Вдребезги

Туннель под Майами казался бесконечной пастью бетонного монстра. Честер тяжело опирался на плечо Мэнди, и она чувствовала, как его футболка становится всё более влажной и липкой. Он больше не шутил. Его дыхание было свистящим, рваным, а шаги — всё более тяжелыми.— Честер, притормози… — прошептала Мэнди, чувствуя, как её собственное сердце готово выскочить из груди. — Тебе нужно сесть. Прямо сейчас.— Нельзя… — выдохнул он, едва переставляя ноги. — Если остановлюсь… больше не встану. Мэнди, иди вперед. Там должен быть выход к насосной станции.Она резко остановилась, заставляя его замереть на месте. В тусклом свете фонарика она увидела его лицо: серое, с глубокими тенями под глазами и капельками холодного пота на лбу. Он действительно был на пределе. Те самые «10 банок энергетика» в его крови закончились, оставив после себя только звенящую пустоту и боль.— Я не оставлю тебя здесь подыхать в канализации! — Мэнди почти сорвалась на крик. Она обхватила его лицо ладонями, заставляя смотреть на себя. — Ты слышишь меня, Шут?! Ты не смеешь меня бросать. Ты сам сказал, что боишься меня потерять, так вот — это взаимно!Честер закрыл глаза, прижимаясь лбом к её лбу. Его трясло. — Мэнди… я не железный. Я просто… я просто хотел быть твоим героем хотя бы одну ночь.— Ты уже мой герой, — она быстро поцеловала его в холодные губы. — А теперь садись. Я перевяжу тебя заново. У нас есть пять минут, пока Даг (или кто там за нами идет) не добрался до этого сектора.Она усадила его на сухой выступ и начала лихорадочно перевязывать бок куском своего чёрного атласного платья. Это было больно, это было грязно, но это была единственная реальность.Внезапно Честер резко выпрямился, прижимая палец к губам. — Слышишь?Из глубины туннеля донесся странный звук. Как будто кто-то медленно волочил по бетону цепь. И следом — знакомый, ленивый насвист. Тот самый, который Честер издавал перед тем, как выкинуть что-то по-настоящему безумное.— Он идет, — прошептал Честер, и в его глазах, несмотря на слабость, снова вспыхнул тот самый опасный огонь. — Мэнди, ключ у тебя?Она нащупала в кармане золотой ключ. — Да.— Чтобы ни случилось… если я не смогу… беги к ячейке 13. Там всё, что поможет тебе оправдаться.Он поднялся, пошатываясь, и достал свой нож. Страх потерять её был сильнее, чем любая рана. Он был готов превратить этот туннель в арену, лишь бы она вышла отсюда живой.

***

Свист становился громче, перекрывая мерное хлюпанье воды под ногами. Он был издевательски весёлым, неумолимым, пробирающим до самых костей. Из густой, почти осязаемой тьмы туннеля медленно выплыл высокий силуэт. Свет фонарика на телефоне Честера дрожал, выхватывая из пустоты сначала длинный чёрный дождевик, с которого стекала грязная вода, а затем — Его.Незнакомец остановился в десяти шагах. Его лицо скрывала маска, но не та, которую они видели в порту. Это был просто белый пластик без прорезей для рта, с узкими щелями для глаз, которые в темноте казались пустыми глазницами. В одной руке он лениво вращал тяжёлую цепь, а в другой… в другой блеснуло лезвие длинного ножа.— Шут и его Королева в канализации... — голос незнакомца, искажённый портативным модулятором, превратился в механический, лишённый эмоций скрежет. — Не самый красивый финал для такой сладкой истории, верно?Честер сделал шаг вперёд, загораживая Мэнди собой. Его пошатнуло, рука с ножом заметно дрожала, а на губах запузырилась кровь, но взгляд был таким яростным, что незнакомец на секунду замер.— Подойди ещё на шаг, и я вырежу тебе это «красивое» горло, — прорычал Честер, едва сдерживая стон боли. — Мэнди, уходи. Сейчас.— Нет! — она вцепилась в его плечо, чувствуя, как его футболка окончательно промокла от крови. — Ты не сможешь…— Уходи! — он резко обернулся, и в его глазах Мэнди увидела то, чего никогда не видела за десять лет — абсолютную, парализующую мольбу. — Если ты останешься, он убьёт нас обоих. Пожалуйста, Королева. Беги к ячейке. Сохрани то, что мы нашли. Ради меня.Честер резко развернулся к противнику и, издав дикий, полный боли и ярости крик, бросился вперёд.Мэнди рванулась в темноту соседнего ответвления туннеля. Она бежала, не разбирая дороги, хлюпая по колено в воде, а за спиной раздавался лязг цепи, звуки борьбы и приглушённый вскрик Честера. Она до боли сжимала в кармане золотой ключ номер 13, и каждая капля слёз на её лице смешивалась с грязной водой Майами.«Он боится меня потерять… но я боюсь потерять его ещё сильнее», — пульсировало в её голове.Она вылетела к заброшенной насосной станции. Впереди был свет — выход на поверхность. Но когда Мэнди уже готова была схватиться за ржавую лестницу, из тени прямо перед ней выступил Леон. Он не был в маске. На его лице была странная, виноватая улыбка.— Мэнди, стой, — тихо сказал он, преграждая путь. — Ключ. Отдай его мне. Ты не понимаешь, во что ввязался этот идиот.

