Да начнётся представление!

Ещё будучи семилетним мальчиком, я посетил кукольный театр, где гигантские куклы показывали представление. Не помню уже, было-ли это шоу в память о войне людей против зверолюдов, в которой первые одержали победу, или просто очередное шоу с фейерверками под конец, меня это очень сильно впечатлило. В свои семь лет я прекрасно понимал, что куклы эти двигаются далеко не сами по себе, что их дёргают за еле заметные ниточки. Сразу же после шоу я решил зайти за кулисы дабы попроситься в ученики, но меня послали к чёрту, сказав, что конкуренты им не нужны. "Ну и пожалуйста!" - крикнул я и пошёл учиться этому мастерству самостоятельно. Разумеется, вязать я не умел, но вот моя бабушка делала это очень даже хорошо, а потому я стал учиться этому у неё. Мои первые куклы выглядели уродливо, отталкивающе, и даже пугающе, но я решил не переделывать их, а сразу прописать к ним трагичный сюжет, по которому они и выглядели именно так. Не помню уже, почему... То-ли в реку упали зачарованную, то-ли колдунья чары наложила, но одно я помню точно: они пытались пробиться в люди. Ха-ха, к сожалению, люди эти вечно за чем-то стояли. Кто-то за деревом, кто-то – за домом. Декорации у меня получались пускай и куцыми, но всё же лучше, чем люди. Скажу из-за кулис: никаких людей за декорациями не было, это всё лишь игра воображения. Я старался изо всех сил, и моим родителям представление понравилось. После этого я решил показать его своим друзьям, и им тоже понравилось. Останавливаться на достигнутом я не планировал. Спустя несколько месяцев практики вязания кукол людей, я наконец-таки научился это делать, и на свет вышло второе моё представление! Его я помню точно. Ох, как же оно всем понравилось… Кукольное представление о том, как одинокий Дэйчи пытался покорить сердце Мамико. Благодаря нему я в свои девять лет смог протиснуться в школу кукловодов, где меня на протяжении нескольких лет обучали всему самому сокровенному. В свои десять лет по своему труду в изучении я опережал абсолютное большинство учеников, за что мне даже дали грамоту. Я проучился там пять лет, выпустившись с отличием. Но пятнадцатилетнего меня никто не хотел брать на работу. Ещё бы! Законы в стране, где я жил были слишком снисходительными к детям и подросткам. Малейшая ранка стоит огромных штрафов любой компании. Но что ты думаешь? Я не растерялся, и начал проводить свои представления прямо на улице! К тому времени я уже мастерски владел нитью и иглой, но дерево и молоток до сих пор были не для меня. Мой отец к моему шестнадцатому дню рождения соорудил мне передвижной вертеп. Я был вне себя от счастья в тот день! Всю ту ночь я посвятил созданию сюжета и шитью кукол к нему. Родители мои были далеко не бедняками, а потому вертеп получился просто отличным! Когда всё было сделано, я ещё денёк с не выспавшейся рожей помогал маме с садом, а на следующий день, хорошо отоспавшись я отправился на самую оживлённую улицу дабы показать свой спектакль. За основу сюжета я взял второй свой спектакль, а вот персонажей я воссоздавал с нуля, но они были похожи на тогдашних. Зрители вновь были в восторге. Безвозмездных пожертвований мне хватало на покупку целого меча. Вечером, когда я возвращался домой с вертепом и мешком звенящих внутри, ко мне подошёл мужчина и предложил устроиться к нему на работу. Недолго думая, я согласился. И он, и я, разделяли мнение о том, что вряд ли я обо что-то поранюсь, обладая моими-то навыками. На следующий день мне дали сценарий и попросили сшить кукол. Но злодей мне уж очень не понравился. Используя магию, тот буквально порабощал людей, делая их своими марионетками, а после использовал их для убийства мирного населения. Я ненавидел его даже похуже главного героя. А потому в его брюхо я залил кетчупа, а в конце главный герой, вместо того, чтобы запечатать его, пронзил его мечом. После чего кетчуп полился из его брюха. «Прямо на глазах детей, что ли?» - спросил он. «Да! Все должны знать, что ТАКОЙ злодей должен умереть по достоинству!» - ответил ему я. «Это и объясняет, почему твоё первое выступление было провальным, Клейман.» - сказал мне он с презренным лицом и сквозь ночь отправился домой.