкону да где-то внизу трещали далёкие автоматные очереди. Женьшень стоял неподвижно, глядя на дрожащего адъютанта. Его лицо не выражало ни ярости, ни страха — только холодный, бешеный расчёт. Призрак Сомбры за его спиной расплылся в довольной, почти невидимой улыбке из-за своей правоты. — А вот и муха, — тихо произнёс Женьшень, и в его голосе не было ни капли сомнения. — Отлично. Блеск.

≫ ──── ≪•◦ ❈ ◦•≫ ──── ≪

(Музыкальное сопровождение https://www.youtube.com/watch?v=-dOkob-nakA)

Генштаб гудел, как разворошённый улей. Десятки телефонов надрывались одновременно, адъютанты сновали между столами с шифровками, а в воздухе висел сизый сигаретный дым — несмотря на запрет Лорда, здесь, в сердце военной машины, курили все и почти непрерывно. Генерал Триммель сидел в самом центре этого хаоса — массивный единорог с седеющей гривой и свежем шрамом через левый глаз. Перед ним на дубовом столе выстроилась батарея из трёх полевых телефонов: красный (прямая связь с Лордом), чёрный (командование фронта) и белый (гражданская администрация). Сейчас он держал у уха трубку белого. — Рейхскомиссар, я вас понял. Доложите обстановку в цифрах, — произнёс он сухо, без приветствий. Пока на том конце провода что-то докладывали, его взгляд упёрся в стоявший на столе портрет. Твайлайт Спаркл смотрела с фотографии своим обычным, чуть растерянным взглядом — таким, каким она смотрела на всех подряд последние лет тридцать. Триммель поморщился. Не переставая слушать трубку, он протянул свободное копыто, взял рамку и аккуратно, почти брезгливо, положил её стеклом вниз. Стук дерева о столешницу вышел глухим и окончательным. — Так, рейхскомиссар, — перебил он собеседника. — Урожай яблок меня не интересует. Меня интересует, почему ваши гарнизоны до сих пор не подавили партизан в Додж-Сити. Вы обещали мне доклад неделю назад. Он замолчал, слушая ответ. Его копыта машинально поправили китель. — Значит, завтра к полудню. И без отговорок. Всё. Трубка легла на рычаг. Триммель откинулся на спинку стула, потёр переносицу. Портрет бывшей принцессы лежал лицом вниз, и никто из снующих мимо офицеров не решался его поднять. Генерал покосился на красный телефон. Тот пока молчал. Но тишина эта была хуже любого звонка. — Кофе, — бросил Триммель в пространство, и кто-то из адъютантов тут же исчез выполнять приказ. Генерал же вновь уставился на карту Кантерлота, испещрённую красными пометками, и принялся ждать. Генерал Триммель как раз подносил к губам кружку с кофе, когда дверь кабинета распахнулась без стука. Первым вошёл полковник Шталь — сухой, высокий единорог с бесцветными глазами и вечно поджатыми губами. За ним, плечом к плечу, шагнули ещё двое: майор Краузе и капитан Грейф. Все трое были в полевой форме. У двоих рога уже тускло светились — боевая готовность. Триммель медленно опустил кружку на стол. Его единственный здоровый глаз сузился. — Полковник, я не вызывал вас. Доложите причину... Договорить он не успел. Шталь даже не посмотрел в его сторону — лишь дёрнул головой, и Краузе с Грейфом одновременно вскинули рога. Две короткие, хлёсткие магические вспышки — и оба адъютанта, стоявшие у генеральского стула, рухнули на пол. Один замер сразу, второй захрипел, задёргал ногами и затих. По мраморному полу поползли тонкие струйки дыма. Кружка с кофе дрогнула. Триммель не шелохнулся. Шталь сделал шаг вперёд, аккуратно обходя тела, и остановился ровно напротив генеральского стола. Его голос прозвучал бесцветно, будто он зачитывал устав: — Генерал, объявите немедленно о начале операции «Валькирия». Триммель медленно, очень медленно отодвинул кружку в сторону. Его шерсть побелела от злости и испытанного шока. — Вы с ума сошли? — спросил он тихо, почти шёпотом, но в этом шёпоте звякнула сталь. — Если нет, то советую прямо сейчас пустить себе пулю в лоб. Он обвёл взглядом всех троих. Шталь не мигал. Краузе и Грейф за его спиной стояли неподвижно, как статуи. — Какая-то часть армии стала вести себя неуправляемо! — голос генерала набрал силу. — И вы решили начать потакать этим уродам? — Только вы можете начать «Валькирию», — отчеканил Шталь, игнорируя вопрос. Его бесцветные глаза смотрели сквозь Триммеля. — Мы не будем просить вас в пятый раз, герр комендант. Триммель медленно поднялся со стула. Теперь он возвышался над заговорщиками, массивный, широкоплечий, со шрамом, побелевшим от гнева. — Это измена, — прошипел он, и его копыта упёрлись в край стола. — Вы не понимаете, что Лорд в одиночку стоит целой армии из миллионов таких, как вы? Как вы хотите его убрать?! Впервые за всё время губы Шталя дрогнули — в подобии улыбки. Холодной и совершенно спокойной. — У нас есть свой покровитель, — произнёс он, растягивая слова. — Гораздо сильнее. И гораздо обходительнее Лорда. Триммель выдохнул. Его плечи на мгновение опустились, и Шталь, кажется, решил, что генерал сломлен. Краузе даже чуть расслабил боевую стойку.

Ох и зря они расслабились...

Музыкальное сопровождение https://www.youtube.com/watch?v=zz2a9Q2Wru0

— Ах, покровитель, значит... — пробормотал Триммель себе под нос. Его правое копыто нырнуло под стол, рвануло ящик и выхватило оттуда АК-67 — старый, потёртый, но вычищенный до блеска. Предохранитель был снят ещё месяц назад. Копыто легло на спусковой крючок прежде, чем Шталь успел раскрыть рот. — Ну так передайте своему покровителю привет! Первая очередь прошила Краузе. Майор даже не вскрикнул — просто опрокинулся назад, раскинув копыта. Грейф метнулся влево, но пули догнали его у самой двери. Он врезался в косяк и сполз по нему, оставляя на дереве тёмный след. Шталь успел вскинуть рог, но выстрелить не успел. Триммель перевёл ствол на него, и грохот автомата заполнил кабинет до звона в ушах. Полковника отбросило на стол с телефонами. Красный, чёрный и белый аппараты покатились на пол, разматывая провода. Шталь ещё дёргался, цепляясь копытом за край стола, и тогда Триммель выстрелил снова. Один раз. Точно в голову. В кабинете повисла звенящая тишина. Только пороховой дым слоился под потолком да где-то в углу надрывался бесполезный теперь телефонный зуммер. Триммель опустил автомат. Тяжело дыша, он обвёл взглядом помещение: пять трупов, считая адъютантов. Лужи крови на мраморе. Запах пороха и палёной шерсти. — Покровитель... — процедил он сквозь зубы, передёргивая затвор. Нужно было действовать. Сейчас же. Он резко развернулся к стене, где под защитным стеклом тускло поблёскивала красная кнопка общей тревоги. Генерал ударил по стеклу прикладом — осколки брызнули на пол. Изо всех сил вдавил кнопку.

Ничего.

Ни сирены. Ни проблесковых маяков. Ни топота гвардии в коридоре. Тишина. Триммель нажал снова. Потом ещё раз, до хруста в суставе. Кнопка ушла в стену и не вернулась. Красный огонёк рядом с ней, который должен был гореть всегда, не горел. Кто-то обесточил всё здание. Генерал медленно убрал копыто. Его лицо, только что искажённое яростью, стало каменным. Он опустил взгляд на автомат в своих копытах, потом — на тела заговорщиков, потом — на портрет Твайлайт, всё ещё лежащий стеклом вниз. — Ну что ж, — произнёс он в пустоту. — Значит, будем воевать по старинке. Триммель перешагнул через тело Шталя, сорвал со стены полевую рацию и, прижимаясь плечом к дверному косяку, осторожно выглянул в коридор. Пусто. Только далёкие крики и топот копыт где-то на нижних этажах. Он уже собирался шагнуть в темноту, когда боковое зрение уловило движение позади. Триммель резко обернулся и замер. Тела заговорщиков светились. От них поднималось мертвенно-бирюзовое свечение — магия, которую он не мог спутать ни с чем. Она пульсировала, разрасталась, окутывала трупы, как пламя — сухие дрова. Шерсть, гривы, мундиры — всё плавилось, стекало, меняло очертания. Через пару мгновений на полу лежали уже не Шталь, Краузе и Грейф. Три чейнджлинга. Чёрные. Именно чёрные, не переливающиеся, не меняющие окраску, а такие, какими их описывали в старых хрониках. Древняя форма. Та, что была у роя до реформации. Триммель стоял неподвижно. Его рог, готовый к бою, медленно погас. В голове, как детали мозаики, складывались разрозненные куски. — Кризалис, — прошептал он, и это имя обожгло рот. Он понял всё. Вернее, всё то, что имело значение прямо сейчас. Покровитель, о котором говорил Шталь. «Гораздо сильнее и обходительнее Лорда». Королева чейнджлингов собственной персоной. Она проникла в его армию не вчера и не позавчера. Она проникла давно. И если эти трое — лишь пешки, которых она подослала к нему в кабинет, то сколько ещё таких пешек сейчас разносят приказы по гарнизону? — Они заменят всё высшее командование, — произнёс он вслух, и от этой мысли шерсть на загривке встала дыбом. — Как тогда. Как с Твайлайт и её друзьями. Он вспомнил старые сводки. Королевская свадьба. Подмена принцессы. Тогда один улей едва не поставил Эквестрию на колени, действуя изнутри. А теперь — теперь целая армия, разгорячённая боем, дезориентированная, не понимающая, кто свои, а кто враг. И «Валькирия». Операция, которую мог начать только генерал его уровня. Триммель горько усмехнулся. — Конечно, — процедил он сквозь зубы, глядя на мёртвых чейнджлингов. — Вы, твари, не знаете наших шифров. Вы не знаете кодов подтверждения. Вы вообще не представляете, как работает эта машина. Поэтому вам нужен был я. Он пнул ближайшее тело. Оно безвольно перекатилось на спину, уставившись в потолок мёртвыми фасеточными глазами. — Пришли ко мне в кабинет и потребовали, чтобы я запустил механизм, который сам же и выстроил. Думали, старый дурак испугается трёх стволов? Думали, я предам присягу ради вашей королевы-паразитки? Он шагнул обратно к столу, схватил автомат и передёрнул затвор. — Не на того напали. В этот момент с улицы донёсся оглушительный грохот. Пол под копытами дрогнул. Триммель метнулся к окну и выглянул наружу. То, что он увидел, заставило его замереть. Городской проспект, ещё утром бывший тыловой зоной, превратился в поле боя. Его собственные танки — новенькие «Химеры-4», только вчера вошедшие в город, — развернули башни друг на друга. Один уже горел, развороченный прямым попаданием. Второй пятился, лязгая гусеницами, и бил по верхним этажам. Третий стоял на перекрёстке и палил в сторону парка, где засели пехотинцы с гранатомётами. Великая армия Новой Эквестрии рвала друг другу глотки. Пегасы в небе дрались между собой — кто-то сбрасывал бомбы, кто-то таранил. Единороги били магией по своим же. — Проклятье, — выдохнул Триммель. Он отпрянул от окна ровно в тот момент, когда танковый снаряд прошил коридор. Взрывная волна ударила в дверь, выбила остатки стёкол и швырнула генерала на пол. В ушах зазвенело. Потолок над головой пошёл трещинами, посыпалась штукатурка. Триммель поднялся не сразу. Сначала — проверил, цел ли автомат. Потом — ощупал голову. Кровь. Неглубокая рана над бровью, но кровь заливала глаз, и он смахнул её копытом. Не теряя ни секунды, он подполз к стене, где валялась полевая рация. Подобрал её. Корпус треснул, но лампочка питания ещё горела. — Работай, — прошептал он. Его копыта, перепачканные кровью и пылью, забегали по переключателям. Он крутил колёсико настройки, ловя нужную частоту. Сперва — только шипение. Потом — чей-то истошный крик о подкреплении. Ещё один щелчок. И тишина. Триммель нажал кнопку передачи. — Лорд Женьшень, — произнёс он, стараясь перекричать грохот боя за окном. — Это Триммель. Говорит Триммель. Ответьте. Шипение. Он подкрутил настройку ещё на полделения и повторил. — Лорд, это Триммель. Чрезвычайная ситуация. Кризалис в городе. Повторяю: Кризалис в городе. Армия дезориентирована. «Валькирия» запущена без моего приказа. Требую немедленной связи. Рация затрещала. Сквозь помехи пробился далёкий, искажённый голос. Триммель прижал динамик к уху, вслушиваясь. Лицо его оставалось каменным, но в единственном глазу горела холодная решимость человека, который уже принял решение и теперь просто выполняет свой долг до конца.

