Stop.

Она чувствует влажные прикосновения к коже шеи, у ушей, чуть ли не на губах... Ощущает чужие прикосновения, сжимает руки в кулаки и сильнее вжимается в диван, поворачивая голову в сторону и не давая себя поцеловать. Чужие руки крепко сжимают её запястья, а на губах играет ухмылка. Надменная, жуткая, неприятная ухмылка, вызывающая только отвращение и страх. Дневной свет из-за окон совсем не отличается от беспрерывно горящих в студии ламп. Очевидно, даже вид из окна - всего лишь картонные изображения, искусно имитирующие действительные и настоящие виды, не иначе. Разговоры с кем то утомляют, а пересечения взглядов, молчаливо проходящих мимо давятся тяжёлой ношей на грудь – она совсем не осознает, что это чувство вины. Уже много раз она останавливалась, оборачивалась, разглядывала силуэт бывшей обожательницы, безмолвно уходящий вглубь студии. Цеплялась взглядом за торчащие острые еле заметные концы разломанных рожек, которые раньше так сильно выделяли ее из всех созданных. И любой ее взгляд, каждый вздох и любой раз, как мелькала она перед глазами, горело где то в глубине души ужасное, болезненное чувство, которое она никак не могла подавить или хотя бы понять. Это словно была ее ноша, утягивающая ее на дно, в омут мрачных серых дней, без возможности вновь увидеть в них свет. Это - наказание для Жеки, это - моральная травма и это настоящее, чистое и безмятежное чувство вины перед Ли Лин. Девушка скрывается из виду, закрывая за собой одну из дверей, а Су Лин же тихо вздыхает, ловя на себе взгляд Хейсо, который явно подметил это напряжение между девушками. Кто знает? Может этот его супруг настолько одурманил его, что он и не заметил то, что успела пережить Лин, а может и заметил, да его это не волновало? Одно она знала точно - этот парень, одна мысль о нем вызывала столько неприятностей, а в последнее время и чувства к нему словно яд, горькие и отвратительные. Как мелькает в голове его образ, так всплывает и отвращение к самой себе, раздражение и гнев за то, как глупо потеряла голову от чужого мужчины. – Чего? - бросает она, отворачиваясь. – Вы поругались? - получает в ответ она неуверенный вопрос, пускай будь он более "стабилен", то и сам бы знал его. – Не твое дело. За окном падает за горизонт солнце. Интересно, насколько же оно может быть далёким? И каков же настоящий солнечный свет? Совсем не тот, что горит яркой лампой и за стеклом, и над головами с потолков. Быстрым шагом она удаляется из комнаты, чуть ли не на ощупь ловит каждый поворот. Наворачиваются на глазах слеза, то ли от обиды, внезапно вскружившей голову, то ли от угрызений совести, которые она так отчаянно отталкивает от себя. Прикусывает губу, стараясь не расплакаться на месте, добирается до комнаты, влетает в нее и сходу запирает дверь на замок, а во вздохе слышится дрожь. Как же давно ей не приходилось запираться в комнате чтобы просто так, без задней мысли, пустить слезу, выкинуть всё из головы и вернуться в свет обратно живой и холодной, какой и была ранее. – Ну и ну, плакаться из-за неё то? - звучит до боли запомнившийся голос со спины, от чего Су Лин вздрагивает, моментально поворачиваясь на него и прижимаясь спиной к двери. – Какого черта?! Убирайся отсюда! – Не горячись, госпожа! - выпаливает Се Лун, поднимая руки вверх в знак того, что он чист и сдается. - я лишь хотел составить компанию. – Ублюдок, ты ворвался в мою комнату без разрешения. И кивок. Когда девушка наконец то чуть отходит от двери, Се Лун также отталкивается от противоположнолежащей стены, проходя вглубь и улыбаясь хозяйке этой самой комнаты. – Мне не нужна твоя компания. - уже более тихо говорит она, следуя его примеру и направившись к дивану, намереваясь разлечься на нем и велеть ему проваливать. – Она...