Часть 3 - всё только начинается

Борис.

Месяц прошёл. Ровно тридцать дней с того вечера, когда она стояла на школьном крыльце, тряслась от злости и кричала на нас. Я помню каждое её слово. Помню, как сверкали глаза, как дрожали губы, как она сжимала кулаки, будто собиралась ударить. Я тогда чуть не рассмеялся ей в лицо. Не потому что хотел обидеть - просто она была такой живой, такой настоящей, что внутри всё переворачивалось от восторга. Сдержался. Кивнул, как идиот, и ушёл. С тех пор прошёл месяц. Мы отступили. Делали вид, что её не существует. Не смотрели в её сторону в школе, не шатались у подъезда, не искали случайных встреч. И что? Она нашла кого то. Я сижу на кухне, пью кофе и смотрю на телефон. На экране - её инстаграм, открытый на том самом фото. Она и снова этот парень. Светловолосый, с голубыми глазами, с этой дурацкой улыбкой на лице. Обнимает её за плечи, она улыбается. Подпись: Обожаю его. Обожаю его. Я усмехаюсь, и эта усмешка выходит злой, горькой. Обожаешь. Интересно, сколько он её знает? Неделю? Две? А мы - мы знаем её уже месяц. Мы знаем, как она пьёт кофе по утрам (чёрный, без сахара, с корицей). Знаем, как она поправляет волосы, когда нервничает. Знаем, что она спит с открытой форточкой даже осенью, потому что любит свежий воздух. Знаем, что у неё есть родинка на левом плече, чуть выше ключицы, и что она носит серебряное кольцо на указательном пальце. Мы знаем всё. А этот... этот появился только недавно. Я не знаю как стал зависим от неё. До этого я не сильно обращал на неё внимание. Я шатался по вечеринкам, вечно был с тёлками и мне было весело. Но спустя время я понял, что следить за ней и видеть её реакцию на наше преследование - это куда веселее, чем целоваться с этими дурами. Например, никому не нужная Марта. Надеется, что у нас что то будет. Смешно. Я развлекался. Это было временно. Марта по прежнему бегает за мной, но скоро она будет убегать в слезах от меня, после моих накопленных за месяц слов. Заебала. Из коридора доносится шум. Майлз. Он всегда ходит бесшумно, как тень, но я научился его слышать. Сейчас он встал, наверное, тоже не спал всю ночь. Я не слышал, чтобы он ворочался, но знаю - он не спал. Как и я. Он заходит на кухню. Останавливается в дверях, смотрит на меня. Взгляд тяжёлый, пустой, но я вижу, что там внутри. Он тоже видел фото. - Ты в курсе? - спрашивает он. - В курсе. Майлз садится напротив и молчит. Я протягиваю ему телефон, он смотрит на экран секунд десять, потом откладывает. - Кто он? - Понятия не имею. Это уже второе фото с ним. - Майк в курсе новой фотки? - В курсе. Вчера увидел. Майлз молчит. Я знаю, что происходит у него в голове. Он просчитывает варианты. Он всегда так делает - сначала думает, потом действует. В отличие от меня. - Надо узнать, - наконец говорит он. - Узнать что? - Всё. Я смотрю на него. В его глазах разгорается холодный огонь. Я видел такой только раз - когда нас в детстве хотели отдать в детдом. Он тогда смотрел так же и мы остались дома. - Что ты задумал? - спрашиваю я. - Ничего, - он отводит взгляд. - Пока ничего. Майк выходит из своей комнаты около десяти. Заспанный, взъерошенный, с тёмными кругами под глазами. Видно, что тоже не спал. Садится за стол, молча наливает себе чай. Мы сидим втроём. Каждый думает о своём. О ней и о нём. - Я нашёл его, - говорит Майк вдруг. Я поднимаю голову. Майлз тоже смотрит на него. - Кого? - Парня. С которым она. Я замираю. В груди что то сжимается. - Как? - В инсте. Прошёлся по её подпискам, нашёл. У него открытый профиль. Майк протягивает мне телефон. Я беру, смотрю. Алексей. Девятнадцать лет. Учится в универе, на первом курсе. Фотки с друзьями, с гитарой, на фоне каких то гор. И с