Статистическая погрешность

      Задание было обычным. Проклятие третьего класса в старом жилом комплексе. Ничего сложного. Акари шла в паре с молодым магом по имени Сакураи — тихим парнем, который всегда носил очки в тонкой оправе и редко улыбался. Его число было небольшим — 3 200, — но он компенсировал это аккуратностью.       Они работали вместе несколько раз. Сакураи всегда давал ей данные после заданий. Аккуратно, разборчивым почерком. «Фудзима-сан, вот отчёт. Если нужно больше цифр — скажите».       — Фудзима-сан, — сказал он, когда они вошли в подъезд, — вы уверены, что оно одно?       Акари посмотрела на здание.       — Одно. Третий этаж, вторая квартира. Энергия стабильна.       — Хорошо. Тогда я иду первым.       Он всегда шёл первым. Всегда брал на себя риск. Акари думала, что это от храбрости, но потом поняла: он просто не хотел, чтобы она пострадала.       — Сакураи-сан, вы слишком осторожны.       — Лучше перестраховаться, чем потом жалеть.       Они поднялись на третий этаж. Квартира была открыта — дверь сорвана с петель, внутри темно и холодно. Акари видела число: 5 800. Проклятие выросло с момента их прибытия.       — Оно усилилось, — сказала она. — Будьте осторожны.       Сакураи кивнул и вошёл внутрь.       Бой начался через три секунды.       Акари стояла в коридоре, наблюдая за числами. Сакураи — 3 200, проклятие — 5 800. Разрыв был большим, но Сакураи работал технично, экономно. Он наносил удары, отступал, снова наносил. Проклятие — тварь, похожая на сплетение проводов и человеческих рук — медленно, но верно теряло энергию. 5 500... 5 200... 4 800...       — Я справлюсь, — крикнул Сакураи изнутри. — Ещё минута.       Акари расслабилась. Всё шло по плану.       И в этот момент число проклятия скакнуло. 4 800... 6 000... 8 500... 12 000.       Оно росло на глазах. Не от страха, не от паники. Просто — скачок. Такой же, как в торговом центре, когда мелкие проклятия вдруг усилились. Но тогда они были связаны сетью. А здесь? Здесь не было сети. Только одно проклятие, которое вдруг стало сильнее.       — Сакураи-сан! — крикнула Акари. — Отступайте!       — Что?       — Оно растёт! Отступайте!       Она не знала, услышал ли он. Потому что в этот момент проклятие ударило. Энергетическая волна вынесла дверь, разбила стены, разметала мебель. Акари отбросило к лестнице, она ударилась спиной о перила и потеряла дыхание. Когда она подняла голову, числа уже не было. Ни проклятия. Ни Сакураи. Она не помнила, как вызвала подмогу. Не помнила, как приехали старшие маги. Не помнила, как Годжо оказался рядом.       Она помнила только цифры. 3 200. 5 800. Скачок до 12 000. Время реакции: 2,3 секунды.       Расстояние до Сакураи: 4 метра. Вероятность успеть перераспределить энергию: 34%. 34%.       — Акари.       Голос Годжо выдернул её из расчётов. Она сидела на корточках в коридоре, прижимая к груди блокнот. Вокруг суетились люди, кто-то говорил по рации, кто-то осматривал квартиру.       — Акари, смотри на меня.       Она подняла голову. Годжо стоял перед ней на коленях — впервые она видела его на одном уровне с собой. Повязка на месте, но она чувствовала его взгляд.       — Это не твоя вина, — сказал он.       — Я не успела.       — Никто не успел.       — 34%. Если бы я начала на две секунды раньше...       — Ты не могла знать, что оно скакнёт. Никто не мог.       — Я должна была. Я должна была предвидеть. После торгового центра я знала, что проклятия могут усиливаться без причины. Я должна была быть готова.       — Акари. — Он взял её за плечи. — Ты не бог. Ты человек. Люди ошибаются.       — Сакураи-сан не ошибался. Он делал всё правильно. А я не успела.       Годжо сжал её плечи сильнее.       — Послушай меня. То, что случилось — аномалия. Проклятие усилилось без видимых причин. Это не твой просчёт. Это сбой системы. Мы не знаем, почему это происходит. Никто не знает. Ты не могла этого предвидеть.       — Мне не легче.       — Знаю. — Он помолчал. — Мне тоже.       Она посмотрела в его лицо. Впервые ей показалось, что за повязкой — не пустота. Что там — боль.       — Что мне теперь делать? — спросила она.       — Жить. — Он отпустил её плечи. — Продолжать. Потому что если ты остановишься, он погиб зря. Ты нужна живым, Акари. Не мёртвым.       Он встал и протянул ей руку. Акари взяла её.       В тот вечер она не пошла в библиотеку. Сидела в своей комнате, смотрела в одну точку. В блокноте на первой странице были записи Сакураи. Его аккуратный почерк. Его цифры. Его отчёты.       Он был вежливым. Аккуратным. Живым. Теперь его число было нулём.       Она открыла чистую страницу и написала: «Сакураи-сан, вы говорили, что лучше перестраховаться, чем жалеть. Вы были правы. Я буду помнить. Я буду учиться. Я буду быстрее. Обещаю». Потом закрыла блокнот. В дверь постучали.       — Акари? — голос Итадори. — Можно войти?       — Да.       Он вошёл, увидел её на кровати, подошёл и сел рядом. Не спрашивая, не требуя объяснений. Просто сел.       — Я слышал, — сказал он тихо. — Про Сакураи-сана.       — Я не успела.       — Ты сделала всё, что могла.       — Не всё. Я могла начать раньше.       — Ты не знала, что он вырастет.       — После торгового центра я должна была знать. Должна была понять, что проклятия могут усиливаться.       — Акари. — Он взял её за руку. — Остановись. Пожалуйста. Перестань считать.       — Я не могу. Если я перестану считать, люди будут умирать.       — Люди всё равно умирают. Это не значит, что ты должна умереть вместе с ними.       Она посмотрела на него.       — Что мне делать?       — Плакать.       — Я не умею.       — Научись.       Он обнял её. Просто, тепло, без слов.       И Акари заплакала.       Впервые за много лет. Слёзы текли сами, без разрешения, без контроля. Она плакала о Сакураи, о тех, кого не спасла, о себе — той, которая верила, что формулы защитят от всего.       Итадори держал её и молчал.       Когда слёзы закончились, она почувствовала пустоту. Не ту, которую видела в Годжо — пугающую, бесконечную. Другую. Очищающую.       — Спасибо, — прошептала она.       — Всегда.       Он улыбнулся, вытер с её щеки последнюю слезу.       — Ты сильная, Акари. Ты справишься.       — Откуда ты знаешь?       — Потому что ты здесь. Ты плачешь. Ты чувствуешь. Это уже победа.       Годжо стоял за дверью.       Он пришёл через час после Итадори. Хотел проверить, как она. Услышал тихие голоса, потом — её плач. И не вошёл.       Потому что понял: сейчас ей нужен не сильнейший. Ей нужен тот, кто умеет просто быть рядом. Утешать. Обнимать. Он умел убивать проклятия, защищать мир, выигрывать любую битву. Но утешать — не умел.       Он прислонился спиной к стене и остался стоять в коридоре. Просто чтобы быть рядом. Хотя бы так.

***

      Утром Акари проснулась от того, что кто-то положил что-то на тумбочку. Она открыла глаза — никого. Только пакет с горячим чаем и маленькая коробка с пирожными.       Записка: «Завтрак — самая важная часть дня. Не пропускай. Г.С.»       Она взяла чай, отпила глоток. Зелёный, с жасмином. Она любила такой.       — Откуда ты знаешь, что я люблю? — прошептала она.       Ответа не было. Но она убрала записку в блокнот, рядом со словами, написанными для Сакураи.       Рядом с обещанием.