гораздо хуже играет роль слуги, нежели я. Я думаю, что мне бы не составило труда заменить ее. - начинает Се, проводя пальцами по поверхности стола, когда Жека останавливается, не дойдя до дивана. Цепляет и берет в руки чужую кружку, стоящую с уже остывшим напитком внутри. - Хм... Ухмыляется, подводя ее к губам, однако чувствует чужое прикосновение к кисти руки – Су Лин недовольно смотрит ему прямо в глаза, забрав свой стакан из чужих рук. – Ты уже достаточно наговорил в прошлый раз. Убирайся. - проговаривает Жека, ставя кружку на место. Она чувствует, как подрагивают руки лишь от того, что он рядом. Однако не подаёт виду, холодно заглядывая ему прямо в глаза. – Нет, правда. Она даже такую мелкую гадость провернуть- – Замолкни! - не даёт она договорить, сжимает руки в кулаки, подавляя страх перед ним. - Сейчас же, ты открываешь эту чёртову дверь, выходишь из комнаты и больше никогда здесь не появляешься. И в ответ молчание. Мучительно долгое, растянутое. И мелькает в этом молчании с смута тревоги - ей неизвестно, что на уме у Се. Лёгкий ветерок, как ей кажется, витает по комнате. Пускай и окна вовсе не открываются, а единственная дверь заперта изнутри, нотка прохлады довольно долго не покидала ее. Ровно до того момента, как она ощутила чужое опаляющее дыхание прямо над собой, машинально вжалась в стол и отпрянула назад, а затем подняла взгляд на Се Луна, прижимающего ее ко столу и словно в дрёме заглядывающего ей в душу сквозь пересечение взглядов. Напряглась, до ужаса испугалась - прошлый его визит откликнулся в памяти в ту самую секунду и она уж было подумала, что он вновь ее скрутит, пользуясь бессилием из-за канги. – Т-ты... - успевает она произнести перед тем, как чувствует поцелуй на губах и моментально что есть сил отталкивает его в сторону. И вот опять. Снова он ведёт себя до ужаса непривычно, словно его кто то подменил. Снова в моменте мелькает образ Создателя, из-за которого и началось всё это, снова она в панике чуть ли не впадает в ступор, снова... Опомнившись быстро, она украдкой пересекается взглядом с Се Луном, в ту же секунду осознавая - если бежать, то сейчас. Срывается с места, желая обойти стол и выбежать из комнаты, но как только отворачивается от слуги, он одним ловким движением хватает ее за руку и тянет на себя. Не без чужих усилий срывается назад, падая на диван, что в то мгновение ей показался непривычно твердым. И Се же безмолвно надвисает сверху, одним лёгким движением хватая чужие запястья и заводя их вверх. – Сволочь, пусти! - Жека брыкается, пытаясь высвободить руки из чужого хвата. Но все тщетно. - Тварь... И он молчит. Молчит, наблюдая за тем, как вникуда она вливает свои силы. Выкрикивает оскорбления, дёргается, пытается каким то чудом вырваться. Но он лишь заводит тонкие запястья, скрытые бинтами и митинками, вместе, освобождая одну из рук – этим ещё и давая понять, что все ее потуги тчетны, его даже не напрягает это. Удивляет его то, насколько важную роль в ее жизни, как оказалось, могли играть ее способности. В каждом ее действии с их потери чувствовалась неуверенность, осторожность, неопытность. Это ли не самовнушение своих сил? Он вовсе и не думал, что ему выдастся возможность без вмешательства дурочки Лин провести время, поговорить с госпожой на чистоту. – Только погляди на неё.. Так цеплялась за тебя, а когда наконец то увидела хоть что то настоящее, тут же сбежала. - наконец-то начинает он диалог через несколько минут упорных сопротивлений Жеки. Когда она наконец замолкает, осознав, что и ее попытки скинуть его с себя, и ее оскорбительные фразочки ничуть не помогли. – Я не хочу даже слышать тебя... - полушепотом, уже не так яро и самоуверенно, она отводит взгляд и поджимает губы. – Придется. - Жека нисколько слышит его слова, сколько чувствует, как опаляет дыхание ее кожу. И даже где то совсем глубоко в душе ее это смущает. - А я...я полюбил тебя такой, какая ты есть. Я единственный, кто способен подарить тебе ту любовь, ради которой не придется прятать все свои грязные желания и поступки. Я...гораздо лучше, чем кто либо из них. И вот, она чувствует, как проходит чужая холодная рука по шее, оттягивает слегка ворот водолазки и по телу пробегают мурашки, когда ложатся чужие губы на кожу. Напрягается, жмурится, рвано глотает воздух и поворачивает голову в сторону, тем самым пытаясь избежать этих прикосновений. Ощущает обжигающее дыхание, слышит его сердцебиение, сжимает руки в кулаки так, что на ладонях явно останутся следы от ногтей. Он молчит. Не произносит ни слова, продолжая выцеловывать тонкую кожу легко, нежно. Тошнотворно заботливо и бережно. Поднимается выше вдоль шеи, осторожно прикусывает мочку уха и шепчет: – Даже сейчас... изящна как и всегда. Голову дурманит страх, теперь уже полностью забивающих сердце. В