Насколько это может быть сложно?

— Что? – спросил Ястреб. "Что", этот вопрос он обычно не задавал. Его слух считался нечеловечески хорошим даже без перьев. С самого детства он точно знал о чём говорят вокруг, даже если говорили не ему. Даже если это было что-то, что никто не хотел дабы он услышал. Ещё он был довольно умён, если можно так сказать. Так что объяснения мог понять сам, немного подумав и использовав контекстные подсказки. Ему никогда не нужно было говорить "что", когда ему поручали миссии вне его обычного патрулирования, потому что он знал о своём городе всё что нужно знать (так же хорошо как и о соседних) поэтому о любом инциденте, который ему хотели поручить расследовать, он знал заранее. Ему никогда не нужно было говорить "что", когда Руми предлагала ему где-нибудь встретиться, потому что он знал её и, исходя из времени суток, мог довольно легко понять было ли это что-то вроде "это драка чертовски уморительная, пошли посмеёмся над этими лузерами" или же что-то типа "я хочу напиться и ты со мной". Ему даже не нужно было говорить "что" всякий раз когда какой-нибудь герой, которого он прежде не встречал, опускал какой-то неосторожный комментарий по поводу его "поведения" после первой командной работы (что случалось довольно часто, но эй, это уже стало частью работы) потому что он точно знал как его воспринимают другие в профессии, и если это не был ухмыляющийся смех (обычно от младших) или профессиональное уважение (от старших), то это были жалко завуалированное презрение и раздражение. Не то чтобы его волновало что о нём думают другие герои, когда публика находила его непринужденное поведение таким утешающим. Нет, Ястреб на самом деле не спрашивал "что?". Больше нет. — Документы уже оформлены и разрешение от школы получено, – продолжила президент, как будто не расслышала его, что было довольно грубо. Она прекрасно знала насколько редким было его замешательство, так что могла хотя бы признать это. — У них есть несколько своих бланков, которые вам нужно подписать и после этого вы сможете сразу приступить. Может быть она его не услышала. Члены комиссии находившиеся поближе к нему очевидно услышали, они даже подняли глаза когда он заговорил, но мужчина сидевший рядом с президентом даже не повернулся. — Что? – повторил он громче, даже немного напряжённо, пока его мозг пытался собрать воедино кусочки пяти разных головолом, которые которые никогда не должны были совпадать. На этот раз она взглянула на него, слегка прищурив глаза, чтобы дать понять, что она ещё не закончила. Значит она услышала его с первого раза и сознательно выбрала это игнорировать. Отлично. — Вы всё ещё будете продолжать свои регулярные патрулирования, – она постучала длинным, ухоженным пальцем по столу, и Ястреб постарался не напрягать челюсть от этого раздражающего звука. Эхо в этой комнате всегда было такой проблемой. – Единственное изменение - перенос вашей дневной смены на более позднее вечернее время. Вы, конечно, будете на связи, если что-то случиться, но большую часть времени будете проводить в школе, обеспечивая более высокий уровень безопасности. Вам нужно будет вести всего лишь один урок но с несколькими разными группами учеников. Директор Незу объяснит вам подробнее, когда вы придёте завтра. — Боюсь я не понимаю. – протянул он своё "что", подчёркивая что понятия не имеет о чём ему говорят. Хмурое выражение лица президента всегда было плохим знаком, но на этот раз он стоял на своём. Ястребу никогда раньше не приходилось сомневаться в выполнение задания. Даже если некоторые были настоящей головной болью и ему хотелось просто вырвать себе кости из тела, чтобы одна часть могла отдохнуть пока другая выполняет всю работу (он так до конца и не решил какая из частей этого уравнения будет работать) приказы имели смысл. Дополнительные патрули, спасение большего количества людей. Сбор информации, спасение большего количества людей. Интервью и фотосессии всегда были худшей частью, но он понимал их суть. Повышение осведомленности общественности, поддержка имиджа, чтобы когда кому-нибудь нужна будет помощь они его сразу узнали и охотнее приняли протянутую им руку (женщина отшатнулась от него, когда он только начинал, и эта секундная нерешительность обрекла её на провал, как только потолок полностью обрушился). Многое из этого ему не нравилось, он предпочёл бы когда-нибудь отдохнуть, но логически то всё имело смысл. Это не имело смысла. — В чём проблема, Ястреб? – она сложила пальцы вместе, приподняв одну изящно очерченную бровь. Она не была женщиной, которая действительно выражала бы эмоции как большинство людей, поэтому сам факт движения её лица был красноречив. — Я не вижу чем моё участие в работе UA может быть полезным. – Ястреб обхватил подбородок рукой преувеличивая задумчивое выражение лица. Никто из них не обманулся, именно они научили его мыслить стратегически, но не помешало бы подчеркнуть, что он усвоил всё, чему они его научили, и знает как эффективно этим пользоваться. Чтобы убедиться, что они понимают насколько бесполезно это задание. — Инцидент в учебном центре USJ – это серьёзно, и я понимаю почему могут возникнуть сомнения по поводу безопасности всей школы, но я сомневаюсь что что-то такое снова произойдёт теперь, когда они знают как это случилось в первый раз. Атака была настолько точной потому что она должна была сработать. Хоть что-то пойдёт не так