Глава 2. Речной воздух

      Разлепив глаза, Мотя первым делом поплёлся в туалет — пацаны уже проснулись голодные, как волки. Матвей пошёл на кухню жарить на всех яичницу. — Слышьте, пацаны, сгоняйте к Тимке, может, он дома остался, попросите яиц в долг. Тут прост на всех не хватит. Никита отозвался: — Да не, Моть, я домой пойду, там поем. Родичи на работе, мелкая в садике должна быть, отдохну хоть. — А то устал, бедный. — Улыбнулся Мотя. — Всё, покеда! Некит взял рюкзак и вышел. Матвей кинул ему вдогонку, смеясь: — Че даже на прощание в щёчку не поцелуешь? На кухню зашёл Вова. — Хош я поцелую? — От тебя перегаром несёт. — ответил Мотя. — Зови остальных хавать. С утра мне весь мозг вынесли, ранние пташки. — Не ной, вечером покатаемся, всё заебись будет. — А когда было по-другому? Вова качнул головой, мол, «справедливо».       Все позавтракали и разошлись по домам. Мотя пошёл прибираться в комнате, но на полпути решил, что лучше генералить хату после хорошего сна.       Проснулся Мотя под вечер. На улице ещё не стемнело, время до покатушек ещё было. Убираться совсем не хотелось. Мотя зашвырнул свитеры в шкаф, а те, что падали на пол, он запихивал силой, даже не складывая. Посуду пришлось мыть сразу, ведь занимать общую раковину было бы верхом наглости. Остальное в комнате выглядело вполне прилично. Мотя открыл шкаф, чтобы поискать там одежду на выход, свитеры вновь выпали, на этот раз он кинул их на диван. До маминого приезда, может, вспомнит их убрать. Мотя надел толстовку и старые джинсы с класса так девятого. Затем долго искал телефон, который он вчера почти не брал в руки. Вот и время подошло выходить.       Мотя направился в гараж Вована, дверь была открыта, слышались голоса, когда он вошёл, его уже встречал тёплый медовый свет от пыльной лампы на стене. — О-о-о, Мотя!       Все ринулись с ним руки жать. Следом шёл доклад: кто как до дома добрался, кому влетело, кто в школе был, че было.       Вова пока открыл ворота гаража, а пацаны рассаживались по местам. Мотя на переднем сиденье, Тимур и ещё пара пацанов на задних. Тут Никитос возмутился: — Двигайтесь! — Да куда? Ты видишь, что мы и так впритык! — А мне-то куда садиться? Тут Вова сел на водительское: — Вон, Моте на коленки. Все хихикнули, а Некит посчитал это хорошей идеей: — Я лучше к Тимурке, а то чет сильно борзый он. — Э-э, ну куда прешь свой пердак! Колени мне сломаешь. — Возмутился Тимур. — Ниче, потерпишь.       Машина выехала из гаража. Вовец вылез из салона, закрыл гараж и вернулся. — Че, куда едем? — Да хз, давай в центр. — отозвались с заднего сиденья.       И они помчали. Елочка с давно выветрившимся запахом болталась на зеркале заднего вида, там же висели декоративные четки и маленькая иконка. В машине заиграл Шуфутинский, ребята заулыбались. Для них это был не столько культурный код, сколько мем. — У тебя батя случаем не сидел? — Выдал Тимур, ехидно улыбаясь. — Сидел. Но я тогда мелкий был, почти не помню, что его дома не было. — отозвался Вова вполне серьёзно. — У меня тоже сидел. — продолжил Денис. Неприметный такой пацанчик. С Мотей они напрямую редко общались, это, скорее, был близкий друг Некита.       