≫ ──── ≪•◦ ❈ ◦•≫ ──── ≪

2 дня назад...

Музыкальное сопровождение (https://youtu.be/mFg0-DqOhtk?si=_0PgRvXnbefbfsUR)

Кризалис стояла в центре зала, над грубо сколоченным столом с разложенной картой Кантерлота. Её рваные крылья нервно подрагивали, а зелёные глаза хищно сощурились. — Так ты говоришь, заменить их всех... — Коузи Глоу сидела на перевёрнутом ящике, болтая копытами, и с сомнением разглядывала королеву. — А ты за день сумеешь это реализовать во время их похода на Кантерлот? Кризалис расхохоталась. Смех у неё был скрипучий, неприятный — так трещит старое дерево перед тем, как рухнуть. — Это идеально сработало в тот раз! А сейчас у нас есть полудурок, который полагается лишь на свою армию, — она постучала копытом по карте, — что усилит эффект! Представь, малая: они будут грызть себе глотки, пока мы, в крысу конечно же, загасим этого урода в спину! Она резко развернулась к темноте, откуда уже доносилось нетерпеливое шуршание. — Верно я говорю, детки-конфетки?! Ответом ей был взрыв агрессивного, воодушевлённого шипения. Из всех щелей, трещин и тёмных углов полезли чейнджлинги. Чёрные, древней формы, дореформенные. Они выползали, как тараканы из обветшалой стены, щёлкали жвалами, перебирали дырявыми крыльями. Тридцать лет ожидания в подземелье сделали их тощими и злыми. Голодными по самое не балуй. Коузи поморщилась, но ничего не сказала. И вдруг из дальнего туннеля ударил свет. Ослепительно-фиолетовый, яростный, он накрыл рой, заставив ближайших чейнджлингов с шипением отпрянуть. — Я добью его нахуй! Из темноты вылетела Трабл Мейкер. Чёрная шерсть, розовый нагрудник, шлем того же цвета — тёмное альтер-эго Флурри Харт вернулось в строй. Её копыта тяжело ударили в земляной пол, подняв облако пыли. Глаза горели неестественным светом. Коузи спрыгнула с ящика и радостно захлопала в копыта: — Воу! Флурри! Ты опять в строю! Трабл Мейкер прошла мимо малявки, даже не взглянув на неё. Её взгляд был прикован к Кризалис. Коузи обиженно надула губы, но комментировать не стала. Кризалис шумно выдохнула и закатила глаза: — Ой блять... Опять она... Она обошла Трабл Мейкер по дуге, разглядывая её с откровенным раздражением. — А ты не испортишь нам всё, как тогда в лесу? — процедила королева. — И да, Коузи, важно сказать: эта тварь пыталась убить нас в лесу и присвоить те камни себе. Напомни... ради чего? Трабл Мейкер взревела так, что с потолка посыпалась земля: — ДА РАДИ ПОБЕДЫ НАД ЭТИМ ОЛУХОМ! И КСТАТИ! ФЛУРРИ ХАРТ СДАЛА МНЕ ЭТО ТЕЛО НА ОДИННАДЦАТЬ ЧАСОВ ДОБРОВОЛЬНО! ПО НАШЕМУ УГОВОРУ! Кризалис поморщилась, дёрнула ухом. — А мне эта информация на кой хуй? Ну да, сломалась, видимо. Она неопытная, небрежная, эмоциональная, хотя сама себя запатентовала как принцессу чувств... Она прошлась взад-вперёд перед Трабл Мейкер, нервно хлеща хвостом. — Ладно! Нет! Это не важно! Ты не входила в мой план! — Наш план! — пискнула Коузи Глоу. Кризалис, не сбавляя шага, бросила через плечо: — Да-да, съебись... И обошла Коузи, даже не замедлившись. Та вспыхнула, но снова промолчала. — ТАК А В ЧЁМ ПЛАН, ЕСЛИ ВЫ ЭТО УЖЕ ДЕЛАЛИ В ПРОШЛОМ?! — гаркнула Трабл Мейкер. Кризалис остановилась. Медленно повернула голову, и на её морде расцвела саркастичная, ядовитая улыбка. — Ой блять, да-да, план хуйни, услышала... Она сделала шаг к Трабл Мейкер, потом ещё один, и вдруг её тон сменился на почти ласковый, что было ещё страшнее: — А знаешь что? У меня есть место и для тебя в этом плане. Просто сиди вот здесь, у старого дуба, и охраняй это место. Вот тут и будет проходить битва с этим главгадом. Как раз мне поможешь! Глаза Трабл Мейкер сузились. Она подалась вперёд, прожигая Кризалис взглядом: — А ТЫ НЕ НАЁБЫВАЕШЬ МЕНЯ?! Кризалис прижала копыто к груди в притворном ужасе: — Я?! И наебать?! Да что ты! Что ты говоришь! Несовместимые вещи, подруга! Она резко хлопнула в копыта — звук разнёсся по всему улью, как удар гонга: — Так! ДЕТИ МОИ! НАРУЖУ ВСЕ! И ЗАМАСКИРУЙТЕСЬ ПОД СОЛДАТА БЛИЦШТРАССЕРА, ЧТО НА КАРТИНКЕ, КОТОРУЮ Я ВАМ ПОКАЗЫВАЛА! Улей взорвался движением. Чейнджлинги хлынули к выходам, на ходу меняя облик — чёрный хитин уступал место серым мундирам, шлемам, боевой экипировке. В считанные секунды подземелье наполнилось двойниками элитных солдат Новой Эквестрии. — ТО ЕСТЬ МНЕ ПРОСТО ЖДАТЬ ВАС И ВСЁ?! — Трабл Мейкер всё ещё стояла посреди зала, сжимая копыта. — ОХРАНЯТЬ, БЛЯТЬ, ЭТО МЕСТО! — рявкнула Кризалис, уже расправляя крылья. В этот момент Коузи Глоу подбежала к королеве и дёрнула её за край крыла: — Кризи, можно к тебе на горб прыгну, и мы вылетем? Кризалис бросила на неё короткий взгляд, уже не раздражённый — скорее, обречённый. — Да, да, конечно. Её рог вспыхнул бирюзовым, и Коузи Глоу магией подняло в воздух и аккуратно усадило на спину королевы, между рваных крыльев. Мелкая тут же вцепилась в хитиновый панцирь, как обезьянка. Кризалис оттолкнулась от земли, подняв вихрь пыли, и устремилась к выходу из улья. Последние чейнджлинги вытекали вслед за ней, растворяясь в ночном воздухе. В подземелье осталась только Трабл Мейкер. Она стояла в опустевшем зале, под тусклым светом затухающих кристаллов, и смотрела в темноту туннеля, где исчезла королева. Её копыта сжались в кулаки. Шлем тускло блестел в полумраке. Где-то наверху, над старым дубом, начиналась война, а она сидит здесь. Охраняет. Ждёт. — Ну конечно, — прошипела она в пустоту. — Как всегда.

(Музыкальное сопровождение https://youtu.be/fLIiYZxbB0I?si=SkV5JIPAY7UDm4rM)

А что же творилось в сознании Трабл Мейкер?