ней. Много фото с ней. Последние - как раз вчерашние. Я листаю, чувствуя, как внутри закипает злость. Они дружат. Давно. Судя по фото, уже пару недель. Пока мы сидели тихо, пока делали вид, что её не существует, она уже была с ним. - Пару недель, - вслух говорю я. - Да, - Майк кивнул. - Я проверил. Первое фото с ним появилось три недели назад. Три недели. Целых три недели. - А мы сидели и ждали, - усмехаюсь я. - Как последние идиоты. Майлз молчит. Он взял мой телефон, листает фото. Лицо у него каменное, но я вижу, как дёргается желвак. - Что будем делать? - спрашивает Майк. Я смотрю на братьев. На Майлза - холодного, расчётливого, опасного. На Майка - тихого, но упрямого, с его голубыми глазами, которые сейчас стали почти чёрными от напряжения. - Месяц прошёл, - говорю я. - Мы выполнили её приказ. Не подходили, не смотрели, не дышали в её сторону. - И что? - Майк хмурится. - А то, что срок вышел, - я откидываюсь на спинку стула. - Она сказала не появляться в её поле зрения. Мы месяц не появлялись. Всё честно. Майлз поднимает голову. В его глазах что то меняется. Понимание? - Ты предлагаешь... - начинает он. - Я предлагаю перестать прятаться, - перебиваю я. - Мы имеем право жить своей жизнью. Ходить туда, куда хотим. Смотреть на то, что хотим. Она не может вечно запрещать нам дышать одним с ней воздухом. Майк молчит. Он думает. Майлз тоже. - А если она снова начнёт психовать? - спрашивает Майк. - Пусть, - пожимаю плечами. - Мы ничего не делаем противозаконного. Просто живём. В той же школе, в том же городе. Я вру. Конечно, я хочу большего. Я хочу, чтобы она знала. Знала, что мы здесь. Что мы никуда не делись. Что она может строить из себя недотрогу сколько угодно, но мы будем рядом. - У неё есть возможно парень, - напоминает Майлз. - Есть, - киваю я. - Пока есть. Тишина. Я вижу, как в глазах Майлза разгорается то самое выражение. Холодное, твёрдое. Он понял. - Ты предлагаешь ждать? - спрашивает он. - Я предлагаю быть рядом. Смотреть. Ждать своего часа. Он же не вечный. Майк смотрит на меня. В его глазах - что то тёмное, что я редко там вижу. Обычно он мягкий, спокойный. Но сейчас в нём просыпается что-то другое. - Я согласен, - говорит он. Майлз кивает. Мы сидим на кухне, трое братьев, и улыбаемся. У каждого своя улыбка. Моя - наглая, уверенная. Майлза - холодная, хищная. Майка - тихая, но опасная. Она думала, что мы отстали. Она ошиблась. Вечером я иду гулять. Не к её дому - пока не к её дому. Я иду в центр, в кафе, где она любит бывать. Знаю, что сегодня она там с подругами. Видел в сторис. Захожу, заказываю кофе, сажусь за столик у окна. Она сидит в углу с Леной и ещё какой то девчонкой. Смеётся. Не замечает меня. Я смотрю на неё. На её волосы, распущенные по плечам. На руки, которыми она крутит чашку. На губы, когда она пьёт. Она красивая. Очень красивая. И она не знает, что я здесь. Через полчаса она встаёт, идёт к выходу. Проходит мимо моего столика. На секунду наши взгляды встречаются. Она замирает. В глазах - удивление, потом злость. - Ты... - начинает она. - Привет, - улыбаюсь я. - Давно не виделись. Она сжимает губы. Хочет что то сказать, но сдерживается. - Я же сказала... - Ты сказала не появляться в твоём поле зрения, - перебиваю я. - Месяц не появлялись. Срок вышел. - Это не шутки, Борис. Теперь ты будешь мозги ебать, как они? - А я и не шучу, - я смотрю ей в глаза. - Я пью кофе в кафе. Это преступление? Она молчит. Смотрит на меня, и в её взгляде - ненависть. Но я вижу и другое. Растерянность. Неуверенность. - Не приближайся ко мне, - говорит она тихо и быстро уходит. Я смотрю ей вслед. Лена бросает на меня испуганный взгляд и выбегает за ней. Я допиваю кофе. Улыбаюсь. Мы начинаем.