***

Мэнди замерла, тяжело дыша. Капли грязной воды стекали с её подбородка, смешиваясь с горькими слезами. Перед ней стоял Леон. Тот самый парень, который всегда был в тени, который казался единственным островком здравого смысла в этом безумном Майами. Его виноватая улыбка в полумраке станции выглядела как смертный приговор.— Леон, что ты несешь? — прошептала она, прижимая ладонь к карману, где лежал золотой ключ. — Там Честер… Он сражается с кем-то в маске! Нам нужно помочь ему, а не стоять здесь!— Помочь? — Леон сделал шаг вперед, и свет от далекого уличного фонаря над люком упал на его лицо. — Мэнди, ты не понимаешь. Честер сам это начал. Тот «кто-то» в маске — это расплата. Ячейка тринадцать — это не спасение. Это капкан. Если ты придешь туда с этим ключом, ФБР уже будет ждать. Честер подставил тебя, чтобы спасти свою шкуру в последний момент.— Ложь! — выкрикнула Мэнди, и её голос эхом ударился о ржавые трубы станции. — Он ранен! Он истекает кровью ради меня! Он боится меня потерять, Леон!— Он боится потерять свидетеля, — отрезал Леон, и его голос стал холодным, как лед. — Отдай ключ, Мэнди. Я выведу тебя отсюда. Ты вернешься в отель, скажешь Дагу, что Честер тебя похитил. Всё закончится. Ты снова будешь Королевой Конфет, а не беглянкой в изорванном платье.Мэнди посмотрела на свои руки. Пальцы были в саже, крови и мазуте. Её короткое чёрное платье превратилось в грязные лохмотья. Она больше не была Королевой. Она была частью этого подземелья.Внезапно из туннеля, откуда она только что прибежала, донесся оглушительный звук. Скрежет металла, за которым последовала тишина. Самая страшная тишина в её жизни.— Честер? — позвала она, и её голос сорвался на хрип. — Честер!Никто не ответил. Только ленивый плеск воды где-то в глубине. Леон протянул руку. — Его больше нет, Мэнди. Пойдем. У нас мало времени.Мэнди посмотрела на его протянутую ладонь, а затем на золотой ключ в своем кулаке. В её голове всплыли слова Честера: «Ради меня». Это не была просьба преступника. Это была просьба того, кто отдал ей всё, что у него было.— Нет, — она сделала шаг назад, к самому краю сточного желоба. — Если Честера нет, то и меня тоже. А ключ… ты его не получишь.Она резко развернулась и, прежде чем Леон успел среагировать, прыгнула не к лестнице, а обратно в темноту туннеля. Она не собиралась бежать. Она собиралась найти своего Шута, даже если ей придется вырвать его из лап самой смерти.Леон что-то закричал ей вслед, но Мэнди уже не слышала. Она бежала на звук тишины, сжимая в руке ключ номер тринадцать как единственный шанс на искупление