Глава 2. Что-то тут не совсем так…

Собрания Тосвы редко проходили спокойно. Даже когда тема была незначительной, кто-то обязательно начинал спорить, кто-то перебивал, а кто-то просто стоял в стороне, наблюдая. Сегодняшнее собрание не стало исключением. — …результаты, мягко говоря, так себе, — закончил Дракен, скрестив руки на груди. — Они отступили, но не развалились. Значит, скоро снова полезут. — Тогда добьём их, — лениво протянул Майки, сидя чуть в стороне. — Чего тянуть? — Потому что это не так просто, — вмешался Мицуя. — У них есть связи. Если полезем сейчас — могут подтянуть подкрепление. Нахоя слушал вполуха. Он стоял рядом с Мицуей, привычно засунув руки в карманы, и выглядел так же расслабленно, как обычно. Улыбка — на месте. Всё — как всегда. Почти. — Надо действовать быстрее, — вставил он, чуть наклонив голову. — Если дать им время, они перегруппируются. Потом будет только хуже. — И что ты предлагаешь? — спокойно спросил Муто. Нахоя уже открыл рот, чтобы ответить— И в этот момент что-то щёлкнуло. …знакомо. Слишком знакомо. — …отчёт пятого отряда— Голос. Он слышал это. Где-то. Когда-то. Шум в ушах нарастал. Слова начали расплываться. Нахоя нахмурился, пытаясь сосредоточиться, но чем сильнее он старался — тем хуже становилось. …я это уже слышал. — Эй? Реальность начала “плыть”. Он резко шагнул вперёд и, не особо соображая, схватился за плечо Мицуы. Пальцы сжались сильнее, чем нужно. — Ты чего? — Мицуя чуть повернул голову, глядя на него. Нахоя хотел что-то сказать. Правда хотел. Но слова не складывались. Перед глазами потемнело. — …Кисаки-сан— И мир рухнул. **** …тот же стол. Та же расстановка. Только воздух — другой. Тяжёлый. Давящий. — Отчёт, — холодно произнёс Кисаки. Нахоя… нет. Асахи сидел ближе всех. Слишком близко. Так, что каждое слово было слышно отчётливо. — Пятый отряд допустил ошибки, — продолжил Кисаки, не отрывая взгляда от документов. — Слишком много лишних движений. Слишком мало результата. Кто-то напротив напрягся. Асахи не двигался. Он просто слушал. Как и всегда. — Исправите, — коротко добавил Кисаки. — Или станете примером. Тишина. Никто не возразил. Никто не рискнул. Асахи опустил взгляд на стол. И почему-то— …это казалось правильным. **** — Нахоя! Голос. Резкий. Чужой. Тело не слушалось. Холод. Слишком холодно. Где-то рядом кто-то говорил. Громко. Сбивчиво. — Он не реагирует! — Такимичи. — Отойди, не мешай, — жёстко Дракен. — …смотри на него… Кто-то перевернул его на спину. Глаза были открыты. Но взгляд — пустой. — …Кисаки-сан… отчёт… готов… — вырвалось с его губ. Тишина. Та самая, тяжёлая. Такимичи замер. — Чего…? Дракен резко посмотрел на Кисаки. Майки — тоже. Кисаки стоял чуть в стороне. И просто… наблюдал. С интересом. — Дышит? — Да, но слабо. — Чёрт… — Вынесите его на воздух, — спокойно сказал Дракен. — Быстро. Холодный воздух ударил в лицо. Слишком резко. Слишком реально. Нахоя закашлялся, резко приходя в себя. Грудь сжало. Он сделал жадный вдох, потом ещё один. Мир возвращался кусками. Балкон. Свет. Голоса. — Очнулся? — тихо спросил Мицуя, стоя рядом. Нахоя моргнул. Один раз. Второй. Мысли путались. — …собрание… — хрипло выдавил он. — закончилось? Мицуя на секунду замолчал. — Да, — наконец ответил он. — Только не то, о котором ты возможно думаешь. ………… Нахоя медленно перевёл взгляд на него. — Ты грохнулся, — добавил Мицуя. — И начал нести какую-то хрень. Слова не сразу дошли. — …что? — Ты говорил с кем-то. Назвал Кисаки… “сан”. Сердце пропустило удар. Нахоя резко сел, хватаясь за голову. В висках пульсировало. Слишком сильно. Слишком знакомо. — Я… — он замолчал. Потому что не знал, что сказать. Потому что— Он это помнил. Но не должен был. Мицуя внимательно смотрел на него. — Нахоя, — тихо произнёс он. — ты точно в порядке? Вопрос повис в воздухе. Нахоя опустил взгляд. Улыбка — привычная, кривая — вернулась на лицо. — Да нормально всё, — отмахнулся он. — просто… перегрелся, наверное. Ложь. Очевидная. Но удобная. Мицуя не поверил. Но и не стал давить. — Я с тобой побуду, — только и сказал он. Нахоя кивнул. Молча. Потому что внутри всё сжималось. Потому что в голове всё ещё звучал чужой голос. И потому что он впервые не мог понять— …где заканчивается он сам.