***

Ночью мы втроём сидим в гостиной. Включён ноутбук, открыт профиль этого Алексея. Мы листаем его фото, читаем посты, смотрим, с кем он дружит. - Студент, первый курс, - перечисляю я. - Живёт с родителями. Учится так себе, но родители тянут. Увлекается музыкой, играет на гитаре. Ничего особенного. - Она могла найти кого то получше, - замечает Майк. - Не могла, - отвечаю я. - Потому что лучше нас нет. Майлз молчит. Он смотрит на экран, и я знаю, что он запоминает каждую деталь. Адрес, расписание, друзей. Всё. - У него есть подруга, Настя, - говорит он. - Учится в девятой школе. - Откуда ты?.. - начинаю я. - В подписках. Она часто комментирует его фото. Я смотрю на брата. Иногда он пугает меня. - Что дальше? - спрашивает Майк. - Дальше, - я откидываюсь на диван. - Дальше мы живём своей жизнью. Учимся, гуляем, ходим в кафе. Не прячемся. Она увидит нас. Постоянно. Везде. - А если она снова начнёт психовать? - Майк хмурится. - Пусть, - я пожимаю плечами. - Мы ничего не делаем. Просто существуем. Майлз кивает. Он понимает. Иногда давление - это не когда нападаешь. Это когда ты просто есть. Всегда. Везде. Неотступно. Я смотрю на часы. Половина первого. - Завтра в школу, - говорю я. - Ложитесь. Майк уходит в свою комнату. Майлз задерживается. - Ты уверен? - спрашивает он. - В чём? - В этом плане. Я смотрю на него. На его бледное лицо, чёрные кудри, тёмные глаза. Мы похожи, но разные. Он всегда думает, просчитывает. Я действую. - Она наша, - говорю я. - Рано или поздно она это поймёт. Майлз смотрит на меня несколько секунд. Потом кивает и уходит. Я остаюсь один. Достаю телефон, открываю её страницу. Новых фото нет. Но есть сторис. Она сидит дома, пьёт чай, смотрит в окно. Подпись: Хочется чего то... не знаю чего. Я смотрю на это фото. На её лицо, на эту лёгкую грусть. Чего тебе хочется, Катя? Я знаю ответ. Меня. Утром вторника я прихожу в школу с улыбкой. Я сияю, как начищенный пятак. Майлз, как всегда, каменный, но я вижу - он ждёт. Майк - спокойный, но глаза горят. Мы заходим в класс. Она уже на месте, сидит у окна. Когда мы входим, она поднимает голову, смотрит на нас. Взгляд колючий, злой. Я улыбаюсь ей. Открыто, нагло. Она отворачивается. Я сажусь на своё место. Майлз впереди меня, Майк на третью парту. Как всегда. Урок идёт как обычно. Но я чувствую её взгляд. Она смотрит. Украдкой, быстро, но смотрит. После урока я выхожу в коридор. Она стоит у окна с Леной. Увидев меня, Лена дёргается, что то шепчет ей. Марина поднимает голову. Смотрит прямо на меня. - Ты специально, да? - спрашивает она громко. Я подхожу ближе. Не слишком, но достаточно, чтобы чувствовать её запах. - Что именно? - Всё, - она сжимает челюсть. - Кафе вчера. Сегодня здесь. Ты делаешь это специально. - Я пью кофе в кафе, - спокойно отвечаю я. - Хожу в школу. Живу своей жизнью. Что в этом особенного? - Ты издеваешься? - Нисколько. Она смотрит на меня. Я вижу, как она злится. Как тяжело дышит. Как её пальцы сжимаются в кулаки. - У меня есть парень, - говорит она. - Я не одна. - Нет, он тебе лишь лучший друг. Алексей. Симпатичный. Она бледнеет. Откуда я знаю имя? Она не спрашивает, но я вижу вопрос в глазах. - Удачи вам, - говорю я и ухожу. Не оборачиваюсь. Но чувствую её взгляд на спине. Вечером мы снова собираемся. Майк показывает новые фото - она выложила их сегодня. С подругами, на фоне города. Без него. - Ссора? - предполагает Майк. - Или просто не захотела выкладывать, - пожимаю плечами. Майлз молчит. Он смотрит на фото, и я знаю, что он запоминает каждую деталь. Где она была, во сколько, с кем. - Завтра после школы она идёт в библиотеку, - говорит он. Я поднимаю бровь. - Откуда ты знаешь? - У неё в сторис было: Завтра в библиотеку, готовиться к контрольной. Время не указала, но обычно она ходит после третьей пары. Я смотрю на брата. Иногда он пугает меня своей одержимостью. - И что ты предлагаешь? - спрашиваю я. - Ничего, - он отводит взгляд. - Просто знаю. Майк усмехается. Тихо, но я слышу. - Мы ненормальные, - говорит он. - Знаю, - отвечаю я. - И что? Ничего. Мы это уже обсуждали. Ночью я не сплю. Лежу в кровати, смотрю в потолок и думаю о ней. О её злости. О её страхе. О том, что она чувствует, когда видит нас. Она боится? Или ей нравится? Я знаю ответ. Ей нравится. Она может злиться, кричать, гнать нас. Но она не может не чувствовать. Не может не замечать. Мы везде. Мы всегда рядом. Мы - её тень. Она думала, что мы отстали. Она ошиблась. Мы только начали. Завтра библиотека. Я пойду туда. Не чтобы говорить с ней. Просто чтобы быть рядом. Чтобы она знала - мы здесь. Мы никуда не делись. Алексей... Алексей исчезнет. Рано или поздно. Такие, как он, не выдерживают давления. Они ломаются. Уходят. Исчезают. А мы останемся. Всегда.

