Собственно лев и змея

Приближался первый за год матч по квиддичу - противостоять друг другу предстояло командам Слизерина и Гриффиндора. Из-за того, что Кубок Хогвартса по квиддичу не разыгрывался в прошлом году, этот школьный Чемпионат ждали с повышенным интересом и даже волнением. Намеченным на субботу 4 ноября матч Слизерин-Гриффиндор весьма интересовались и рэйвенкловцы с хаффлпаффцами, как и игроки их квиддичных команд. Деканы Слизерина и Гриффиндора - двух вечно соперничающих, а то и враждующих факультетов, пытаясь сохранить подобающие им сдержанность и беспристрастность, на самом деле вполне страстно желали победы своих. Возглавлявшая Гриффиндор профессор Макгонагалл за неделю до матча ничего не задала пятикурсникам, но она наверняка сделала это не из мягкости к учащимся данного курса, а в угоду Поттеру и Уизли - они ведь входили в гриффиндорскую команду. Профессор Снейп не менее горячо заботился о слизеринской команде, бронируя для неё тренировочное поле так часто, как только мог. Также он пропускал мимо ушей жалобы на то, что слизеринские игроки пытаются вывести гриффиндорских из строя в коридорах. Однажды в больничное крыло пришла третья охотница гриффиндорцев Кэти Белл с жалобой на постоянную заспанность вкупе с расхлябанностью, вследствие которых она не могла ни на чём сконцентрироваться и не имела толком возможности что-либо делать. И хотя 4 свидетеля заявляли, что её так заколдовал сзади один из слизеринских охотников по фамилии Вейзи, Снейп не пожелал их слушать и сказал, что Белл, наверно, хотела применить на себе заклинание более крепкого сна. Родольфус Лестрейндж-младший, требовавший от команды Слизерина тренироваться даже в максимально невыносимые дождь и ветер, был уверен в победе на матче 4 ноября в свете того, что, по собственному мнению, собрал хорошую, прежде всего выносливую и привыкшую к мерзкой осенней погоде команду. К тому же у слизеринского ловца Драко Малфоя теперь имелась метла лучшей модели - «Молния», как и у ненавистного ему ловца гриффиндорцев Гарри Поттера. Между тем Поттер считал, что у команды Гриффиндора имеются хорошие шансы на победу, ведь при нём гриффиндорцы ни разу ещё не проиграли слизеринцам. Конечно, его лучший друг Рон Уизли не дотягивал до уровня Оливера Вуда, но тренировался с огромным усердием. Самым большим его недостатком было то, что после ошибки он терял уверенность - пропустив гол, начинал суетиться и легче пропускал новые. С другой стороны, он брал поразительные мячи, когда был в ударе - как-то он, спрыгнув на тренировке с метлы, повис на одной руке и отбил квоффл ногой так сильно, что мяч пролетел всё поле и угодил в среднее кольцо на противоположной стороне. Вся команда сочла, что рядом с этим бледнеет даже недавний подвиг вратаря ирландской сборной Барри Райана, отразившего бросок Ладислава Замойского, лучшего польского охотника. Даже Фред сказал, что они с Джорджем, пожалуй, ещё будут гордиться Роном и подумают о том, чтобы признать своё с ним родство, от чего якобы отмежевались все эти 4 года. Одно беспокоило Гарри - не выведет ли Рона из себя предматчевая тактика слизеринцев. Сам он за 4 года притерпелся к их издевательствам, так что всякие токсичные их заявления не пугали его, а смешили. Рон же не привык к тому, чтобы его систематически изводили насмешками, оскорблениями, угрозами. Когда слизеринцы, порой семикурсники и значительно крупнее его, шептали ему в коридорах «Зарезервировал себе койку в больничном