Часть 9

Я чувствовала, как внутри что-то явно изменилось. Весь этот спектр эмоций из-за Романа будто стал фоном. Что-то далёкое, неважное, не имеющее значения. Я переживала из-за него? Серьёзно? Какая глупость. Теперь я видела только одно — я должна помочь Каю. Плевать на последствия. Плевать на то, что скажут родители, что подумает Хоуп. Внутри меня горел огонь, который требовал выхода, и только он знал, как направить его в нужное русло. И никто другой. — Хоуп пришла ближе к полуночи, вымотанная и уставшая. Она рухнула на кровать, даже не переодеваясь, и пробормотала в подушку: — Ты чего не спишь? Я сидела на своей кровати, глядя в окно, и даже не обернулась. — Каю нужна помощь. Хоуп повернула голову в мою сторону, и в её голосе появилась тревога: — Какая? Я обернулась к ней и встретилась с её обеспокоенным взглядом. Мои глаза оставались холодными. — Я не могу сказать. Сама ещё не знаю. Она немного замялась, будто хотела спросить ещё что-то, но передумала. — Ладно… будь осторожнее. Я кивнула и направилась к выходу. Не хотелось слушать её болтовню. Как раньше это приносило мне удовольствие? Странно. Я вышла на крышу и встала у края, глядя на звёзды. Небо было чёрным, завораживающим. Достала сигарету, прикурила. Дым растворялся в ночном воздухе, уносясь куда-то в темноту. Я смотрела на бесконечное небо и чувствовала, как внутри разрастается странное, тягучее спокойствие. Будто я наконец перестала бороться с тем, что должна была принять давно. Сзади раздался голос: — Смотрю, ты очень нетерпелива, маленькая ведьма. Я обернулась. Кай стоял в нескольких шагах, засунув руки в карманы куртки, на его плече была сумка, и он смотрел на меня с лёгкой улыбкой. Я кинула сигарету в сторону. — Ты прав. Не могла дождаться. Кай будто расцвёл от моих слов. Он подошёл ближе и положил руки мне на плечи, вглядываясь в лицо. — Вижу, ты воспользовалась моим заклинанием. Ну и как ощущения? Я хищно ухмыльнулась, чувствуя, как тьма внутри откликается на его близость. — Будто я наконец-то стала собой. Он ухмыльнулся в ответ — той самой ухмылкой, от которой у меня внутри всё переворачивалось. — Полностью собой ты станешь, когда обратишься в вампира. Но пока мы не будем этого делать. Я кивнула, не задавая вопросов. Я верила ему. Он наклонился ближе, и его голос стал тихим, почти шёпотом: — Ты не представляешь, что нас с тобой ждёт. Мы с тобой станем хаосом, ураганом в этом жалком мире. Его слова действовали как бальзам на душу. Я хотела слушать его бесконечно, впитывать каждое слово, каждое обещание. Кай обхватил моё лицо руками — не больно, но крепко, фиксируя. И прошептал слова на древнем языке. Мои глаза заволокла чёрная дымка. Я не сопротивлялась, не боялась. Я смотрела на него сквозь эту пелену и видела, как он довольно улыбается. Он проверял меня. Не вру ли я ему. А я и не хотела врать. Кай отпустил меня, и тьма рассеялась. — Сейчас ты будешь отдавать эту тьму мне. Она понадобится мне для того, чтобы зарядить асцендент. Я кивнула. — И это всё? Кай кивнул, отходя от меня. Он уже начал раскладывать свечи по кругу, его движения были уверенными, отточенными. — Это только начало, маленькая ведьма. Завтра я снова уеду, но обещаю тебе, что скоро вернусь. Негоже оставлять такую силу. Я села на холодный камень крыши и смотрела, как он чертит круг из соли. Его мышцы напрягались, взгляд был сосредоточенным — он явно знал, что делает. Был готов на все сто процентов. Потом Кай снял куртку. Затем футболку. Луна освещала его накачанный торс, играла тенями на коже. Я смотрела как заворожённая, не в силах отвести взгляд. Каждая линия его тела, каждый шрам, каждая мышца — всё это было частью его, частью тьмы, которая притягивала меня. Он протянул мне руку: — Ты готова? Я взяла её, чувствуя, как его пальцы смыкаются