горле стоит ком, но она не в силах его проглотить, а в мыслях мольба. Запястья отдаются болью, которую она вовсе и не замечает уже, от каждого сказанного им слова, лёгкого прикосновения, взгляда бросает в дрожь, которую она так отчаянно подавляет. Именно в эту самую секунду его рука с болезненной нежностью проходит по щеке, заставляя повернуть голову обратно, в желании заглянуть в чужие глаза. – Прошу... - уже не в силах брыкаться, понимая, что оказалась в безвыходной ситуации, она шепчет. Шепчет, молит его остановиться, прекратить, пустить её. Пускай и знает, как жалко это выглядит, пускай и видит, что слова ее ничего не стоят. - П-прошу тебя...остановись. На глаза наворачиваются слезы, а на губы вновь ложится поцелуй. – Как жалко. - он проговаривает это с толикой жалости, облизывая губы и отстраняясь, что лишь на мгновение кажется похожим на повиновение ее мольбе. Однако проводит пальцем по щеке, стряхивая скатившуюся по лицу слезу и совсем не планирует отпускать ее. – Прекрати.. Стук. Громкий, повторный. По двери несколько раз постукивают, совсем внезапно и без предупреждение. Дёргают ручку, проверяя то, что она заперта. Но никто ничего не говорит, молча стоит у двери, дожидаясь когда же она откроется. И Жека слышит, как фыркает Се Лун, ослабляя хватку и освобождая её запястья. Слезает с дивана, ещё пару секунд стоит, разглядывая ее лицо, когда она же закрывает его руками. – Жека, ты тут? - наконец то раздается из-за дверей знакомый голос и Се Луну приходится все же сорваться с места, подходя к двери. По одному его взгляду можно понять, что его мало беспокоит, что может подумать гость. Он поворачивает замок и приоткрывает дверь, встречая глазами стоящего за ней Хейсо. Он, очевидно, был удивлен увидеть в комнате и Се, но ещё больше его ошарашило то, как грубо и недоброжелательно, пытаясь словно прогнать его с места, отозвался Се Лун. Это совсем не похоже на него. – Мы заняты тут, что нужно? – Кхм.. где Жека? Дай зайти. - он легонько отталкивает дверь и Се нехотя отворяет ее, давая ему наконец перешагнуть порог. И перед глазами мелькает очень настораживающая картина. Девушка сидит на диване, кажется на мгновение, что стряхнув с глаз что то о рукав. Сидит, не поднимая на него взгляда, да и лица ее толком не видно из-за растрепанных волос, сползающих по лбу, щекам и шее. Прижимает колени к себе и кажется, словно она дрожит. – Что.. – Зачем зашёл? Сжав в ладони ободок, снятый с головы, она сильнее прислоняется плечом к спинке дивана, при этом, кажется, пересекается взглядом со стоящим у двери Се Луном, поджимает губы. – Создатель просит тебя помочь ей. Это срочно. Она лишь молча кивает, поднимаясь с места. Дверь в комнату закрывается с тихим скрипом, Жека вновь напяливает свою фероньерку на голову, молча следуя за Хейсо, терпеливо ведущего ее по коридорам. И ему кажется, что она сильно, слишком сильно напряжена. Легонько толкает дверь в студию, но она оказывается пустой. Жестом приглашает ее войти первой, чему она повинуется и закрывает за собой дверь. – И? - в привычной себе манере Жека оглядывает комнату, бросая незаинтересованную фразу. - Что ей нужно то? – Просила привести себя сюда одну. Большего я не знаю. - девушка поворачивается наконец к нему, взгляды пересекаются лишь на мгновение и в следующее же она вновь поворачивает голову в сторону, почесав затылок. – Как всегда. Лишь в одном этом мгновении он вновь ловит эту тревогу. Ему казалось, что это причудилось, однако теперь он уверен - что то и правда было не так. Ее глаза кажутся заплаканными, а если следить за хаотичными и непривычно резкими движениями, за тем, как она теребит бинты на запястьях, за ее голосом и в целом потрёпанным внешним видом – видно что то приключилось. И это "что-то" она явно была не готова рассказать. Теперь не готова. – Наверно отошла, подождем её. – Пфф.. - фыркнув, девушка подходит к одной из боковых стен и усаживается. Создатель все знал. Знал, что случилось, знал, что случится. И несмотря на всё, что она сделала, именно в этот час Жека испытывала действительно радость. Радость и благодарность за спасение, глупо забывая о том, что Создатель и послужил причиной всей этой суматохи. В оставшиеся свои дни она больше никогда, клянётся себе, никогда не будет благодарна Создателю.