крыле?», Рон не смеялся, и лицо его принимало нежный салатный оттенок. Когда Малфой изображал, как Рон роняет квоффл (а делал он это при каждой встрече), уши у Рона загорались, а руки тряслись так, что действительно выронили бы любую вещь. Октябрь закончился в проливных дождях и вое ветра, и с железным холодом пришёл ноябрь, сопровождавшийся заморозками по утрам и ледяными бурями, обжигавшими лицо и руки. Небо на потолке Большого зала затянула жемчужно-серая мгла, горы вокруг Хогвартса надели снежные шапки, а в замке стало так холодно, что между занятиями учащиеся ходили по коридорам в толстых защитных перчатках из драконьей кожи. Первый снег выпал рано, уже 2 ноября, хотя в предыдущие годы он выпадал во второй половине месяца. К 4 ноября погода и холод были такие, словно на дворе было вовсе не начало ноября, а 20-е числа или даже конец. Однако 4 ноября было с утра ясно и даже солнечно. - «Вот так ирония…», - подумал на этот счёт Лестрейндж. - «С другой стороны, хоть на время матча не будет этой мерзкой серости на небе, порядком надоевших осадков…» Утром 4 ноября Гарри проснулся и увидел, что Рон сидит на кровати, обхватив колени и глядя в одну точку. - Не заболел? - спросил Гарри. Рон не ответил, только помотал головой. Гарри вспомнился тот день, когда Рон по случайности наколдовал себе слизняковую рвоту - он тогда был такой же бледный и потный, и так же боялся раскрыть рот. - Надо позавтракать, пошли, - бодро сказал Гарри. Большой зал быстро наполнялся народом, настроение было приподнятое, голоса звучали громче обычного. Когда они проходили мимо стола слизеринцев, там зашумели. Гарри обернулся и увидел, что, помимо зелёных с серебром шарфов и шляп, у каждого ещё серебряный значок, как будто бы в форме короны. Многие из них почему-то замахали Рону и оглушительно захохотали. Гарри попытался разглядеть по дороге, что написано на значках, но не успел - надо было поскорее увести Рона. Гриффиндорский стол встретил их горячими приветствиями, на всех было красное с золотом, но приветствия не только не ободрили Рона, а, наоборот, как будто лишили последних душевных сил - сел он с таким видом, словно это был последний завтрак в его жизни. - Я, наверно, спятил, когда напросился в команду, - хрипло прошептал Рон, - спятил… - Не дури, - одёрнул Рона Гарри, подвигая к нему хлопья, - ты хорошо сыграешь, а волнение это нормально. - Я пустое место, вратарь-дырка… Сыграть не смогу, хоть убей. Чем я думал? Гарри посуровел. - Возьми себя в руки. Вспомни, какой ты отбил на днях, Фред с Джорджем и те в восторге были. Рон повернул к Гарри несчастное лицо и жалко пробормотал: - Это вышло нечаянно, я не собирался… Соскользнул с метлы, вы просто не видели… А когда пытался влезть обратно, случайно пнул мяч. - Ничего, - сказал Гарри, быстро поборов неприятное чувство, вызванное неожиданной новостью, - ещё парочка таких случайностей, и игра у нас в кармане. Напротив сели гриффиндорки Гермиона Грейнджер и Джинни Уизли в красно-золотых шарфах и перчатках и с красно-золотыми розетками. - Как самочувствие? - спросила Джинни. Рон смотрел на остатки молока в своей тарелке с таким выражением, как будто не прочь был в них утопиться. - Он волнуется, - сообщил Гарри. - Это хороший знак, - заявила Гермиона, - я заметила, что лучше всего сдаёшь экзамены, когда немного волнуешься. - Привет, - протянул у них за спиной сонный какой-то голос. Гарри поднял голову. Это пришла к ним от стола рэйвенкловцев Луна