вокруг моих. — Конечно. Только скажи, что нужно делать. Кай закрыл глаза, будто наслаждаясь моим ответом. Медленно кивнул, отпустил мою руку и достал из сумки банку с чёрной краской. — Что это? — спросила я. Он открыл банку, и я почувствовала запах металла и чего-то древнего, тёмного. — Краска, смешанная с моей кровью. Ты должна будешь рисовать на мне символы, шепча то заклинание, что я тебе дал. А потом… это уже моя работа. Ты будешь моим главным зрителем. Я забрала банку из его рук. — Хорошо. Кай кивнул. Я устроилась поудобнее напротив него, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Он повернулся спиной ко мне, сел прямо, глядя в темноту. — Ты справишься, я уверен. Он взмахнул рукой, и свечи загорелись словно по команде — десятки огоньков вспыхнули одновременно, освещая круг, в котором мы оказались вдвоём. Я окунула пальцы в краску. Она была холодной, густой, но когда я коснулась его спины, мне показалось, что она обжигает. Я начала выводить символы, которые были нарисованы в книге, лежащей рядом со мной. Мои пальцы скользили по его гладкой коже, и внутри это ощущалось как что-то… интимное. Сакральное. Принадлежащее лишь нам двоим. Я шептала слова заклинания, вкладывая в них всю тьму, на какую была способна. Поднялся ветер, но мы были будто в куполе — свечи не гасли, волосы не развевались. Только мы и магия. Когда я закончила со спиной, Кай повернулся ко мне лицом. Его глаза горели — не вампирским красным, а каким-то своим, тёмным огнём. — Продолжай, — сказал он тихо. Я снова закрыла глаза, сосредоточилась на словах, а потом открыла и продолжила рисовать. На его груди, на плечах, на руках. Мои пальцы дрожали, но я не останавливалась. Спустя время я почувствовала, как из носа потекла тонкая струйка крови. Кай осторожно взял меня за руку. — Подожди. Тебе не хватает сил. Я открыла глаза, чувствуя слабость. Мир поплыл перед глазами. Кай наклонился ко мне. Его голос был тихим, бархатным, будто он обволакивал меня, затрагивая струны души. — Я могу дать тебе немного сил. У меня их… предостаточно. — А если я всё равно не справлюсь? — прошептала я. — Справишься. — Он почти касался моих губ своим дыханием. — Не смей думать, что не справишься. Я смотрела ему в глаза. Воздух между нами сгустился до предела. Я приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент его губы нашли мои. Поцелуй был осторожным, почти невесомым. Но внутри меня всё будто упало куда-то вниз, в пропасть, из которой нет возврата. Я задрожала — не от слабости, а от ощущения слияния. Он давал мне силы через этот поцелуй, передавал что-то древнее, тёмное, живое. Его пальцы обхватили моё лицо, притягивая ближе. Мои пальцы были в краске, но я всё равно запустила их в его волосы, прижимаясь сильнее. Кай углубил поцелуй, отдавая столько силы, что стало трудно дышать. В этот самый момент, будто по команде, начался дождь. Капли падали на наши лица, стекали по щекам, но не смывали краску с его тела. Будто сама природа замерла, наблюдая за нами. Когда мы разъединились, он аккуратно поправил мои промокшие волосы. — Теперь тебе точно хватит. Я смотрела на него широко раскрытыми глазами. Щёки пылали, внутри всё переворачивалось. — С… спасибо, — выдавила я. Он ухмыльнулся, и я снова сосредоточилась на символах. Дождь лил, мои волосы промокли насквозь, одежда прилипла к телу, но я не останавливалась. Слова заклинания лились из меня, тьма выходила через кончики пальцев, оставляя на его коже последние знаки. Когда я закончила, Кай открыл глаза. — Готово. Он встал и подал мне руку. Я с охотой приняла её, чувствуя, как его пальцы сжимают мои. Он раскинул руки в стороны и начал говорить слова. Вокруг него начал сгущаться чёрный туман, такой плотный, что я почти перестала его видеть. Его голос становился