В сознании Трабл Мейкер не было ни неба, ни земли — лишь мутное, фиолетовое марево, простиравшееся во все стороны. Пространство дышало. Сокращалось и расширялось, как стенки гигантского лёгкого. В самом центре этой пульсирующей пустоты стояла клетка. Бронзовые прутья, покрытые ржавчиной, уходили в никуда. Внутри, на жёсткой шконке, спала Флурри Харт. Она лежала, свернувшись калачиком, укрытая собственным крылом. Розовая грива разметалась по тощему матрасу. Дыхание было ровным, спокойным — насколько это возможно для пони, запертой в темнице собственного разума. Что-то изменилось. Флурри почувствовала это раньше, чем проснулась — лёгкое колебание, дрожь, пробежавшая по всему фиолетовому пространству. Она приподняла веки. Медленно, нехотя. Осмотрелась. Никого. Всё как обычно: та же клетка, тот же туман, та же бесконечная, давящая тишина. А потом на клетку сверху что-то приземлилось. Грохот был такой, что прутья загудели. Вся конструкция заходила ходуном, со стенок посыпалась ржавчина. Флурри скинуло со шконки — она рухнула на металлический решётчатый пол, больно ударившись плечом. Когда звон в ушах утих, она подняла голову. За прутьями стояла Трабл Мейкер. Чёрная шерсть, розовый шлем, горящие глаза. Тёмное альтер-эго смотрело на свою хозяйку сверху вниз, и на её морде играла торжествующая улыбка. — Флурри, ты рада? Эквестрия вскоре будет нашей! Флурри медленно, потирая ушибленное плечо, поднялась на ноги. — Нет, нет, нет, подожди! — она вцепилась копытами в прутья. — Ты забыла о сделке, которую ты со мной заключила? Трабл Мейкер склонила голову набок. Сделала вид, будто вспоминает. — Я помню, ты что-то говорила про ту малявку... — она небрежно махнула копытом. — Но зачем она нам, когда у нас есть такая сила, как у меня?! Флурри встряхнула гривой. Её глаза сузились. — Макси-класс твоя сила! Но дело пахнет керосина! — она ткнула копытом сквозь решётку, едва не достав до носа Трабл Мейкер. — Приоритетом нашего договорнячка было излечение Коузи Глоу и спасение всей Эквестрии от нацизма! Это равноценные вещи! Я тебе отдала контроль только потому, что с какого-то хрена ты сильнее меня... Она запнулась, тяжело выдохнула. — Ладно... Это уже можно признать! И именно поэтому договорнячком я закрепила твоё внимание на нужных вещах! — Бла-бла-бла... На НуЗьНиХ ВеСяХ! — Трабл Мейкер закатила глаза и принялась расхаживать перед клеткой, мотая головой в такт собственному передразниванию. Флурри швырнула в решётку хрустальную вазу, сгенерированная её магией. Ваза разлетелась вдребезги, осыпав Трабл Мейкер градом сверкающих осколков. Та даже не поморщилась. — Я НЕ ЗАКОНЧИЛА, БЛЯТЬ! — рявкнула Флурри, вжимаясь мордой в прутья. — Я не понимаю, к чему был тот пафос, когда ты захватывала моё тело, ведя себя как какая-то... «цундерка»! Она перевела дыхание. — И ещё, блять. Вы дошли до Эквуса? Трабл Мейкер резко остановилась. Её ноздри раздулись. Глаза вспыхнули ещё ярче. — ДА ТЫ ОХУЕЛА, БЛЯТЬ! НИКАКАЯ Я НЕ ЦУНДЕРКА! НАМ НЕЕБИЧЕСКИ ПОВЕЗЛО, ЧТО КРИЗИ ОТДАЛА МНЕ ЧАСТЬ СВОЕЙ МАГИИ НА ВОССТАНОВЛЕНИЕ! Она замолчала, тяжело дыша. Провела копытом по шлему, будто поправляя несуществующую прядь. Когда она заговорила снова, голос был спокойнее: — Наша группа разделена сейчас на две части. Но да, мы на Эквусе. Флурри прижалась лбом к холодным прутьям. — После смерти Санбёрста я нихуя не помню... Давай обобщим, что сейчас происходит в мире. Ты по сути была всё это время в сознании, верно? Трабл Мейкер фыркнула. — Я была в сознании! Но я была овощем из-за того, что этот ублюдок Тирек скоммуниздил всю нашу магию! Флурри моргнула. Раз. Другой. А потом из её рта фонтаном брызнул горячий кофе. Она зашлась хохотом, да таким, что ей пришлось опереться о решётку, чтобы не упасть. Вся бесполезность старых угроз, всё это пафосное «Твои одиннадцать часов пошли, принцесса» и прочий бред — всё это теперь выглядело настолько жалко, настолько смехотворно... — ТЫ ЧЕГО РЖЁШЬ?! — Трабл Мейкер ударила копытами по клетке с такой силой, что прутья зазвенели. — БЕСПОЛЕЗНОЕ ИСКОПАЕМОЕ! НЕ ЗАБЫВАЙ, ЧТО БЛАГОДАРНОЙ ДОЛЖНА БЫТЬ ТОМУ, ЧТО Я — ДА, Я! — Я НА СВОЁМ ГОРБУ ТАЩИЛА ВСЮ ЭТУ КОМАНДУ! Флурри вытерла губы тыльной стороной копыта и с трудом подавила новый приступ смеха. — Тащила тем, что была овощем, который даже никто жрать не стал из-за отвращения? — ДА ЗАВАЛИСЬ УЖЕ! — Трабл Мейкер отвернулась, хлестнув хвостом по решётке. Флурри наконец выдохнула. Вытерла выступившие от смеха слёзы. — Ладно, ладно... Фу-у-ух, блять... Я так не смеялась уже... лет семь. — Она села на шконку, скрестив передние копыта. — Итак, что с Коузи Глоу? Ты меня напугала тогда, что она больна. Что с ней сейчас? Трабл Мейкер пожала плечами: — Да она норм. Флурри нахмурилась: — В каком смысле? — Я всё же уверена, что она болеет чем-то. Может, на время захилилась. Кто знает? — Ладно, окей... — Флурри потёрла переносицу. — Что сейчас происходит на материке? Трабл Мейкер развернулась. Её голос стал сухим, деловым: — Мы освободили Мейнхеттен. Но всё остальное было... выеблено. — И даже Кантерлот? — голос Флурри дрогнул. — Прошу, скажи, что нет... — Даже он, да. Но наша группа уже летит бить тому извергу его тупорылое, распухшее от ЧСВ, ебало. Флурри вскочила со шконки. Копыта вцепились в прутья с такой силой, что костяшки побелели. — А С ТВАЙЛАЙТ ЧТО СЛУЧИЛОСЬ, ЕСЛИ КАНТЕРЛОТ ПАЛ?! Её крик эхом разнёсся по фиолетовому пространству. Трабл Мейкер даже не вздрогнула. Напротив — на её морде проступило мечтательное, почти голодное выражение. — Я слышала о её отречении... — произнесла она, растягивая слова. — Мы можем это использовать! Я стану новой правительницей Эквестрии! Легально! — Да шиш тебе, блять, — выдохнула Флурри, сжимая переносицу. Её голова начинала гудеть. — Что вы сделали с кристаллами? Это была наша главная цель: отпиздить Санбёрста и забрать кристаллы, а потом их силой расхуячить Женьшеня ещё там! Почему вы вообще его упустили?! Он не должен был даже копытом коснуться Эквуса! Какого хера?! Она замолчала. Что-то было не так. Пространство вокруг начало плыть. Прутья клетки поплыли перед глазами. Флурри пошатнулась. — Подожди... Что-то не так... Она попыталась сделать шаг, но ноги не слушались. Колени подогнулись, и она рухнула прямо на прутья, беспомощно повиснув на них. Глаза закрылись. Дыхание стало поверхностным, едва заметным. Трабл Мейкер стояла и смотрела. Когда она заговорила снова, голос был совсем другим — тихим, почти ласковым. Таким голосом говорят с ребёнком, которого только что обманули: — Прости, принцесса. Но я должна черпать как можно больше сил. А этим диалогом я в тайне выкачивала из тебя энергию. Она наклонилась к бессознательной Флурри, приблизила морду почти вплотную к решётке. — Нужно обойти Кризалис... Я должна быть первой, кто сумеет наложить копыта на этого гандона... Она выпрямилась. Развернулась к выходу из фиолетового марева — туда, где в сознании зияла дыра, ведущая обратно в реальный мир. Её шаги были тяжёлыми, уверенными. Розовый шлем блеснул в последний раз. — Тут даже дело уже не только в идеалах! Этот нацист стал легитимным правителем страны. Убив его, я стану им. Она шагнула в дыру, и фиолетовое пространство сомкнулось за ней. Клетка осталась стоять в пустоте. Внутри, на прутьях, висела Флурри Харт — без сознания, обессиленная, но всё ещё живая. Её розовая грива тихо колыхалась в такт дыханию невидимого лёгкого ветерка.

≫ ──── ≪•◦ ❈ ◦•≫ ──── ≪

Наше время:

Кантерлот утопал в огне и анархии. С высоты птичьего полёта город напоминал растревоженный муравейник, в который плеснули бензина и бросили спичку. Танки, ещё утром бывшие гордостью Новой Эквестрии, теперь догорали на перекрёстках. Пехота разделилась на десятки враждующих групп — кто-то ещё хранил верность Лорду, кто-то уже подчинялся невидимым кукловодам, а кто-то просто стрелял во всё, что движется, пытаясь выжить. В тронном зале, превращённом в оперативный штаб, Женьшень склонился над картой города. Его рог светился холодным зелёным светом, расставляя на пергаменте пометки. План нужно было перекраивать на ходу, и он это делал — быстро, расчётливо, без тени паники. Где-то далеко, в относительно безопасном подвале под бывшей казармой гвардейцев, фельдмаршал Триммель уже настраивал полевую рацию на частоты рейхскомиссаров, требуя немедленного подкрепления. Но на войне, как и в политике, всегда находятся те, кто умеет извлечь выгоду из хаоса и анархии. Неожиданно и невероятно быстро — будто кто-то просто ждал этого момента — откуда-то из восточных трущоб Кантерлота в небо ударил ярко-зелёный луч. Он взмыл над городскими крышами, достиг зенита и распустился исполинским куполом, накрывшим Кантерлот от края до края. Воздух загудел, запахло озоном и чем-то сладковатым, тошнотворным — так пахнет магия чейнджлингов, когда её слишком много. Женьшень оторвался от карты. Его ноздри дрогнули. И в этот момент по армии Кризалис прокатилась невидимая волна приказа. Треть всех сил, скрывавшихся под личинами солдат Блицштрассеров, одновременно развернулась и устремилась к замку. Какая-то часть тут же принялась за его разрушение — в стены полетели магические заряды, в окна ввинтились языки бирюзового пламени. Другая, более организованная, начала проникновение внутрь. Пол под копытами Женьшеня дрогнул. С потолка посыпалась штукатурка. Он резко обернулся к адъютанту — тому самому единорогу, что докладывал о бунте. — Что, чёрт возьми, происходит?! Что это за... землетрясение... Адъютант! Отвечай! Опиши, что происходит внизу! Не робей!