Лавгуд. Множество лиц смотрело в их сторону, кое-кто смеялся и показывал пальцами. Луна соорудила шляпу в виде львиной головы в натуральную величину и только каким-то чудом ухитрялась удерживать её на своей. - Я болею за гриффиндорцев, - сообщила рэйвенкловка, показав на шляпу, что было уже излишне. - Смотрите-ка, что покажу… Она постучала по шляпе волшебной палочкой, после чего шляпа разинула пасть и издала весьма правдоподобный рёв, заставивший всех поблизости вздрогнуть. - Неплохо, а? - сказала явно довольная Луна. - Я хотела, чтобы она ещё жевала змею, представляющую Слизерин, но времени не хватило. В общем, желаю удачи, Рон. После этого Луна ушла. Не успели гриффиндорцы оправиться от удивления, вызванного её шляпой, как подбежала капитан гриффиндорцев Анджелина Джонсон в сопровождении Алисии Спиннет и Кэти, оправившейся от невыносимой заспанности не без помощи мадам Помфри - доброй заведующей школьным больничным крылом. - Когда закончите, идём прямо на поле, выясняем погодные условия, и в раздевалку, - сказала Анджелина. - Скоро будем, - ответил Гарри, - Рону надо позавтракать. Однако через 10 минут стало ясно, что Рон больше ничего съесть не сможет, и Гарри счёл за лучшее сразу вести его в раздевалку. Когда они встали из-за стола, Гермиона тоже поднялась и за руку отвела Гарри в сторону. - Постарайся, чтобы Рон не увидел слизеринских значков, - шепнула она. Гарри вопросительно посмотрел на Гермиону, а она предостерегающе покачала головой - Рон уже шёл к ним, потерянный и безутешный. - Удачи, Рон, - сказала Гермиона и, встав на цыпочки, поцеловала его в щёку, - и тебе, Гарри. Рон немного приободрился, пока они шли по Большому залу. Озадаченно, словно не понимая, что произошло, он дотронулся до того места, куда его поцеловала Гермиона. Вид у него был отсутствующий, он почти ничего не замечал. Гарри, проходя мимо стола слизеринцев, с любопытством глянул на их значки и на этот раз сумел прочесть имевшиеся на них слова - «УИЗЛИ - НАШ КОРОЛЬ». Чувствуя, что ничего хорошего это не сулит, Гарри поспешил вывести Рона в вестибюль, а оттуда по каменным ступеням на морозный луг. Замёрзшая трава похрустывала под ногами, пока они спускались к стадиону. Безветрие, небо затянуто жемчужно-серой мутью, видимость хорошая, и солнце не будет слепить глаза. Гарри объяснял это Рону по дороге, но тот вряд ли его слышал. Анджелина уже переоделась и, когда они вошли, давала последние указания команде. Гарри и Рон сменили форму (Рон несколько минут пытался надеть свою задом наперёд, пока над ним не сжалилась Алисия и не помогла) и сели, чтобы выслушать установку на игру. Гомон снаружи тем временем усиливался - зрители валили из замка Хогвартса к стадиону. - Только что выяснила окончательный состав слизеринцев, - сообщила Анджелина, заглядывая в пергамент, - прежние загонщики Деррик и Боул выбыли, а Лестрейндж взял на их место не способных игроков, а каких-то верзил, Крэбба и Гойла, я их не знаю. - А мы знаем, - сказали хором Гарри и Рон. - Вид у них такой, что вряд ли отличат один конец метлы от другого, - сказала Анджелина, убирая пергамент в карман. - Впрочем, всегда удивлялась, как это Деррик с Боулом не заблуждались посреди поля без дорожных указателей. - Крэбб и Гойл такие же, - заявил Гарри. Слышно было шарканье сотен ног, поднимавшихся по лестницам трибун. Доносилось пение, но Гарри не мог разобрать слова. Он тоже волновался, но знал, что его волнение - пустяк по сравнению со страхом