Катя.

Я сижу в библиотеке уже час. Контрольная по литературе - единственное, что я ещё пытаюсь контролировать в своей жизни. Всё остальное рушится к чертям. Марта с Леной ушли полчаса назад, сказали, что у них какие то дела, оставили меня одну в этом огромном помещении с высокими потолками и запахом старой бумаги. Я читаю «Войну и мир», точнее, делаю вид, что читаю. На самом деле смотрю в одну точку и думаю о том, что происходит. Месяц они молчали. Целый месяц я не видела их на улице, у дома, нигде. Только в школе, и то они сидели тихо, не поднимали голов, делали вид, что меня не существует. Я думала - всё. Отстали. Перебесились. Нашли себе других девчонок. Нашла себе друга. Алексея. Хорошего, спокойного, нормального. Без этих безумных глаз, без навязчивого внимания, без чувства, что за тобой следят. Думала, всё наладилось. Но позавчера Борис появился в кафе. Сидел, пил кофе, смотрел на меня. Не подошёл, не заговорил - просто сидел. И улыбался. Этой своей наглой, уверенной улыбкой. А сегодня в школе они снова смотрели. Все трое. По разному, но смотрели. Майк - из под чёлки, быстро, украдкой. Будто боялся, что я замечу. Но я замечала. Всё замечаю. Майлз - тяжёлым, пустым взглядом, от которого мурашки по коже. Он не прятался, просто смотрел, будто я была экспонатом в музее. Борис - открыто, нагло, с вызовом. И этот его взгляд говорил: Я здесь. Я никуда не делся. И ты это знаешь. Я отворачивалась, сжимала зубы, делала вид, что меня это не касается. Но внутри всё кипело. Здесь, в библиотеке, я наконец то могу выдохнуть. Здесь тихо, пусто, никого нет. Библиотекарша ушла куда то полчаса назад, сказала, что вернётся через час. Я одна. Можно расслабиться. Я откладываю книгу, тру глаза. Устала. Вчера почти не спала - всё думала о них. О том, что они задумали. О том, почему не могут просто оставить меня в покое. Скрип двери заставляет меня поднять голову. Я замираю. Майлз. Он входит в библиотеку бесшумно, как тень. Останавливается у входа, оглядывается. Замечает меня. На секунду наши взгляды встречаются, и я чувствую, как внутри всё сжимается. В его глазах нет ничего. Пустота. Но эта пустота давит, душит, заставляет сердце биться быстрее. Он не подходит. Просто идёт к стеллажам в дальнем конце комнаты, берёт какую то книгу, садится за стол в углу. Достаёт телефон, утыкается в экран. Я пытаюсь вернуться к учебнику, но слова расплываются. Чувствую его присутствие кожей, затылком, каждой клеткой. Он не смотрит на меня - я проверяла краем глаза. Но он здесь. Он рядом. И это хуже, чем если бы смотрел. - Ты следишь за мной? - голос вырывается громче, чем я планировала. Он поднимает голову. Смотрит на меня. Медленно, как всегда. - Нет. - Да ты врёшь! - Не вру. Я сжимаю ручку так, что она хрустит. - Тогда что ты здесь делаешь? Он смотрит на книгу, которую взял. Показывает обложку. Какой то сборник стихов. Я не вижу названия, да и плевать. - Читаю. - В той же библиотеке, что и я? В то же время? - Библиотека общая, - его голос ровный, спокойный. - Я имею право здесь находиться. Я открываю рот, чтобы ответить, но в этот момент дверь снова открывается. Майк. Он входит, замечает меня, замечает Майлза. На его лице ничего не меняется - он просто проходит к стеллажам, выбирает книгу, садится за стол рядом с братом. Они переглядываются, но ничего не говорят. Я чувствую, как кровь приливает к лицу. Двое. В библиотеке, куда я пришла одна. Это не совпадение. - Вы специально, - говорю я. Голос дрожит - от злости, от страха, от всего вместе. - Что? - Майк поднимает на меня глаза. Голубые, светлые, невинные. Но я знаю, что за этой невинностью скрывается. - Вы пришли сюда специально. Потому что я здесь. Майк пожимает плечами. - Мы часто сюда ходим. Хорошая библиотека. - Вы ни разу здесь не были за всё время учёбы! Майлз медленно поднимает голову. Смотрит на меня. В его взгляде что то меняется - становится тяжелее, острее. - Ты ведёшь учёт? - спрашивает он тихо. Я замолкаю. Потому что он прав. Я запоминаю. Всё, что связано с ними, запоминаю против воли. Когда они приходят, когда уходят, где сидят, на кого смотрят. Это ненормально. - Уходите, - говорю я. - Оставьте меня в покое. - Мы не мешаем, - отвечает Майк спокойно. - Сидим тихо. Читаем. - Вы мешаете одним своим присутствием! Майлз закрывает книгу. Встаёт. На секунду мне кажется, что он послушается и уйдёт. Но он не уходит. Он идёт ко мне. Медленно. Спокойно. Каждый шаг отдаётся в моей груди глухим стуком. Я вжимаюсь в стул. Позади - стена, некуда отступать. Он останавливается в метре от меня. Смотрит сверху вниз. Бледное лицо, чёрные кудри, тёмные глаза. Он красивый - я могу это признать. Но в этой красоте есть что то пугающее. Нечеловеческое. - Чего ты боишься? - спрашивает он тихо. - Я не боюсь, - выдыхаю я. - Врёшь. Я сжимаю кулаки. - Уходи. Он не двигается. Смотрит на меня, и в этом взгляде - что то, от чего внутри всё переворачивается. Не страх. Что то другое, тёмное, запретное. - Ты очень красивая, когда злишься, - говорит он. У меня перехватывает дыхание. - Ты... ты охренел? - Возможно, - он наклоняет голову. - Но это правда. Я хочу сказать что то ещё, но дверь открывается снова. На этот раз - Борис. Он входит, как к себе домой. Увидел нас, ухмыльнулся. - А вот и все, - говорит он. - Думал, вы уже закончили. - Что ты здесь делаешь? - спрашиваю я. Голос срывается на крик. Борис подходит ближе. Встаёт рядом с Майлзом, смотрит на меня. В его глазах - наглая уверенность. Он не скрывает, не прячется. Он хочет, чтобы я видела. - Решил зайти, - пожимает плечами. - Книжку взять. - Вы все трое, - я встаю, отодвигая стул. - Вы специально. Вы следите за мной. Книголюбы ёбаные! Не всрались вам эти книжки, вы меня вечно преследуете! Это ваше занятие! - Успокойся, - говорит Майк из угла. Он не встаёт, сидит за своим столом, но я чувствую его внимание. - Мы ничего не делаем, - добавляет Борис. - Сидим, читаем. Ты же любишь читать, Катя. Он произносит моё имя медленно, с каким то особым вкусом. Будто пробует на язык. - Я сейчас уйду, - говорю я, хватая рюкзак. - И если вы пойдёте за мной... - Мы не пойдём, - перебивает Майлз. Я не верю. Но выбора нет. Я иду к выходу, стараясь не смотреть на них. Чувствую три пары глаз на спине. Тяжёлые, липкие взгляды, от которых хочется бежать. У двери я оборачиваюсь. - Ещё раз увижу кого то из вас рядом - позвоню в полицию. Борис усмехается. Майк отводит взгляд. Майлз смотрит на меня, и на его губах появляется слабая, почти незаметная улыбка. - Звони, - говорит он тихо. Я вылетаю в коридор. Сердце колотится где то в горле. Я бегу по пустому коридору, сжимая рюкзак. Скорее, скорее, пока они не вышли. На лестнице я почти сталкиваюсь с Димой. Дима - мой друг. Лучший друг, наверное. Мы учимся вместе с седьмого класса, сидим за одной партой, вместе готовимся к контрольным. Он хороший. Спокойный, надёжный, нормальный. - Катя? - он удивлённо смотрит на меня. - Ты чего такая? Бледная вся. - Всё