***

      Наконец-то знойная жара сменилась вечерней прохладой. Тёмная синева в небе постепенно заглушила красно-розовые оттенки заката, что скрылись сею же минуту куда-то за горизонт. На всех улицах включили фонари. А неоновые вывески заблестели подобно северному сиянию.       Центральное лицо города наполнилось людским шумом. В то время как непримечательные переулки, напротив, более менее опустели. Летом, в самоё пекло, они спасают своей тенью от палящих лучей солнца всех не разделяющих любовь к сумасшедшему глобальному потеплению. Но вот с наступлением темноты здесь обитает только тишина и слабые отголоски где-то вдалеке живых душ. И в этой тишине, прислонившись спиной к стене стоял высокий мужчина, чьи длинные, чёрные волосы небрежно были собраны в хвост, а ниспадающая на лицо чёлка закрывала собой левый глаз. Его взгляд был погруженный куда-то в небытие. Кажется, он во что-то очень серьёзно погрузился. Если смотреть на него не отрывая глаз, можно было бы заметить, как иногда он хмурит брови.       Лицо его стало спокойным, безмятежным, когда к нему присоединился один знакомый ему человек.       - Опаздываешь, – шумно выдохнул брюнет.       - Дел было много, – ответил только что вновь прибывший.       - Можешь не оправдываться. Знаю я твои дела. Ну так о чём ты хотел со мной поговорить?       - Сугуру, скажи, у нас есть шанс начать всё сначала? – после небольшой паузы заговорил собеседник. Вопрос звучал не столько серьёзно, как больше обыденно, как будто так и должно быть. Всё в его репертуаре. Всё слишком просто. Не хватает только смешка и пару острых слов в придачу.       Сугуру молчал. Его взгляд медленно опустился за силуэтом напротив него. Сатору Годжо, когда то именуемым ему лучшим другом, присел на корточки, так же облокотившись к стене спиной и уставился в экран телефона. Можно было подумать, что ему просто до лампочки, что ответит он, – Сугуру, всё ещё лучший друг?       - «Ничем не изменился», – подумал он.       Всё те же белые, растрёпанные волосы. Всё те же чёрные круглые очки, скрывающие лазурно-голубые глаза. И улыбка на лице чуть ли не до ушей, которая иногда нет-нет, да раздражала. Только вот, энергия, исходившая от него была совершенно иной. Чуждой той, что он помнил. Будь у неё цвет, она была бы обязательно фиолетовой. По крайне мере таковой её сейчас видел Сугуру.       Он достал из кармана пачку сигарет, вынул одну и закурил. Нитка дыма после первой затяжки взвилась тонкой лентой к небу. Лёгкие наполнились горечью, что можно было ощущать её во рту. С ней же, Сугуру вспомнил былые времена, когда эта горечь была не только во рту, но и на душе. Ему казалось, что так сильно ещё никто не отправлял его душу, как тот, что сейчас рядом; спокойно себе сидит и продолжает листать ленту в социальных сетях, казалось бы беззаботно, словно это не он ушёл пять лет назад. Не он бросил его одного, в погоне за чем?       За силой?       Но Сугуру и так считал его сильным. Даже не просто сильным, а сильнейшим! Настолько, что с его техниками безграничности любому, даже самому опытному магу было сложно тягаться. Куда ещё было нужно расти больше, чем инверсия красного и синего?       Он был зол. Так зол, что едва ли мог простить. Но, даже за пеленой злости, он прекрасно понимал и осознавал, что завидовал ему и восхищался одновременно его силе, его недосягаемости. Завидовал Годжо, ведь тому всегда было проще чего-то добиться, если тот хотел, а это ещё больше накаляло между ними обстановку. Когда сам он, - Гето Сугуру, из кожи вон лез чтобы хоть как-то догнать его. Лишь позже, когда от Сатору простыл след, пришло осознание, что гоняться за Годжо это плохая идея, да и ему это вовсе стало не нужно. Ну и что, что он не станет сильнейшим наравне с ним? Какая в этом разница? Он не Сатору. Он Сугуру. А это уже совсем другая история.       Сколько дней он потратил на то, чтобы ответить на все вопросы мучившие его перед сном, во время тренировок, на миссиях. Сколько дней и не одного ответа, почему он ушёл? Почему он ушёл один?       