Рона, который держался за живот, с серым лицом и сжатыми губами, смотря в пустоту. - Пора, - вполголоса сказала Анджелина, взглянув на часы. - Идёмте… Ни пуха, ни пера. Команда встала, мётлы на плечо, и цепочкой вышла на стадион под рёв зрителей и пение, заглушаемое приветственными или же недовольными выкриками. Команда Слизерина уже построилась и ждала соперников с серебряными значками в виде короны. Впереди всех был Лестрейндж, новый капитан слизеринцев, достаточно высокий, но стройный, даже худой, бледноватый пятикурсник с чёрной не то каре, не то кудрями, заметными тёмными бровями и глазами под стать им, орлиным носом, хитроватой улыбкой и стройными чертами лица. Сзади были Вейзи, мускулистый, с подленькой улыбкой брюнет с шестого курса, Пьюси, брутального вида стройный шатен с седьмого курса, Крэбб и Гойл, пятикурсники с тупым видом и битами, которыми они помахивали, щурясь на небо. Был ещё даже более здоровенный, чем Вейзи, Уоррингтон, который раньше был охотником в команде слизеринцев, а теперь стал вратарём. Наконец, сбоку, правее всех стоял Малфой, бледное солнце освещало его белёсые волосы. Он поймал взгляд Гарри и, осклабясь, постучал по значку у себя в районе груди. На этот раз Малфой был не при Нимбусе-2001, а при «Молнии», и Гарри был этим неприятно впечатлён. - Капитаны, пожмите руки, - скомандовала всё та же судья школьных матчей мадам Хуч, когда Анджелина приблизилась к строю слизеринцев. Лестрейндж пожал Анджелине руку, но как-то некрепко, словно нехотя. Далее последовали команда оседлать мётлы, свисток, выпуск мячей, 14 игроков взлетели… Краем правого глаза Гарри увидел, как Рон устремился к гриффиндорским кольцам. Сам он поднялся выше, увильнул от бладжера и полетел вдоль боковой линии поля, высматривая, не блеснёт ли где золотом снитч. В точности то же проделывал Малфой на другой стороне поля. В свете наличия «Молнии» Малфой летал быстрее, чем раньше, и Гарри то и дело настороженно смотрел в его сторону - при необходимости нагонять надо будет очень быстро. Школьный комментатор матчей Ли Джордан с седьмого курса Гриффиндора тем временем объявил в усиленный магией микрофон: - С квоффлом Джонсон, она овладела квоффлом… Какой игрок эта девушка! Годами это говорю, а она не хочет со мной встречаться… - Джордан! - крикнула профессор Макгонагалл, как обычно, севшая рядом с Джорданом, чтобы сделать его эмоциональные порывы и нередко предвзятое комментирование. - Биографический факт, профессор, для оживления репортажа… Она уходит от Пьюси, обводит Вейзи, она… Ох, её настигает бладжер Крэбба! Вейзи перехватывает квоффл, летит к гриффиндорским кольцам… Отличный бладжер Джорджа Уизли, точно в голову Вейзи! Вейзи роняет квоффл, мяч у Кэти Белл, Белл продвигается, пасует назад Алисии Спиннет… Слова Джордана разносились над стадионом, и Гарри напряжённо прислушивался к нему, насколько позволял свист ветра в ушах, общий гам, улюлюканье, крики и пение. - Спиннет минует Вейзи, - сообщил в один момент Джордан, - уклоняется от бладжера, ещё бы чуть-чуть, Спиннет… Зрители в восторге. И что это они поют? Джордан прервался, чтобы послушать, тогда как слизеринские болельщики нарочито громко и противно запели: Голы Уизли пропускает, И кольцо не защищает, Поэтому весь Слизерин и напевает: Уизли - наш король! На помойке он живёт, Квоффл он не отобьёт, Нам победу принесёт, Уизли - наш король! Уизли - наш король! Уизли - наш король! Всегда он квоффлы пропускает, Уизли - наш король! Я