нормально, - выдыхаю я. - Просто... Я оглядываюсь. Коридор пуст. Они не вышли. Пока. - Ты в библиотеке была? - спрашивает Дима. - Я тебя искал. Хотел спросить насчёт литературы, у меня всё перепуталось. - Да, я... - я запинаюсь. - Слушай, пойдём отсюда. Прямо сейчас. Дима хмурится, но кивает. - Пошли. Мы спускаемся по лестнице, выходим на улицу. Вечер. Темнеет рано, фонари уже зажглись. Я дышу полной грудью, пытаясь успокоиться. - Что случилось? - Дима идёт рядом, внимательно смотрит на меня. - Ты какая то дёрганая. - Те трое, - говорю я. - Новенькие. Они в библиотеке были. Дима останавливается. - Братья? - Да. - И что? Я сжимаю лямку рюкзака. - Они... они везде, где я. Следят за мной. Я уже говорила им, чтобы отстали, но они... - Может, совпадение? - осторожно спрашивает Дима. - Три раза подряд? - я усмехаюсь. - Нет. Это не совпадение. Дима молчит. Он знает, что я не паникёрша. Если я говорю, что за мной следят, значит, так и есть. - Хочешь, поговорю с ними? - предлагает он. - Не надо, - быстро отвечаю я. - Они... они странные. Лучше не связывайся. - Катя, я не боюсь, - он улыбается. - Если они тебя достают, нужно... Он не заканчивает. Потому что из за угла выходят они. Все трое. Я замираю. Дима тоже. Борис идёт первым. Увидел нас, ухмыльнулся. - О, а это кто? - спрашивает он, глядя на Диму. - Друг, - отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. - А вам какое дело? - Никакого, - Борис подходит ближе. - Просто интересно. Ты же у нас теперь не одна, да? С парнем ходишь. - Это не твоё дело. - А чьё? - он поворачивается к братьям. Майлз стоит чуть позади, смотрит на Диму. Майк - рядом, лицо спокойное, но я вижу, как он сжимает челюсть. - Слушайте, парни, - Дима делает шаг вперёд. - Катя сказала, что вы её достаёте. Может, хватит? Борис переводит взгляд на него. В глазах - холод. - Ты кто такой? - Я сказал - друг. - Друг, - Борис усмехается. - А ей друг не нужен. - Это ей решать, - Дима не отступает. Я чувствую, как внутри всё сжимается. Дима хороший парень, но он не знает, с кем имеет дело. Не знает, на что они способны. - Дима, идём, - тяну я его за рукав. - Не надо. - Подожди, - он не двигается. - Я хочу разобраться. Майлз делает шаг вперёд. Молча, бесшумно. Дима поворачивается к нему, и я вижу, как его лицо меняется. Что то в Майлзе есть такое - от его взгляда хочется отступить. - Мы просто идём, - говорю я, пытаясь увести Диму. - Мы уходим. - Катя, — голос Майка. Тихо, спокойно. - Мы ничего не делаем. Идём домой. - Тогда идите, - отвечаю я. - И не мешайте нам. Майк смотрит на Диму. Секунду. Две. Потом кивает Борису. Борис улыбается - той самой улыбкой, от которой у меня мурашки по коже. - Ладно, идём, - говорит он. - Но, Дима, да? Хорошее имя. Они уходят. Не оглядываются. Исчезают за поворотом, как будто их и не было. Я выдыхаю. - Пойдём, - тяну Диму. - Странные они, - говорит он, идя рядом. - Но, в общем то, ничего особенного. - Ты не видел их взглядов, - отвечаю я. Он смеётся. - Да обычные парни. Наверное, просто ты им нравишься. - Это не так, - качаю головой. - Это не просто симпатия. Это... я не знаю. Что то другое. Дима пожимает плечами. - Ладно, если что - звони. Я разберусь. Я киваю, но внутри всё сжимается. Не надо ему в это лезть. Не надо. Мы расходимся у моего подъезда. Дима уходит, я смотрю ему вслед, потом забегаю в подъезд. Дома я закрываюсь на все замки. Сердце всё ещё колотится. Я пью воду, смотрю в окно. Никого. Ложусь спать, но долго не могу уснуть.