Сейчас Сугуру мог спросить об этом сам, лично, ведь Годжо тут. Ближе чем на вытянутую руку. Но, Гето не станет спрашивать. Более того, а есть ли смысл сейчас выяснять это?       Может это он был неправ? И вместо того прочего между ними, нужно было отпустить его, понять, поддержать в этом пути к его успеху. Может Сатору действительно чего-то не хватало? Чего даже он, близкий человек, не мог ему дать.       Злость, обида, и эта горечь утопили его сердце в тот злосчастный день. Это ему мешало многое разглядеть. Его злило, и то что Сатору хотел быть сильнейшим в истории магом, и то, что лучший друг оставил его, словно он не достоин был стоять с ним наравне; не мог ему ничем помочь и теперь как ненужный артефакт просто остался позади, лежать и пылиться на полках их былой дружбы. Его одолевали чувства использованной вещи. А важность его присутствия была осквернена.       Смириться с этим было не легко. Казалось бы вообще невозможно. Но он смирился. И даже в какие-то моменты, ему самому было стыдно за свои негативные чувства. Сатору всегда был тот ещё горький фрукт, терпеть которого целое испытание силы воли. Но он тогда ничего не сказал, что могло бы разрушить между ними связь в корне. Ушёл лишь проронив, что так нужно ему и так будет лучше для них обоих.       Вот только из его уст звучало как ножом по коже, больно, и всё же ранило. Но. Может стоило поверить? Может не стоило сжигать мосты, а просто без огня, довериться?       Сугуру задумался. Он пытался вспомнить те дни, когда они были вместе, практически везде и во всём. И сколько бы не прошло дней, Сатору был с ним. Да, подкалывал и шутил он ужасно неприятно. Иногда даже Гето хотелось его ударить, не будь между ними той бесконечности. Но он был. Рядом. И тогда на первой их миссии, совсем лёгкой до смешного, и тогда на последней, сложной, где они оба не смогли спасти друг другу жизнь.       А потом его не стало.              Сугуру сделал пару затяжек прежде чем ответил:       - Я же тут, тебе чего ещё надо?       На лице Сатору просияла улыбка.       - «Бесит», – подумал он.       Сугуру отвёл взгляд куда-то вдаль. Недалеко от них, он увидел чёрно-белую кошку. Она ловко ступала мягкими подушечками лап по краю решетчатого деревянного ограждения и виляла хвостом в разные стороны, удерживая тем самым равновесие. Розовый ошейник говорил о её причастии к уютному, тёплому дому. Вдалеке был слышен гул множества смешанных голосов, а значит, где-то по близости есть прилавки, может с вкусной едой, а может всякими побрякушками. На растущих неподалёку деревьев распевали свою стрекочущую песню цикады. Гето настолько к ним привык, что едва ли замечал их на самом деле громкие вибрации звука. Похоже он сейчас ловил лишь оттенки их самых тихих нот, полностью растворяясь в окружении.       - ..... И я стану учителем. Завтра первый день в колледже. Буду обучать первокурсников. Говорят их всего трое. Как всегда не густо, да?       Сугуру не мог понять, когда он успел пропустить добрую часть болтовни блондина, выпадая из своей идиллии выдал лишь:       - Что?       - Что?       - Ты и магический колледж.. Разве не ты говорил, что ненавидишь их всех, всю верхушку магов и всю их систему? Разве ты не говорил, что хочешь их всех поубивать? - насколько Гето помнил, Сатору частенько упоминал о реформе учебного заведения так, будто жаждал перевернуть вверх дном мир магов, полностью уничтожив старые устои и принципы дряхлых стариков, восседающих на вершине пищевой магической цепи.       - А? А я что-то говорил? Я сказал, что сердце у меня доброе. А вот язык. За язык я ничего не обещал, – усмехнулся скривив лицо.       - Да ты ходячая язва в заднице!       - Да ладно тебе. Ты преувеличиваешь. На себя лучше посмотри! – смеётся Годжо.       - Нисколько., тц. – Сугуру закатил глаза.       Минута молчания и первый её нарушил Сатору:       - Когда я ушёл.. Что ты чувствовал тогда?       - Ты правда хочешь, чтобы я тебе душу тут излил? Ничего.       - А если честно?       - Ты выбрал этот путь сам. Я разве мог с этим что-то сделать?       - Нет. Не мог... Ты слабак!       - Точно язва.       - Сугуру...       - Мм?       - Спасибо.