ярости от услышанного Гарри круто повернул, Джордан тем временем буквально кричал в микрофон, пытаясь заглушить пение: - Алисия возвращает квоффл Анджелине! Анджелина, перед ней только вратарь, бросок… Ааааааа! Уоррингтон взял мяч, пасовал его Лестрейнджу, и тот помчался зигзагом между Алисией и Кэти. Пение становилось всё громче по мере того, как Лестрейндж приближался к Рону. Голы Уизли пропускает, И кольцо не защищает, Поэтому весь Слизерин и напевает: Уизли - наш король! Гарри не удержался и, перестав высматривать снитч, развернул «Молнию», чтобы посмотреть на Рона. Одинокая фигура Рона парила перед тремя кольцами, а Лестрейндж мчался к ним пушечным снарядом. - С квоффлом Лестрейндж, капитан слизеринцев, - всё кричал Джордан, - Лестрейндж приближается к кольцам, перед ним только вратарь… Слизеринские болельщики загрохотали: Голы Уизли пропускает, И кольцо не защищает! Джордан тщетно пытался перекричать их: - Это первое испытание для нового вратаря гриффиндорцев, брата загонщиков Фреда и Джорджа Уизли, талантливого новичка команды… Держись, Рон! На слизеринских трибунах восторженно взревели - Рон спикировал, растопырив руки, и брошенный Лестрейнджем квоффл пролетел между ними прямо в центральное кольцо. - Слизеринцы вырываются вперёд! - раздался голос Джордана среди бесчисленных воплей и свиста болельщиков. - 10:0, ведут слизеринцы… Не унывай, Уизли! А болельщики со Слизерина запели: На помойке он живёт, Квоффл он не отобьёт, Нам победу принесёт! Тут произошло то, на что Гарри рассчитывал менее всего на свете - бладжер резко угодил ему прямо в левое ухо. Гарри едва не свалился с метлы, боль же долгое время была такая, словно в левое ухо ему влили что-то очень горячее. Вдобавок ухо буквально за минуту-другую как будто раздулось, увеличилось как минимум вдвое, боль же утихла отнюдь не сразу. - Нарушение, намеренное нарушение! - заорал Джордан. Это было дело рук Гойла, воспользовавшегося тем, что Гарри смотрел совсем не в его сторону. - Сборная Гриффиндора получает право пенальти за намеренное нападение на своего ловца! - объявила мадам Хуч, свистком приостановив матч, подлетев к Гойлу и некоторое время поорав на него. - Вот ублюдок! - воскликнул тем временем Джордан. - Джордан! - снова повысила голос профессор Макгонагалл. - Я говорю, как есть, профессор, вы же сами понимаете, что Гойл жульничал! Как бы то ни было, команда Слизерина была оштрафована, тогда как пенальти вызвалась пробить Алисия. Пробить пенальти не удалось, ведь Алисию явно вывели из себя особенно оглушительным пением. - Чёрт! - воскликнул Джордан. - Уоррингтон берёт мяч, пасует Пьюси, Пьюси - Вейзи, слизеринцы атакуют… Гарри тем временем кое-как оправился после бладжера Гойла и возобновил поиски снитча. Малфой тоже кружил над полем. В один момент они пролетели навстречу друг другу над серединой поля, и Гарри услышал, что Малфой громко поёт: На помойке он живёт, Квоффл он не отобьёт, Нам победу принесёт! - И снова Вейзи пасует Пьюси, - кричал Джордан, - Пьюси обходит Спиннет… Давай, Анджелина, ты можешь его перехватить! Не удалось, пас Вейзи, квоффл у Вейзи… О, отличный бладжер, Фреда или Джорджа, не знаю, кого именно, но Вейзи точно роняет квоффл, квоффл подхватывает Кэти… Чёрт, тоже роняет! Квоффл у Лестрейнджа, Лестрейндж летит к кольцам гриффиндорцев, маневрирует вправо, уже влево… Блокируйте его, гриффиндорцы, ну же! Но Лестрейндж смог забить второй гол, что возбудило слизеринских болельщиков, они