финал

Едкий дым мгновенно заполнил отсек, превращая всё вокруг в серую, удушливую взвесь. Анджело, не ожидавший такой наглости, яростно закашлялся. Его торжествующий оскал сменился гримасой боли и дезориентации. Он наугад взмахнул арбалетом, выкрикивая проклятия, которые тонули в шипении дымовой шашки.— Ты сдохнешь здесь, Честер! Вы оба сдохнете! — взревел он, выпуская болт в пустоту. Снаряд со звоном отрикошетил от металлической стены где-то совсем рядом с головой Мэнди.Мэнди, пригнувшись к самому полу, где воздух был чуть чище, рванулась к Честеру. Её ладонь, всё ещё горячая от пореза, нащупала его плечо. — Я здесь, я здесь, — шептала она, скорее для себя, чем для него. Она не стала возиться с ключами или замком — времени не было. Нож, который она сжимала, послужил рычагом. Вложив всю свою ярость и страх в одно движение, она ударила по ослабленному креплению трубы. Ржавый металл со стоном поддался, и цепь соскользнула, освобождая Честера.Он повалился прямо на неё, тяжёлый и обессиленный. Мэнди подхватила его, чувствуя, как его сердце колотится о её грудную клетку, словно пойманная птица. — Нужно бежать, сейчас! — она буквально потащила его за собой, ориентируясь в дыму только по памяти.Они вывалились из отсека в соседний технический туннель, задыхаясь и спотыкаясь. Позади послышался грохот — Анджело, кажется, опрокинул какой-то стеллаж в попытках найти их. Его бешеные крики удалялись, пока они петляли по лабиринту труб, пока ноги не привели их в маленькую, заброшенную кладовую в самом конце крыла.Мэнди захлопнула тяжёлую дверь и заперла её на засов. Внутри воцарилась звенящая, давящая тишина, нарушаемая только их хриплым дыханием. Она прислонилась спиной к двери, медленно сползая вниз. Честер сидел напротив, привалившись к стене. Его лицо было бледным, в пятнах сажи и крови, но глаза... глаза горели тем самым невыносимым светом, который всегда бесил и одновременно притягивал её.— Ты... ты пришла, — хрипло произнёс он, пытаясь улыбнуться. — Ради «жалкого шута» рискнула всем? — Заткнись, Честер, — выдохнула Мэнди, чувствуя, как её начинает бить крупная дрожь. — Просто заткнись. Ты чуть не погиб. Он бы... он бы убил тебя прямо у меня на глазах.Она посмотрела на свою руку. Кровь на ладони уже начала подсыхать, стягивая кожу. В этом холодном, пропахшем сыростью подвале до неё наконец дошло, насколько близко они были к финалу. К настоящему, беспощадному финалу, о котором говорил Анджело.Честер протянул руку и осторожно взял её ладонь в свою. Его пальцы были холодными, но прикосновение подействовало как разряд тока. — Мэнди, посмотри на меня, — тихо попросил он. Она подняла взгляд, и вся её напускная строгость, вся многолетняя броня рассыпалась в прах. В его глазах не было привычных шуток или издёвок. Там была только голая, пугающая искренность.— Я думал, это конец, — прошептал он, подаваясь ближе. — И единственное, о чем я жалел в ту секунду... это о том, что так и не сказал тебе.Мэнди не дала ему закончить. Она сама сократила расстояние, преодолевая последние дюймы между ними. Больше не было ни Анджело, ни ключей, ни опасности. Были только они двое в этой тесной каморке.Она обхватила его лицо ладонями, пачкая его кожу своей кровью, и впилась в его губы резким, почти отчаянным поцелуем. Это не было похоже на сказку. Поцелуй был горьким от дыма, солёным от слёз и металлическим на вкус, но в нём было столько жизни и накопленной годами страсти, что мир вокруг просто перестал существовать. Честер ответил мгновенно, притягивая её к себе за талию, словно боясь, что она сейчас исчезнет, окажется лишь галлюцинацией в его израненном сознании. В этот момент, среди ржавых труб и темноты, они оба знали: теперь пути назад нет.