***

Утром Дима не приходит в школу. Я звоню - не берёт. Пишу - не отвечает. На первом уроке я уже на взводе. На втором звоню его маме. - Дима? - её голос растерянный. - Он сказал, что плохо себя чувствует, остался дома. А что случилось? - Ничего, - говорю я. - Просто волнуюсь. После уроков я иду к нему. Он живёт в соседнем доме, мы с ним часто гуляли во дворе. Поднимаюсь на третий этаж, звоню. Дверь открывает его мать. Взволнованная. - Кать, Дима не хочет никого видеть. - Что случилось? - Он говорит, что упал вчера. Но я смотрю на него - синяки такие... Меня пробирает холод. - Можно я войду? Она колеблется, но пускает. Дима лежит на кровати, отвернувшись к стене. Когда я вхожу, он поворачивается. У меня перехватывает дыхание. Губа разбита, под глазом огромный синяк, на скуле ссадина. - Дима, - шепчу я. - Что случилось? Он смотрит на меня. В его глазах - страх. - Катя... - голос хриплый. - Ты была права. Я сажусь рядом. - Они? - спрашиваю я. Он кивает. Отводит взгляд. - Я пошёл домой. Свернул в арку. А они там были. Все трое. Я чувствую, как кровь отливает от лица. - Что они сделали? - Борис говорил. Сказал, чтобы я держался от тебя подальше. Что ты не моя. Что ты... - он замолкает. - Что я? - Что ты принадлежишь им. Мир рушится. Я слышу эти слова, и внутри всё замерзает. - Я сказал, что мы просто друзья, - продолжает Дима. - А Майк... он усмехнулся. Сказал, что друзей у тебя не будет. Что они всё равно от всех избавятся. - Дима... - я беру его за руку. - Надо в полицию. - Нет, - он резко выдёргивает руку. - Они сказали, что если я кому то расскажу, то... они обещали, что сделают хуже. Сказали, что знают, где я живу. Где моя младшая сестра учится. У меня внутри всё леденеет. - Они сказали, что это только предупреждение, - голос Димы дрожит. - Что если я не отстану, то... Катя, они ненормальные. Все трое. Я сижу, смотрю на его разбитое лицо и чувствую, как внутри поднимается что то огромное, чёрное, беспомощное. - Прости меня, - шепчу я. - Это из за меня. - Не извиняйся, - он качает головой. - Ты здесь ни при чём. Они... они просто больные. Я сижу с ним до вечера. Потом иду домой. На улице темно. Фонари горят тускло. Я иду и чувствую, что за мной следят. Не вижу, но знаю. Чувствую кожей. У подъезда я оборачиваюсь. Пусто. Только листья шуршат под ногами. Я забегаю в подъезд, захлопываю дверь. Поднимаюсь на лифте, вхожу в квартиру, запираюсь. В гостиной горит свет. Я оставляю его включённым. Всю ночь. Сижу на кровати, смотрю на телефон. Хочется позвонить в полицию. Но что я скажу? Что они избили моего друга? У меня нет доказательств. Он не пойдёт с заявлением - боится. Я одна. В полной темноте, в квартире, где я одна, я понимаю, что никто не придёт на помощь. Никто не защитит. В три часа ночи телефон пиликает. Сообщение от незнакомого номера. «Ты сегодня не выходила. Мы волновались». Я смотрю на экран. Пальцы дрожат. Через минуту - ещё одно. «Не бойся. Мы просто хотим быть рядом. Заботиться о тебе. Дима понял свою ошибку. Надеемся, ты тоже поймёшь». Я сжимаю телефон. Смотрю на эти слова, и внутри всё переворачивается. Они знают, где я живу. Знают, что я одна. Знают, что я не сплю. Они знают всё. Я выключаю телефон. Кладу под подушку. Но сна нет. Я слышу каждый шорох в подъезде, каждый скрип лифта. Жду, что сейчас откроется дверь. Что они войдут. Но никто не приходит. Только телефон снова пиликает в шесть утра, когда уже светает. «Спокойной ночи. Завтра увидимся». Я смотрю в потолок и понимаю, что это только начало.