загрохотали: Голы Уизли пропускает, И кольцо не защищает, Поэтому весь Слизерин и напевает: Уизли - наш король! - Ещё один гол Лестрейнджа, - объявил, надрываясь, Джордан, - и слизеринцы ведут со счётом 20:0! В ответ со стороны слизеринских трибун последовало: На помойке он живёт, Квоффл он не отобьёт, Нам победу принесёт! Вскоре попытка контратаки со стороны гриффиндорских охотниц была сорвана усилиями Крэбба и Пьюси, который завладел квоффлом и успешно уклонялся от преследования. - И Пьюси снова уходит от Анджелины и устремляется к гриффиндорским кольцам! - объявил в один момент Джордан. - Внимание, Рон! Гарри не пришлось оглядываться, и так всё ясно - тяжкие стоны гриффиндорцев, радостные аплодисменты, выкрики и пение слизеринцев. Он посмотрел вниз и увидел, как Пэнси Паркинсон стояла впереди других слизеринцев и дирижировала хором болельщиков, которые голосили: Квоффл он не отобьёт, Нам победу принесёт! 30:0. Нестрашно, наверно, можно отыграть или же поймать снитч. Несколько голов, и гриффиндорцы будут впереди, как обычно, мысленно уверял себя Гарри, ныряя и маневрируя между игроками в погоне за блеснувшим предметом, который оказался браслетом от часов на руке Пьюси. Но Рон пропустил ещё 2 броска, один от Вейзи, другой от Пьюси. Гарри вследствие этого захотел поймать снитч при первой же возможности и завершить поскорее матч. - Белл финтом оставляет позади Вейзи, уходит под Лестрейнджа, отличный вираж, Кэти! - проговорил в один момент Джордан. - Обводит Пьюси, мчится к кольцам, пасует Анджелине, вперёд, Анджелина! Чёрт, Уоррингтон опять берёт мяч, пасует Вейзи, квоффл у Вейзи… Вскоре Гарри увильнул от бладжера, пущенного Крэббом, и возобновил охоту за снитчем, поглядывая на Малфоя - вдруг тот заметит снитч первым. Но Малфой, как и Гарри, всё летал вокруг поля, тщетно высматривая золотой мячик. Джордан тем временем сообщал: - Вейзи пасует Пьюси, Пьюси - Лестрейнджу, Лестрейндж - Вейзи, Джонсон перехватывает квоффл, пас Белл, прекрасно… Проклятье, её настигает бладжер Гойла! Мяч снова у Вейзи, уже у Лестрейнджа… Слизеринские болельщики всё пели: На помойке он живёт, Квоффл он не отобьёт, Нам победу принесёт! Наконец Гарри увидел снитч - крохотный крылатый золотой мячик парил в футе над землёй, поблизости от слизеринских шестов. Гарри спикировал, а слева, прильнув к метловищу, серебристо-зелёным пятном нёсся к земле Малфой. Снитч обогнул подножие одного шеста и полетел к противоположным трибунам, эта перемена курса была на руку Малфою - теперь он находился ближе. Гарри развернул свою «Молнию», но тут на него резко налетел справа своей тушей Гойл. Не упал Гарри только потому что схватился за метлу правой рукой. - Нарушение! - вскричал Джордан. - Намеренное нападение на гриффиндорского ловца! Но Гойлу этого показалось мало - он стал резко бить по метле Гарри левой ногой, чтобы сшибить Гарри. Возможно, Гарри удержался бы, но к нему подлетел слева Крэбб и буквально ударил локтем правой руки в левую щёку, да так, что у Гарри выпал 1 зуб, тогда как сам Гарри потерял сознание. Тут уж Гарри не выдержал, резко рухнул на землю и был тем самым выведен из игры. Все, кто болели за команду гриффиндорцев, яростно завопили, заглушив и мерзкое пение слизеринцев, и Джордана. Малфой не смог поймать снитч, так как отвлёкся на бладжер Джорджа Уизли, а после этого снитч исчез. Вейзи, воспользовавшись тем, что о нём и квоффле временно позабыли, забил ещё 1 гол. Слизеринская сборная вела со счётом