(Музыкальное сопровождение https://www.youtube.com/watch?v=8fCAGlHBPAs&list=PLdB2IORtDrglqpBhxs-zkOwFTMnine4YW&index=7)

Но единорог не ответил. Он стоял, опустив голову, и плечи его больше не тряслись. Страх, ещё минуту назад плескавшийся в его глазах, исчез без следа. Вместо него появилось что-то другое — спокойное, даже ленивое. Адъютант скорчил ехидную гримасу и посмотрел на Лорда так, как не позволял себе ни один смертный. — А почему бы тебе, хую моржовому, не спуститься и не узнать лично? — спросил он с улыбкой. Женьшень отпрянул. Не от страха — от неожиданности. Ни одна челядь, ни один генерал, ни одно живое существо на Эквусе не смело говорить с ним так. Он принялся изучать единорога взглядом — холодным, сканирующим. Что-то было не так. Что-то случилось с этим солдатом. Ответ пришёл раньше, чем он успел задать вопрос. Грянул выстрел. Единорог, только что ехидно грубивший ему, выхватил из кобуры табельный пистолет и, не переставая улыбаться, приставил ствол к виску. Нажал на спуск. Тело рухнуло на мраморный пол. А затем — голубая вспышка, до боли знакомая, и труп начал меняться. Чёрный хитин проступил сквозь серую шерсть. Рваные крылья развернулись из пустоты. Мундир сполз, как ненужная кожа. На полу лежал мёртвый чейнджлинг. Женьшень смотрел на него, не мигая. — Они использовали тот же самый приём, что и тогда, — произнёс он вслух. Голос был спокоен, даже задумчив. — Но сейчас они заменили всю мою армию на себе подобных... Он осёкся. В голове щёлкали цифры, вероятности, расчёты. — Нет. Всех они не могли заменить. Это физически невозможно. Не было бы выстрелов и бунта. — У тебя ещё есть колокол, — раздался голос Сомбры. Призрак выплыл из тени и завис над плечом сына. Женьшень развернулся к нему: — Сколько ты меня будешь учить им управлять? — Часа два, примерно. Лорд закрыл глаза. Его копыто медленно, очень медленно поднялось и легло на переносицу — точно так же, как это делала его сестра. Жест, который он когда-то считал признаком слабости. — Охуевше... — выдохнул он. А потом его осенило. Мысль вспыхнула в мозгу, как замыкание. Он резко выпрямился: — Это явно западня. Они хотят отрезать меня от снабжения, как когда Триммель взял в котёл Понивилль... Он осёкся снова. Картинка сложилась. Он бросился на балкон, распахнул двери и замер. Над городом сиял огромный зелёный купол. Он переливался, пульсировал, и от него исходил тот самый сладковатый запах. Женьшень прищурился. Рог вспыхнул — он попытался телепортироваться за пределы купола. Вспышка. Ничего. Он всё ещё на балконе. Тогда он вскинул рог выше и выбросил в купол мощнейшее заклинание, какое только мог создать. Луч ударил в зелёную преграду и рассыпался искрами. Купол даже не дрогнул. В этот момент из кармана его мундира зазвенел коммуникатор. Женьшень выхватил прибор и рявкнул в микрофон: — Кто говорит?! — Хвала Селестии! — протрещал динамик голосом Триммеля. — Лорд Женьшень! Это фельдмаршал Триммель, ваша светлость! — Я тебя четвертую, мразь! — зарычал Лорд, и его рог опасно засветился. — У-успокойтесь! — в голосе Триммеля слышалась смесь страха и дисциплины. — Мы всё берём под контроль! — Ты, некомпетентная мразь! — Женьшень ходил по балкону, и каждый его шаг звенел по мрамору, как удар топора. — Какого хуя ты не проверял шифрами всю эту дивизию выблядков?! Как вы их не распознали, если мы лично с Глиммером придумывали зашифрованную систему безопасности?! И что это за поеботина, которая окутала этот город?! Триммель на том конце провода судорожно вдохнул: — Я-я п-понимаю ваше во-волнение! Я сейчас вам отвечу на ваши во-опросы! Насчёт луча... Я увидел вспышку на земле, следом из этой вспышки в небо возвысился луч, который активировал купол. — Это сделала Кризалис? — Вероятно, да, сэр. Женьшень остановился. Выдохнул. Холодный расчёт возвращался. — Скинь мне точные координаты места вспышки. Я скоро прибуду туда лично. Отправь на то место ополчение солдат, в верности которых ты не сомневаешься. Он скинул трубку, не дожидаясь ответа. Коммуникатор пиликнул — координаты пришли. Женьшень бросил взгляд на карту и тут же телепортировался на ближайшую крышу городского дома, призрак Сомбры, пролетевший за ним, снова заговорил: — Ты, конечно же, понял, что это ловушка, верно, сын? — Да. Поэтому первый полетишь туда ты. Давай, пиздуй. Сомбра не шелохнулся. Его алые глаза смотрели не на сына, а куда-то за его спину. Женьшень нахмурился: — Ты на что это уставился?! Он обернулся — и замер. Замок, в котором он вырос и который он завоевал, разрушался. Огромная туча чейнджлингов облепила башни, как саранча. Они ломали кирпич за кирпичом, выдирали целые куски стен. Некоторые использовали магию — бирюзовые вспышки выжигали стройматериал, и целые секции с гулом уходили вниз. Другие чейнджлинги, уже нагруженные добычей, вылетали из окон — золотые трофеи, картины в тяжёлых рамах, оружие. Один чейнджлинг вылетел с единорогом в лапах. Пролетел пару десятков метров, а затем просто разжал когти и сбросил его в бездну. Женьшень проводил взглядом падающее тело его солдата. Звука удара тела о землю он не услышал, было слишком далеко. — Ёбанный в рот... — прошептал Лорд. Взятие этого замка и удержание его под своим контролем он считал величайшим своим достижением. Это был не просто дворец — это был символ. Пик архитектуры. Сердце старой Эквестрии, которое он вырвал и заменил своим. А теперь... Башня, на балконе которой он стоял всего пару минут назад, с чудовищным скрежетом накренилась и рухнула. Секунда — и весь замок начал складываться, как карточный домик. Каменная пыль поднялась до самого купола. — Я вас всех, блять, сгною... — голос Женьшеня дрожал не от слабости, а от чистой, концентрированной ярости. — Уроды нахуй... Теперь эту расу он желал сгноить даже больше, чем земных пони. — Я тоже в шоке, сынок, — пробормотал Сомбра, и в его голосе впервые за всё время послышалось что-то, отдалённо похожее на уважение к чужой работе. — Я, конечно, знал, что они заявятся, но Кризалис меня удивила здесь. Как я вижу, город прихвостни Твайлайт расширили после того раза, когда я брал его. Найти ты её хочешь на месте зелёной вспышки, да? Женьшень молчал. Смотрел, как падают последние стены его дворца. — Не молчи! — Сомбра подплыл ближе. — Мне туда лететь или нет? — Время геноцида, суки, — отпарировал Женьшень, и это был не ответ Сомбре. Это был вердикт. Мысль, проскочившая в сознании, активировала протокол. На лицо Лорда механически, с тихим щелчком, опустилась откалиброванная маска. Хроносовершенство запустилось — время вокруг чуть замедлилось, движения обрели кристальную чёткость. Репульсоры на подковах загудели, набирая мощность, и Женьшень взмыл в воздух. Внизу, в окопах, его узнали сразу. Солдаты, ещё сохранившие верность, задрали головы и разразились приветственными криками. Кто-то размахивал флагом Новой Эквестрии. Кто-то просто орал, зовя на помощь. Женьшень просканировал их через встроенную в шлем базу данных — на каждого нашлось досье, личное дело, пометка о благонадёжности. Флаг подтверждал: свои. Не снижаясь, он выбросил вперёд передние копыта. Репульсоры выплюнули два ярко-зелёных заряда, и противоположный окоп, из которого по его солдатам вели огонь, исчез в облаке взрыва. Земля, щепки, дым. Короткий, утвердительный кивок — и Лорд развернулся в воздухе, направляясь к координатам, которые прислал Триммель. Призрак Сомбры, не отставая, скользил за ним алым шлейфом. А внизу, под зелёным куполом, великая армия Новой Эквестрии продолжала рвать друг другу глотки, и конца этому не было видно. Лорд Женьшень летел над горящим городом, выдерживая курс точно по координатам Триммеля. Репульсоры гудели ровно, маска Хроносовершенства отображала на внутреннем экране тактическую карту, а ветер свистел, обтекая обтекаемый шлем. Внизу мелькали баррикады, воронки, перевёрнутые повозки. Он не заметил выстрела. Только почувствовал. Снаряд танка «Химера-4» — его собственного танка, его собственной разработки — ударил точно в грудь. Броня, которую он лично усиливал и в которую лично встраивал блокиратор магии с иммунитетом к заклинаниям, выдержала. Но кинетическая энергия никуда не делась. Лорда, словно тряпичную куклу, впечатало в здание военного комиссариата. Кирпичная кладка хрустнула, приняв его тело, и он пробил стену насквозь, остановившись только во внутреннем кабинете — том самом, из которого всего пару минут назад отступал фельдмаршал Триммель. С потолка сыпалась штукатурка. Где-то противно звенел оборванный телефонный кабель. Женьшень лежал на спине, глядя в пробитую дыру над собой, и сквозь неё видел зелёный купол. Тот самый танк — «Химера-4» — стоял на перекрёстке, и из его люка торчала голова чейнджлинга, который явно не понимал, как управлять захваченной машиной.

(музыкальное сопровождение https://www.youtube.com/watch?v=P4m5LFedplE )

И тут Лорду пришла мысль.