и вся их операция рухнет, как с тем сбежавшим студентом. Я уверен, школа уже приняла меры, и у них есть Всемогущий. – Ястреб особенно подчеркнул эту часть. Какая польза от героя номер 3 когда там находится Символ Мира? – Людям становится немного спокойнее, когда я рядом, просто потому что наличие двух героев из топа в одном месте - довольно сильный сдерживающий фактор, но есть причина, по которой лучшие герои не так часто собираются вместе - это пустая трата ресурсов. Это всё равно что дать палку человеку, способному пробить здание одним лишь мизинцем. Палка была скорее утешением, нежели реальным средством против угрозы. Президент кивнула, откликнувшись на спинку кресла. Она махнула руками вездесущим охранникам, стоявшим у двери (ещё палки в здании, окружённом героями). Когда дверь за ними закрылась, Ястреб почувствовал как, расположенные ближе к позвоночнику, перья заострились. — Нападение было направлено против Всемогущего. – хладнокровно наблюдала за ним президент. Мужчины вокруг неё зашевелились, но она оставалась неподвижной, за исключением губ. – Каждый злодей с мозгами поймёт что студенты UA сейчас - главная цель. Им никогда не удастся добраться до Символа Мира, но они смогут добраться до того, что он защищает. — Да, я это понимаю. – Ястреб положил руки на бёдра, слегка растягивая крылья, чтобы он мог расправить перья у основания и расслабить их. – Некоторая дополнительная поддержка никогда не помешает. Я просто не понимаю почему это должен быть я. У меня нет никакого опыта преподавания и тем более общения с детьми вне чрезвычайных ситуаций и раздачи автографов. С моей скоростью и навыками эвакуации, вполне логично почему я мог бы быть хорошим запасным вариантом, но это не объясняет почему я должен быть учителем. Я мог бы в любой момент просто добавить UA в своё патрулирование, заглядывать туда несколько раз в течении дня. Взаимодействие со студентами и персоналом на таком личном уровне кажется немного излишним, не так ли? Она долго смотрела на него не моргая. Он много раз за эти годы засекал время, которое ей требовалось чтоб моргнуть, (самым долгим было 20 секунд) и у неё ни разу не навернулись слёзы. — Атака на USJ вызвала ряд весьма.. особых опасений. Наконец-то. Обычно она не любила ходить вокруг да около. — Для организации нападения требовались обширные предварительные знания. Расписание, а также то, какие учителя будут с какими учениками и где. Они знали, что Всемогущий будет там. Ястреб уже предположил, что в академии UA может быть шпион. Либо у злодеев был кто-то с причудой настолько приспособленной к шпионажу, что даже думать об этом немного нелепо. — Мы считаем, что эти знания мог предоставить студент. Вполне логично. Злодеи по-видимому не знали причуду ребёнка, так что если шпион был учителем, то он был довольно дерьмовым шпионом. Ученические записи хранились в строжайшей тайне, но любой сотрудник мог легко их найти. Ученик не мог так хорошо знать причуду своего одноклассника, особенно в начале года. Хотя, судя потому что раскопал Ястреб, класс, находившийся в то время в зоне фальшивых катастроф, знал о поездке совсем недолго. Недостаточно долго чтобы так тщательно спланировать ловушку. Получить информацию было не сложно, если учителя не подозревали в нечестной игре, но это всё ещё стоило держать в уме. — Я мог бы сблизиться с учениками, чтобы выяснить кто бы это мог быть, если есть шпион. – Согласился Ястреб. – Но то же самое мог бы сделать любой другой герой. Могли бы сделать их нынешние учителя. Я не понимаю почему я лучший кандидат на эту роль. У него не было никакого опыта наставничества. Да и интереса к этому тоже не было. Ближе всего он когда либо подбирался к собственным помощникам, но они были настолько самостоятельны, что ему редко приходилось делать что-либо, кроме как хвалить их быструю смекалку и преданность делу. Чёрт, он был едва старше ребят из UA, разве более опытный герой не лучше бы подошёл для этой роли? Президент подтолкнула через стол папку, которая всё это время лежала перед ней. Ястребу пришлось неловко пройти по открытому проходу между столами (что он всегда ненавидел делать, и она знала об этом.) чтобы взять её. — Это не общеизвестно. – сказала она так, что ему лучше было бы промолчать. Ястреб распахнул папку. Он моргнул, зрачки сузились. Президент цокнула языком, но не упомянула, как его глаза устрашающе расширились, когда он склонил голову набок. Комиссия ненавидела, когда он так пристально смотрел. Видимо, это создавало у людей ощущение, будто он на них охотится. Это одна из причин, почему в его геройском костюме была маска. Всемогущий получил ранение в драке. Не хилое, судя по всему. Ястреб не знал, откуда они взяли эту информацию, в академии UA всегда очень щепетильно относились к её разглашению, но он не сомневался в её подлинности. Существо которое притащили с собой злодеи, огромное создание с обнаженным мозгом, действительно нанесло некоторый ущерб. Достаточно серьёзный, чтобы в другой ситуации Ястреб мог предположить, что это могло бы сработать. Он мог представить, что оно потенциально убьёт Всемогущего. — Я понимаю. – он закрыл папку и вернул её. Это изменило всё. Речь шла не просто о защите школы, а о том, чтобы не рухнул тот столп, который поддерживал всё на протяжении последнего десятилетия. Он широко и обаятельно улыбнулся. — Всего один класс, верно? Насколько это может быть сложно?