громче, туман густел, сжимался вокруг него, а потом резко вошёл в Кая, и он рухнул на спину, раскинув руки. Я упала на колени рядом с ним. Паника нарастала, сжимая горло. — Кай! Очнись! Что случилось?! Он резко распахнул глаза, и на его губах заиграла довольная, победная улыбка. — Не переживай, маленькая ведьма. Меня не так просто убить. Я выдохнула с таким облегчением, что даже голос пропал. Протянула ему руку, и он встал. Кай оглядел себя, провёл пальцами по символам, которые всё ещё виднелись на коже. — Ты отлично справилась. — Что дальше? — спросила я. Он накинул футболку, пряча знаки, но я знала — они всё ещё там, под тканью. — А теперь… я еду выполнять вторую часть. Которая не станет последней. Он надел куртку, достал из кармана пачку сигарет и протянул мне. — Будешь? Я кивнула, взяла сигарету. Он закурил свою, глубоко затянулся и выпустил дым в ночное небо. — Сорок лет не курил, представляешь? — усмехнулся он. — За эти годы… сигареты стали другими. Я невольно улыбнулась: — Многое, наверное, изменилось. За эти годы. — Ты права, — он посмотрел на меня, и в его взгляде было что-то, от чего сердце замирало. Я затянулась и спросила: — Кто твои враги? Кто засунул тебя в тот амулет двадцать лет назад? Кай выдохнул дым и посмотрел куда-то вдаль. — Это долгая история, маленькая ведьма. — Мне кажется, я имею право знать. Раз помогаю тебе. Он пожал плечами: — Ну… это была одна ведьма со своими дружками. Большего я сказать не могу. Я уставилась на него. Почему он не может открыться? Я отпустила его, помогла с асцендентом, а он всё равно не раскрывает своих планов. Тьма внутри меня давала импульсы куда-то в мозг, от чего я начинала злиться. — Почему ты не можешь открыться мне? — спросила я, чувствуя, как внутри закипает злость. Кай удивлённо посмотрел на меня: — Чего? Я кинула окурок в сторону: — Я помогаю тебе, чтобы ты ни попросил. А ты даже не можешь сказать, кто наши враги! Кай рассмеялся: — Спокойно, маленькая ведьма. Не всё сразу. — Ты всю неделю говоришь мне об этом! — перебила я. Он кинул окурок в темноту и резко обернулся ко мне, сокращая расстояние так, что я почувствовала его дыхание на своём лице. — Потому что это моя война, а не твоя. Так понятно? Тебе необязательно знать всё на свете, Валери. Я толкнула его в плечо: — Хорошо! Значит, я узнаю сама! Кай усмехнулся, но в его голосе послышался холод: — Это вряд ли. Нигде нет информации о том, что случилось двадцать лет назад. Я не унималась: — Значит, я спрошу родителей. Они точно должны знать! Кай резко схватил меня за горло. Не сильно, но достаточно, чтобы я замерла. — Правильно. Расскажи своей маме, что впустила в себя столько тёмной магии, что тобой можно выкашивать города. Вместе посмотрим, как она обрадуется, что её дочь помогает тому, кого ненавидит весь мир? Его слова будто отрезвили меня. Я смотрела в его глаза и понимала — он прав. Как бы это выглядело? Привет, мам. Я тут помогаю одному психопату, в которого, кажется, влюбилась. Ты знаешь, почему его упекли в пустыню на двадцать лет? — Отпусти меня, — сказала я холодно. Кай разжал руку и поднял ладони в примирительном жесте: — Как скажешь. Я потерла шею. — Мне пора. Свяжешься со мной, когда снова будет нужна помощь. Я развернулась и пошла прочь, чувствуя его взгляд на своей спине. Каждый шаг давался с трудом, но я не обернулась. Я резко открыла дверь в комнату, так же быстро разделась и легла в кровать. Хоуп спала, не слыша моего возвращения. Я лежала с открытыми глазами и смотрела в потолок. С одной стороны, в голове крутилось то, что мы… поцеловались. Я касалась пальцами губ, всё ещё чувствуя его вкус, его силу. А с другой — мне теперь казалось, что я ненавижу всё вокруг. Кроме него. Того, кого тоже должна ненавидеть за всё, что он сделал. Но почему-то не могла.