Он рывком поднялся. Стряхнул кирпичную крошку с плаща. Его глаза за маской сузились, а губы растянулись в холодную, волчью улыбку. Сейчас треть армии Кризалис находится возле руин его дворца. Вся эта орда слетелась туда, как мухи на падаль. А что, если... — Кажется, вы не понимаете... — прошептал он, поднимаясь в воздух. — Эквестрия больше не создана для ваших завоеваний. Репульсоры взвыли, отправляя его назад к обломкам замка. Он летел быстро, почти стелясь над крышами, и вскоре увидел их. Чейнджлинги. Те самые. Они копошились среди руин, рылись в обломках, педали падаль мёртвых солдат Блицштрассеров — вытаскивали из карманов ценности, срывали ордена, добивали раненых. Вся треть армии, сгрудившаяся в одном месте. В его капкане. От неприкасаемой, почти детской радости Женьшень включил громкоговорители на полную мощность. Его голос, усиленный динамиками костюма, прокатился над руинами, как гром: — ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ! МОЁ ВАМ УВАЖЕНИЕ! Чейнджлинги замерли. Сотни голов одновременно повернулись к небу. Женьшень парил над ними, раскинув алый плащ, и голос его звенел от почти искреннего торжества. — НИ ОДНО ЖИВОЕ СУЩЕСТВО НЕ СУМЕЛО СДЕЛАТЬ НИЧЕГО ПОДОБНОГО! ОТ ЛИЦА НОВОГО КАНТЕРЛОТА И ОТ ЕГО СОЗДАТЕЛЯ ВЫРАЖАЮ ВАМ НАИЛУЧШУЮ СТЕПЕНЬ ГОСТЕПРИИМСТВА! Он встал в воздухе в Т-позу. Плащ развернулся за спиной алым крылом. Пауза. Звенящая, театральная. А затем — голос, упавший до тихого, почти интимного: — И желаю я вам... Ещё одна пауза. Рой внизу начал трансформироваться — чейнджлинги сбрасывали личины солдат, принимая перворождённый облик, и с яростным шипением устремлялись вверх. — ...в аду мыло не ронять. Их было много. Очень много. Они летели сплошной чёрной стеной, и каждый горел желанием разорвать наглого аликорна на куски. Но они не знали. Не могли знать. — Удар метеоритов. — тихо добавил Лорд. Его плащ изменился. Алая ткань пошла рябью, налилась космической чернотой, замерцала далёкими звёздами. А потом из него вырвался град камней. Сначала — мелкие, с кулак. Потом — больше. Ещё больше. Камни росли по мере удаления от Лорда, и к тому моменту, когда они достигли роя, это были уже не камни, а самые настоящие метеориты. Они врезались в чейнджлингов, дробили хитин, пробивали крылья, вбивали тела обратно в руины. Воздух наполнился визгом, хрустом, скрежетом. А потом всё стихло. Нужно ли говорить, что в радиусе девяноста метров не выжил никто? На обломках захваченного и уже отомщённого замка лежала кровавая каша из хитина, внутренностей и каменных осколков. Посреди этого ада, над горами трупов, заваленных камнепадом, левитировал Женьшень. Его плащ медленно возвращал себе алый цвет. Маска бесстрастно смотрела вниз. Солдаты Блицштрассеров, видевшие это, взорвались аплодисментами. Из окопов неслись крики, свист, приветствия. Первая важная победа. И — что не менее важно — теперь все поняли, кто был кем и кто за кого. Чейнджлинги, среагировавшие на истребление, раскрыли себя, а те, кто уцелел, отхлынули к восточным кварталам. Выработалась какая-никакая линия фронта. В костюме Женьшеня зазвонил коммуникатор. Он ответил сразу — звонившим был Триммель. — Слушаю, — тихо начал Лорд, всё ещё глядя вниз на дело рук своих. — Милорд! — голос фельдмаршала звучал бодро, почти радостно. — Мы очень благодарны вам за уничтожение армии противника в таком стиле! Но это ещё не вся их армия. Вы примерно истребили одну треть. И ещё... добавлю плохую новость. Вы помните генерала Юденича? Женьшень поморщился. Имя всплыло в памяти сразу. — Я помню, что он командовал обороной Понивилля и был побеждён тобой. — Рейхскомиссар Понивилля доложил мне, — Триммель набрал воздуха, — что вся Эквестрия знает о нашем фиаско в Кантерлоте. Поэтому по всем рейхскомиссариатам прошли волны партизанских мятежей под его руководством. — НАШЕМ ФИАСКО?! — Женьшень сорвался на крик, и динамики его костюма едва не включились сами собой. — МОЖЕТ БЫТЬ, ТВОЁМ ФИАСКО, НЕКОМПЕТЕНТНАЯ СВОЛОЧЬ?! — Д-да, виноват, — Триммель сглотнул. — Прискорбно сообщаю, что я не закончил отсчёт. Наши войска отступали из Понивилля, и мы потеряли, судя по сообщениям... — он зашуршал бумагами, — один тяжёлый танк? — Вот и хорошая новость, милорд! Женьшень скинул трубку, не прощаясь. Коммуникатор пискнул и умолк. Лорд завис в воздухе, сделал глубокий вдох и развернулся в сторону трущоб, откуда вырвался зелёный луч. Он летел над окопами, и его солдаты — те, что ещё хранили верность, — праздновали. Они открывали шампанское, танцевали прямо на брустверах, размахивали флагами. Ему вслед неслись напутствия: — Слава Лорду! — Веди нас к победе! — Да здравствует Новая Эквестрия! — Покажи им, милорд! Женьшень не отвечал. Он летел ровно, глядя вперёд, на приближающиеся координаты аномалии. Его плащ развевался за спиной. Его копыта сжимались в кулаки. Где-то там, в трущобах, его ждала Кризалис. И он намеревался закончить этот день так же, как начал: абсолютной, беспощадной победой.

≫ ──── ≪•◦ ❈ ◦•≫ ──── ≪

(Музыкальное сопровождение https://www.youtube.com/watch?v=Zfgs2c0dNSc)

Тяжёлый танк «Химера-4» мчался по разбитому тракту к Кантерлоту, подпрыгивая на ухабах и высекая гусеницами искры из булыжников. Машина была угнана час назад у ничего не подозревавшего экипажа, и теперь её вёл Тайлер Дёрпин — он вцепился копытами в рычаги, а его глаза, смотревшие в разных направлениях, каким-то чудом одновременно следили и за дорогой, и за приборами. В башне, на месте командира, сидел Лорд Тирек. Точнее — лежал, свернувшись в три погибели, потому что танк проектировали под двух пони, а не под кентавра ростом под три метра. Его рога упирались в потолок, колени — в перегородку, но он терпел. — Какая скорость у этой колымаги, говоришь? — спросил он, пытаясь перекричать грохот двигателя. — Шестьдесят километров в час! — отозвался Дёрпин, не оборачиваясь. — Это для тяжёлого танка очень много, вождь. — Он на секунду оторвал взгляд от смотровой щели и покосился на гранатомёт, лежащий у него на коленях. Рядом с гранатомётом поблёскивали новенькие кастеты, надетые прямо на передние копыта. — Я вот по плану вопросик хочу уточнить. Мы должны внедриться, потом ты выскакиваешь из танка, и мы начинаем план врыв? Тирек поудобнее перехватил свой новый молот. Тот лежал у него на плече, как кузнечная кувалда, и от него исходило слабое, едва заметное разноцветное свечение. — Нам нужно на главную площадь, — пробасил он. — Там будет этот гадёныш. Когда мы окажемся на месте, да, я выпрыгиваю и устраиваю в этом секторе выжженную землю путём реакции красного и синего кристаллов. А потом — опять синим — я телепортирую нас на безопасное расстояние. Тайлер понимающе кивнул. Танк подпрыгнул на очередном ухабе, и он выругался сквозь зубы. — А ты узнал многое о кристаллах в пустоши с этой зеброй? — спросил он, выравнивая машину. Тирек помолчал. Потом подался вперёд, насколько позволял тесный отсек. — Я не говорил тебе, пока мы были среди партизан, одну вещь. — Его голос стал тише и мрачнее. — Она подозрительно много знает для зебры. Она так и не объяснила, как вообще способна кастовать это заклинание — слишком древнее. Расширение территории. Оно очень древнее, Тайлер, и я не ебу, каким образом зебра умеет кастовать магию. — Расскажи, что она знала-то. Ты с этого начинал, — напомнил Дёрпин. — Да, извиняюсь. — Тирек потёр переносицу. — Она очень много знала про Коузи Глоу. Рассказала мне про опухоль у неё в мозгу. Про неизлечимую болезнь. Про то, что ей вообще верить нельзя, как и Кризалис в том числе. — Он наклонился к самому уху Тайлера и спросил с нажимом: — Скажи мне правду. Насчёт опухоли. Ты знал об этом? И если знал — почему мне не сказал? — Я впервые слышу про её опухоль в мозгу! — Дёрпин даже оторвал копыто от рычага и прижал его к груди. — Вот честно, кореш, я бы первым тебе сообщил, если бы знал. — Он помолчал, переваривая услышанное. — А прикинь... А если они всё это знали и просто использовали нас всё это время? — ВОТ И ЗЕБРА О ТОМ ЖЕ! — Нет, Тирек. — Тайлер покачал головой, и его глаза впервые за разговор сфокусировались в одной точке. — Я этой зебре вообще не верю, блять. Чтобы это знать, она должна была пересекаться с Коузи Глоу лично или с пони, который знал о болячке в мозгу. Но блять! Зачем Коузи Глоу ей об этом говорить? Я запутался! Танк взревел, забираясь на крутой холм. Двигатель натужно выл, гусеницы скрежетали по камням. — Я не знаю, как ты, — прорычал Тирек, поправляя молот, — но я обязательно спрошу у Коузи Глоу всё, что ты сейчас напиздел мне в этом драндулете. И я им обеим в голову залезу с помощью камня разума. — Приехали, вождь! — перебил его Дёрпин и заглушил двигатель. Танк замер на вершине высокого холма. Тишина после грохота мотора показалась оглушительной. Дёрпин откинул люк механика-водителя и высунулся наружу. — Выйди из танка, посмотри. Без нас уже начали там движуху. Тут безопасно, мы на высоте. Тирек откинул командирский люк, подтянулся и выбрался наружу. Ветер ударил в лицо, пахнущий гарью и порохом. Он выпрямился во весь свой исполинский рост и замер. Перед ним, накрытый зелёным куполом, лежал Кантерлот. Город горел. Танки стреляли по своим. В воздухе кружили чейнджлинги. А в самом центре, на горе, где когда-то возвышался величайший дворец Эквестрии, зияла чёрная пустота. Дворец, из которого Твайлайт Спаркл правила страной, был разрушен до фундамента. Тирек долго смотрел на это. Его лицо оставалось каменным, но пальцы сжали молот так, что побелели костяшки. — Да... — произнёс он наконец. — Как будто амнистия, которую предлагала нам Флурри Харт, больше ничего не стоит. Это конец, Тайлер. Дёрпин вылез из своего люка и тоже уставился на руины. Его глаза, обычно смотрящие в разные стороны, сейчас оба были устремлены на чёрную дыру в центре города. — Ебануться... — прошептал он. — Блять, я так и не увидел этот замок вживую... Тирек молча положил свою огромную руку на плечо Тайлера. — Не волнуйся. Когда я закончу с этим говнюком, мы построим на его месте Дворец Советов. Я обещаю — выделю тебе лучшую комнату, если выживешь в этом пиздеце. Тайлер хмыкнул и сбросил его руку с плеча: — Не нужна мне твоя роскошь! Я живу как все, меня эта роскошь будет угнетать. Они оба замолчали. Секунду. Может, две. Где-то внизу, под куполом, грохнул взрыв — очередной танк разворотило прямым попаданием. Дым поднялся до самого барьера и растёкся по нему, как чернила по стеклу. — Я телепортирую нас прямо к куполу, — сказал Тирек. — А за купол ты не можешь? — Я только что попытался, и у меня нихера не вышло почему-то. Я тепну нас туда и молотом разожгу нам проход. Сразу после этих слов он достал свой новый молот. Тот был выкован партизанским кузнецом в убежище Юденича — не фабричное литьё, а грубая ручная работа, но оттого не менее грозная. Серебристый металл, в основе — селитра, придающая оружию особую, тусклую белизну. Внутри, с каждой стороны молота, были выточены три углубления. Шесть гнёзд для шести кристаллов. Пять уже стояли на своих местах. Шестого — того, что отвечает за время, — у Тирека не было. Он был у Лорда. Тирек поднял молот над головой. Синий кристалл вспыхнул, и обоих — кентавра и пони — окутал синий дым. Пространство вокруг них сжалось, свернулось в точку и развернулось снова уже у самой стены купола. Зелёное свечение барьера заливало их лица мертвенным светом. Не теряя ни секунды, Тирек размахнулся и ударил. Все пять кристаллов полыхнули одновременно. Молот обрушился на купол, и в месте удара реальность пошла трещинами. Зелёная плёнка задрожала, запузырилась, а потом лопнула с омерзительным чавкающим звуком. Образовалась дыра — рваная, неровная, размером с небольшой тоннель. И она уже начала затягиваться. — БЫСТРЕЕ ВНУТРЬ! — рявкнул Тирек. Он схватил Тайлера поперёк туловища, сунул под мышку, как мешок с картошкой, и прыгнул. Дыра сомкнулась за ними, едва не отхватив Тиреку хвост. Они покатились по булыжной мостовой, поднимая тучи пыли. Тирек поднялся первым. Отряхнулся. Огляделся. Вокруг горел город, а где-то впереди, в самом сердце хаоса, их ждал Лорд Женьшень.