Дальше понеслось: кто, сколько и за что сидел — увлекательный обмен опытом между детьми уголовников. Тимуру это было не особо интересно слушать, он просто смотрел в окно. А Мотя затих. Он не особо парился насчёт бати, скорее наоборот, он был рад, что у него нет отца. Им и с матерью неплохо живётся, а был бы батя, у него б не было такой свободы. И иерархия в доме сместилась бы явно не в пользу Моти. — А давайте на речку? — предложил Матвей. — Да ну, щас вечером от воды холодно будет. — Отозвался Денис. — Ты когда последний раз свежим воздухом дышал? У тебя лёгкие кроме сиг и кирпичного завода ниче другого не вдыхали. Погнали. — Ответил ему Некит. С Денисом он общался плотнее, чем другие.       Вова спорить не стал. Ненадолго повисло молчание, которое перебил Никита: — Нас батя любил летом на природу вывозить с ночёвкой. Там ещё родственники приезжали, тёти, дяди, двоюродные братья, мы там тусили, шашлыки жарили, купаты, а летом ещё и купались. Щас бы тоже че-нить такое замутить. — Го, после экзаменов? Там, может, деньжат подкопим, пир закатим. — Сразу предложил Вован. — Я знаете че... Я ж давно арбуз не ел, надо будет тож взять.       Ни у кого особо не было идей на вечер. Без денег особо не поразвлекаешься. И вот они приехали на речку. Никита сразу пошёл к воде, Денис с ещё одним челом остались в машине. Тимур с Вовцом закурили. А Мотя так, постоял потрындел с пацанами, потом закашлялся от сигаретного дыма и пошёл к Некиту.       Оба просто молчали. От воды действительно было прохладно, но от этого дышать было легче. Тихий шум воды, ветерок в кронах деревьев, редкое стрекотание насекомых то здесь, то там... Некит прикрыл глаза. Кажется, только он здесь чувствует настоящее единение с природой. Мотя не совсем понимал такое, но ему просто нравился воздух рядом с рекой. Его мысли были слишком хаотичными, и поэтому они заглушали каналы восприятия. Умиротворяющие звуки природы лишь провоцировали в нём самокопание. Он думал о матери, о жизни получше, о проблемах, о поступлении. Он обычно отгонял такие тревожные мысли, они будто парализовали его, липкой жижей растекались в мозгу, а вытравить их было невыносимо сложно. — А куда вы с батей ездили? — Спросил Матвей, пытаясь начать лёгенький разговор. — Да примерно сюда же, только вон в ту сторону, дальше в лес. Туда обычно мало кто ездит, а там полянка классная.       Матвей глянул в ту сторону. Немного погодя он поднялся и пошёл туда, к самой полянке. Ему было интересно вообразить, что там было, как это выглядело бы, если б они с друзьями остановились там. Как купались бы, как жарили шашлыки, как Вован светился б от счастья, неся арбуз. Никто его не останавливал, а Мотя шёл всё дальше. Лес сгущался. Мотя совсем потерялся из виду друзей. Некит пошёл за ним: — Моть, там далеко до полянки, возвращайся, поехали!       Матвей в последний раз глянул на то место, где воображал себе поляну, и вернулся. Он подошёл к пацанам и слегка улыбаясь для вида сказал: — Нихрена не видно, темнеет. Реально, поехали обратно, может, посидим где-нибудь в ТЦ до закрытия, поглазеем. — Я нахрена тачку выпрашивал? Чтоб мы в ТЦ торчали? Поехали по городу, бля, там щас самое оно. — Возмутился Вова. Все расселись обратно по местам. — А всё Тимка, кто успел, того и тапки! — Смеясь заявил Некит, который воспользовался случаем сесть на его место. Тима ничуть не расстроился. — Ну, значит, моя очередь тебе колени отсиживать. — Ну ты нифига лось, ты сколько весишь? — Все уселись? — обернулся Вовка с водительского сиденья. — Значит, варежки закрыли и поехали. Хотите повозмущаться — высажу. Мотя заметил, что Вова стал каким-то нервным, но не найдя этому объяснений, просто забил.