уже 60:0. Ярости мадам Хуч не было предела - когда она орала на Крэбба и Гойла, то глаза её до жути расширились, а сама она чуть ли не брызгала слюной. Команду слизеринцев дважды оштрафовали, но Алисия ни разу не смогла пробить пенальти - гриффиндорские игроки были выведены из себя тем, что устроили Крэбб и Гойл, тогда как слизеринские после второго пенальти и паса Уоррингтона Пьюси контратаковали. - Квоффл у Пьюси, - комментировал происходящее Джордан, - уже у Лестрейнджа, у Вейзи, уклонение от бладжера Фреда Уизли, пас Лестрейнджу, квоффл у Лестрейнджа, Лестрейндж снижается, маневрирует влево, минует слизеринскую половину поля, уже на гриффиндорской, маневрирует вправо, пасует Пьюси, Пьюси маневрирует влево, пасует Вейзи, Вейзи пасует Лестрейнджу, Лестрейндж прорывается к гриффиндорским кольцам… Давай, Рон, соберись! Но Рон не собрался, а Лестрейндж смог забить гол, и счёт стал 70:0 в пользу команды слизеринцев. - Да что же это?! - негодующе воскликнул Джордан. - Возьми себя в руки, ты вратарь! В ответ слизеринские болельщики запели: Голы Уизли пропускает, И кольцо не защищает, Поэтому весь Слизерин и напевает: Уизли - наш король! На помойке он живёт, Квоффл он не отобьёт, Нам победу принесёт, Уизли - наш король! Уизли - наш король! Уизли - наш король! Всегда он квоффлы пропускает, Уизли - наш король! В один момент Вейзи резко толкнул Алисию слева, тогда как справа Крэбб так метнул ей бладжер в правую руку, что рука была сломана. - Они намеренно калечат моих игроков! - заорала вскоре Анджелина. - Пенальти! Фред Уизли тем временем подлетел к Вейзи и обрушил свою биту на затылок слизеринского охотника. В результате Вейзи ткнулся носом в рукоятку собственной метлы, и на поле закапала кровь. - Прекратить немедленно! - пронзительно завопила мадам Хуч, зависая в воздухе между ними. - Сборная Слизерина получает право пенальти за намеренное нападение на своего охотника! Пенальти за гриффиндорцев попыталась пробить Анджелина, но безуспешно - Уоррингтон отразил и этот бросок. Пенальти за слизеринцев Лестрейндж доверил Пьюси как более опытному, чем он, охотнику и бомбардиру. Пьюси это пенальти пробил. - Нет, нет, чтоб его! - вскрикнул в один момент Джордан. - Пьюси переигрывает Уизли, и слизеринцы обыгрывают гриффиндорцев со счётом уже 80:0! Болельщики со Слизерина загрохотали: Голы Уизли пропускает, И кольцо не защищает, Поэтому весь Слизерин и напевает: Уизли - наш король! А тут ещё и Малфою повезло, просто неслыханно - снитч появился прямо у него перед глазами, и так близко, что возьми, и все дела. И Малфой, собственно, взял, успешно поймав таким образом снитч. Так-то он был не самый успешный ловец, но на этот раз ему повезло. - Малфой ловит снитч, и слизеринцы побеждают со счётом 230:0! - еле проговорил Джордан на фоне начавшегося возбуждённого, наверно, во всю силу лёгких пения слизеринцев: Голы Уизли пропускает, И кольцо не защищает, Поэтому весь Слизерин и напевает: Уизли - наш король! На помойке он живёт, Квоффл он не отобьёт, Нам победу принесёт, Уизли - наш король! Уизли - наш король! Уизли - наш король! Всегда он квоффлы пропускает, Уизли - наш король! А как возбуждённо слизеринские болельщики размахивали своими флагами и знамёнами! А уж какие у них были мерзко-победные лица! Гриффиндорские игроки тем временем стали снижаться на землю. Из них можно было бы буквально выжимать пот, тогда как сами они были с жутко-красными, перекошенными и искажёнными от злости лицами…