≫ ──── ≪•◦ ❈ ◦•≫ ──── ≪

Трущобы Кантерлота представляли собой лабиринт из кривых улочек, покосившихся лачуг и ржавых пожарных лестниц. Здесь селились те, кому не повезло родиться с нужным рогом или крыльями, — беднейшие слои, которых война выдавила первыми. Теперь же, после эвакуации, квартал стоял пустой, и только ветер носил по мостовым обрывки афиш да переворачивал брошенные тележки.

Но пустым он был недолго.

Чейнджлинги Кризалис заняли трущобы за считанные минуты. Маскировка больше не имела смысла — линия фронта прочертила себя сама, взрывами и кровью, так что теперь они ходили в своём перворождённом облике: чёрный хитин, рваные крылья, фасеточные глаза, мерцающие в полумраке. Единственное, что отличало их от дикого роя, — форма. Солдатские мундиры Новой Эквестрии, сорванные с убитых, болтались на их телах нелепо и жутко, но придавали хоть какую-то организованность. В самом центре этого кишащего муравейника, на перекрёстке двух главных улочек, стояла королева Кризалис. Она возвышалась над подчинёнными, как авианосец среди рыбацких лодок, и её рваные крылья то и дело вздрагивали, когда очередной взрыв сотрясал мостовую. — Феранокс! — рявкнула она, и связной подлетел к ней, даже не успев сложить крылья. — Доложи обстановку по флангам. Только быстро, у меня нет времени на твоё блеяние. — Восточный сектор закреплён, королева! — отчеканил тот, прижимая уши. — Западный сектор отошёл нам после обстрела танков Женьшеня, но там ещё идут стычки с его лоялистами. — Стычки? — Кризалис склонила голову набок, и её глаза опасно сощурились. — Мне не нужны стычки, Феранокс. Мне нужен контроль. Отправь туда третий выводок. Пусть добьют лоялистов и выставят блокпост у старой колокольни. Если Женьшень сунется с востока, я хочу знать об этом раньше, чем он успеет пукнуть. Феранокс кивнул и уже развернулся, но королева остановила его взмахом копыта. — И свяжись со снабжением. Мне доложили, что резервные коконы с бойцами застряли где-то у акведука. Если через десять минут они не будут здесь, я лично оторву голову тому, кто за это отвечает. И не в переносном смысле. Связной исчез, растворившись в толпе подчинённых. Кризалис проводила его взглядом и повернулась к другому офицеру — коренастому чейнджлингу с перебитым крылом, который как раз подбежал с донесением. — Королева! — выпалил он, запыхавшись. — Лорд Женьшень расправился с нашими войсками у дворца Твайлайт! На секунду над перекрёстком повисла тишина. Несколько чейнджлингов поблизости замерли, ожидая реакции королевы. Кризалис улыбнулась. Это была нехорошая улыбка — медленная, растянутая, как старая резина. — Как и предсказывала Коузи Глоу! — произнесла она почти мурлыкающе. — Всё идёт по нашему плану. — Она сделала паузу и бросила острый взгляд на офицера. — Он же летит сюда, да? — Да, королева, летит. — Офицер замялся, переступил с ноги на ногу. — И это ещё не всё. По нашим каналам связи кто-то требует личной аудиенции с вами. — Соединяй. Офицер подал ей полевой коммуникатор — трофейный, с гербом Новой Эквестрии на корпусе. Кризалис взяла его магией, поднесла к уху и замерла. Из динамика донёсся голос, который она меньше всего ожидала услышать. До боли знакомый голосок. — Говорит Твайлайт Спаркл. Обращаюсь к королеве Кризалис. Кризалис дёрнулась. Её зрачки сузились в щёлочки. — Ты очень сильно меня впечатлила в Кантерлоте, правда, — продолжала Твайлайт, и в её голосе звучала странная смесь усталости и решимости. — Но для победы мы должны объединить свои силы. У него есть какая-то сила, связанная со временем. Я попыталась остановить его лично в кооперативе с Дискордом, но мы потерпели поражение. — ТЫ ОСВОБОДИЛА ЭТОГО УБЛЮДКА?! — взревела Кризалис, и несколько чейнджлингов поблизости шарахнулись в стороны. — У ТЕБЯ КРЫША СОВСЕМ ПОЕХАЛА?! — Он заперт сейчас на Луне элементами гармонии! — голос Твайлайт сорвался на крик в ответ. — Не ори на меня! Мы пытаемся найти решение! Кризалис вцепилась копытом в коммуникатор так, что корпус жалобно хрустнул. — КАКИМ ОБРАЗОМ ЖЕНЬШЕНЬ ИСПОЛЬЗОВАЛ ЭЛЕМЕНТЫ ГАРМОНИИ?! У НЕГО ОНИ ТОЖЕ БЫЛИ ВСЁ ЭТО ВРЕМЯ?! — Я целилась в Женьшеня, но попала в Дискорда, потому что он стоял на линии огня! — отчеканила Твайлайт, явно повторяя это уже не в первый раз. — И хватит этой дислексии! У меня есть точный план, как победить его, но мне нужна твоя помощь. Кризалис замолчала. Её ноздри раздувались, крылья мелко подрагивали. А потом она расхохоталась — сухо, скрипуче, недобро. — А нам твоя не нужна. Ты оказалась лишней во всей этой кунетели, знаешь ли. — Она прошлась взад-вперёд, волоча коммуникатор за собой в магическом захвате. — Но за одну вещь и вправду спасибо! Дискорд заперт на Луне! Вот это эйфория! Она резко остановилась и бросила взгляд на Феранокса, который уже вернулся и ждал приказа: — Феранокс! Блокируй эту суку. Мы начинаем исполнение нашего плана! Связной склонил голову и коснулся копытом панели коммуникатора. Канал связи закрылся с тихим шипением. Твайлайт Спаркл больше не могла их слышать. Кризалис отбросила коммуникатор в сторону и развернулась к своим офицерам. — Всё, детки-конфетки! — объявила она, и её голос разнёсся над перекрёстком. — Линия фронта установлена. Снабжение налажено. Лорд Женьшень летит прямо в нашу ловушку, а Твайлайт Спаркл послана нахуй. Я считаю, это лучший день в моей жизни! Рой вокруг неё разразился торжествующим шипением. Где-то наверху, над зелёным куполом, занимался рассвет после туч, но в трущобах Кантерлота царил вечный полумрак войны. Кризалис вскинула копыто, и по рою прокатилась неслышимая волна приказа. Чейнджлинги, ещё мгновение назад кишевшие вокруг штаба, одновременно исчезли в бирюзовых вспышках — телепортация разбросала их по заранее оговорённым позициям. Крыши, окна, подворотни, чердаки. Всё согласно плану. Подул холодный ветер. Он пронёсся по пустым улочкам, взметнул мусор и заставил дребезжать оторванный лист кровельного железа. Двое чейнджлингов, патрулировавших крышу главного штаба, заметили точку в небе слишком поздно.

(Музыкальное сопровождение https://www.youtube.com/watch?v=WrPgHXTFCXc)

— Воздух! — заорал один, вскидывая винтовку. Они открыли огонь. Пули чиркали по броне, не оставляя даже царапин. Лорд Женьшень рухнул на крышу, как метеорит, и приземлился прямо на первого патрульного. Хруст хитина заглушил даже гул репульсоров. Чейнджлинг превратился в лепёшку из обломков панциря и бирюзовой слизи, не успев даже вскрикнуть. Остальные шестнадцать охранников рванулись к нему. Кто-то на бегу менял облик, кто-то палил из винтовок. Женьшень поднял копыто и активировал Хроносовершенство. Воздух вокруг него пошёл рябью — и все шестнадцать замерли. Стоп-кадр. Кто с поднятой винтовкой, кто в прыжке, кто с раскрытой в беззвучном крике пастью. Репульсоры на передних копытах вспыхнули. Две короткие очереди — и от патрульных остался только пепел, который ветер тут же развеял над крышами. — Н-да, — раздался скрипучий, полный яда голос. — Психологически тебе лишь двенадцать лет. Женьшень опознал его сразу. Кризалис. Она стояла на балконном выступе противоположного здания, по ту сторону узкой улочки. Её рваные крылья были сложены, а на морде играла та самая улыбка, от которой у нормальных пони шерсть вставала дыбом. Ветер трепал её гриву, но она не обращала на него внимания. — Да это твоей тактике уже двенадцать лет! — ответил Лорд, и его голос из-под маски звучал плоско, механически. — Опять заменила пони на своих ублюдков! Только на этот раз заменила большую часть моей армии! Он сделал шаг к краю крыши. Не теряя ни секунды, он выбросил вперёд оба передних копыта. Из наплечных пусковых установок вырвались две ракеты и ушли точно в цель. Первая разнесла голову Кризалис в клочья. Вторая довершила дело — обезглавленное тело опрокинулось назад и рухнуло с балкона в темноту переулка. Но не успел труп долететь до земли, как на том же самом балконном выступе — словно из ниоткуда — появилась другая Кризалис. Точно такая же. Та же поза, та же улыбка, тот же взгляд. Женьшень замер. — Глупец... — протянула она, и её голос сочился превосходством. — Ты серьёзно считал, что у меня нет козырей против тебя? Моя армия может превратиться буквально во что угодно и в кого угодно. Будучи запертой в камне, я познала новые свойства... — Ты можешь управлять их телами и говорить своим голосом их ртами? Телепатией? — уточнил Лорд, и в его механическом голосе впервые прорезалось что-то похожее на интерес. — В яблочко! — Кризалис расхохоталась. — Это, по своей сути, клонирование себе подобной. В огромном размере. За зданиями, мелкой украдкой, от одного укрытия к другому, пробегала Коузи Глоу. Она была слишком мала, чтобы привлечь внимание, и пользовалась этим на полную. На бегу она раздавала приказы — короткие, точные, без единого лишнего слова. Чейнджлинги понимали её с полуслова. Кольцо вокруг Женьшеня начало смыкаться. На крыши полезли новые волны оборотней — за спинами у каждого красовались винтовки. В переулках лязгали гусеницами угнанные танки, разворачивая башни к центру площади. Дула уставились на одинокую фигуру в алом плаще. А в небе, перекрывая зелёный свет купола, поднялась угнанная авиация — эскадрилья штурмовиков, ещё утром принадлежавших Квислингу. Женьшень обвёл взглядом открывшуюся панораму. Танки. Пехота. Авиация. Вся армия Кризалис, стянутая в одну точку. Он хмыкнул под маской. — Твоя армия здесь. Но ты должна понимать, что ОБРЕЧЕНА! Репульсоры вспыхнули, и он взмыл в небо. Тучи чейнджлингов хлынули за ним, как рой разъярённых ос. В тот же миг из-под дома, на котором он только что стоял, ударил гигантский зелёный луч — концентрация чистой магии Кризалис, заготовленная заранее. Луч настиг Лорда в воздухе, накрыл его целиком. Но когда свечение рассеялось, на броне красовались лишь две тонкие царапины. Лорд ворвался в гущу роя и начал методично, почти буднично разбивать их. Один за другим. Удар копыта — и чейнджлинг разлетается на куски. Ракета из предплечья — и целая волна откисает огненным веером. Репульсоры — и ещё одна волна превращается в пепел, даже не долетев. Танки открыли огонь. Но Женьшень постоянно был в движении — петлял, нырял, взмывал свечой, и снаряды рвали воздух там, где он только что был. Внутри головного танка «Химера-4» царила паника. Механик-водитель, молодой чейнджлинг по имени Трик, вцепился в рычаги так, что костяшки побелели. — Я не могу поймать его в прицел! — орал наводчик, лихорадочно вращая маховики. — Он слишком быстрый! — Заряжай бронебойный, заряжай бронебойный! — командир танка, старый чейнджлинг с обожжённым хитином, стукнул копытом по переборке. — И свяжись со вторым! Пусть возьмут его в клещи! Радист щёлкнул тумблером. — Второй, второй, ответьте! Приём! Из динамика донёсся треск, а потом — истеричный голос: — Второй на связи! Мы его видим, он идёт прямо на вас! Прямо на вас, блять! Уходите! УХОДИТЕ! — Куда уходить?! — заорал командир, вглядываясь в смотровую щель. — Он повсюду! — Он развернулся! Он летит к нам! О Селестия, он летит к н... Связь оборвалась. Даже не оборвалась — захлебнулась. Из динамика донёсся скрежет, звук рвущегося металла, а потом — тишина. Экипаж головного танка не видел, как Лорд Женьшень протаранил вторую машину насквозь — вошёл через лобовую броню и вышел через корму, оставив в корпусе рваную дыру размером с телегу. Но они услышали. И этого было достаточно. — Мы следующие, — прошептал механик-водитель. — Мы точно следующие... Протаранив танк, Женьшень влетел в самую гущу чейнджлингов. Те немедленно сменили тактику — все, как один, приняли облик королевы Кризалис. Десятки, сотни Кризалис окружили его плотным кольцом. Их рога вспыхнули одновременно, и в Лорда ударил шквал магии — концентрированный, многократно усиленный. Бирюзовое пламя накрыло его с головой. — ХУЯЧЬ ЕГО, БРАТЬЯ! МЫ ДОЛЖНЫ ЭТО СДЕЛАТЬ! ЗА КОРОЛЕВУ, БОГА И ОТЕЧЕСТВО! — Это я ваш бог, утварь! — процедил Женьшень из-под маски. Он даже не пытался уклоняться. Наоборот — он впитывал магию. Его костюм гудел, накапливая чужую энергию, преобразуя её, концентрируя. Чейнджлинги, почуяв неладное, попытались прервать атаку, но было поздно. Лорд развёл копыта в стороны — и вся поглощённая магия вырвалась обратно ослепительной сферой. Те, кто был ближе, испарились мгновенно. Те, кто дальше, — изжарились до неузнаваемости, их хитин плавился и капал на мостовую горящей смолой. В одном из уцелевших зданий, на третьем этаже, у окна сидела Коузи Глоу. Она наблюдала за битвой через театральный бинокль и параллельно держала связь сразу по трём каналам. Её лицо было сосредоточенным, почти взрослым. — МЫ ЕГО ТАК НЕ УБЬЁМ! — крикнула она в коммуникатор. — АРТИЛЛЕРИСТЫ! ЗАЛП ИЗ ВСЕХ ОРУДИЙ ПО КООРДИНАТАМ, КОТОРЫЕ Я СКИНУ! Она быстро набросала цифры и отправила. Потом переключилась на канал Кризалис: — КРИЗИ! ТЕБЕ НУЖНО ИСПОЛЬЗОВАТЬ РАСШИРЕНИЕ ТЕРРИТОРИИ! ЗАСОСАТЬ ПОРТАЛОМ АРТ-УДАР И, ОТКРЫВ ПОРТАЛ ПРЯМО ПЕРЕД ЕГО ЛИЦОМ, ДАТЬ АРТ-УДАРУ СБИТЬ ЕМУ РАБОТУ КОСТЮМА! ЦЕНТР УПРАВЛЕНИЯ НАХОДИТСЯ В ЕГО ШЛЕМЕ! НУЖНО ПРИКОНЧИТЬ ШЛЕМ, ТЫ ПОНЯЛА?! Из динамика донёсся скрипучий, но довольный голос Кризалис: — Мы уже обговаривали это, мелкая. У нас всё схвачено. Королева вылетела из погреба, отряхивая с крыльев кирпичную крошку. Её глаза горели предвкушением. Где-то на окраине трущоб уже наводили орудия артиллеристы. А в небе, над полем боя, Лорд Женьшень добивал остатки третьей волны, ещё не зная, что следующий удар будет направлен не в его броню, а в его шлем. — ЭЙ, ЗАДНИЦА! Голос Кризалис разорвал гул битвы, как сирена. Она уже стояла на крыше самого высокого здания бедного пригорода — старой ткацкой фабрики с обвалившейся трубой — и её рваные крылья были расправлены во всю ширь. Ветер трепал её гриву, а глаза горели тем самым бирюзовым огнём, который не спутать ни с чем. — Я ЗДЕСЬ! Женьшень в этот момент держал очередного чейнджлинга за горло. Он даже не обернулся на крик — просто сжал копыта, и шея врага хрустнула, как сухая ветка. Бездыханное тело полетело вниз, на мостовую, а Лорд уже включил ускорители на полную мощность. Репульсоры взвыли, и он сорвался с места, оставляя за собой инверсионный след. Кризалис видела, как точка в небе стремительно приближается. Её сердце — если у чейнджлингов вообще есть сердце — забилось быстрее. Она сглотнула.

(Музыкальное сопровождение https://www.youtube.com/watch?v=mZ_ZwWJsSk4)

— Он приближается... — прошептала она себе под нос. — Ладно. Всё получится. Я СМОГУ! Она топнула копытом по ржавой крыше и выкрикнула заклинание, которое готовила всё это время: — РАСШИРЕНИЕ ТЕРРИТОРИИ! Пауза. Воздух вокруг неё задрожал. — БЕЛОВЕЖСКАЯ ПУСТОШЬ! Мир изменился мгновенно. В радиусе тридцати метров от королевы реальность пошла рябью, краски смазались, и городские трущобы исчезли, сменившись бескрайней ночной пустыней. Чёрное небо, чужое, незнакомое, раскинулось над головой. Под копытами — холодный песок. Ни ветра, ни звуков. Только мёртвая тишина и россыпь незнакомых звёзд. Женьшень рухнул на песок, не успев затормозить. Он немедленно попытался взлететь — репульсоры не отозвались. Попытался связаться с Триммелем — коммуникатор молчал, как камень. Система костюма не просто отключилась — она умерла. Ни единого огонька на внутреннем дисплее. Лорд медленно, почти неохотно снял шлем. Холодный воздух пустоши обжёг лицо. Он осмотрелся — и увидел её. Кризалис стояла в двадцати шагах, и её рог уже светился. — ТЫ! — рявкнул он, делая шаг вперёд. — ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА?! ГДЕ МЫ НАХОДИМСЯ?! ГДЕ КАНТЕРЛОТ?! Кризалис улыбнулась — медленно, с наслаждением. — Ты окружён в радиусе тридцати метров моим расширением территории. В этом месте никакая технология не будет работать. ВСЁ ОПИРАЕТСЯ ТОЛЬКО НА МАГИЮ! Её рог вспыхнул, и бирюзовый лазер ударил точно в переднее копыто Женьшеня. Броня, ещё минуту назад выдерживавшая танковые снаряды, разлетелась вдребезги. Осколки металла брызнули на песок. Лорд отшатнулся, прижимая раненое копыто к груди. — ПОНИ В БРОНИРОВАННОМ КОСТЮМЕ... — Кризалис шагнула ближе, и песок скрипел под её копытами. — А СНЯТЬ! КТО ТЫ БЕЗ НЕГО?! Она остановилась в десяти шагах. Её рог снова засветился, на этот раз ярче. — МОЖЕШЬ НЕ ОТВЕЧАТЬ! ЧЕРЕЗ ПАРУ МГНОВЕНИЙ АРТ-УДАР УНИЧТОЖИТ ТЕБЯ. ГОТОВЬСЯ, ЖЕНЬШЕНЬ! Она уже начала открывать портал — воздух перед ней пошёл рябью, и в этой ряби угадывались очертания артиллерийских снарядов, летящих из реального мира. Но Лорд вскинул здоровое копыто и выкрикнул: — ПОСТОЙ! ПОСТОЙ! ДАВАЙ ДОГОВОРИМСЯ! Я ЗНАЮ, ЧТО ТЕБЕ МОЖНО ПРЕДЛОЖИТЬ! — Я не буду с тобой договариваться! — Кризалис оскалилась, и её голос сорвался на визг. — ТЫ УГРОБИЛ СВОЙ ЖЕ НАРОД! НАМ НЕ О ЧЕМ ГОВОРИТЬ, МРАЗЬ! — Один призрак, который следил за вами, напел мне новость! — Женьшень говорил быстро, глотая слова, но каждое из них било точно в цель. — Твоя протеже Коузи Глоу неизлечимо больна! В моих архивах хранятся все записи о том, как лечить такие опухоли! Я был тем пони, кто изобрёл лекарство от рака! Кризалис замерла. Портальная рябь перед ней дрогнула и начала гаснуть. — ...Какой ещё нахуй рак? Её голос изменился. Исчезла ярость, исчезла уверенность. Осталось только растерянное, почти детское непонимание. Она опустила рог. Портал закрылся. Где-то в реальном мире Коузи Глоу запрашивала артиллерийский удар, но он так и не пришёл. — Я имею в виду... — Кризалис нахмурилась, её глаза забегали. — Да... Она выглядела больной в одно время. Но она вылечилась... Это имеет смысл... Она не договорила. Женьшень исчез в зелёной вспышке и материализовался прямо за её спиной. Его рог всё ещё работал — магия, в отличие от технологии, в пустоши действовала. В его копыте блеснул клинок — короткий, узкий, выкованный из обсидиана.

(Музыкальное сопровождение https://www.youtube.com/watch?v=mZ_ZwWJsSk4 на времени 3:05)

Кризалис даже не успела обернуться.

Нож вошёл точно в основание шеи, туда, где хитиновый панцирь тоньше всего. Лезвие пронзило плоть, и Лорд провернул его, прежде чем выдернуть. Расширение территории схлопнулось мгновенно — пустошь исчезла, и они снова стояли на крыше ткацкой фабрики, под увядающем зелёным куполом, в горящем городе. Изо рта Кризалис хлынула кровь — густая, зеленоватая, смешанная с бирюзовой магией. Она попыталась что-то сказать, но получился только булькающий хрип. Глаза затуманились. Обзор поплыл. Она покачнулась и начала заваливаться вперёд, в пустоту. А потом — невесомость. Она падала с крыши, и ветер свистел в её рваных крыльях. Боль уходила, сменяясь странным, почти умиротворённым холодом. И где-то вдалеке, за пеленой затухающего сознания, она увидела его — парящее светящееся механическое существо. То самое. Которое сумело её обхитрить. Её падение закончилось ударом, которого она уже не почувствовала. А на крыше Женьшень стоял над краем, тяжело дыша, прижимая раненое копыто к груди. Его шлем валялся рядом. Лицо было залито кровью — своей и чужой. Но он улыбался. — Лекарство от рака... — прошептал он сам себе. — Надо же, сработало. Он поднял шлем, отряхнул его от песка и снова надел. Система костюма начала перезагружаться с тихим жужжанием. Где-то внизу, над телом королевы, уже начинали собираться чейнджлинги — растерянные, лишённые командования. Битва ещё не закончилась. Но её исход больше не вызывал сомнений у победоносного лорда. — Так держать, сынок! — голос Сомбры звенел от почти искреннего восторга. Призрак всплыл над плечом Женьшеня и разразился жидкими, потусторонними аплодисментами. — Высший пилотаж в манипуляции! И над кем?! Над тварью, которая в этом преуспела больше всех! Женьшень не ответил. Он стоял на краю крыши, глядя вниз, на тело Кризалис, распростёртое на мостовой. — Вскоре сюда прибудет лорд Тирек, — продолжал Сомбра, — вместе с остатками этой обрыганной армии. — Мне нужно связаться с Триммелем, — оборвал его Женьшень. — Подожди секунду. Он опустил забрало. Внутренний дисплей ожил, и Лорд присвистнул: — Тридцать два пропущенных... Блеск... Дисплей снова замигал входящим вызовом. Женьшень принял. — Лорд! — голос Триммеля звучал бодро, даже торжествующе. — Организованное сопротивление армии королевы Кризалис угасло намертво! Чейнджлинги не знают, что им делать без стратега! — Это потому, что эта сука, — Женьшень бросил взгляд на труп внизу, — могла мысленно координировать их действия своим интеллектом. — Это ещё не всё, милорд. Мы наблюдаем магическую сигнатуру, похожую на ту, что мы зафиксировали в лесу на нашем острове. И эта сигнатура... она приближается к вам на огромной скорости. Будьте начеку! С севера!

Музыкальное сопровождение https://www.youtube.com/watch?v=uvX497LvM78

Женьшень резко развернулся.

С севера, перекрывая зелёное зарево купола, летел молот. Огромный, изящно выкованный, двуручный — он вращался в воздухе, испуская все цвета радуги сразу. Пять кристаллов в его гнёздах сияли, как осколки солнца. Лорд попытался телепортироваться. Не успел. Молот врезался точно в корпус, туда, где под защитным стеклом пульсировал камень времени. Удар был чудовищной силы. Женьшеня сорвало с крыши и пронесло сквозь три дома подряд — кирпичная кладка, деревянные перекрытия, мебель, всё летело в стороны. Он остановился, только впечатавшись спиной в грунтовую землю на заднем дворе четвёртого дома. Плащ изорвался в клочья. В том месте, где сверкал камень времени, теперь летели искры. Молот, описав широкую дугу, отлетел обратно. И лёг в огромную лапу лорда Тирека, стоявшего в семнадцати метрах. Два врага замерли друг напротив друга. Тирек смотрел на поверженного Лорда без торжества — холодно, вдумчиво, как кузнец, оценивающий заготовку перед ударом. Женьшень медленно, с трудом поднялся на все четыре копыта. Из его рта капала кровь, смешанная со слюной. — Ну всё, — произнёс Тирек, и его голос прозвучал почти буднично. — Ты проиграл. Он перехватил молот поудобнее. — Один твой камушек против моих пяти? Это не очень-то честно, знаешь ли. Я отлично осведомлён, что слабые места пони — это глаза и лёгкие. И кроме того... после того, что ты сделал с Кризалис... — он сделал шаг вперёд, и земля дрогнула под его копытами, — мне не выбить из тебя дерьма, если я не приближусь. Женьшень откашлялся. Кровь брызнула на грунтовую землю. Он поднял голову и ухмыльнулся — жуткой, окровавленной ухмылкой: — Хо-хо... Ну тогда подходи ближе. Камень времени в его броне вспыхнул. Всего на мгновение — но ярче, чем все пять кристаллов Тирека вместе взятые. — Технически, — Тирек, казалось, не заметил этой вспышки, — у нас получилось обойти тот проигрышный исход. — Какой ещё исход? — Женьшень сплюнул кровь. — Из всех вариантов будущего были лишь шестнадцать миллионов, где мы побеждаем. И в них мы прибываем в Кантерлот раньше тебя. — ХА! — Лорд расхохотался, и смех его эхом разнёсся по руинам. — НИ ЗА ЧТО НА СВЕТЕ! МОЯ АРМИЯ ВЗЯЛА КАНТЕРЛОТ БЫСТРЕЕ, ЧЕМ ВЫ ТАМ ОКАЗАЛИСЬ! — Твоя армия? — Тирек склонил голову набок, и в его голосе прорезалась ядовитая усмешка. — Или замаскированная армия Кризалис? До сих пор благодарен этой безумной твари за её работу. Сумела. Но не увидела победу. — ТЫ О МОЕЙ ПОБЕДЕ ТАЛДЫЧИШЬ, А?! Женьшень исчез. Телепортация — и он уже за спиной Тирека. Его копыта метнулись к наплечным пусковым установкам. Две огромные ракеты вырвались из гнёзд и устремились в кентавра — прямой наводкой, в упор. Тирек даже не обернулся. Два синих портала распахнулись в воздухе — один перед ракетами, второй позади самого Женьшеня. Ракеты ушли в порталы и вынырнули ровно за спиной Лорда, устремившись обратно к отправителю. И вот тут камень времени затрещал. — МНЕ ХВАТИТ ДЕСЯТИ СЕКУНД, — подумал Женьшень. Время остановилось. Ракеты замерли в воздухе, не долетев до его спины каких-то пары метров. Тирек застыл с поднятым молотом. Даже искры от камня времени висели в воздухе неподвижными точками. Женьшень медленно выдохнул. Десять секунд. У него было десять секунд, чтобы переломить ход этого боя. И он собирался использовать каждую из них до последней миллисекунды.